– Я лишь говорю, что не стоит отвергать возможность, что это твои собственные враги. Это мог быть заговор внутри Долины.
– Ты осмелился предположить, что мой народ держал моего сына в цепях? – я встал, чувствуя, как во мне заклубилось пламя.
До взрыва было недалеко, поскольку Таргадаэн зашёл слишком далеко в своих обвинениях. Конечно, дипломат-миротворец Арес это понял, потому что поторопился перевести внимание на цель встречи:
– Оба народа сильно пострадали. Но мы собрались здесь, чтобы договориться, а не рвать друг друга на части. Нам нужно найти тех, кто устроил ловушку Долине и Небесному граду.
Я его понял, но не удержался от ответного выпада в сторону бывшего друга.
– Как можно говорить о переговорах с тем, кто не хочет слышать правду?
Таргадаэн рывком поднялся с кресла, тёмно-синие глаза сверкнули:
– А ты сам хотел её слышать, Аббадон? Ты слушал меня, когда я твердил, что драконы не имеют отношения к гибели твоего сына? Нет! – вторя голосу владыки, за окном сверкнула молния.
– Ты был ослеплён яростью, ты не хотел слушать! И вот теперь твой сын здесь, жив и здоров. И ты видишь, что я не лгал! – Таргадаэн резко выдохнул и с горечью продолжил. – Но наш мир уже утонул в пепле и крови. Так скажи, почему теперь ты ждёшь от меня доверия? Нашу дружбу ты принёс в жертву ложной мести!
В глубине себя я признавал, что это его правда.
Но не правота!
И мне понадобилась пара секунд, чтобы обуздать свой гнев, потому что у меня была своя правда. Тем не менее воздух в кабинете завибрировал, магия в стенах загудела, откликаясь на мои чувства. Я удержал магию, но, напоминая Таргадаэну о том, что здесь властвую я, вложил в свои слова и голос силу, от которой у окружающих подгибались колени:
– Ложной? Было ли ложью то, что мой сын не вернулся из твоей столицы? Было ли ложью, что вместо сына я получил родовой медальон, который можно было снять только с мёртвого тела? Кинжал твоего сына был в крови Ареса! Но я не обрушил на драконов свой гнев сразу же, а потребовал доказательств. И невыносимо долго ждал их, надеясь, что это ошибка. Да знаешь ли ты, что значит ждать, когда сердце истекает кровью от боли? Но я ждал доказательств, Таргадаэн, а не разнес Небесный Град в тот же день, когда мне принесли медальон! Интересно, как бы ты поступил на моём месте?!
Я сделал секундную паузу, провёл рукой по бороде, чтобы отключиться от горестных воспоминаний, и продолжил более спокойно:
– Все факты указали на наследника драконов как на убийцу наследника демонов. Мой народ потребовал отмщения по закону Эридона. И только тогда я призвал драконов к ответу. А потом, Таргадаэн, твои когти рвали наш мир в клочки так же, как и мои! Да, наши народы заплатили высокую цену за то, что мы считали правдой.
– Считали правдой? – глухо повторил владыка только одну фразу. – Моего сына оболгали, Аббадон. Но ты даже не захотел встретиться со мной, чтобы выслушать.
– Да, возвращение Ареса оправдывает Ардаэна, – признал я. – Но тогда, пятнадцать лет назад, мне представили убедительные доказательства виновности твоего сына. Очевидным на тот момент было только одно: мой сын, наследник, надежда нашего народа, – погиб! Я понимал, что ты приложишь все усилия, чтобы оправдать и спасти своего единственного сына, а потому встреча была бы безрезультатной. Главы доменов и народ требовали отмщения смерти Ареса. Я подчинился закону Долины – и теперь понятно, что это было ошибкой. Но скажи, какие доказательства непричастности драконов к смерти Ареса, кроме твоих слов, были у тебя тогда, Таргадаэн? И есть ли они сейчас, помимо того, что мой сын вернулся и рассказал о случившемся? Ты не сумел обеспечить безопасность ни прибывшему в твою столицу наследнику демонов, ни даже собственному сыну в день его представления народу. Признай, что он тоже мог бы погибнуть в том мареве! Наши сыновья стали жертвами чудовищной провокации, которая привела нас к войне. И мы с тобой как правители несём за это ответственность. Оба! И за исход этих переговоров тоже будем отвечать перед нашими народами.
Владыка отошёл к окну и застыл перед ним в молчании.
– Тарг, – неожиданно для себя я обратился к нему почти забытым дружеским именем, но исправляться не стал. – Выйдя из этого кабинета, мы вместе с наследниками должны представить общее решение, которое изменит судьбы поколений.
Мне показалось, что владыка чуть вздрогнул, услышав моё обращение. Но продолжал молчать. Я взглядом позволил наследникам сесть: они опустились рядом на один диван, демонстрируя своё единство. Внутренне улыбнувшись, я занял кресло и выжидательно посмотрел на правителя драконов.
Тот наконец обернулся, хмуро уставился на меня из-под насупленных бровей. Я молча ждал. Главное уже было сказано.
– Аббадон, – раздался наконец его голос. – После войны и крови, что заливала города, после возвращения Ареса народ драконов почувствует себя оскорблённым и потребует возмездия за ложное обвинение.
– Оно не было ложным в тот момент, когда была объявлена война. Это выяснилось спустя пятнадцать лет, – пояснил я.
– Ты просто пытаешься оправдать себя, Аббадон!
На это я ответить не успел, потому что Ардаэн встал и решительно обратился к Таргадаэну:
– Отец, позволь мне! Ты не обязан верить мне на слово, но я не только видел тех, кто захватил и удерживал Ареса, но и сражался с ними. Нашим народам необходимо объединиться, чтобы победить. И знак для этого боги уже дали.
– Какой знак? – не понял я.
На лице Таргадаэна мелькнуло удовлетворение. С тонкой язвительностью он поинтересовался:
– Вот как, тебя не оповестили? Один-один. Мой сын не сказал мне о возвращении Ареса, а твоя дочь умолчала о том, что они с Ардаэном – истинная пара.
Пламя из камина с рёвом рванулось в потолок, факелы угрожающе выплеснули огненные шары, зависшие по периметру кабинета.
– Плохая шутка, Таргадаэн, – предупредил я.
– Какие уж тут шутки, – не скрывая удовольствия, сказал владыка. – Лично видел, как Ардаэн звал твою дочь по связи, когда та едва за Грань не отправилась.
Ипостась проснулась, готовая выйти наружу.
Не сейчас, Аббадон…
Привычно оглаживая бороду, я стал возвращать себя в состояние равновесия, но тут встал Арес.
– Отец, позволь и мне сказать. Мы с Ардаэном не по своей воле оказались в центре провокации, которая стравила наши народы между собой. Безликие используют магию, которой нет ни у демонов, ни у драконов. Нам нельзя терять время, если мы хотим сохранить Эридон.
Ардаэн подошёл к Аресу, стал рядом. В этом движении было согласие, явно достигнутое ещё до встречи. Арес продолжил:
– Вы наши отцы, и вы были друзьями больше четырёх веков. Так неужели всего пятнадцать лет вражды, к тому же начавшейся по чужой воле, сильнее вашей дружбы? Посмотрите на нас, – сын перевёл взгляд на меня. – Наша с Ардаэном дружба спасла мне жизнь.
Помимо воли мы с владыкой глянули друг на друга, но тут до моих ушей донеслась фраза Ареса:
– И то, что они с Астартой стали истинной парой, – это воля богов, которая требует от нас примирения.
– Что‑о?! – от моего спокойствия не осталось и следа. – Ты знал?!
Огненные шары понеслись по орбите внутри кабинета, раздваиваясь на ходу. Моё возмущение требовало выхода в тесном пространстве кабинета, а его не было… Чтобы не спалить всё вокруг, мне пришлось направить огонь вверх. Огненная лава за секунду растворила в себе потолок, рванула ввысь и утонула в тяжёлых грозовых облаках. Башню над кабинетом снесло, как бумажный листок.
Задрав головы, мы все посмотрели в открывшееся над нами пасмурное небо.
– Думаю, сейчас самое время всем сесть и поговорить спокойно, – миролюбиво предложил Арес.
Астарта Ш’эрен
Едва за правителями и наследниками закрылась дверь, как драконы задвигались, группируясь так, что теперь все они стояли напротив встречающей стороны – демонов. И снова зашумели. Один из драконов пронзил зал резкостью своего голоса:
– Вы оболгали Ардаэна! Мы потеряли тысячи жизней из-за ваших игр!
– Вы начали войну по ложному доносу! – поддержал высокий дракон с глазами цвета стали.
Демоны молчали, застыв в готовности и ожидая приказа. Мне каждое обвинение било по нервам, будто кнут. Я сжала кулаки, боясь сорваться, и воззрилась на повелительницу. Маменька лишь чуть повернула голову в сторону драконов.
Мне бы такую выдержку…
В этот момент фраза прозвучала откровенным подстрекательством:
– Демоны всё подстроили! Им нужна была война!
Маменька приподняла подбородок. Лицо её оставалось безмятежным, но самые активные драконы внезапно притихли.
И повелительница заговорила. Её голос тёк мягкой сталью, обволакивая и давя одновременно.
– Довольно, драконы! Кровь пролилась с обеих сторон. Ваши крики не поднимут мёртвых и не дадут шанса живущим. Правители наших народов сейчас ищут решение, и вам следовало бы вести себя достойно. Как супруга повелителя и повелительница демонов я готова выслушать того, кто является у вас старшим в отсутствие владыки.
По рядам драконов прокатился короткий шёпот, и один из драконов шагнул вперёд:
– Я Оркарон Соре́йн, глава Дома Власти, – он наклонил голову согласно этикету. – Леди Лашарель, мы считаем, что демоны спрятали наследника и солгали нам!
– Для начала отмечу, что у вас нет оснований для такого заявления. Но, проявляя учтивость по отношению к народу драконов, отвечу. Если бы мы прятали наследника, сегодня вы его не увидели бы, это во-первых. Во-вторых, драконы не смогли объяснить кровь Ареса на кинжале Ардаэна и доказать свою непричастность к гибели наследника демонов, подтверждённой на тот момент родовым медальоном. И в-третьих, народ Долины требовал возмездия по закону за гибель любимого всеми Ареса. Разве драконы поступили бы иначе?
Драконы стушевались, явно не находя ответа. Оркарон, покашляв, уже с меньшей уверенностью продолжил:
– Но повелитель не принял нашего владыку. А ваш наследник оказался жив. Как же мы можем верить вашим словам?
Возле главы неожиданно появилась белокурая драконица, которую ранее я не заметила.
– О каком возмездии может идти речь, когда ваш наследник жив и здоров! Драконы защищали себя! А вы спрятали сына, обвинили Ардаэна и развязали войну!
Это уж слишком! Да что она себе позволяет?!
В мгновение ока я оказалась перед ней, на кончиках моих пальцев затрещало пламя:
– Осмелишься повторить? – с вызовом прорычала я. – Ловушка была подстроена на ваших землях, в вашем дворце!
Воздух вокруг стал горячее, когда я, оглядев всю делегацию драконов, на одном дыхании выпалила:
– Если кто-то здесь посмеет предположить, что мы держали наследника в цепях, клянусь пламенем, я заставлю вас проглотить эти слова!
– Астарта! – мягко, но укоризненно прозвучал голос маменьки.
Вспомнив, что в отсутствие повелителя маменька главная, я, по всем правилам эридоновской дипломатии, улыбнулась и произнесла безупречно вежливо:
– Лорд Сорейн, мне удивительно видеть, как члены делегации позволяют себе личные агрессивные выпады, находясь в гостях на территории другого государства, тем более – во дворце повелителя демонов, в его тронном зале. Мне пришлось взять на себя смелость компенсировать грубое и ничем не обоснованное обвинение в адрес моего отца и повелителя. Сожалею, если это задело лично вас.
Глава Дома Власти, явно не ожидавший от меня такого оборота, слегка поклонился, чтобы скрыть замешательство.
– Вы правы, ваше высочество, – признал он и обратился к белокурой драконице. – Нире́лия, ты ведешь себя неподобающе. Это переговоры во дворце, а не балаган на площади. У тебя нет права обвинять демонов.
Отповедь была сделана публично, но абсолютно нейтральным тоном, без намёка на укор или предупреждение. Из чего я сделала вывод, что этот дракон соплеменницу поддерживает, прикрываясь видимостью дипломатического этикета.
Но маменька, как всегда, была на голову выше и на пять шагов впереди любых хитрецов.
– Лорд Сорейн, – мягко обратилась она к дракону, – я предложила выслушать разумные вопросы и пожелания от старшего в отсутствие владыки драконов. Но за минуту я услышала речи двух представителей, из которых более юная драконица позволила себе перебить вас. Разве у драконов исчезло уважение к старшим и к власти? Такое поведение в отсутствие владыки – тревожный сигнал, свидетельствующий о наличии лицемерия в ближайшем окружении Таргадаэна.
Драконы опешили. По-моему, даже до самых недалёких дошло, что они слишком много на себя взяли, выкрикивая обвинения во дворце демонов. Тем более, что такое поведение можно расценить и как подстрекательство, заранее одобренное правителем. И маменька внятно намекнула этим крикунам, куда их отправит Таргадаэн, если повелительница демонов расскажет ему о поведении его свиты.
Поэтому драконы умолкли, а их старший попробовал оправдаться.
– Ваше величество, мы не имели в виду… – невнятно начал блеять он.
– Лорд Сорейн, я прекрасно понимаю, что имели в виду вы и ваши спутники, – вставая, не дала ему закончить маменька, и на этот раз в её мягких интонациях прозвучало властное повеление. – Поэтому прощаю допущенную неловкость, едва не перешедшую в нарушение закона. Думаю, что вы обязательно проведёте беседу с членами делегации не только об этикете, но и о верности владыке.
На этой фразе драконья делегация побледнела и позеленела от страха, опуская глаза и головы. Да, драконы до безрассудства бесстрашны перед лицом врага, они умирают, но не сдаются, как и демоны. А своего владыку Таргадаэна они любят и боятся так же, как демоны безоговорочно подчиняются власти Аббадона. Самое страшное для них – не оправдать доверие правителя. В этом наши народы схожи.
Но странно, что прибывшие на переговоры драконы забыли об этикете и законах…
Выдержав паузу, чтобы драконы в полной мере осознали свой провал, повелительница продолжила:
– Напоминаю, что сейчас повелитель демонов, владыка драконов и их наследники вместе обсуждают сложившуюся ситуацию и примут решение, учитывающее интересы обоих народов, – её негромкий голос был слышен в каждом уголке огромного зала. – И когда они выйдут и сообщат о нём, наши народы будут обязаны беспрекословно подчиниться.
Ещё одна точно выдержанная пауза, и грозная повелительница демонов превратилась в гостеприимную леди Лашарель, предложившую гостям пройти в соседний зал для ожидания возвращения правителей.
– Мы приготовили для вас прекрасные освежающие напитки, лёгкие закуски и восхитительные десерты, – мелодично завершила маменька свою речь, приглашающим жестом закрывая первую часть аудиенции.
Тут же распахнулись боковые двери в конце зала, обозначая маршруты: направо – для драконов, налево – для демонов. Чтобы избежать провокаций.
Я облегчённо вздохнула. Вопросительно взглянула на маменьку: она меня поняла и едва заметно кивнула. Воспользовавшись тем, что внимание присутствующих было полностью захвачено перемещением к столам, я вышла из тронного зала.
Конечно, меня учили, что подслушивать нехорошо, но сейчас это было необходимо.
Хотя бы для того, чтобы вовремя вернуть гостей в тронный зал. Сейчас я не могу доверить это даже обер-камергеру.
Оправдав таким аргументом свой поступок, я, проверив все ментальные щиты, подошла к кабинету. И тут вспомнила про тайный ход, который мы с Аресом когда-то нашли, изучая дворец. Он очень удачно находился за камином, а значит, горящий огонь замаскирует моё появление за стеной от отца.
Но едва я направилась к нужному повороту, как дворец вздрогнул, пол у меня под ногами качнулся, а сверху неожиданно закапал дождь. Подняв глаза, я увидела улетающий ввысь огромный огненный шар и поняла, что башни над этой частью дворца, где расположен любимый кабинет Аббадона для переговоров, больше нет.
Ну да, вспыльчивая я в папеньку…
Правда, раньше он не сносил башни в собственном дворце. Немного подумав, я затаилась в оставшейся под крышей галерее, откуда могла наблюдать за дверью кабинета, а самой остаться незамеченной. Мало ли что там выяснилось. Пусть папенька сначала пар выпустит. Да и подслушать теперь не получится – там сразу четыре полога защиты поставят.
Ардаэн-Рианс Драк’Вельд
Мы вышли из кабинета, направляясь вслед за Аббадоном к тронному залу. Надо отдать ему должное: сумел принять новость об истинной паре достойно. Меня не сжёг и переговоры довёл до результата. Снесённая башня не в счёт. Могло быть и хуже, поскольку искры в его рыжей бороде до сих пор вспыхивали.
Под нашим с Аресом давлением мой отец согласился на переговоры, но с условиями, которые собирался озвучить позже.
Да уж, весть о нашей истинной связи с Астрой у наших отцов вызвала бурю эмоций. Интересно, что скажут мамы?
– Рианс, будь готов, – услышал я шёпот Ареса, идущего рядом, и кивнул.
Мы вошли в тронный зал дворца демонов, где нас ожидали свиты. Повелитель вышел вперёд.
– Демоны и драконы! Объявляем вам наше общее решение! – он обвёл всех взглядом, потом переглянулся с владыкой и продолжил. – Мы садимся за стол переговоров, чтобы прекратить вражду между нашими народами.
