Я предложил эту встречу не только ради того, чтобы показать владыке драконов, что я уважаю законы Эридона и не боюсь признать ошибку. Они тоже не безгрешны. В войне между нашими народами обе стороны дрались не на жизнь, а на смерть. И Совет Драконов прибыл отнюдь не с мирными намерениями. Так что пусть свита Таргадаэна пока поплюется ядом в зале. Астарта им спуску не даст, а моя леди Лашарель на любой яд всегда найдёт противоядие – в этом я уверен. А нам необходимо обсудить вопросы, которые находятся в ведении только правителей.
Мы вчетвером вошли в кабинет переговоров, предназначенный как раз для таких случаев. Кресла и небольшие диваны были расставлены вокруг невысокого кофейного столика так, чтобы можно было почувствовать себя более свободно, но соблюсти иерархию. Когда-то здесь мы с Таргом вместе решали вопросы и принимали послов… А сегодня встречаемся как враги.
Но события обязывают меня приложить все усилия, чтобы переговоры увенчались нужным результатом.
Несколько дней я обдумывал информацию, полученную от своих детей, чтобы найти новые решения для Долины. Помимо возвращения Ареса, история снятия печати с Астарты тоже связана с драконами. Эльфийский архонт вместе с Ардаэном убедили Таргадаэна снять печать, чтобы спасти мою дочь.
М-да, ситуация складывается явно не в пользу правоты воинствующих отцов-правителей…
Я предложил владыке драконов хорошо знакомые ему два кресла рядом, но он сделал вид, что не заметил моего жеста.
Разумеется, стоя подавлять собеседника гораздо удобнее…
Но я знаю искусство переговоров не хуже тебя, друг. Хоть и бывший. Поэтому я опустился в одно из двух стоящих рядом кресел и указал наследникам на диванчики по обеим сторонам столика. Они послушно присели, повинуясь правилу подчинения старшему на территории. Теперь ситуация чётко обозначила главного. Встретившись с моим взглядом, владыка всё понял и красиво исправил оплошность, отзеркалив в кресле мою позу и захватывая инициативу в разговоре. Я не мешал, понимая, что ему сейчас тоже непросто.
– Тысячи наших подданных погибли, Аббадон, из-за ложного обвинения в убийстве наследника демонов, – громко произнёс Таргадаэн. – Тысячи! И теперь я вижу твоего сына живым и невредимым. Я требую немедленных объяснений.
Всё же знакомая обстановка сделала своё дело: владыка невольно переключился на более живое общение, и это даёт нам шанс.
– Ты имеешь право узнать правду так же, как узнал её я, – глядя ему в глаза, я дал понять дракону, что извиняться за прошлое не намерен. – Предлагаю тебе выслушать её именно от того, кто вернулся.
Повинуясь моему жесту, Арес встал и шагнул вперёд.
– Буду краток, чтобы сберечь ваше время, – начал он. – В тот день в Драэль-Море в белом мареве на меня напали четверо неизвестных. Я вступил в бой и использовал магию, но они применили заклинание, мгновенно погрузившее меня в состояние, похожее на смерть. Так им удалось снять медальон рода и подбросить его как доказательство моей гибели. Меня же в стазисе держали в катакомбах пятнадцать лет. Пока не освободили.
Я наблюдал за владыкой. Таргадаэн слушал внимательно, но в его глазах отражалось откровенное недоверие. Арес тоже это увидел и перешёл ко второй части своего монолога:
– Владыка, я не рассчитываю на то, что вы сразу же мне поверите. Но у меня есть свидетель, которому вы, как я полагаю, доверяете.
В каменном выражении лица Таргадаэна мелькнула тень удивления, но голос прозвучал бесстрастно:
– И кому же, по-вашему, я поверю?
С бокового диванчика поднялся Ардаэн, глядя на отца.
– Мне, – твёрдо заявил он.
Дракон глянул на сына и нахмурился.
– Ардаэн, если ты из-за вашей…
– Это я нашёл Ареса в катакомбах, – перебил отца наследник драконов. – Вместе с эльфийским архонтом мы вывели его из стазиса. Там нам пришлось сражаться с братством безликих – они удерживали его и были готовы убить нас, лишь бы не отпустить. Ловушку в Драэль-Море тоже устроили они, и я уверен: именно безликие стравили наши народы друг с другом.
Если при первых словах сына Таргадаэн не смог скрыть изумления, то к концу его речи явно был раздражён.
– Ардаэн, я много раз говорил тебе, что братство сгинуло в огне Мятежной войны, доказательств их существования нет.
Но принц даже не подумал уступить отцу, в его глазах зажёгся опасный огонёк протеста.
– Значит, в зачарованных катакомбах мы втроём бились с несуществующими, которые смогли много лет удерживать Ареса на грани жизни и смерти? – задал он прямой вопрос и, не ожидая ответа, продолжил: – Отец, пора признать, что братство безликих не просто существует, а действует. А мы обвиняем друг друга.
– А ты уверен, что в катакомбах были не демоны? – неожиданно агрессивно спросил владыка.
От смысла вопроса повеяло немыслимым обвинением.
– На что ты намекаешь, Таргадаэн? – я даже не старался скрыть грозное предупреждение в голосе.
Но владыка, похоже, потерял способность мыслить здраво. Иначе его дальнейшие слова никак не объяснить.
– Я лишь говорю, что не стоит отвергать возможность, что это твои собственные враги. Это мог быть заговор внутри Долины.
– Ты осмелился предположить, что мой народ держал моего сына в цепях? – я встал, чувствуя, как во мне заклубилось пламя.
До взрыва было недалеко, поскольку Таргадаэн зашёл слишком далеко в своих обвинениях. Конечно, дипломат-миротворец Арес это понял, потому что поторопился перевести внимание на цель встречи:
– Оба народа сильно пострадали. Но мы собрались здесь, чтобы договориться, а не рвать друг друга на части. Нам нужно найти тех, кто устроил ловушку Долине и Небесному граду.
Я его понял, но не удержался от ответного выпада в сторону бывшего друга.
– Как можно говорить о переговорах с тем, кто не хочет слышать правду?
Таргадаэн рывком поднялся с кресла, тёмно-синие глаза сверкнули:
– А ты сам хотел её слышать, Аббадон? Ты слушал меня, когда я твердил, что драконы не имеют отношения к гибели твоего сына? Нет! – вторя голосу владыки, за окном сверкнула молния.
– Ты был ослеплён яростью, ты не хотел слушать! И вот теперь твой сын здесь, жив и здоров. И ты видишь, что я не лгал! – Таргадаэн резко выдохнул и с горечью продолжил. – Но наш мир уже утонул в пепле и крови. Так скажи, почему теперь ты ждёшь от меня доверия? Нашу дружбу ты принёс в жертву ложной мести!
В глубине себя я признавал, что это его правда.
Но не правота!
И мне понадобилась пара секунд, чтобы обуздать свой гнев, потому что у меня была своя правда. Тем не менее воздух в кабинете завибрировал, магия в стенах загудела, откликаясь на мои чувства. Я удержал магию, но, напоминая Таргадаэну о том, что здесь властвую я, вложил в свои слова и голос силу, от которой у окружающих подгибались колени:
– Ложной? Было ли ложью то, что мой сын не вернулся из твоей столицы? Было ли ложью, что вместо сына я получил родовой медальон, который можно было снять только с мёртвого тела? Кинжал твоего сына был в крови Ареса! Но я не обрушил на драконов свой гнев сразу же, а потребовал доказательств. И невыносимо долго ждал их, надеясь, что это ошибка. Да знаешь ли ты, что значит ждать, когда сердце истекает кровью от боли? Но я ждал доказательств, Таргадаэн, а не разнес Небесный Град в тот же день, когда мне принесли медальон! Интересно, как бы ты поступил на моём месте?!
Я сделал секундную паузу, провёл рукой по бороде, чтобы отключиться от горестных воспоминаний, и продолжил более спокойно:
– Все факты указали на наследника драконов как на убийцу наследника демонов. Мой народ потребовал отмщения по закону Эридона. И только тогда я призвал драконов к ответу. А потом, Таргадаэн, твои когти рвали наш мир в клочки так же, как и мои! Да, наши народы заплатили высокую цену за то, что мы считали правдой.
– Считали правдой? – глухо повторил владыка только одну фразу. – Моего сына оболгали, Аббадон. Но ты даже не захотел встретиться со мной, чтобы выслушать.
– Да, возвращение Ареса оправдывает Ардаэна, – признал я. – Но тогда, пятнадцать лет назад, мне представили убедительные доказательства виновности твоего сына. Очевидным на тот момент было только одно: мой сын, наследник, надежда нашего народа, – погиб! Я понимал, что ты приложишь все усилия, чтобы оправдать и спасти своего единственного сына, а потому встреча была бы безрезультатной. Главы доменов и народ требовали отмщения смерти Ареса. Я подчинился закону Долины – и теперь понятно, что это было ошибкой. Но скажи, какие доказательства непричастности драконов к смерти Ареса, кроме твоих слов, были у тебя тогда, Таргадаэн? И есть ли они сейчас, помимо того, что мой сын вернулся и рассказал о случившемся? Ты не сумел обеспечить безопасность ни прибывшему в твою столицу наследнику демонов, ни даже собственному сыну в день его представления народу. Признай, что он тоже мог бы погибнуть в том мареве! Наши сыновья стали жертвами чудовищной провокации, которая привела нас к войне. И мы с тобой как правители несём за это ответственность. Оба! И за исход этих переговоров тоже будем отвечать перед нашими народами.
Владыка отошёл к окну и застыл перед ним в молчании.
– Тарг, – неожиданно для себя я обратился к нему почти забытым дружеским именем, но исправляться не стал. – Выйдя из этого кабинета, мы вместе с наследниками должны представить общее решение, которое изменит судьбы поколений.
Мне показалось, что владыка чуть вздрогнул, услышав моё обращение. Но продолжал молчать. Я взглядом позволил наследникам сесть: они опустились рядом на один диван, демонстрируя своё единство. Внутренне улыбнувшись, я занял кресло и выжидательно посмотрел на правителя драконов.
Тот наконец обернулся, хмуро уставился на меня из-под насупленных бровей. Я молча ждал. Главное уже было сказано.
– Аббадон, – раздался наконец его голос. – После войны и крови, что заливала города, после возвращения Ареса народ драконов почувствует себя оскорблённым и потребует возмездия за ложное обвинение.
– Оно не было ложным в тот момент, когда была объявлена война. Это выяснилось спустя пятнадцать лет, – пояснил я.
– Ты просто пытаешься оправдать себя, Аббадон!
На это я ответить не успел, потому что Ардаэн встал и решительно обратился к Таргадаэну:
– Отец, позволь мне! Ты не обязан верить мне на слово, но я не только видел тех, кто захватил и удерживал Ареса, но и сражался с ними. Нашим народам необходимо объединиться, чтобы победить. И знак для этого боги уже дали.
– Какой знак? – не понял я.
На лице Таргадаэна мелькнуло удовлетворение. С тонкой язвительностью он поинтересовался:
– Вот как, тебя не оповестили? Один-один. Мой сын не сказал мне о возвращении Ареса, а твоя дочь умолчала о том, что они с Ардаэном – истинная пара.
Пламя из камина с рёвом рванулось в потолок, факелы угрожающе выплеснули огненные шары, зависшие по периметру кабинета.
– Плохая шутка, Таргадаэн, – предупредил я.
– Какие уж тут шутки, – не скрывая удовольствия, сказал владыка. – Лично видел, как Ардаэн звал твою дочь по связи, когда та едва за Грань не отправилась.
Ипостась проснулась, готовая выйти наружу.
Не сейчас, Аббадон…
Привычно оглаживая бороду, я стал возвращать себя в состояние равновесия, но тут встал Арес.
– Отец, позволь и мне сказать. Мы с Ардаэном не по своей воле оказались в центре провокации, которая стравила наши народы между собой. Безликие используют магию, которой нет ни у демонов, ни у драконов. Нам нельзя терять время, если мы хотим сохранить Эридон.
Ардаэн подошёл к Аресу, стал рядом. В этом движении было согласие, явно достигнутое ещё до встречи. Арес продолжил:
– Вы наши отцы, и вы были друзьями больше четырёх веков. Так неужели всего пятнадцать лет вражды, к тому же начавшейся по чужой воле, сильнее вашей дружбы? Посмотрите на нас, – сын перевёл взгляд на меня. – Наша с Ардаэном дружба спасла мне жизнь.
Помимо воли мы с владыкой глянули друг на друга, но тут до моих ушей донеслась фраза Ареса:
– И то, что они с Астартой стали истинной парой, – это воля богов, которая требует от нас примирения.
– Что?о?! – от моего спокойствия не осталось и следа. – Ты знал?!
Огненные шары понеслись по орбите внутри кабинета, раздваиваясь на ходу. Моё возмущение требовало выхода в тесном пространстве кабинета, а его не было… Чтобы не спалить всё вокруг, мне пришлось направить огонь вверх. Огненная лава за секунду растворила в себе потолок, рванула ввысь и утонула в тяжёлых грозовых облаках. Башню над кабинетом снесло, как бумажный листок.
Задрав головы, мы все посмотрели в открывшееся над нами пасмурное небо.
– Думаю, сейчас самое время всем сесть и поговорить спокойно, – миролюбиво предложил Арес.
Астарта Ш’эрен
Едва за правителями и наследниками закрылась дверь, как драконы задвигались, группируясь так, что теперь все они стояли напротив встречающей стороны – демонов. И снова зашумели. Один из драконов пронзил зал резкостью своего голоса:
– Вы оболгали Ардаэна! Мы потеряли тысячи жизней из-за ваших игр!
– Вы начали войну по ложному доносу! – поддержал высокий дракон с глазами цвета стали.
Демоны молчали, застыв в готовности и ожидая приказа. Мне каждое обвинение било по нервам, будто кнут. Я сжала кулаки, боясь сорваться, и воззрилась на повелительницу. Маменька лишь чуть повернула голову в сторону драконов.
Мне бы такую выдержку…
В этот момент фраза прозвучала откровенным подстрекательством:
– Демоны всё подстроили! Им нужна была война!
Маменька приподняла подбородок. Лицо её оставалось безмятежным, но самые активные драконы внезапно притихли.
И повелительница заговорила. Её голос тёк мягкой сталью, обволакивая и давя одновременно.
– Довольно, драконы! Кровь пролилась с обеих сторон. Ваши крики не поднимут мёртвых и не дадут шанса живущим. Правители наших народов сейчас ищут решение, и вам следовало бы вести себя достойно. Как супруга повелителя и повелительница демонов я готова выслушать того, кто является у вас старшим в отсутствие владыки.
По рядам драконов прокатился короткий шёпот, и один из драконов шагнул вперёд:
– Я Оркарон Соре?йн, глава Дома Власти, – он наклонил голову согласно этикету. – Леди Лашарель, мы считаем, что демоны спрятали наследника и солгали нам!
– Для начала отмечу, что у вас нет оснований для такого заявления. Но, проявляя учтивость по отношению к народу драконов, отвечу. Если бы мы прятали наследника, сегодня вы его не увидели бы, это во-первых. Во-вторых, драконы не смогли объяснить кровь Ареса на кинжале Ардаэна и доказать свою непричастность к гибели наследника демонов, подтверждённой на тот момент родовым медальоном. И в-третьих, народ Долины требовал возмездия по закону за гибель любимого всеми Ареса. Разве драконы поступили бы иначе?
Драконы стушевались, явно не находя ответа. Оркарон, покашляв, уже с меньшей уверенностью продолжил:
– Но повелитель не принял нашего владыку. А ваш наследник оказался жив. Как же мы можем верить вашим словам?
Возле главы неожиданно появилась белокурая драконица, которую ранее я не заметила.
– О каком возмездии может идти речь, когда ваш наследник жив и здоров! Драконы защищали себя! А вы спрятали сына, обвинили Ардаэна и развязали войну!
Это уж слишком! Да что она себе позволяет?!
В мгновение ока я оказалась перед ней, на кончиках моих пальцев затрещало пламя:
– Осмелишься повторить? – с вызовом прорычала я. – Ловушка была подстроена на ваших землях, в вашем дворце!
Воздух вокруг стал горячее, когда я, оглядев всю делегацию драконов, на одном дыхании выпалила:
– Если кто-то здесь посмеет предположить, что мы держали наследника в цепях, клянусь пламенем, я заставлю вас проглотить эти слова!
– Астарта! – мягко, но укоризненно прозвучал голос маменьки.
