Я опустила руки и покачнулась. Напряжение достигло своего предела.
— Не смей падать! — подскочила ко мне Лаура. — Слышишь меня? Если сейчас упадешь, тебя заставят снова проходить лабиринт. Но уже в одиночку... И ты его не пройдешь.
«Лабиринт! — пугающей вспышкой мелькнуло у меня в голове. — Только не лабиринт!»
От одной этой мысли стало страшнее, чем от всех чудовищ в Коридоре монстров.
— Я не могу помогать тебе идти, — быстро шептала Лаура. — Ты должна сама добраться до конца коридора. Здесь каждый сам за себя.
Я молча кивнула и через силу начала переставлять ноги дальше.
Шаг за шагом...
Я тряслась уже всем телом. Дымка перед глазами сгустилась так сильно, что я почти перестала различать тропинку.
Но все равно шла.
Яркий синий свет резанул мутную пелену перед глазами, разрывая ее и врываясь в мое и без того измученное сознание.
Я шагнула в этот свет.
И все вокруг вспыхнуло.
— Пришли! — услышала я голос Лауры.
«Пришли», — с судорожным выдохом подумала я, и синий свет полностью поглотил мой разум.
Глава 5
Сначала появились голоса. Они звучали приглушенно, сливаясь в один неразборчивый гул. Ощущение было таким, словно я находилась где-то рядом с роем ос. И первая мысль была: «Что это?»
Я попыталась повернуться и тут же тихо застонала. Руки и ноги затекли, шею ломило, а спина... Кажется, вчера я перезанималась...
«Перезанималась», — звонким гулом раздалось в сознании.
Ну и сон мне приснился. Такой бред! Нужно действительно меньше заниматься и послушать Оксану: купить билет на какой-нибудь дальний остров, сменить атмосферу, окружение... Отдохнуть от постоянных тревожных мыслей.
— Я ему с одного удара черепушку разнес... — громкий самодовольный мужской голос заставил меня вздрогнуть, и жужжание осиного улья мгновенно обратилось в многоголосье.
— Ох, вы бы только видели этого монстра! Думала, уже не выберемся.
— Эльку жалко... Она так хотела поступить...
По коже прошел нервный озноб. Я сжала пальцы рук.
«Нет, нет, нет... Это был просто сон! Сон! Сон!» — сознание вопило как ненормальное. Но я уже открыла глаза. В голове гудело. В висках стучало, как при диком танце: бум-бум-бум. Надо мной раскинулся серый потолок с длинными деревянными балками.
Я медленно повернула голову, попрощавшись с иллюзией, что все было сном и я проснулась в своей комнате.
Огромное помещение оказалось заставлено десятками узких коек. Они стояли ровными рядами, между которыми оставались тесные проходы. На одних койках спали, на других сидели молодые ребята... Правда, уже не в синих костюмах, а в довольно простых рубахах и штанах. Девчонки сновали в серых просторных платьях, очень похожих на обычные туники.
Значит, не сон. Бред, конечно... Но я... Как вообще это могло быть реальностью? Ах да... Вторая Волна... Мне объясняли...
— Айлин? — раздалось совсем близко.
Я попыталась приподняться на локтях, но руки задрожали. Перед глазами чуть потемнело, и пришлось снова опуститься на жесткую подушку. Все, что я смогла сделать, — повернуться на голос.
— Сразу не поднимайся, иначе закружится голова.
Между койками быстро шла Лаура. В одной руке она держала пиалу с ложкой, в другой — пузатую деревянную кружку. Ярко-каштановые кудри подрагивали в такт ее шагам.
— Я думала, ты дольше проваляешься! — Лаура поставила миску на край тумбы, стоявшей рядом с кроватью, и склонилась надо мной. — Как себя чувствуешь?
В ярко-рыжих глазах девчонки было настоящее беспокойство.
«Странно, — подумала я. — С чего бы ей за меня переживать? Мы знакомы-то один день... Даже меньше...».
— Не знаю, — хрипло ответила я и осторожно коснулась виска. — Голова гудит. И все тело болит.
— Еще бы, — выдохнула она. — На пределе прошла. Но главное, что прошла. Я за тебя волновалась. Вот, смотри, я тут прихватила тебе ужин. Мало ли... Думала, придешь в себя — захочется есть...
Я растерянно смотрела на нее. Лаура ничего обо мне не знала, но почему-то не бросила в лабиринте, а теперь принесла еду и сидела рядом с таким видом, словно я была ее давней подругой.
— Зачем? — вопрос вырвался сам собой.
— Что «зачем»? — не поняла она и протянула мне ложку.
— Зачем ты со мной возишься?
Лаура на мгновение замерла, повертела ложку в руках.
— А я должна была тебя там оставить?
Я пожала плечами.
— Не знаю. Но мы почти не знакомы.
— Это не повод бросать. Особенно слабых, — поморщилась она и сунула ложку мне в руки. — Садись удобнее.
Лаура помогла мне приподняться и поправила сбившуюся подушку так, чтобы я смогла сесть.
— Держи. Ешь. Тебе нужно поесть.
Она сунула миску мне в руки и кивнула на пиалу.
— Я не знала, что ты любишь, взяла похлебку и ягодный компот.
— Спасибо, — только и смогла сказать я.
Поставила миску на колени. Пальцы почему-то плохо слушались, и мне пришлось сильнее сжать ложку. Похлебка оказалась наваристой, с мясом и мелкими кусочками теста. Вкусно...
Я молча ела и думала. Как так могло получиться?.. Про Вторую Волну я все поняла. Но разве такое возможно? Другой мир... Монстры... Лаура, сидевшая на краю моей кровати, и другие кадеты в... казарме. Надо же, я даже слово вспомнила, хотя никогда не имела отношения ни к чему военному. А тут память услужливо подкинула нужное... Раз мы кадеты, значит, казарма. Причем общая — я видела и парней, и девушек. Разве так можно? Хотя кто их знает. Другой мир...
Эта мысль заполнила все мое сознание, и ложка заплясала в пальцах.
— Эй-эй... — тихо сказала Лаура и положила ладонь на мою руку, осторожно сжав ее и не позволяя ложке упасть. — Все хорошо. Ты дошла. Все будет хорошо.
Я подняла голову и посмотрела на нее.
— Я хочу домой...
Домой. В свою обычную жизнь. Туда, где нет чудовищ, лабиринтов и людей, спокойно наблюдавших, как мы пытаемся выжить. Даже житейские проблемы и объяснения с бывшим сейчас казались чем-то настолько незначимым, что я готова была пережить все это заново. Все эти месяцы... Пусть мне будет отчаянно больно, я буду рыдать, но... Я хочу домой.
— Тебе хуже? — встревоженно спросила Лаура.
Я покачала головой.
— Нет. Просто вспомнила.
Она помолчала, внимательно разглядывая мое лицо.
— Тебе нужно принять то, что случилось. Изменить уже невозможно. Иногда Волна приводит сюда тех, кто совсем не собирался. Лишает выбора и права на другую жизнь. И тогда нам остается только принимать происходящее и стараться выжить.
— Выжить... — на судорожном выдохе повторила я.
Она вздохнула, забрала миску с моих колен, ложку из рук и начала сама меня кормить.
— Это то, что тебе сейчас надо. Правда надо... Об остальном пока не думай. Легче не станет. А слезы не решат проблему.
— А что вообще может ее решить? Волна может вернуть меня обратно?
Она пожала плечами.
— Нет. А решать можешь только ты: либо стараться выжить, либо... — Она не договорила, сунула ложку к моим губам. — Ешь.
— О-о-о! Наша иномирянка очнулась?! — раздался резкий женский оклик.
От неожиданности я клацнула зубами по краю ложки, расплескав похлебку на себя. Подняла голову. К нам вприпрыжку приближалась Элли.
Русые волосы у нее были кое-как собраны на затылке, и некоторые пряди торчали во все стороны. Ярко-изумрудные глаза возбужденно блестели.
— Ну наконец-то! — Она остановилась возле моей койки и сложила руки на груди. — А мы уже думали, ты до самого утра проспишь. Хотя для тебя это было бы лучше. Нам все равно до завтра отдыхать разрешили.
— До завтра? — переспросила я.
— Ага, — кивнула она. — Нас всех сюда привели после лабиринта. Это общая казарма для тех, кто прошел испытание. Сегодня отдыхаем, а завтра начнется распределение по командам. Интересно, в какую я попаду...
Она говорила так быстро, что я едва успевала следить за словесным потоком.
— Какие еще команды?
Элли открыла рот, собираясь ответить, но ее перебил незнакомый мне громкий мужской голос:
— Она и правда иномирянка? И совсем ничего не знает?
К моей койке подтянулось несколько ребят и с интересом принялись рассматривать меня.
— Она правда иномирянка, — подтвердила Лаура. — И, кажется, из мира, где вообще ничего не знают об Астэроне, Волне и магии.
— Тогда ей многое придется объяснять, — произнесла стоявшая впереди девушка с удивительными фиолетовыми волосами и точно такими же глазами. — Я даже не знаю, кто захочет взять ее в команду.
— А кто-нибудь здесь уже думал, к кому из капитанов хочет попасть? — спросил тот самый громкоголосый.
— Я бы к Вэю пошла, — отозвалась Элли. — Говорят, он спокойный и не гоняет своих до полусмерти на тренировках.
— Зато потом гоняет, — усмехнулся стоявший рядом парень с белыми волосами и серебряными глазами. — Здесь вообще нет капитанов, которые будут подтирать кому-то нос. А уж тащить за уши точно не станут. Не за этим нас всех выбирали.
— А зачем? — спросила я.
— Чтобы стать подчинителями, — ответила девушка с фиолетовыми глазами. — Ты действительно совсем-совсем ничего не знаешь?
— Совсем-совсем.
— А как же ты тогда попала во Вторую Волну?
— Если бы мне кто-то это объяснил, была бы благодарна.
Девушка недоверчиво поджала губы и покосилась на Лауру. Та развела руками. Элли тем временем устроилась на краю соседней койки, подтянув под себя ноги, и повернулась ко мне всем телом.
— Астэрон готовит подчинителей, — начала она. — Лучших во всем Верлуме. Сюда далеко не каждый может попасть. Волна сама ищет тех, у кого есть подходящий дар или сильная магия, и приводит на отбор.
— Иногда даже против воли, — хмыкнула Лаура и отвернулась. Я готова была поклясться, что она закусила губу.
— Подчинителей кого? — негромко спросила я.
— Монстров, конечно, — ответил светловолосый, облокотившись о спинку койки напротив.
— Каких монстров? Тех, которых мы видели в коридоре и лабиринте?
— Не только, — протянула Элли. — Разновидностей монстров много. Подчинители работают именно с магическими. В Верлуме живут десятки видов. Среди них есть разумные, есть дикие, но почти все они хищные. Есть совсем небольшие, а есть такие, которые могут уничтожить сотню подчинителей одним ударом щупальца или лапы. Подчинители занимаются тем, что подчиняют их...
По позвоночнику прошел озноб.
— То есть я правильно поняла: мы здесь, чтобы подчинять этих монстров?
— Не сразу, — поспешила успокоить меня Элли. — Сначала мы пройдем обучение. Перво-наперво нас распределят по командам, потом начнут готовить. На следующем испытании мы должны будем найти монстра и подчинить. Он останется с нами на протяжении всего обучения, а зачастую и потом... если выживет. Или если ты выживешь. Там уж как повезет.
— А если я не смогу подчинить? — спросила я.
