– Привет, – растерянно произнесла я.
– Привет, Эден, – удивленно поднял брови парень, убирая со лба длинную челку.
– Ты на пару? – спрашиваю я, в наглую осматривая молодого человека, а мое время опоздания все увеличивается.
– Конечно, нет. Помогал мисс Беренс отнести ваши проектные задания в лабораторию.
– Оо, – вспоминаю, что это Курт Стайл – спортсмен, по которому сохла Натали. – Я пойду на пару, мистер Галастер…
– Мистер Галастер, – улыбнулся парень и подошёл к нужной мне двери. Он без стука открыл её и заглянул внутрь, потом обернулся на меня ещё более довольный. – Заходи.
Я медленно двинулась к двери и с опаской заглянула в аудиторию. В ней стоял гул голосов, место за кафедрой пустовало. Наконец, я выдохнула спокойно. Стало даже обидно.
– Откуда ты знал, что его там нет?
– Он в лаборатории.
– Полезно иногда помогать преподавателям, – улыбнулась я парню.
– Можно сказать и так, – снова ухмыльнулся парень и вышел за порог аудитории. – Мне лучше поторопиться.
– Спасибо.
– Не стоит, – студент откинул свою челку и поспешил к концу коридора.
Я смотрела ему вслед пока кто-то не свистнул мне из аудитории. Кажется, пора закрыть дверь с нужной стороны.
– О боже, это же Эден, – крикнул девичий голос и все взгляды обратились ко мне.
– Наконец-то. Я уж думал, что не сдам органическую химию.
Раздается смех, а потом несколько человек спускаются ко мне, осыпая вопросами. Их голоса превращаются в противный гул, а стук сердца вновь усиливается. Но меня спасает преподаватель, зашедший в аудиторию.
Мистер Галастер – мужчина в самом расцвете сил, но он не похож ни на одного из тех, кого мне доводилось когда-либо видеть. У него выбритые виски и уложенная челка, костюм, который нельзя назвать иначе как стильным. Его полные жизни темные глаза с интересом оглядывают аудиторию. Когда я сажусь рядом со светловолосой девушкой, он улыбается мне. И я понимаю – он мой научный руководитель.
– Кто скажет, какую лабораторную мы будем проводит сегодня?
Мистер Галастер расставляет на свой стол горсть монет, пробирки, химикаты и металлическую губку.
– Будем делать золотые монеты?
– Я слышу в вас нотки неуверенности, мисс Морган. А ведь вы абсолютно правы. Что вы можете сказать про этот опыт?
– Если опустить начищенную медную монету в кипящий раствор хлористого цинка с их гранулами, то ионы цинка начнут оседать на поверхности монеты, и она станет серебряной.
– Вы хотите сказать, что медь и цинк превратят монету в серебро?
– Нет, поменяется только цвет монеты, мистер Галастер.
– Верно. Что-то еще?
– Да. Если разогреть данную монету, уже с серебряным блеском, то она станет золотой.
– Золотой, мисс Морган?
– Лишь цвет, мистер Галастер, – улыбаюсь я, – В ходе химической реакции медь монеты и осевшие на ней ионы цинка формируют металлическую связь и образуют латунь. При нагреве начнется диффузия цинка в меди. Когда содержание цинка на поверхности станет ниже тридцатипяти процентов, латунь станет золотистой.
– Отлично, мисс Морган. Рад, что вы снова в строю. Жду вас в проектной мастерской в четверг.
– Спасибо, мистер Галастер.
– Сейчас я проведу эксперимент, который описала наша коллега. Мы рассмотрим в подробности все реакции и после обеда вы самостоятельно выполните данный опыт.
***
На обед мы с Натали и Гектором идем вместе. Я делюсь эмоциями от пар с мистером Галастером, ребята лишь вопрошают о реакции однокурсников.
– Все в порядке. А что, меня здесь не любят?
– Нет, ты достаточно общительна, но все-таки мы волнуемся о тебе.
– Все в норме. Правда.
Ребята кивают и обсуждают свои дополнительные занятия. Я комментирую все, пытаясь влиться в студенческую жизнь. Это оказывается не так сложно, как кажется.
Мы проходим пару смежных корпусов, пока не входим в кафетерий. На пути к нему я замечаю нечто необычное. Какой-то странный мемориал, сделанный явно самими студентами. Уголок обложен записками, в центре фото парня и куча бутафорских денег вокруг. Под фото значится надпись: «Трой Бернс – вечная память».
– Что с ним произошло? – киваю я на мемориал.
Гектор замирает, Натали лишь отводит глаза:
– Он умер недавно. Его нашли в его же квартире. Многие говорят, что он совершил самоубийство, а некоторые уверены, что его убили.
– Натали! – шипит на нее Гектор.
– Я его знала?
Ребята переглядываются, но кивают. Быстро переводят тему и отводят меня подальше от мемориала. Лицо Троя Бернса кажется мне очень знакомым, а слова Натали производят на меня странное чувство, неведомое прежде.
– Посмотри на эту очередь.
– Может съездим в «Колибри»? – с надеждой спрашивает Натали.
– Я за. Эден?
– Почему бы и нет, – быстро соглашаюсь я.
Нет-нет, я встречаю настороженные взгляды студентов и мне это отнюдь не нравится. Так же, как и идиотские переглядки Натали и Гектора, поведение Джексона и всей семьи. Самое время заткнуться и взять тайм-аут.
***
Дни пролетают стремительно. Погода становится более капризной. Конец декабря становится приятной неожиданностью. Мы с Натали готовимся к зачетам. Джексон пропадает на работе, но постоянно проверяет мое местоположение и созванивается с кузенами Брасс.
На это время я отвлекаюсь. Повседневность захлестывает меня в свой круговорот, и я даже благодарна этому. И вот мы уже выходим из машины Гектора, направляясь на вечеринку.
– Мне кажется, я прогадала с подарком, – сетует Натали.
– Ты хотя бы помнишь для кого ты Тайный Санта, – бурчу я в ответ.
– Лично я доволен всем.
– Потому, что Эден спасла твою шкуру.
– Спасибо, Эден, – произносит Гектор с нотками сарказма.
– Всегда пожалуйста. Бюро «Вспомни все, что наверняка не пригодится» всегда открыто для вас.
– Да ладно тебе, – смеется Натали.
– Ты могла бы сказать, что на эту вечеринку был дресс-код.
– Его не было, – отвечает за сестру Гектор. – Она хочет соблазнить всю мужскую половину населения района.
– Глупости, – парирует Натали. – Я просто в хорошем настроении.
– Да-да.
Ни разу не видела Гектора таким мрачным. Интересно, он так боится за сестру?
– Вот и пришли.
Дом Дерека Джонса выглядит довольно неплохо. Не наше поместье, конечно, но впечатляет. Дом выполнен в стиле лофт, совсем как наша с Джексоном квартира.
Как и другая любая студенческая вечеринка, тут полно пьяной молодежи, снующих по дому то тут, то там. Мне это явно не приходится по духу. Думаю, я не часто гуляла на вечеринках, что странно для девушки с наркотиками в крови.
– Не переживай, здесь ты в безопасности, – шепчет мне на ухо Гектор. – Мы здесь не на долго.
– Почему?
– Я обещал Джексону.
– Плевать на Джексона, – говорю я, наливая себе пунш и тут же осушаю бокал, пока Гектор в шоке смотрит на меня. – Я устала и хочу расслабиться.
– Твое сердце…
– Черт, да не умру я от алкоголя, – сердце предательски пропускает удар.
– Ребят, давайте отнесем подарки в центр, скоро начнут раздачу, – говорит, запыхавшись Натали, присоединяясь к нам.
– Где ты была? – недовольно вопрошает Гектор.
– Я здоровалась с ребятами с курса, – отвечает Натали, а затем поворачивается ко мне. – Эден, ты что, пьешь?
– Да. Я пью, – говорю я и осушаю бокал.
– Гектор?!
– Я не успел среагировать. И, черт возьми, ты что, не знаешь Эден?
– Дополнительные нагрузки на сердце чреваты серьезными последствиями.
– Натали, не драматизируй, пожалуйста, – фыркаю я. – Я знаю меру.
– Ладно, – недовольно морщится Натали, наливая пунш и себе. – Интересно, от кого я получу подарок.
– Наверняка, от самого сексуального парня в мире, – высоким голосом верещит Гектор.
– Заткнись, придурок.
– Ты выглядишь как шалава.
– Я просто захотела одеться красиво.
– Красиво и прилично разные вещи.
– Эй, успокойтесь, – пытаюсь угомонить их я.
– По-твоему, это нормально? – восклицает Гектор, обращаясь ко мне.
– По-моему, Натали имеет право одеваться как захочет.
– Прекрасно!
– Не обращай внимания, – говорит мне Натали, пока Гектор уходит от нас прочь. – Он теперь думает, что обязан опекать меня, чтобы не случилось… так как с тобой.
– Наши братья дебилы.
– Согласна, – Натали отпивает алкоголь. – Но это их проблемы, верно?
– Еще бы, – улыбаюсь я.
– Всем добрый вечер, – кричит парень в соседней комнате, и все кричат ему в унисон. – Идите на мой голос и оставляйте, кто еще этого не сделал, подарки. Через пару минут будем их распаковывать. Надеюсь, мне подарят не положительный тест на беременность.
Все ржут, а мы с Натали лишь закатываем глаза. Глупостям подростков нет предела. Поэтому мы и не посещали обычно подобные вечеринки. Со стороны мы кажемся теми еще занудами, но я точно знаю, мы умеем веселиться. Мы так же напивались и бесились, перебирали косточки всем знакомым. С самого детства нас учили держаться подальше от «простых смертных». Бесило ли это кастовое деление? Еще как. Но нельзя сказать, что в этом не было смысла. В то время, как наши сверстники мечтали оказаться в кроватях друг у друга, мы строили будущее.
– Почему мы пришли на эту вечеринку?
– Ты разлюбила подарки?
