Позади послышался шелест листьев, монстр ушел в дебри.
— Ты... — хрипло выдавила я.
— Ничего не говори, — быстро сказала Лаура. — Это рейкут. Он как собака. С виду жуткий, но не такой агрессивный, как некоторые твари. Тебе повезло... Просто повезло. К тому же он хорошо поддается дрессировке. Вот я и предположила, что этого тоже дрессировали. Судя по всему, не ошиблась. Он прекрасно знает приказы. И сейчас отправился к своему хозяину.
Я с благодарностью посмотрела на девушку. Она только что спасла мне жизнь.
— Нам бы побыстрее идти, — поторопила Лаура. — Смотри, все наши вон уже где...
Я подняла тяжелый взгляд. Только сейчас поняла, что дымка перед глазами стала еще гуще. Далекие силуэты ребят расплывались так сильно, что я с трудом их различала. И они были практически на другом конце коридора.
Слева что-то зашуршало. Но в этот раз я уже не обратила внимания. Просто не смогла. Сознание все глубже проваливалось в ледяное оцепенение.
Шаг.
Еще шаг.
Лаура немного притормозила и снова пошла позади меня. И за это я тоже была ей благодарна. Ведь мы были практически не знакомы. Она могла меня бросить... Кто я ей?
Шаг.
Еще шаг...
Странное ощущение возникло где-то в груди и неприятно щекотнуло по ребрам. Так бывает, когда кто-то не сводит с тебя пристального взгляда. Ты вроде его не видишь, но ощущаешь, как он проникает под кожу.
«Ах да... Вэй же сказал, что за нами наблюдают с башни».
Я, не прекращая идти, медленно подняла голову. Боковым зрением успела заметить, как совсем рядом, в сумраке деревьев, промелькнула крупная тень. Я не отреагировала. Просто уже больше не могла... Да, мне было страшно. Просто до одури страшно. Но бояться сильнее казалось уже невозможно. И я шла... А потом кто-то огромный устроился между мной и Лаурой, мягко вышагивая по камням тропинки массивными лапами.
Я спиной ощущала мощное тело, шагающее следом. Тварь двигалась практически вплотную, дыша мне в затылок. Любопытно: предел страха вообще существует? Вероятно, да. Я должна была впасть в панику, истерию... Ну хоть что-то. Однако разум окончательно отказался воспринимать происходящее. И никакой паники или истерии не было. Я чувствовала себя ненастоящей, неживой, и все вокруг казалось лишь жуткой фантасмагорией. Картинками воспаленного сознания.
— Фух... — прозвучало у меня за спиной.
«Нет, ты не заставишь меня повернуться и взглянуть на тебя».
Я шла, смотря на башню. Вернее, на тех, кто стоял на ней. Даже отсюда было видно, что люди на смотровой площадке наблюдают за происходящим. Лиц было не разглядеть, лишь черные одеянии.
«Им любопытно... Как там говорится: хлеба и зрелищ. Твари... Они такие же твари, как и та, что сейчас идет за мной. Стоят там и смотрят, как мы будем реагировать. Сожрут кого-то из нас или нет... Твари...».
Злость перекосила мое лицо.
«Да пошли вы! Все. И этот гребаный сон... И тот, кто идет за мной, и вы... твари, за нами смотрящие!»
Губы сами собой дрогнули в болезненной усмешке. Не отводя взгляда от башни, я очень медленно подняла руку и показала средний палец.
Один из мужчин сделал шаг ближе к краю площадки и присел на корточки, приглядываясь... Мой жест, судя по всему, не остался без внимания.
Я ухмыльнулась.
«Смотри. Вот что я думаю о вас и всем том кошмаре, через который мне приходится идти».
К мужчине подошел еще один, направляя взгляд на меня.
Я подняла вторую руку и показала еще один средний палец.
«Наслаждайтесь, уроды!»
— Фух... — снова донеслось за спиной. Монстру надоело шагать за мной, и он скользнул в деревья.
Я опустила руки и покачнулась. Напряжение достигло своего предела.
— Не смей падать! — подскочила ко мне Лаура. — Слышишь меня? Если сейчас упадешь, тебя заставят снова проходить лабиринт. Но уже в одиночку... И ты его не пройдешь.
«Лабиринт! — пугающей вспышкой мелькнуло у меня в голове. — Только не лабиринт!»
От одной этой мысли стало страшнее, чем от всех чудовищ в Коридоре монстров.
— Я не могу помогать тебе идти, — быстро шептала Лаура. — Ты должна сама добраться до конца коридора. Здесь каждый сам за себя.
Я молча кивнула и через силу начала переставлять ноги дальше.
Шаг за шагом...
Я тряслась уже всем телом. Дымка перед глазами сгустилась так сильно, что я почти перестала различать тропинку.
Но все равно шла.
Яркий синий свет резанул мутную пелену перед глазами, разрывая ее и врываясь в мое и без того измученное сознание.
Я шагнула в этот свет.
И все вокруг вспыхнуло.
— Пришли! — услышала я голос Лауры.
«Пришли», — с судорожным выдохом подумала я, и синий свет полностью поглотил мой разум.
Глава 5
Сначала появились голоса. Они звучали приглушенно, сливаясь в один неразборчивый гул. Ощущение было таким, словно я находилась где-то рядом с роем ос. И первая мысль была: «Что это?»
Я попыталась повернуться и тут же тихо застонала. Руки и ноги затекли, шею ломило, а спина... Кажется, вчера я перезанималась...
«Перезанималась», — звонким гулом раздалось в сознании.
Ну и сон мне приснился. Такой бред! Нужно действительно меньше заниматься и послушать Оксану: купить билет на какой-нибудь дальний остров, сменить атмосферу, окружение... Отдохнуть от постоянных тревожных мыслей.
— Я ему с одного удара черепушку разнес... — громкий самодовольный мужской голос заставил меня вздрогнуть, и жужжание осиного улья мгновенно обратилось в многоголосье.
— Ох, вы бы только видели этого монстра! Думала, уже не выберемся.
— Эльку жалко... Она так хотела поступить...
По коже прошел нервный озноб. Я сжала пальцы рук.
«Нет, нет, нет... Это был просто сон! Сон! Сон!» — сознание вопило как ненормальное. Но я уже открыла глаза. В голове гудело. В висках стучало, как при диком танце: бум-бум-бум. Надо мной раскинулся серый потолок с длинными деревянными балками.
Я медленно повернула голову, попрощавшись с иллюзией, что все было сном и я проснулась в своей комнате.
Огромное помещение оказалось заставлено десятками узких коек. Они стояли ровными рядами, между которыми оставались тесные проходы. На одних койках спали, на других сидели молодые ребята... Правда, уже не в синих костюмах, а в довольно простых рубахах и штанах. Девчонки сновали в серых просторных платьях, очень похожих на обычные туники.
Значит, не сон. Бред, конечно... Но я... Как вообще это могло быть реальностью? Ах да... Вторая Волна... Мне объясняли...
— Айлин? — раздалось совсем близко.
Я попыталась приподняться на локтях, но руки задрожали. Перед глазами чуть потемнело, и пришлось снова опуститься на жесткую подушку. Все, что я смогла сделать, — повернуться на голос.
— Сразу не поднимайся, иначе закружится голова.
Между койками быстро шла Лаура. В одной руке она держала пиалу с ложкой, в другой — пузатую деревянную кружку. Ярко-каштановые кудри подрагивали в такт ее шагам.
— Я думала, ты дольше проваляешься! — Лаура поставила миску на край тумбы, стоявшей рядом с кроватью, и склонилась надо мной. — Как себя чувствуешь?
В ярко-рыжих глазах девчонки было настоящее беспокойство.
«Странно, — подумала я. — С чего бы ей за меня переживать? Мы знакомы-то один день... Даже меньше...».
— Не знаю, — хрипло ответила я и осторожно коснулась виска. — Голова гудит. И все тело болит.
— Еще бы, — выдохнула она. — На пределе прошла. Но главное, что прошла. Я за тебя волновалась. Вот, смотри, я тут прихватила тебе ужин. Мало ли... Думала, придешь в себя — захочется есть...
Я растерянно смотрела на нее. Лаура ничего обо мне не знала, но почему-то не бросила в лабиринте, а теперь принесла еду и сидела рядом с таким видом, словно я была ее давней подругой.
— Зачем? — вопрос вырвался сам собой.
— Что «зачем»? — не поняла она и протянула мне ложку.
— Зачем ты со мной возишься?
Лаура на мгновение замерла, повертела ложку в руках.
— А я должна была тебя там оставить?
Я пожала плечами.
— Не знаю. Но мы почти не знакомы.
— Это не повод бросать. Особенно слабых, — поморщилась она и сунула ложку мне в руки. — Садись удобнее.
Лаура помогла мне приподняться и поправила сбившуюся подушку так, чтобы я смогла сесть.
— Держи. Ешь. Тебе нужно поесть.
Она сунула миску мне в руки и кивнула на пиалу.
— Я не знала, что ты любишь, взяла похлебку и ягодный компот.
— Спасибо, — только и смогла сказать я.
Поставила миску на колени. Пальцы почему-то плохо слушались, и мне пришлось сильнее сжать ложку. Похлебка оказалась наваристой, с мясом и мелкими кусочками теста. Вкусно...
Я молча ела и думала. Как так могло получиться?.. Про Вторую Волну я все поняла. Но разве такое возможно? Другой мир... Монстры... Лаура, сидевшая на краю моей кровати, и другие кадеты в... казарме. Надо же, я даже слово вспомнила, хотя никогда не имела отношения ни к чему военному. А тут память услужливо подкинула нужное... Раз мы кадеты, значит, казарма. Причем общая — я видела и парней, и девушек. Разве так можно? Хотя кто их знает. Другой мир...
Эта мысль заполнила все мое сознание, и ложка заплясала в пальцах.
— Эй-эй... — тихо сказала Лаура и положила ладонь на мою руку, осторожно сжав ее и не позволяя ложке упасть. — Все хорошо. Ты дошла. Все будет хорошо.
Я подняла голову и посмотрела на нее.
— Я хочу домой...
Домой. В свою обычную жизнь. Туда, где нет чудовищ, лабиринтов и людей, спокойно наблюдавших, как мы пытаемся выжить. Даже житейские проблемы и объяснения с бывшим сейчас казались чем-то настолько незначимым, что я готова была пережить все это заново. Все эти месяцы... Пусть мне будет отчаянно больно, я буду рыдать, но... Я хочу домой.
— Тебе хуже? — встревоженно спросила Лаура.
Я покачала головой.
— Нет. Просто вспомнила.
Она помолчала, внимательно разглядывая мое лицо.
— Тебе нужно принять то, что случилось. Изменить уже невозможно. Иногда Волна приводит сюда тех, кто совсем не собирался. Лишает выбора и права на другую жизнь. И тогда нам остается только принимать происходящее и стараться выжить.
— Выжить... — на судорожном выдохе повторила я.
Она вздохнула, забрала миску с моих колен, ложку из рук и начала сама меня кормить.
— Это то, что тебе сейчас надо. Правда надо... Об остальном пока не думай. Легче не станет. А слезы не решат проблему.
— А что вообще может ее решить? Волна может вернуть меня обратно?
Она пожала плечами.
— Нет. А решать можешь только ты: либо стараться выжить, либо... — Она не договорила, сунула ложку к моим губам. — Ешь.
