Времени мало, но необходимо провести совещание, чтобы потом не гибнуть впустую. На город уже опустилась темнота, но впереди горят огни. Ещё мы видели лучи прожекторов, освещающих небо. Они стоят как раз там, где банк, который нам предстоит взять.
* * *
В прокуренную каморку, подготовленную для совещания, набилось столько офицеров, что не продохнуть. Почти два десятка человек, от молоденького лейтенанта-связиста только что из учебки, который до сих пор вздрагивал от миномётных взрывов, до толстого и седого подполковника инженерных войск РВС Бинхая.
Здесь люди со всей империи. Некоторые были ранены, кто-то легко контужен, кто-то просто зол, а один выпил, что чувствовалось по запаху.
Пока ещё не началось совещание, они говорили все разом, и каждый обсуждал что-то своё. Кто-то спорил, кто-то просто выговаривался. Но поглядывали на меня, ждали, когда я начну.
Ну и ели, что было на столе. Вернее, набивали желудки перед штурмом, который вот-вот начнётся. Хотя один, усатый, в чёрном мундире офицера из штаба, аккуратно ел с салфеткой и неодобрительно косился на сидящего рядом Зорина, который выгребал мясо ложкой прямо из банки. Танкист привёл себя в порядок, и наконец-то стало видно его лицо, но комбинезон так и был покрыт чёрным машинным маслом.
— Как состояние? — я заметил капитана Флетчера в углу.
Тот что-то промычал в ответ. Он очень хотел есть, но толком не мог. Немного попытался и снова повязал повязку с печальным видом. Как я узнал от санитара, пуля выбила ему передние зубы и порвала губу.
— Ничего, Юджин, прорвёмся, — подбодрил я.
Нас с ним взяли в десант одновременно, и мы жили в одной каюте на крепости. Хотя поначалу я думал, что он чистоплюй, раз уж потомок одного из самых старинных домов Нарландии. Но он показал себя с другой стороны, трусом не был, как не был и брезгливым.
— Ш-шмотри, Дима, какие шапоги наш-шёл, — с трудом прошепелявил он под бинтом. — Ещ-щ-щё ес-с-ть. Надо?
И постучал каблуками о бетонный пол. Я посмотрел вниз. А ботинки новые, такие носят офицеры в армии Дискрема, и такие поставляли сепаратистам. Очень удобные, а главное — непромокаемые.
— Тащи.
У Флетчера был талант находить разные хорошие вещи. Он кивнул и отрезал кусок хлеба новым блестящим ножом. Тоже наверняка трофей.
Я сел за стол и оглядел всех. Кто-то замолчал, но на противоположном краю продолжалась ссора:
— Вам нужно не возмущаться, мессир майор, а идти в бой, как того требует долг перед империей, — услышал я чей-то голос с певучим акцентом среди общего шума. — И я вообще не понимаю, как такой, как вы, может…
Так говорили жители Мидлии — центральной области империи. Смуглый темноволосый штабист с тонкими усиками осуждающе смотрел на собеседника.
А тот встал во весь свой немалый рост. Высокий небритый мужик со шрамом на щеке и повязкой на лбу со следом крови, навис над усатым. Голос у него очень громкий и грубый, с надрывом:
— У меня всего рота осталась! — прогрохотал он. — От целого батальона первоклассных специалистов городского боя! Потому что вы там, мать вашу, в своём штабе, всё перепутали, и мы дохли в пустыне! А потом нас перебросили сюда, потому что в городскую застройку бросили танки, и их там посжигали! А наоборот надо было! По уму! Вы там в своей крепости совсем от жизни оторваны!
Это говорил майор из нарландского штурмового батальона, очень высокий мужик, даже выше любого десантника. И говорил так, что заглушил всех.
Стало тихо, только Флетчер что-то одобрительно промычал и начал точить нож между делом.
— Вы много себе позволяете, — неуверенно проговорил штабист-усач. — Это граничит с изменой.
— Да я тебя сейчас… — нарландец подался вперёд.
— Спокойнее, — прервал я. — Вы же офицеры.
Майор-нарландец опустился на место. Штабисты, их, кстати, было двое, тоже расселись. Они из крепости, должны были находиться в армии РВС Огрании, но из-за бардака попали в засаду, и выжившие добрались сюда.
Второй, вроде бы был более компетентным, хотя и помоложе. Лицо смутно знакомое.
Я начал говорить. Думал, что гладко выступить не смогу, ведь речи никогда не читал, но получалось само собой.
— Наша задача — захватить этот банк и переправу рядом с ним, — произнёс я, показывая карту. — Крепость серьёзная, захватывать её опасно, потери будут. Но не брать её мы не можем. Если утром взорвут мосты, и мы останемся здесь надолго, без снабжения и с множеством раненых. Другого шанса прорваться может уже и не быть.
— Брать опасно, а не брать ещё хуже, — спокойно добавил второй штабист с погонами майора. — Такая вот ерунда, господа. Но я думаю, начинать штурм надо сразу после собрания, иначе мы не успеем.
Высокий и крепкий светловолосый мужчина тридцати с небольшим, с перебинтованным лбом и точкой ожога от пороха на щеке, внимательно следил за мной. Левая рука висела на перевязи. Штабист, но вид у него боевой.
— Варга, как всегда, говорит дело, — сказал нарландский майор-штурмовик.
Понял. Второй штабист из дома Варга, а это очень известная фамилия на севере. Видел портрет одного из его предков.
Ермолин и Джамал начали доклад о том, какие силы ждут нас на месте. Офицеры недовольно загудели.
— Боевая ригга, — проговорил капитан-танкист из Хитланда. — И чем мы будем её отгонять?
— У меня есть для неё подарки, — с усмешкой сказал Зорин. — Залежались у нас снаряды с сердечником из прессованного игниума. Они эту риггу в решето превратят, а внутри всё выжгут.
— А если у неё ракеты? Она целый квартал снести может.
— Могла бы — давно накрыла. Скорее всего, это просто пугалка. Но пулемёты и пушки могут работать, пехоту покрошат. Надо её выманить, и мы с танков её добьём.
— А если не выманим? — спросил хитландский танкист. — Пойдём в обход? — он показал на карту. — Здесь укрепления не такие мощные. А вот банк стоит неудачно, вокруг него открытая зона. Пехоту будут класть на подходе пачками, им там негде укрыться. Или за танками укрываться? Так нас самих пожгут!
— У каждого пять минут, чтобы высказаться по делу, — сказал я, когда все начали галдеть.
Я капитан, а здесь находились майоры и подполковники. Но фактически выполняю задачи командора с молчаливого одобрения штаба, да и десант крепости приравнен к гвардии, поэтому моё звание считалось на два чина выше, чем в армии.
— В этом районе очень развитая сеть подземных коллекторов, — начал высокий майор-штабист Варга. — Если получится прорваться там, то сможем выйти прямо у них под носом.
— Во-первых, может быть засада, — подал голос пехотный офицер из Калуросы, сняв очки, чтобы протереть. — Во-вторых, эти коллекторы они знают лучше нас. А ещё у них там могут засесть огнемётчики и жечь коридоры.
— Тогда лучше заминировать все проходы с нашей стороны, — предложил Варга.
— Отправлю своих сапёров, — подал голос подполковник инженерных войск и вытер вспотевший лоб. — Поставим мины, но подрывать пока не будем. Как полезут, так и подорвём всё им на бошки!
Собрание одобрительно загудело, идея всем понравилась. Не хватало ещё, чтобы в тылу внезапно возникла рота пустынников.
— Вот какое предложение есть, — проговорил штурмовик, когда мы обсудили дела с сапёрами, и показал на карту. — Вот эти дома будут мешать проехать нашим танкам. А артиллерию туда наводить не дают. Так что их возьмём мы.
— Они же далеко в стороне, — подал голос второй штабист, усач. — А приказ — взять банк! И пока мы будем тратить время…
— А как ты собираешься брать банк, если в тылу враг? — рявкнул штурмовик. — Дайте мне в помощь пару рот и бронетехнику, — он посмотрел на майора-хитландца из танковых войск. — Ваши тяжёлые танки.
— Для чего она вам? — спросил тот.
— Пущай палят по первым этажам. Пушки большие, фугасы мощные, скорострельность не важна. Какие-то дома сложатся, какие-то нет, те мы и возьмём. Проломим стены и ворвёмся, а дальше дело техники.
— В этих домах могут быть мирные жители, — заметил усатый штабист. — Нужна их эвакуация. Император велел защищать их.
— Салах посадил туда гражданских не просто так, — добавил офицер-инспектор Кеннет.
Он тоже присутствовал и имел на это полное право. Инспектор только что вскрыл банку из сухпайка и ел кашу своей ложкой.
— Если мы их заденем во время штурма, то он снимет это на камеру и покажет на весь мир. Он такое любит. Но в данном случае я заявляю, что на кону многое, и риск оправдан. У меня возражений нет, можете занести в протокол. Если его кто-то пишет. Никто? Ну ладно.
— Но… — начал было спорить усатый штабист-мидлиец.
— Среди лояльных нам пустынников есть полицейские силы, капитан, — вмешался я. — Без боевого опыта штурма укреплений, поэтому в атаке будут бесполезны. Вот пусть займутся эвакуацией гражданских под нашим и вашим контролем. А заодно осмотрите все подвалы и заминируйте, чтобы никто не пролез.
— Сделаем.
Ну и заодно не опасаться, что они перебегут к врагу или ударят в тыл. Пусть занимаются делом.
— Что насчёт ригги, Зорин? — спросил я. — И как будем использовать твои танки? Хитландцы будут помогать штурмовикам, но перед банком будут только твои машины.
— Так говорю же, как покажется, мы её продырявим! — заявил тот.
— А если не покажется? — засомневался штабной майор Варга. — Да и когда ваши танки выйдут к банку, то получат из окон, вы там будете как на ладони. Даже без ригги у вас будут большие потери в технике.
— А какие предложения?
— Я учился в Дискреме, в офицерской академии, если кто-то не знает, — сказал я.
Все замолчали, уставившись на меня. Кто-то знал и понял, откуда я такой вылез, но большинству было плевать. Кому дело до этой старинной истории?
— Слышал, — сказал Варга. — И чему там учили? Вспомнили что-то подходящее?
— Там была такая задачка на тактику. Штурм укреплённого дома в городе с помощью танков.
— Они тоже отправляют танки в город? — кто-то из пехотных офицеров засмеялся.
— Танк в городе — машина уязвимая, но не бесполезная, — заявил Зорин и недовольно посмотрел на неё. — Если её прикрывать, можно такое делать, ого-го! Кто тебе будет улицы расчищать и огнём прикрывать? Боевые машины пехоты? Там броня — смех один! Разведку дайте, прикрывайте пехотой и дымом — и мы себя покажем!
— У тебя три тяжёлых танка и основные боевые, — продолжил я, глядя на капитана. — Можно сделать огневую «вертушку». Карусель. Хотя наши преподаватели говорили: «метод непрерывного огневого воздействия танковыми группами», — я усмехнулся.
— Угу, вроде понимаю, о чём речь, — отозвался Зорин, немного подумав.
— А что это значит? — спросил офицер-инспектор Кеннет, морща лоб.
— Грубо говоря, выезжает несколько танков, небольшая группа. Стреляет шквальным огнём по банку, подавляет пулемётные гнёзда.
— Император запретил разрушать банк, — встрял усатый штабист.
— Он запретил разрушать, — недовольным голосом проговорил Кеннет, косясь на него. — Но насчёт того, чтобы по нему пострелять, возражений не давал. Отремонтируют потом, стоял почти тысячу лет, ещё простоит. А наших людей можно сохранить. Дальше, командор, — попросил он.
Танкисты идею точно приняли, уже вижу. А майор Варга что-то черканул карандашом на карте, выбирая удачные места.
— Эти танки расстреливают боезапас в высоком темпе, — продолжал я. — Другие танки прикрывают группу, и во время отхода первой группой начинают сами вести огонь, чтобы не стреляли по отступающим.
— Верно говоришь, брат, — Зорин кивнул. — Надо их прижимать.
— Первая группа отходит, пополняет боезапас, возвращается и готовится занять место, когда для них его освободят. Вот так и будут меняться, а враг подумает, что у нас танков больше, чем есть.
Все одобрительно загудели.
— Но для этого надо уничтожить риггу, — напомнил я.
— Я предлагаю вот что, — взял слово Варга и взглянул на карту, будто с чем-то сверялся. — Сделаем вид, что всеми силами атаковали вот эти дома, с бронетехникой и прочим, — он показал карандашом. — Пара взводов, танк и бронемашину. Примут бой и отойдут, когда запахнет жареным…
— Будто мы хотим взять другую переправу, — развил я его мысль и наклонился над картой. — Или навести новую. Я видел мостоукладчик в прибывших войсках.
— Он сломан, — подал голос подполковник инженерных войск. — Может только ехать, но по назначению не сработает. Да и ему тяжело ездить по этим улочкам, узкие сильно, не развернуться на поворотах, он длинный.
— Пустынники этого не знают, — возразил я. — Как только они решат, что мы решили навести переправу, то бросят риггу против нас, чтобы мы их не обошли. Ведь другой серьёзной бронетехники у них нет.
— И там её будут ждать мои пацаны, — Зорин широко улыбнулся и хлопнул по плечу усатого штабного офицера, который от хлопка вздрогнул и брезгливо посмотрел на след масла на мундире. — И встретим их с нашим незабываемым северным гостеприимством. Уж ваши-то деды об этом много чего могут рассказать, да? Хах, помёрзли вы тогда.
— Отставить, капитан, — сказал я, пока не началась новая свара. — Мы все в империи, на одной стороне. Кроме того, — продолжал я, — как только мы захватим эти дома, то расставим там гвардейцев-снайперов.
— Хорошая идея, — Варга кивнул.
— Но это всё не самое главное, — я посмотрел на разведчиков. — Как только они поймут, что мы идём на штурм банка, то могут сразу взорвать мост. Даже один сломанный пролёт усложнит нам задачу.
Ермолин спокойно смял опустевшую банку тушёнки, будто это была банка из-под пива. Её он отбросил в угол.
— И тут-то поработаем мы, — проговорил он. — Это наша задача. Пойдём с Джамалом и отрежем им все кабеля нахрен, чтобы эту срань не взорвали.
— Два человека мало, — добавил я. — Могу предоставить несколько надёжных парней, чтобы прикрыли огнём.
— Лады, командир. Мы пойдём чуть раньше, пока они ещё не стоят на ушах, а как начнётся — не до нас будет. А когда получится, то пустим сигнал — жёлтая и красная сигнальная ракеты, разом.
Вскоре совещание закончилось, все гурьбой повалили к выходу.
Остался только высокий майор-штабист Варга. Вот этот грамотный, в отличие от того усатого. Говорил он строго по делу. Только он ранен, хотя этого не показывал, лоб перемотан, рука висела на перевязи.
— Если вы ранены, майор, лучше подождать в подвале, — сказал я.
— Ерунда, — он отмахнулся. — Я упрямый, это же наша фамильная черта, — он усмехнулся. — Не слышали поговорку: «упрямый, как Варга». А мы же с вами родственники, кстати говоря. Мы же как раз вышли из Климовых три сотни лет назад.
Он протянул руку, и я её пожал.
— Станислав Варга.
— Дмитрий Климов.
— Раз ваш начштаба погиб, то готов принять его функции.
