Я не успел ничего понять, а он перевесился через перила и снова дал две очереди, а затем спустя пару секунд еще одну.
Отскочив от лестницы, он практически молниеносно сменил магазин и снова начал спускаться. Я остался на этаже один. Стояла полная тишина – я даже шагов не слышал.
– Спускайся! – голос Дисы прозвучал как гром среди ясного неба, чуть не заставив меня подпрыгнуть от неожиданности.
Я пошел к лестнице боком, продолжая держать коридор под прицелом. Интересно, почему я так делаю? Знаю ведь, что это правильно, но откуда это знаю?
Лишь зайдя за угол, я перевел оружие на лестницу, начал спускаться, чуть ли не вдавливая себя в стену, чиркая и елозя по ней собственной курткой, стараясь на повороте заходить как бы с большего радиуса. Вот, опять же – в жизни меня такому не учили, но я почему-то уверен, что так правильно.
Правильно определять опасные направления, правильно идти, правильно держать автомат, чтобы было удобно целиться и стрелять. Откуда я это знаю? И ладно бы хотя бы оружие было современным, так нет, я такого даже в фильмах не видел. По идее мой автомат не зря получил свое прозвище, наверняка он побил или даже сломал кости не одному новичку вроде меня. Так почему же все-таки я так уверенно его держу? И главное – спокоен, знаю, что ничего я себе прикладом не отобью…
На пролете второго этажа, на входе в холл стоял Диса, поджидая меня.
Здесь же, прямо на лестнице, лежало два трупа.
– Ужасные людишки – напугали старика, – ворчливо пожаловался Диса.
Ну вот…еще трупы. И их убил Диса. Я вроде как ни при чем, но все же…
– Тут вроде пусто. Больше ни звука, – меж тем продолжил Диса. – Похоже, это их поджидал кошмар в переулке.
– И что они тут делали? – спросил я.
– Без понятия, ? пожал плечами Диса, – скорее всего, ждали, пока кто-то появится на улице, чтобы пристрелить его. Наше счастье, что с той стороны, откуда мы подошли, глухая стена. А то бы отхватили по полной…
– А может, они были тут по своим делам? – спросил я.
– А-а-а… – усмехнулся Диса, – человеколюбие проснулось? Пойдем-ка…
Мы прошли по коридору второго этажа и завернули к одной из комнатушек.
– Вот какие у них тут дела, любуйся! – буркнул Диса и указал мне на дверь в эту самую комнатушку.
Я замер на пороге, уставившись на того…на то, что было внутри.
Прямо посреди комнаты, подвешенный за руки к крючку от «люстры», висел человек. И он был мертв.
Тем не менее, умер он совсем недавно – кровь все еще капает из раны в груди. На голом теле невооруженным взглядом видны ожоги, порезы, синяки и ссадины. Пытали они его, что ли?
– Это что? – спросил я, пятясь назад.
– Это один из нас, лутеров, – ответил Диса, – я даже его знаю…
Диса зашел в комнату, схватил мертвеца за волосы на голове и поднял ее, тем самым обнажив страшную рану на шее, выглядевшую словно огромный, кровавый рот.
– Точно, знаю. Это Беня. Шастает обычно по центру, всякую мелочь собирает. Не любит рисковать и влипать в потасовки. Но в этот раз все-таки влип…
– За что его?
– Ну…может, что-то узнать хотели, может, пытали, чтобы узнать, где его тайники. Может, просто от нечего делать, – пожал плечами Диса, – мары ? они такие…
– Так те двое – мары?
– Были, – кивнул Диса.
У меня отлегло, но от внимательного Дисы это не ускользнуло.
– Ты бросай кисейной барышней прикидываться – долго не проживешь. Мораль, этика, заповеди – это все там… – он неопределенно махнул в сторону рукой. – А тут либо тебя завалят, либо ты завалишь. Причем плевать, кто будет на прицеле. Если он в тебя целится – значит, враг, и точка. Не грохни мы их – были бы как этот товарищ…только в соседних комнатах.
Диса кивнул в сторону висящего трупа.
– Я понимаю. Тем более, это мары… – кивнул я.
– Да неважно, кто это! – рявкнул Диса. – Даже если бы это были лутеры вроде нас с тобой – сути это не меняет. Вальнули бы они нас без зазрения совести.
– А как же суд, штрафы? – хмыкнул я. – Ты ведь из-за этого позволил пристрелить того…нового?
– А там мне ничего не угрожало, – парировал Диса.
– Вот оно как у вас работает! – снова хмыкнул я. – Сказал бы, что угрожало…
– Видишь это? – Диса указал на нечто вроде фонарика, закрепленного на его шлеме.
– Ну?
– Эта хрень называется ВЗОР. Она записывает все, что происходит. И если будет какая-то спорная ситуация – у меня могут попросить запись с него.
– Так отключи…
– Тогда я не смогу доказать, что был прав. И вообще, если во время рейда отключаешь ВЗОР, то его записи уже не принимаются как доказательство.
– Почему?
– А кто знает, чем ты занимался, пока выключил его? Может, специально провоцировал жертву, а запись включил, когда противник начал в тебя стрелять, чтобы сделать его виноватым и спокойно пристрелить.
– Хм…
– Вот тебе и «хм»! – передразнил меня Диса. – Ладно, пошли, посмотрим, что у жмуриков интересного есть.
Мы вернулись к лестнице, и Диса присел возле одного из трупов.
– Ну, что там у тебя? Давай, показывай, – пробормотал он, охлопывая карманы покойника.
Затем вдруг остановился и повернулся ко мне.
– А ты чего замер? Иди второго обыскивай. Вон, у него разгрузка есть.
– И…что? – включил тупого я.
– Чик! И забрал! – подсказал мне Диса. – Давай, вперед!
Как и было мне приказано, в первую очередь я стащил с покойника разгрузку и натянул на себя.
Ну и что, что заляпана кровью немного? Зато с ней намного удобнее.
Я тут же рассовал магазины так, чтобы их было удобно доставать, а не рыться по карманам куртки.
Вот! Совсем другое дело.
Также у покойника обнаружилась пара пачек сигарет, зажигалка, фонарик. А еще два магазина к оружию.
Кстати, какое у него оружие? Я разогнул пальцы мертвеца, вцепившегося в винтовку.
Выглядела она не очень – вся в царапинах, выщербинах, будто ей уже было много лет. Но зато винтовка эта была снабжена оптикой.
Это дело! Это хорошо! Я, правда, себя снайпером совершенно не считаю, но…
Снова накативший приступ «дежавю».
Я такого оружия сроду в руках не держал, но все же был уверен, что смогу им воспользоваться, и уж метров на двести прицельно выстрелить смогу.
Все, больше у покойника ничего нет. Жаль. Я рассчитывал на улов покрупнее, как у Дисы, например.
Его покойник был без разгрузки, зато с бронежилетом, если его можно так назвать. Скорее уж кираса. Цельнолитая, из некоего материала. Точно не металл – вес намного легче.
– Армпластовый броник с большой домесью обычного пластика, – пояснил Диса. – Штука неплохая, от выстрела точно защитит. Вот только дальше уже будет абсолютно бесполезной.
– Заберем? – с надеждой спросил я.
– Нет, – качнул головой Диса, – у нас всего один рюкзак – мой. И нам будет, что туда складывать.
– Давай сейчас хотя бы возьмем? – взмолился я. – Вдруг что пойдет не так, хоть броник вытащим. Он ведь денег стоит?
– Ну…стоит, – кивнул Диса, и совершенно неожиданно для меня согласился: – Ладно, возьмем. Но потащишь это все ты! И сразу говорю: если все пойдет по плану – сбрасываем его. Чтоб мне без нытья!
– Да я его напялю прямо сейчас на себя, – предложил я, – лучше ведь, чем мой?
– Нет, это долго,– отрезал Диса, – либо в мешок, либо никак.
– Ладно, – не стал спорить я.
– Так…чего тут у тебя? – Диса охлопал карманы покойника. – О! ВЗОР! Похоже, принадлежал Бене. Тебе повезло!
Диса перебросил мне «фонарик» и я поймал его на лету.
– Спрячь пока, – предложил Диса, – вернемся в лагерь – почистим его, и можешь пользоваться.
– Да надо он мне… – проворчал я, – лучше продать.
– Поверь, лучше оставить. Продашь – потом локти кусать будешь.
– Ну…ладно, – я снова-таки не стал спорить.
Может, я пока просто не понимаю неких простых истин, но потом придет. Так чего упираться? Продать я ведь всегда смогу.
– Так…дальше… – Диса продолжил изучать карманы крестника, – магазин, еще магазин…
Найденное он аккуратно положил рядом с собой, прямо на пол.
– О! А это нужная вещь! – Диса продемонстрировал мне гранату, и тут же вновь полез к карманам мертвеца. – А есть еще?
Есть. И нашел он их целых две штуки.
– Дарю! – все три гранаты были отданы мне. – Ты знаешь, что с ними делать?
– Знаю, – благодарно кивнул я.
– А эту хрень брось. Толку от нее… – Диса указал пальцем на винтовку у меня на плече.
– Нет. Пригодится.
– Устанешь только зря. Она копейки стоит.
– У меня на счету почти девять тысяч долга! Мне любые копейки нужны! – уперся я.
– Ну, как знаешь, но это дерьмо даже трогать не вздумай.
Он пнул странного вида кургузый автомат, лежащий рядом с трупом.
– А что это?
– Пистолет-пулемет, – пояснил Диса, – патроны дорогие, плюется он ими любо-дорого, но все криво.
– Как это?
– А вот так. Точность никакая.
Я открыл было рот, но Диса меня перебил:
– И денег он практически никаких не стоит. Хватит жадничать! Надо идти налегке. Поверь мне – вытащим то, что мне надо, и ты получишь намного больше, чем стоит этот весь хлам.
– Больше?
– Ну, я ж не жлоб какой, поделюсь добычей. Оба ведь рискуем.
– Я думал у меня «испытательный срок», – усмехнулся я.
– Так и есть, – кивнул Диса, – но жрать ведь тоже на что-то надо.
