– Да. Но он был твоим…
Кем? Любили ли они друг друга? Я ведь этого не знал и никогда об этом не спрашивал. На Эмеше их перевели в блок с заключенными, и мы виделись лишь на тренировках и в боях. А после Эмеша они служили на разных кораблях.
Сиран промолчала, взяв продолжительную паузу, затем произнесла:
– Дело было плохо?
Что ответить на такое? Мои сапоги вдруг стали весьма привлекательным объектом созерцания.
– Он храбро сражался, – вздохнул я.
– Я не об этом спрашиваю.
Ее карие глаза сверкнули, и я мигом вспомнил, что она старше меня. Годы обошлись с ней лучше, чем с Хлыстом: волосы не поседели, кожа не состарилась. Она держалась горделиво, отстраненно, как королева, и я задумался, не течет ли в ней кровь патрициев.
Стиснув зубы, я вновь представил дымящуюся от плазмы рану и кражу лица Гхена Крашеным.
– Там были деймоны, машины в человеческих телах. Гхен…
– Марло, не води меня за нос! – воскликнула женщина, и в толпе зашептались. – Я не об этом спрашиваю!
– Сиран, – произнес Хлыст, подходя и протягивая руку.
– А ты вообще не лезь! – огрызнулась она, отступая.
– Что я должен сказать? – спросил я.
Сиран молча буравила меня взглядом.
И я рассказал им все. О бойне и о том, как отправил Гхена вниз. О СОПах, о Крашеном и его жутких проделках. О том, как отомстил за Гхена.
Хлыст не знал историю в таких подробностях и замер, разинув рот. К концу рассказа нас обступила толпа, приблизившись ко мне, Сиран, Хлысту и Дюрану, насколько хватило смелости. Лишь только я умолк, солдаты бросились врассыпную, сделав вид, что вовсе не слушали.
– Спасибо, – кивнула Сиран.
– За что?
– За то, что проломил уроду голову, – ухмыльнулась она.
Хлыст причмокнул губами и взъерошил седеющие волосы:
– Нужно было вина захватить. Не подумал.
– Мне и это сойдет, – подняла кружку женщина-мирмидонец.
– Чай? – скривился я.
– Водка, – фыркнула Сиран.
– Но еще утро! – изумленно воскликнул Хлыст. – И где ты вообще ее откопала?
Женщина показала ему неприличный жест и улыбнулась. Нависавшая над нами мрачная туча понемногу рассеивалась, и мы искренне улыбались друг другу.
– Бандит прислал с земли, пока вел поиски. Пока я еще была заморожена. К слову… – Она прищурилась и уселась за стол. – Правда, что Лин снова собирается нас заморозить и вернуться к имперскому флоту у Коритани?
– Если Айлекс не раскопает чего-то существенного, таков план.
– А что Джинан?
Я искоса посмотрел на Хлыста:
– Делает вид, что не имеет права голоса. Говорят, командование легионов приказало всем кораблям собираться у Коритани. Я не устаю повторять, что Джинан не подчиняется Империи, что мы можем разделиться и продолжить поиски Воргоссоса без имперской поддержки, но она не хочет перечить Бассандеру.
– Похоже, она уже давно все решила, но не собирается признаваться, – прошипела Сиран, скрещивая ноги.
– Может, и нет, – вставил Хлыст, оглядываясь на Дюрана в поисках поддержки. Старший помощник молчал. – Адр, я думаю, Джинан просто осторожничает. Быть между тобой и Бассандером – все равно что оказаться между молотом и наковальней.
– Как-то это трусливо, – заметила Сиран с легкой улыбкой. – Она ведь тоже капитан.
В этот момент старшему помощнику Дюрану на терминал поступил вызов, и он поспешно вышел, чтобы ответить. Остались лишь трое ветеранов боросевского Колоссо.
– А как Паллино? – спросила Сиран.
– Да как всегда, – ответил Хлыст. – Стойкий сукин сын. Даже глазом не моргнет.
– Ну, – сухо ответил я, – глаз-то у него всего один, моргать опасно.
– Не смешно. – Хлыст уколол меня взглядом и едва не замахнулся, чтобы ударить.
– Смешно.
– Да иди ты к черту! – буркнул он, принимая во внимание собравшихся в зале солдат. Ликтору коменданта не к лицу бить этого самого коменданта.
Сиран же улыбалась до ушей. Хороший знак.
– А напрямую со Смайт ты не говорил? В обход Лина и твоей девицы?
Я настолько стремился уладить все собственноручно, что напрочь забыл о том, что в дело вовлечены и другие силы. Пусть и не столь могущественные, как Первый стратиг, но куда могущественнее Бассандера Лина.
Райне Смайт. Рыцарь-трибун Райне Смайт.
– Нет, не говорил, – признал я и почувствовал, как невольно расплываюсь в улыбке.
– О, я знаю это выражение, – кисло заметил Хлыст. – Даже не начинай.
Я потер лицо ладонями. Мне хотелось расцеловать Сиран. У меня был другой выход. Только вперед и вниз, не сворачивая налево и направо[6 - По одной из версий древнегреческого мифа о Минотавре, такие указания дала Тесею Ариадна.]. Мы снова очутились в лабиринте – или вовсе не покидали его, – в сени мрачных деревьев моего разума.
– Не слушай его, твое величество, – сказала Сиран, глядя на меня снизу вверх. – Мне нравится, когда ты такой. – Она с улыбкой прикончила остатки водки. – Ребята, вам налить? Помянем Гхена как положено.
Сиран потянулась к бутылке, не дожидаясь ответа. Я был ей признателен. Она не увидела моих слез. Хлыст схватил меня за руку, я повернулся, удивившись той озабоченности, что отразилась на его лице.
Отмахнувшись, я вытер слезы и пробормотал:
– Твое величество.
Глава 12
Конец пути
– Как видите, – заявил Бассандер сквозь голографическое созвездие, не поднимаясь из-за непристойного стола Эмиля Борделона, – на звездной карте, добытой дриадой из терминала Крашеного, нет ни единого указания на Воргоссос.
Объемная карта мерцала, подобно покрытой инеем паутине в цилиндре, спроецированном с потолка. Рядом сменялись названия и координаты. Голографические звезды сверкали в паутине, будто самоцветы размером не больше моего ногтя. Они располагались близко друг к дружке, связанные крупными торговыми путями. Но меня манило ядовито-красное пространство между ними.
– Это темные миры? – спросил я, привлекая внимание окружающих.
– Темные миры? – усмехнулась Гринло рядом с Бассандером. – Это вам не опера.
Хмыкнув, я повернулся к Айлекс, стоявшей рядом с капитаном Корво. Вместо тяжелого мундира на ней была заправленная в красные шаровары белая рубашка и высокие сапоги.
– Это экстрасоларианские аванпосты в Вуали и Пространстве Наугольника. Список наверняка неполный, – ответила дриада, расцепляя зеленые руки.
– Этого вполне достаточно, – сказал я и перевел взгляд на Джинан.
Мой капитан потупилась, уставившись на что-то на полу.
– Спасибо, Айлекс. Отличная работа, – поблагодарил я, и дриада довольно выпрямилась. – А станцию «Март» удалось обнаружить?
– Она довольно далеко, – ответила Айлекс, подходя ко мне и указывая на красный куб в нескольких сотнях световых лет от нас. – На обычной крейсерской скорости можем добраться туда года за полтора. Есть торговые посты и поближе – вот здесь и здесь, – указала она, – но Крашеный наверняка неспроста упомянул «Март».
– Кремна и Танаис, – прочитала Джинан. – Звучат как названия планет.
– Довольно! – холодно скомандовал Бассандер. – Марло, вы обещали мне Воргоссос. Это не Воргоссос.
На его лице ходили желваки, на висках пульсировали жилки, лишний раз привлекая внимание к свежевыбритым почти до макушки волосам.
Я не удостоил его ответом.
– Капитан Корво, у вас есть предположения, почему Крашеный мог особо отметить станцию «Март»?
Высоченная Отавия Корво откинула назад прядь непослушных светлых волос и пожала плечами:
– Возможно, это более крупный торговый пост или каким-то образом сотрудничающий с Воргоссосом. Я не слишком разбираюсь в политике окраинных миров.
– Даже если мы отправимся сегодня, – скрестил руки Бассандер, – понадобится пятнадцать лет, чтобы воссоединиться с флотом. Наша миссия провалена.
– Еще чего! – повысил я голос, указывая на голограмму. – У нас есть координаты… – я сосчитал, – семнадцати экстрасоларианских баз.
– Предлагаете все их обыскать?
– Если понадобится, – ответил я.
Коммодор крякнул, опускаясь в кресло за громоздким столом. Протянул руку, взял за обернутую кожей рукоять используемый в качестве пресс-папье меч, прежде принадлежавший адмиралу Венту. Взмахнул им, как дирижерской палочкой, направил на меня:
– У нас нет времени. Наши колонии столько не продержатся.
– Так возвращайтесь, капитан.
Я протиснулся мимо Джинан, чтобы оказаться с Бассандером лицом к лицу. Его уязвило то, что я назвал его истинный ранг, да еще в присутствии норманцев. Это было ошибкой с моей стороны, но я уже пер напролом:
– Я возьму «Бальмунг» с пленниками и сам отыщу Воргоссос.
Сказав это, я покосился на Джинан, но мой капитан молчала. Продолжать путешествие одному мне не хотелось.
– Сами отыщете? – усмехнулся Бассандер. – Без моих офицеров вы и ржавой ванной управлять не сможете.
Это было не менее обидно, чем мое к нему обращение. На самом деле я вполне неплохо управлялся с лихтерами, которые базировались в ангаре «Бальмунга», но решил об этом не упоминать.
– Вы перечеркиваете все, чего мы добились с тех пор, как улетели с Эмеша. Все, что нам удалось создать.
– А чего мы добились? – спросил Бассандер, крепче сжимая рукоять меча. – Свергли норманского диктатора да разогнали шайку пиратов. Вам, рафинированным палатинам, должно быть, и невдомек, что, по имперским стандартам, это вовсе не достижение.
– Тогда отдайте мне «Бальмунг», – не отступал я.
Остальные – Джинан, Отавия, Айлекс, Гринло – будто растворились в серой дымке. Мы с Бассандером стояли в центре тусклой вселенной, и никто не хотел уступать.
Наконец он громко стукнул рукоятью меча по столу:
– Ни корабля, ни моих офицеров вы не получите.
– Я отправлюсь с ним, – выступила вперед Отавия, положив руку мне на плечо. – Вы ничего не потеряете, кроме денег, которые и без того мне платили, и корабля, который вам не принадлежал.
От ее слов у меня расправились плечи. Так или иначе, поддержка со стороны норманских наемников была целиком моей заслугой. Я избавил Отавию от Вента и Борделона. Борделон. То, что Отавии хватило мужества войти сюда после всего, что совершил этот подонок, во многом говорило о силе ее воли. Даже я не мог этим похвастаться.
«Во Вселенной достаточно бешеных псов», – сказала Корво, узнав о гибели ее жестокого командира. Она не лила о нем слез, лишь одобрительно кивнула.
Лин встал, но произвести внушительное впечатление ему не удалось, так как ростом он едва доставал Отавии до груди. Его глаза-угольки прищурились. Не успел он открыть рот, как я выступил вперед:
– Бассандер, послушайте. Пожалуйста. Если не желаете расставаться с «Бальмунгом», отдайте мне пленников. Мы перевезем их на «Мистраль». Он в любом случае быстрее. Я найду сьельсинов. Знаю, что найду.
– Отдать пленников? – возмутился Бассандер. – Вы забыли, что среди них сьельсинский нобиль? Нам вообще не следовало сюда лететь. Нужно было держать его в заложниках на случай нападения Бледных.
– Прекрасный план, – едва не ухмыльнулся я. – Вот только от Танарана не будет никакого толку, если на колонии нападет не его флот. Так и с остальными. Вы же не станете вести переговоры с Джаддом, чтобы заключить мир с Содружеством.
Я заметил, как Бассандер сжимает рукой меч, и инстинкт фехтовальщика заставил меня отступить на шаг.
