– Не хватает только змея-искусителя, – раздался за спиной родной голос.
Я радостно оглянулась.
– Ну почему же не хватает? Вот он собственной персоной.
Боже, как же я по нему скучала. Игорь довольно улыбнулся и, перегнувшись через спинку дивана, поцеловал меня, а потом еще и отполовинил мое яблоко. Наглость! Но я готова была ему простить ее.
– Я так голоден, ты даже не представляешь, – признался Игорь, глядя меня в глаза. Кожа вспыхнула мурашками.
– Ужин скоро будет готов, – мой голос дрогнул. Он все понял – я видела это в его глазах.
– Тогда приму душ.
Я проводила его удаляющуюся фигуру жадным взглядом. Да, я тоже была очень голодна.
Игорь
День тянулся бесконечно долго. То ли виноваты в этом были скучные совещания, то ли минет в исполнении моей девочки, который я никак не мог забыть. Она удивила меня и тем самым дала понять, что я ей все еще не безразличен. И от этого хотелось плясать, а не слушать нудную речь своего финдира.
– Ну и какое решение Вы тут предлагаете? – я с трудом заставил себя вернуться из спальни в конференц-зал и, откинувшись в кресле, уставился на Лерникова.
– Я предлагаю сократить часть персонала. Это поможет нам сократить ежегодные расходы на сто миллионов.
Идея так себе.
– Еще предложения? – вздохнул недовольно.
– Экономия сомнительная, – тут же вступил в разговор Байкалов. – Нам придется выплачивать людям зарплату за три месяца. А что мы от этого выиграем? Сократим производство? Куда его еще сокращать?
– А ты что предлагаешь? – повернулся я к нему.
– Мы, конечно, можем полностью закрыть производство.
– Это не покроет убытки, – парировал финдир. – Скорее, создаст новые. Еще и головная боль с налоговой.
– Не такая уж это и головная боль, – махнул рукой Байкалов.
Я хотел было вставить слово, но меня отвлек айфон. Рита хотела помощника-мужчину. Наивная! Быстро набрал ответ, вполуха слушая своих замов.
– Есть варианты сокращения расходов без остановки производства? – спросил у присутствующих, нажимая «Отправить».
– Игорь Владимирович, давайте откровенно, Вам очень нужна эта фабрика?
Я с интересом взглянул на Байкалова.
– Мне не нужны убытки. Но на ней работает около двухсот человек. Мы не можем так просто выбросить их на улицу.
– Но мы же выплатим им пособие.
– А что делать с оборудованием и помещениями? – поинтересовался у него Лерников.
А мне снова было не до совещания. Каждое сообщение Риты вызывало у меня улыбку. Сохранять серьезный и важный вид становилось все труднее. Идея про дракона понравилась мне особенно. Да, я именно такой. Дракон, чахнущий над своим златом – Ритой.
– Мне нужна от вас программа развития или закрытия фабрики окон. Во сколько нам обойдется полное закрытие производства и что мы можем сделать, чтобы его не закрывать. Может, переквалифицировать, но оставить. На этом все. Жду ваши предложения на следующей неделе.
Конференц-зал покинул первым. Кажется, я начал уставать от бизнеса. Может, все бросить и начать что-то другое с нуля?
– Оксана, у меня на сегодня еще что-нибудь есть? – устало спросил я, опускаясь в кресло.
– Нет, Игорь Владимирович. В расписании на сегодня больше ничего нет.
– Тогда я домой.
– Хорошо, я скажу Олегу, чтобы подогнал машину.
Москву медленно опутывали пробки. Мне казалось, я никогда не доберусь до своей девочки.
– Олег, давай дворами, – велел я водителю.
Он бросил на меня быстрый взгляд, но спорить не стал. И уже скоро я поднимался в лифте, предвкушая на губах вкус Риты.
Она сидела в гостиной, сжимала в руках надкушенное яблоко и хмурилась. Настоящая Ева из рая, моего личного рая.
– Не хватает только змея-искусителя, – произнес я, снимая пиджак. Рита оглянулась и в ее глазах вспыхнули сотни звезд. Она улыбнулась.
– Ну почему же не хватает? Вот он собственной персоной.
Да, милая, я готов искушать тебя бесконечно. Ее губы хранили вкус яблока. Я тоже откусил немного. Желание внутри росло с каждой секундой.
– Я так голоден, ты даже не представляешь.
Рита все правильно поняла. Вон как грудь поднялась. Боже, вот это вырез. Настоящая пытка.
– Ужин скоро будет готов.
В ее голосе чувствовалось желание. Боюсь, когда мы наконец займемся сексом, от Москвы останутся одни руины.
Я ушел в душ. Холодный душ. Он был мне сейчас очень нужен.
За ужином Рита спросила:
– Чем закончилось совещание?
Она отрезала кусочек бифштекса и отправила его в рот, а я никак не мог отвести глаз от ее губ.
– Прибавил работы своим замам.
– Суровый начальник, – моя девочка улыбнулась.
– А чем занималась ты? – стрельнул в нее коротким взглядом.
– Пыталась представить, какой должна быть детская у нашей дочери, – расстроенно вздохнула Рита.
– И какой же она должна быть? – мне стало любопытно. А еще это было отличная возможность отвлечься от мыслей об обнаженной жене.
– Не имею ни малейшего понятия, – огорошила она меня. – Я хочу, чтобы она была красивой, безопасной и полезной для ребенка, но я ничего в этом не понимаю. Ни цвет выбрать не могу, ни мебель.
– Может, стоит найти хорошего дизайнера? – предложил я, запивая мясо вином.
– Мама предлагала кого-то, но мне тогда было не до этого. Теперь я вообще боюсь, что дочь родится, а комната еще не будет готова, – Рита была по-настоящему расстроена.
– Не переживай, мы все успеем, – улыбнулся я, желая подбодрить ее.
– И детских должно быть две. Здесь и в загородном доме.
– Согласен.
Взгляд скользнул по декольте моей девочки. Как там держалась грудь и не вываливалась, ума не приложу. Я поднял глаза на Риту. В ее застыли смешинки. Она все заметила, но меня это не смутиоло.
– Милое платье, – пригубил вина.
– Лера подарила.
– Отправлю ей букет цветов.
– Почему? – искренне удивилась Рита.
– Должен же я отблагодарить ее за ту картину, что вижу сейчас, – и я снова опустил взгляд на грудь жены.
– Игорь прекрати, – она покраснела, но вряд ли от смущения.
– Как тебе Кристина? – решил сменить тему и немного охладить нас обоих.
Рита тут же скривилась.
– Мог бы найти мне помощницу и посообразительнее.
– А что с этой не так?
Я с ней, конечно, не общался. Кристину нашла Оксана, но со слов моей помощницы женщина была весьма сообразительна и имела приличные рекомендации.
– Она сегодня три раза сделала мне не такой чай.
Я поднял на Риту глаза. Она это серьезно?
– То горький, то горячий.
– Думаю, через пару дней она научится делать чай, как надо, – улыбнулся я, поняв, что моя девочка просто ищет повод избавиться от навязанной помощницы. – А как ты себя чувствуешь?
– Отлично. И я больше не могу лежать в постели. Это настоящая пытка, Игорь. Я хочу гулять, выходить куда-то.
– Надо потерпеть всего несколько недель, малыш.
– Я от скуки скорее умру, – заныла Рита.
– Тебе теперь будет чем заняться. Нужно обустроить детскую.
– Ну да. И купить столько всего.
– Ты мне, кстати, так и не ответила про имя. Ты согласна, чтобы нашу дочь звали Вероника?
– Почему ты выбрали это имя? – она с интересом повернулась ко мне.
– Не знаю. Оно просто пришло мне на ум и я не хочу никакого другого.
– Ты даже не читал, что оно означает? – удивилась Рита.
А надо было?
– Не думаю, что что-то плохое.
– Нет, имя хорошее.
– Тебя что-то смущает?
– Мы не рассматривали другие имена.
Я тяжело вздохнул. Может Рита хоть иногда не спорить со мной? Видимо, нет.
– А как ты хочешь назвать нашу дочь? – решил я поинтересоваться.
– Не знаю. Может, Вика или Ева. Или Милана. А как насчет Агаты? Алиса мне тоже нравится.
Метания Риты вызвали у меня смех.
– Почему ты смеешься? – обиделась она.
– Чувствую, что имя у нашей дочери появится к ее восемнадцатилетию.
– Нет, ну правда. Имен так много.
– Не спорю.
– Я боюсь ошибиться. А если она совсем не будет похожа на это имя? Или вырастет и оно ей не понравится?
