– Я знаю значение этого слова! Читайте дальше, Беннет!
– «…намекает на то, что вместе вам будет очень весело. Гербера – универсальный позитивный подарок: для друзей, возлюбленных, коллег. Смело выбирайте эти цветы, если хотите поделиться с кем-то своим отличным настроением или сделать комплимент».
– Видите? Это именно то, о чем я говорил. Отправьте мисс Линли букет гербер.
Беннет порылся в планшете.
– Да, милорд. В ноябре они цветут везде, так что это не будет проблемой, максимум через час они будут у нее.
– Прекрасно. Заказывайте.
– Уже, милорд.
– Тогда второй пункт.
Питер замолчал. Беннет выжидательно смотрел на маркиза.
– Беннет, вы много читаете, и в основном эту романтичную викторианскую чу… литературу.
– Милорд! Я читаю не только это и…
– Мне нужна ваша помощь.
Беннет, собиравшийся долго отнекиваться и оправдываться, остановился:
– Да, милорд?
– Ээээ, ну… как там ухаживают за девушками?
Беннет пялился на Питера так, что, казалось, глаза его сейчас вылезут на двадцать сантиметров, как у героя фильма «Маска».
– ВЫ спрашиваете МЕНЯ, милорд???
– Не орите, Беннет! Тише.
Питер оглядел окрестности.
– Да, я спрашиваю у вас.
– Но ведь у вас такой опыт…
– Вы предлагаете мне подарить ей бриллианты? Или сразу на своем самолете отвезти в Эл-Эй?
Беннет кивнул:
– Да, я понял, милорд. Вы правы.
– Это прекрасно, Беннет. Тогда расскажите мне вкратце, как ухаживают джентльмены в этих романах, которыми зачитываются юные девушки?
Слуга встрепенулся и посмотрел на Питера глазами, в которых тот разглядел назревающую слезу:
– Милорд, я не читаю…
– Беннет, простите, старина!
Питер подался вперед и похлопал рукой по плечу камердинера, отчего тот чуть не упал со стула. Такая фамильярность была не в духе маркиза. Но если это жест дружбы – то хозяину точно нужна его помощь. И слуга собрался:
– Конечно, милорд. Все, что от меня зависит.
Питер ободряюще кивнул, приглашая Беннета продолжать. Тот выдохнул и, расправив плечи, принялся вещать:
– Ну, насчет цветов вы уже поняли. Еще переписка, прогулки, пикники там всякие, катания в ландо. Вечерние выходы, но это уже с благословения родителей. А так… балы, приглашения на танец…
Беннет запнулся.
– Простите, милорд.
– Нестрашно, Беннет. Продолжайте.
– В общем-то и все.
– Подарки?
– Книги и сладости. Все остальное в викторианской Англии было под запретом.
Питер искренне заинтересовался:
– Да ладно! Почему?
– Потому что всем остальным юную леди должны обеспечить либо родители, либо позже муж.
– Как удобно.
Беннет позволил себе улыбку:
– Я никогда не думал об этом с этой стороны, но вы правы, милорд.
– Ну из того, что вы озвучили, самым приемлемым на данный момент для нас является пикник. Так мы сразу убьем нескольких зайцев.
– Но мисс Линли не выходит из комнаты, милорд!
Питер плотоядно улыбнулся:
– И прекрасно. Значит, вот как мы поступим…
Сассекс, поместье Солсберри, 9 ноября, 10:00
Вернувшаяся после завтрака Алана застала Кристину стоящей о окна.
– Бог мой, Крисси! Как ты туда добралась?
– Доковыляла, держась за спинку дивана.
Девушка улыбнулась и приобняла подошедшую мать:
– Погода замечательная, на небе ни облачка.
– Да, самая погода для прогулок.
– Ага.
– Вот и дядя Ланс так подумал и собирает всех на пикник.
При звуках этого имени Кристина нахмурилась:
– Он говорил с тобой?
– Нет, пока он ждет, что я приду к нему. Осознав, что этого не произойдет, он, безусловно, либо подойдет сам, либо пригласит к себе, как тогда.
– А он едет на пикник?
– Все едут.
– Жаль.
На не высказанный матерью вопрос Кристина пояснила:
– Если бы он не ехал – я бы сказала тебе «езжай», а так… Меня там не будет, а значит…
– Меня некому будет защитить?
Алана рассмеялась.
– Как же я люблю тебя, моя хорошая! Нет! Мы не поедем на пикник и останемся дома. Поболтаем, помечтаем, чего-нибудь вкусненького поедим. Что скажешь?
В ответ Кристина тепло улыбнулась матери: они давно не проводили время вместе – вот так, беззаботно.
Алана подошла к звонку вызова прислуги:
– Сейчас попросим Рози принести нам… мороженого?
Кристина заговорщицки улыбнулась матери в ответ.
Сассекс, поместье Солсберри, 9 ноября, 10:10
Питер шел по подземному гаражу и матерился. Беннету все-таки удалось затянуть его сюда.
Еще бы! Без него же не состоится! А значит, можно издеваться над хозяином и делать с ним…
– Милорд!
Свистящий шепот донесся из-за темно-синего «роллс-ройса». Приглядевшись, Питер обнаружил за задним колесом кусочек ботинка.
Боги, дайте мне сил!
Он зашел за автомобиль.
– Беннет, это не наш «ройс».
Камердинер гордо выпрямился.
– Я знаю, милорд. Просто этот пятачок единственный, не просматриваемый камерами.
Питер осмотрел высокого элегантного мужчину, протягивающего ему букет гербер. Представив, как они выглядят со стороны, он чуть не заржал вслух. Настроение было великолепным, и Питер не сдержался:
– Вы все же решили поухаживать за мной, Саймон?
Беннет подпрыгнул, будто его ударило током. Питер не выдержал – его смех разнесся по гаражу.
– Милорд! Это крайне обидно! Я не заслужил…
Отсмеявшись, Питер забрал у слуги букет.
– Да, вы правы, а я – нет. Признаю.
Оглянувшись и убедившись, что камер поблизости действительно нет, Питер хмыкнул и, достав ручку, разложил букет с карточкой на капоте «ройса». Подмигнув обалдевшему камердинеру, он написал: «Надеюсь, герберы придутся вам по душе, – и подписал: – П. Д.».
Беннет наклонился к маркизу:
– Я бы добавил «эти», милорд.
– Не понял.
– Я бы добавил слово «эти». «Надеюсь, ЭТИ герберы придутся вам по душе». Вы как бы говорите девушке, что приняли во внимание ее слова про фиалки.
Питер кивнул, соглашаясь, и дописал.
– Зачет, Беннет.
– К вашим услугам, милорд.
