При слове «свидание» у моей посетительницы округляются глаза, и видно прекрасно, что она еле сдерживает порыв послать меня куда подальше после подобной наглости с моей стороны. Но тут же вздыхает, берёт себя в руки, и на её лице слова появляется милая улыбка, от которой можно реально тронуться мозгами. Если не держать себя в руках.
Очень надеюсь, что у меня получается лучше неё скрывать свои эмоции.
Пусть знает, с кем имеет дело. И я так просто от своего не отступлюсь!
– Со свиданием придется повременить, – шутит в ответ Карина, а вот мне почему-то не до веселья.
Когда я шутил у нее в кабинете, та она в ответ ворчала и посылала, а теперь мне надо ее поддержать? И тоже расплыться в дурацкой улыбке? А может начать петь дифирамбы, как я рад ее видеть? Да, рад, причём очень, но она об этом не узнает. А то начнутся бесконечные подколки, как в прошлый раз.
Сделал комплимент – не так. Пошутил пару раз – тоже не так. Предложил не ограничиваться в средствах и устроить родителям праздник – опять не так, чтобы ее черти слопали. Может, это у нее проблема с пониманием, а не у меня с просьбами?
И всё-таки я продолжаю склоняться к версии, что она до сих пор так и не простила меня за прошлое. Причём заслуженно – тут я полностью признаю свою виновность. Однако в глубине души мне очень хочется, чтобы она забыла все те недопонимания и ошибки, которые я совершил.
И дала мне второй шанс.
Вот кто бы сейчас поинтересовался – а на кой сдался мне этот второй шанс? Чего я прицепился к Карине, так рьяно пытаясь ее заставить обратить на меня внимание?
– Кофе не предлагаю, так как секретарь заболела, поэтому давай сразу к делу, – я не могу сдержаться, чтобы не подколоть свою посетительницу, однако постоянно забываю, что передо мной Голубева. Язвочка, которая за словом в карман не лезет, но постоянно провоцирует меня на дальнейшие колкости.
И, естественно, мне прилетает в ответ:
– А сам не знаешь, где включается кофе-машина? – она приподнимает одну бровь в немом изумлении, бросая мне вызов. – Или по должности не положено?
Еще бы добавила, что мне корона на голову давит, с нее станется. Однако язвительная речь Карины имеет обратный эффект – я расслабляюсь, откидываюсь на спинку кресла, принимая вальяжную позу, хотя до этого момента пребывал в каком-то непонятном напряжении, и выдаю с довольным видом:
– Не помню, чтобы три дня назад ты мне кофе предлагала, когда я пришел к тебе по делу.
Специально растягиваю слова, делая акценты в нужных местах, чтобы задеть ее посильнее, однако в ответ наблюдаю лишь ехидную усмешку.
Вот совсем не та реакция, которую я ожидал увидеть.
– Так то по делу, – Карина язвит и даже не краснеет. – Валевский, если бы ты меня на свидание позвал, то я бы в кофе еще и коньяка налила! И даже сама бы приготовила! – девушка поднимает указательный палец вверх, пытаясь придать значимости своим словам, однако я лишь в очередной раз усмехаюсь.
Ага, коньяк – так я и поверил. Ты, дорогая, мне туда пургена бы добавила или мышьяка, причём двойную порцию.
– Так со свиданиями вроде решили повременить? – подхватываю ее «игру» прямо на лету, мигая бровями. – Будет свидание, будет и кофе, а пока, – развожу руками в разные стороны, тонко намекая, что в сегодняшнем счете пока веду я.
И сравнять его не позволю, как бы Карина ни пыталась, хотя прекрасно вижу, что за показным весельем, шутками и подколками девушка злится. Только дай слабину, так она разорвет меня на мелкие части.
Кстати, очень хотелось бы на это посмотреть, но я сдерживаю свой порыв. Не увидишь ты, красавица, моих истинных эмоций – если честно, я и сам пока не пойму, чего к ней прицепился с этой дурацкой местью.
Такое чувство, что на Голубевой свет клином сошелся, однако ее постоянные отказы и бесконечные провокации задевают за живое и пробуждают инстинкт хищника. Ой, зря ты, Карина, так ведёшь себя.
Зря, голубушка, голодного волка провоцируешь.
– Обойдусь без кофе, к тому же много его пить вредно для здоровья, – моя собеседница окончательно берет себя в руки, переходя на серьезный тон. Спина ровная, лицо сосредоточенное, и, чувствую, она немного нервничает. Хоть и старается это скрыть. – Я согласна заключить с тобой договор и устроить праздник твоим родителям, если ты еще не передумал.
Карина делает паузу, пристально глядя мне в глаза, а у меня возникает лишь одно желание – рассмеяться ей в лицо. Конечно же, согласна, я в этом даже не сомневался. Особенно после моей маленькой мести.
Правда, девушка не знает, что воплощать ее в жизнь я не собирался, хоть и считает меня Голубева последним негодяем. Просто поддался временному эмоциональному порыву и решил выбить из Карины всю дерзость и спесь. А так же увидеть ее в своем кабинете со словами сожаления, а в идеале – лаской залечить свое ущемленное самолюбие, что нанесла мне язвочка моя.
Моя? Это точно я подумал? В необычном направлении у меня мысли начинают работать, сам от себя не ожидал такого.
– И что ты хочешь получить взамен? – я продолжаю сидеть в вальяжной позе, наслаждаясь общением с Кариной. Точнее, ее слегка напряженным видом. И вроде радоваться должен, что добился своего, однако почему-то на душе лишь кошки скребут от увиденного.
– Продлить аренду, а так же заключить договор на новые помещения, – как ни в чем не бывало, спокойно произносит Карина, все еще находясь в напряжении.
– И кто из нас корыстный? – я усмехаюсь, правда, слыша в ответ лишь печальный вздох.
– Моя мама всю жизнь мечтала, чтобы я пошла по ее стопам и стала банковским служащим, – начинает девушка издалека. – Экономфак я еще выдержала, а вот с кредитами и депозитами у меня не срослось, хоть я и честно пыталась. И три года назад я просто искала, чем заняться, чтобы убить время, когда натолкнулась на объявление о наборе аниматоров. Кем я только не была, – Карина усмехается, не сводя с меня своего пристального взгляда. – И Снежной королевой, и бабой Ягой, про Снегурочку я вообще молчу, – она снова запинается, а у меня в голове почему-то вместо плана мести начинают рисоваться образы Голубевой в различных костюмах.
И почему-то все с эротическим подтекстом.
Точно не в ту степь меня сейчас занесет. Надо что-то с этим срочно делать – как бы мои мысли не завели меня в тупик. Хотя, и так понятно – нужно срочно Голубеву затащить в постель и реализовать все свои тайные фантазии. Остается лишь до конца довести свой тайный план, и, считай, она у меня в кармане. Я даже не допускаю мысли, что строптивица начнет сопротивляться.
– Золушкой была? – зачем-то задаю этот глупый вопрос, сам не понимая смысла сказанного.
– Белоснежка подойдет? – Карина уже улыбается открыто, больше не видя во мне врага. Да я и не собирался с ней воевать, что бы она там ни думала обо мне.
Просто задела за живое – отказ, еще один. Как бы такими темпами она меня не приструнила, а не наоборот.
И вот сейчас, глядя на ее симпатичное личико и печальный взгляд, я чувствую себя болваном вдвойне. Даже еще хуже, чем пять лет назад.
– Если только на современный лад, – пытаюсь перевести разговор в шуточное русло, тонко намекая на эротический подтекст. Однако Карина игнорирует мои шутки, продолжая свое повествование:
– Последний год я в основном занималась организационной работой. Фирма расширилась, аниматоров уже достаточно, чтобы самой не переодеваться и веселить народ, а вот с организаторами напряженка, – она делает паузу, не сводя взгляда. – Я выкупила бизнес у предыдущей хозяйки год назад, оставив всех сотрудников на своих местах. И теперь мы собираемся расширяться, если ты отдашь нам в аренду дополнительное помещение, а так же не выгонишь с уже насиженного места.
Она замолкает и ждет моего вердикта.
И мне почему-то не хочется смеяться над ее словами.
Глава 9
– Давишь на жалость? – после минутной паузы надменно произношу, в глубине души ненавидя себя за это.
Вот зачем, спрашивается, я сейчас ее пытаюсь обидеть? Ведь знаю прекрасно, что не причиню вреда девушке, как и не стану мелко мстить из-за глупой обиды, однако вся моя натура почему-то бунтует – не могу сдаться и пойти сразу же на мировую. Почему-то хочется полной капитуляции Карины, в прямом и переносном смысле этого слова. Прямо жажду завладеть всем ее вниманием, хоть ты тресни!
Именно завладеть, а не растоптать, о чем, как я правильно понимаю, думает девушка.
Она действительно меня считает таким монстром, который способен стереть ее с лица земли? Хотя я бы на ее месте именно так и думал.
– Да брось, Валевский, – темноволосая красавица усмехается, сканируя меня с неким сожалением, при этом легонько мотая головой из стороны в сторону. – Если бы я хотела надавить на жалость, то придумала бы слезную историю, чтобы растопить твое ледяное сердце. А так, – девушка разводит руками в разные стороны, – я просто констатировала факт. Чтобы ты понял, как для меня важно сохранить бизнес. Согласна, – она выставляет ладонь вперед, останавливая мой порыв что-то возразить в ответ, – я немного грубовато повела себя в нашу последнюю встречу, поэтому приношу свои искренние извинения. У нас сейчас полный завал с заказами, и дополнительные мы просто физически не потянем, но, – она делает паузу и мило улыбается, так и не сводя с меня своего пристального взгляда. – Для друзей и близких мы всегда готовы сделать исключение.
Ее слова задевают сильнее, чем я бы того хотел – не в том смысле, что бедная и несчастная девочка пытается вызвать у меня слезу, а в том, что я действительно ею восхищаюсь. Вот уж никогда бы не подумал, что Карина способна искренне, бескорыстно помогать людям, брать на себя ответственность и выполнять все свои обязательства.
Это я, раздолбай и лоботряс, всегда жил на всем готовом – престижный платный лицей, дорогие шмотки и игрушки, университет, куда сам только ткнул пальцем, и мои бесконечные выходки и концерты, которые бедные родители терпели двадцать семь лет. А ведь я только сейчас, когда пришлось занять пост генерального директора, в полной мере осознал, каким был эгоистом и идиотом.
А девочка, которая сидит передо мной, добилась всего в этой жизни сама. Помощь на страте – еще не залог успеха, как думают многие. Самое основное начинается потом, когда тебе приходится постоянно удерживать бизнес на плаву, содержать штат сотрудников и нести за всё ответственность самому, тратя все свои силы, нервы и время на место под солнцем.
Без чьей-либо помощи.
Ведь никто не знает, какой тяжкий труд у руководителей фирм, и как они ежедневно жертвуют своей личной жизнью, чтобы сделать свое предприятие успешным.
И как-то я не подумал ни о людях, которые работают у Карины, ни о тех, кому они столько лет дарят праздники, когда загонял девушку в угол. Просто хотел услышать ее слова извинения и увидеть в глазах покорность.
В идеале – эту же покорность, только в моей постели, но пока с фантазиями повременим.
Я думал, что эта маленькая месть принесет мне удовлетворение, а на самом деле сейчас чувствую себя последним подонком на планете. И всё же…
– Предложение в силе, – нагло поедаю её глазами, пытаясь за этим скрыть злость, прежде всего на себя, но все равно не желая сдаваться так быстро. – Только к нему прилагается ряд условий.
– Валевский, ты сдурел? – вырывается у Карины довольно резко и, как я понимаю, эмоции и дальше сдерживать она не намерена. – Повышение цены на аренду мы сейчас просто не потянем!
Да уж, женская логика для меня до сих пор загадка. Вообще-то под «рядом условий» я имею в виду совсем другое, однако всему свое время. Пусть Карина позлится, мне это даже нравится. Давненько меня никто не провоцировал и не пытался подмять под себя.
Со мной вообще все разговаривают с придыханием: сотрудники – покорно заглядывая в глаза, а блондинки – боясь меня разочаровать.
– У меня есть имя, если ты забыла, – остужаю ее пыл строгим голосом, наблюдая, как она поджимает губы, раздражаясь еще сильнее. – Помнится, кто-то учил меня хорошим манерам?
– Мне просто нравится твоя фамилия, – девушка быстро находится с нужным ответом, демонстрируя ту самую покорность, о которой я так мечтал.
Фамилия нравится? Я это запомню, а то мало ли, куда заведёт наше противостояние. Хотя, даже мысли такой не допускаю, чтобы Голубева сменила фамилию на Валевскую.
Никогда!
– Роман Борисович подойдет? – Карина приподнимает одну бровь, при этом так зазывно улыбаясь, что мои тормоза вот-вот откажут.
Зараза, ну нельзя быть такой притягательной!
Так, Рома, держи себя в руках. Ты, как избалованный мальчишка, прицепился к игрушке, которую родители никак не хотят тебе покупать. На Голубевой свет клином не сошелся – сегодня же заеду к Иришке и, наконец-то, расслаблюсь. Уж она-то знает, как заставить тебя забыть обо всем на свете хотя бы на время.
Милая, ненавязчивая, прекрасно понимающая тебя с полуслова – чем не идеальный вариант в жены? Тем более, я давно подумываю с кем-нибудь связать себя узами брака и подарить родителям внука, о котором они так долго мечтают.
А я мечтаю о покорной и тихой, как мышь, жене – чтобы не лезла со своими нравоучениями, не язвила и не противоречила в ответ, сидела тихо и создавала в моем доме уют.
Возможно, это и есть любовь, однако, глядя сейчас в чистые и искренние глаза Карины, образ другой девушки, чьим телом я могу наслаждаться в любое время без каких-либо обязательств, меркнет и напрочь стирается из памяти.
От одной только мысли об Ирке становится почему-то тошно, а желание вечером к ней тащиться исчезает еще быстрее, чем появилось пять минут назад. А вот при взгляде на Карину кровь начинает бурлить по венам еще быстрее, чем в предпоследнюю нашу встречу.
Когда она мне отказала. И нагло послала, чтобы не путался под ногами.
Неужели до сих пор не забыл, как горели ее глаза, когда она целовалась со мной на свадьбе лучших друзей, и потом – когда девушка танцевала со мной страстное танго, не стесняясь своих эмоций?
При одном только воспоминании об этом дне, почти полгода назад, в штанах начинает становиться тесно. Да что со мной такое происходит? Веду себя, как пацан малолетний, однако в голове настойчиво бьется одна единственная мысль – кажется, я попал, причем всерьез. Может, ещё не со совсем потерял голову, но, чувствую, уже где-то близко к этому состоянию.
И от осознания правды моё настроение мгновенно портится.
– Можно без отчества, – бурчу в ответ, играя желваками на скулах. – Оставь для моих подчиненных и партнеров.
– Как скажешь, Ва… – девушка запинается и через пару секунд заканчивает: – Рома.
– Так-то лучше, – умничаю в ответ, немного остывая, а в глубине души наслаждаясь маленькой, но все-таки победой, хоть до сих пор и не испытываю ощущения этой самой победы в полной мере. – Теперь к условиям. Бюджет остается неограниченным – озвучь любую сумму, я заранее на все согласен. Только теперь вместо тех недель у тебя остается две. Вдобавок ко всему, – продолжаю серьезным тоном, не давая девушке возможности вставить ни слова, – я продлю с тобой договор аренды на три года, а так же отдам помещение, которое ты хочешь, на тот же срок с льготным периодом на год, пока вы раскрутитесь.
– Я так понимаю, сейчас ты меня ошарашишь, – Карина произносит слова по отдельности, замедляя темп к концу.
Конечно, милая – ты же еще не слышала моего основного предложения! Должен же я тебя помучить за первоначальный отказ?
Наблюдаю, как девушка напрягается и задерживает дыхание, ожидая от меня подвоха. Вот тут ты, милая, права – сейчас я тебя вгоню в ступор и буду наслаждаться окончательной победой.
– Ты – делаю паузу, наблюдая, как её волнение достигает своего пика, – переезжаешь жить в дом моих родителей на весь оставшийся срок.
– Что?!
Карина не сдерживает эмоций, а я в глубине души радуюсь подобной реакции.
Согласишься, крошка, никуда не денешься. Заодно и поработаешь охранником родительского дома вместо меня. Будем считать, это моя маленькая месть в действии.
Но самое главное, она будет вне зоны досягаемости для любых других ухажёров и под моим личным контролем. Уверен, наверняка есть какой-нибудь урод, который крутится возле строптивой темноволосой красавицы. А, возможно, и несколько, чего я допустить не могу, пока не получу своего.
При одной только мысли, что Карина с кем-то спит, а мне отказывает, моё настроение вновь ползет вниз. А злость, наоборот, начинает зашкаливать.
Неужели я ревную?
Глава 10
POV Карина
– Что?! – наверное, это вылетает у меня слишком резко и довольно громко, но моему возмущению нет предела.
Глаза округляются и вот-вот вылезут из орбит. Валевский что, совсем страх потерял?
Да какой страх?! Он совесть потерял, причем всерьез и надолго! Хотя, что-то мне подсказывает, у него этого отродясь не было. Он вообще за кого меня принимает? Неужели считает, что я за его бабки и слишком щедрое предложение буду с ним спать две недели? А иначе зачем я ему сдалась, скажите на милость, чтобы переезжать к нему, еще и с помощью шантажа?
Согласна, на шантаж это мало похоже, да и не думаю, что у Ромы проблемы с женским полом, однако «ты переезжаешь в дом моих родителей на две недели» звучит слишком неожиданно и уж очень волшебно.
– Какая часть из моего предложения тебе не понятна? – Рома слишком расслаблен, как для человека, который готов потратить уйму денег, только чтобы потешить собственное самолюбие.
– Валевский, у тебя все дома, или кто-то отлучился? – стучу пальцем по виску в надежде, вдруг этот павлин подумает и вспомнит, что нужно думать мозгами, а не другим местом.
