– Ни за что, – шикнула на нее Вера, вышла из ванной и направилась в спальню. – Даже думать забудь о том, чтобы меня ему сосватать!
– У него золотые руки! – сделала последнюю попытку Арина Тарасовна.
– Ни слова больше!
– Кто знает, что еще он умеет ими…
– Молчи! – бросила Вера и закрыла перед ней дверь комнаты.
– Прости, я просто хотела, чтобы ты немного развеялась, – сказала бабуля, когда через минуту Вера, уже полностью одетая, вышла из спальни. – Работа-дом-работа, а ведь ты в самом расцвете лет: вон какая девчонка, никто тебе больше восемнадцати лет не даст!
– Пытаешься купить прощение пирожками? – решила уточнить девушка, заметив тарелку в ее руках.
– Купить прощение? – Бабуля возмущенно прищурилась. – Меня не за что прощать.
– За сводничество, – ответила Вера, взяла один и, откусив кусочек, положила пирожок обратно на тарелку. – О котором я, кстати, не просила.
– Что за вздор? – не моргнув и глазом соврала Арина Тарасовна. – Я никогда не пыталась тебя ни с кем свести.
– А Игорь из книжного? – с ходу припомнила девушка. – «Сходи, я забыла там свои покупки, там такой милый мальчик в очках, он тебя ждет!»
– Не припоминаю.
– А мясник с рынка? Как его? Борис? С каких это пор он доставляет вырезку на дом? И почему в костюме с розой на лацкане? А тот таксист… Федя! С чего бы тебе приглашать его к нам на чай?
– Он помог мне донести сумки, – выпалила бабуля, не раздумывая.
– А замерщик мебели? А флорист? – продолжила перечислять Вера, пытаясь отыскать в шкафу фен. – А тот плешивый толстяк из трамвайного депо? Кого ты пытаешься обмануть, Ба? Если я захочу, я сама найду себе мужчину, поверь.
– Ты даже фен найти не способна, – фыркнула Ба. – А он, между прочим, у тебя перед глазами.
– Да где? – рассердилась Вера.
– Там, где ты его оставила. В корзинке с носками, – усмехнулась Арина Тарасовна. – Боже, деточка, мне очень жаль этих бедных людей, которым ты пытаешься оказать помощь на службе. Тебе самой нужна помощь. А еще лучше отдых. И в компании с мужчиной. А еще лучше с краси…
Вера включила фен и ехидно улыбнулась. Тот зажужжал так громко, что бабуле пришлось бы орать, если бы она хотела, чтобы ее услышали. Это означало, что разговор окончен. Арина Тарасовна покачала головой, взяла с тарелки откушенный пирожок и сунула его Вере в рот. Пожилая женщина всегда оставляла за собой последнее слово в любом споре.
– Бу-бу, – пробормотала что-то нечленораздельное Вера, откусив кусок и пытаясь прожевать.
– На здоровье, – сказала бабуля, удаляясь на кухню. – Посмотрим, как ты будешь краситься, когда у тебя обе руки заняты.
Она вообще не понимала, зачем пытаться все успевать. В спешке люди забывают наслаждаться жизнью.
Арина Тарасовна подошла к детской и осторожно приоткрыла дверь. Девочки еще сладко спали. Ничего страшного, если она приведет их в детский сад к половине девятого, прямо к завтраку. Зато поспят лишний час и будут менее капризными целый день.
Хотя вряд ли. Эти детки – сущие дьяволята. Лишний час тишины не отсрочит неминуемое, но придется как нельзя кстати ее расшатанной детскими шалостями нервной системе.
– Может, мне разбудить их? – решила уточнить Вера перед выходом. Надела туфли, закинула сумку на плечо. – Девочки расстроятся, что мы не повидались утром.
– В какой момент они расстроятся? – усмехнулась бабуля. – Когда будут спать во время одевания? Или когда станут спорить, кто из них первой войдет в лифт?
– Ну, если ты так думаешь…
– Ты вполне можешь себе позволить хотя бы сегодня не тащить упирающихся двойняшек в сад. Езжай на службу и не переживай, у нас все будет хорошо, – заверила бабушка.
– Ты точно справишься одна? – решила напоследок удостовериться Вера.
Хотя кто, если не Ба?
– Есть еще Прохор в пороховницах, – улыбнулась Арина Тарасовна.
– Спасибо! – Вера поцеловала ее в щеку и выпорхнула за дверь.
Ох уж эта любовь бабули к Прохору Шаляпину! Вера подозревала, что, если бы не этот обаятельный певец, Арина Тарасовна давно бы себя запустила. А так бодрится, ухаживает за собой. И следит в соцсетях за фан-страничкой любимого Прошеньки, которого считает психологом получше своей непутевой внучки.
Спустившись по лестнице, Вера замедлила шаг у информационного стенда. Вот тебе и объявление от изготовителя мебели, тут же и реклама флориста, а ниже – контакты водопроводчика. Потрясающе! Понятно, где находится тайная база Ба с кандидатами в женихи! И смех и грех.
Вера каждый раз улыбалась, думая о бабушке. После смерти родителей у нее не оставалось никого ближе ее. Арине Тарасовне никто бы не дал ее шестидесяти восьми лет. Особенно когда она выходила в свет при полном параде: модные вещи, подчеркивающие ее миниатюрную фигуру, красивая обувь на небольшом каблучке и неизменная яркая помада. Честно говоря, девушка восхищалась чувством стиля бабули и недоумевала, почему же оно ей не передалось?
– Ну и на черта ты приперся? – послышался из-за двери голос Гали.
Машина Веры сломалась, поэтому сегодня утром подруга должна была ее подвезти. Судя по голосу, Галя явно была чем-то сильно возмущена. Вера толкнула дверь, вышла из подъезда и… замерла от неожиданности. Теперь она видела чем: на скамейке сидел Руслан, ее бывший. Заметив Веру, он тут же вскочил.
– Думал, она всю жизнь будет дожидаться тебя, придурок? – крикнула ему Галя из машины. – Парень у нее есть! Понял? Сильный, красивый и успешный! Еще раз появишься тут, он тебе башку открутит!
– Галя, – зыркнула на нее Вера.
Но боевую подругу было не унять:
– Я еду, смотрю – кусок дерьма – чуть не наехала. Было бы обидно запачкать колеса мерзостью! – Она открыла для Веры дверцу пассажирского сиденья. – Давай садись, нечего тут с ним болтать. Пусть катится туда, где был последние пять лет, – к своей мамуле! Он без ее грудного молока и полдня не протянет. – Галя скривилась. – Да, Русланчик? Корзиночка ты наша безголовая!
Профессия учила Веру быть рассудительной. Спокойный разговор всегда лучше криков и ссор. Да и она уже не та девчонка, что шесть лет назад: не станет показывать ему свою слабость и не скатится до оскорблений.
– Галь, подожди минутку, пожалуйста, – тихо попросила она и перевела взгляд на Руслана.
Сердце больно толкнулось в ребра, в горле пересохло. Но Вера все же нашла в себе силы спросить:
– Что ты тут делаешь, Руслан?
Мужчина дернул темными бровями, бросил раздраженный взгляд в сторону Гали, затем сделал шаг и встал так, чтобы отгородить спиной для нее обзор.
– К тебе пришел.
– Зачем? – едва слышно выдохнула Вера.
Голос ее подвел. Она столько раз представляла себе эту встречу, но все равно это оказалось сложнее, чем в ее мыслях. Когда-то Руслан был для нее всем миром, а теперь… черт, она даже не понимала, что чувствует, глядя на него.
– Нам нужно поговорить, – произнес он.
Ну естественно.
– О чем?
Его лицо исказила гримаса боли. Ему как будто трудно было произнести то, что он собирался сказать.
– О нас с тобой, – наконец выдавил Руслан.
Воздух застрял в горле Веры. Ни вдохнуть, ни выдохнуть. Она нахмурилась, кашлянула, бросила взгляд на часы.
– Нет никаких нас с тобой, Руслан. И мне пора на работу, извини.
Вера улыбнулась ему и пошла к машине.
– Я хочу видеть своих детей, – донеслось в спину.
Она остановилась. Ее сердце забилось в рваном темпе. Вере стоило большого труда сохранить лицо.
– Помнится, они не были тебе нужны, – напомнила она, обернувшись.
– А теперь я хочу быть им отцом, – решительно выпалил Руслан.
– А что на это скажет твоя мамуля? – прокричала Галя из машины. – Твои яйца ведь все еще у нее в кулаке?
– Хорошо, давай поговорим, – примирительно сказала Вера. – Сегодня в семь тридцать в ресторане на Серпуховской.
– То место, где мы с тобой… – начал он.
– Мне это просто по пути, – оборвала она его.
Развернулась и пошла на ватных ногах к машине.
Только бы он не караулил девочек у подъезда! Нужно, наверное, предупредить бабулю.
– Зачем ты согласилась с ним встретиться? – накинулась на нее подруга, когда они, отъехав к углу дома, убедились, что Руслан уходит.
– Не знаю, – честно призналась Вера. Ей не хватало воздуха, и слезы подступили к глазам. Она знала, что всегда лучше выплакаться, но стоит потерпеть до вечера, макияж ей еще пригодится. – Наверное, потому что Руслан – отец девочек.
– Или просто донор, – фыркнула Галя. – Все, что он для них сделал, это не предохранялся, когда спал с тобой и в перерывах между сексом вешал тебе лапшу на уши!
– Я просто всегда пытаюсь делать так, как лучше для детей.
– Для них лучше не знать о существовании этого козла.
Автомобиль выехал на оживленную улицу.
– Может быть, – грустно произнесла Вера, глядя в окно. На небе собирались стальные тучи. – Бабуля точно с тобой согласится. Но… блин, я хочу поступить правильно!
– Тогда покажи ему, что счастлива без него. Умоляю! – Галя с досады ударила по рулю. – Я не хочу снова вытаскивать тебя из эмоциональной ямы. И почему эти козлы всегда появляются в тот момент, когда ты уже оправилась и готова жить дальше?
– Не знаю, – беспомощно пискнула Вера.
– Уверена, все это не из-за детей, – решительно сказала подруга. – Он хочет вернуть тебя – преданную собачонку, которая бежала за ним, стоило ему щелкнуть пальцами. Обещай мне, что не поведешься на это.
– Обещаю, – уверенно ответила Вера.
– И обещай, что не будешь мешать мне, когда я разобью бутылку о его башку, если он тебя обидит.
– Обещаю.
Девушка улыбнулась, но где-то внутри ей было совсем не весело. Она боялась, что появление Руслана снова разрушит ее едва наладившуюся размеренную жизнь.
С неба начинало накрапывать.
Глава 2
White Gollows – Соната
Чертов ливень! А ведь Илья только вчера помыл машину. Надо же, как не повезло! Наверное, стоило заранее глянуть прогноз: умные люди обычно так и делали.
И теперь, листая новостной портал, он тоже видел: синоптики обещали, что на несколько дней город погрузится в сырость. Илья не зря заработал репутацию непутевого в их пожарной части – многое из того, за что парень брался, шло наперекосяк. Хорошо, что это не случалось при боевых выездах: во время тушения пожаров, когда дело касалось спасения жизней людей, косячить было нельзя.
Припарковав автомобиль на стоянке за пожарной частью, он неторопливо изучал метеорологические сводки. Вот дубина, еще и зонт из машины выложил, чтобы на автомойке рабочие могли нормально убраться в салоне!
Он вытянул шею и посмотрел на серое небо. До ворот части пару минут идти, но дождь вроде стихал.
– Твою мать! – выругался Илья, взглянув на часы.
Следовало спешить, чтобы не опоздать.
Честно говоря, он специально тянул время: после вчерашнего неудачного подката к жене начальника караула другой смены сегодня ему суждено будет стать объектом тупых шуток сослуживцев. Было бы здорово, если бы произошло что-то, что заставило бы всех забыть о его позоре. Вызов на объект вполне подошел бы. Ну или землетрясение. Или наводнение. Тем более дождь опять усиливался, грозясь превратиться в ливень.
Илья как раз собирался выйти из машины, когда рядом притормозила красная «Хонда». Он замер, наблюдая за тем, как из салона появляется хрупкая фигурка Веры. Девушка сумочкой накрыла голову, чтобы не намокнуть, и рукой махнула водителю. Едва автомобиль отъехал, она, цокая каблучками, направилась к зданию.
Она была такой… ну… Илья не знал, как описать.
Эта девушка даже лужи обходила с таким изяществом и грацией, будто это была не дорога с кучей выбоин, а модный подиум, где она с гордостью демонстрировала свою красоту.
Наверное, это был отличный момент для того, чтобы познакомиться с ней поближе. Особенно если бы у него имелся зонт.
– Черт, черт!
Он ударил себя в лоб, отчаянно пытаясь придумать предлог для разговора с ней. Но в том-то и была загвоздка. Даже когда ему удавалось придумать, о чем он будет с ней говорить, стоило ему оказаться напротив Веры, как все заготовленные речи тут же стирались из памяти и он беспощадно тупил. Так повелось с первого дня, как она появилась в их части. Они работали в одном здании уже полгода, но что-то длиннее, чем «хм» или «э-э» в присутствии Веры у Ильи сказать не получалось.
И это было очень странно, ведь с ним такого раньше не случалось. Илья словно терял дар речи, оказываясь рядом с ней. И смотрелось это так, будто у него случался паралич или что-то вроде того – короче, какое-то не самое приятное явление для мужчины его возраста. Илья не знал, как это побороть.
