– И скольких людей, интересы он представляет?
– Шестьдесят пять человек милорд, если я верно услышал.
– Мне нужно его увидеть. В доках я сам его найду, как раз хотел завтра осмотреть корабли.
– Милорд могу вам дать совет?
– Валяй.
– Первое: будьте внимательны, пускай их, и изгнали, но большинство алтинийцев – дельцы, и они могут наобещать золотые горы…
– Я привык к таким. Меня сложно провести. – перебил лорд Блэквелл.
– Это еще не всё. Все-таки после них прибудут и другие, мне кажется, что корона должна быть в курсе. Лучше всего вам дать им частичное одобрение насчет подданства, и дождаться ответа из Ганингтона (столица королевства Саитерии).
– Пожалуй, так и поступлю.
Поговорив после этого на другие менее значимые темы, лорд Блэквелл отпустил главного судью. Усталость нахлынула, а после таких разговоров – самое лучшее, промочить горло. Попросив у слуг горячего вина, лорд Блэквелл принял ванную. Отужинав и поиграв с Рисоном в ферты(похожая на карты игра) , Саймон принял решение закончить день пораньше, так как хотел завтра погулять по докам.
18 сентября 831 г.
Наспех позавтракав, и выпив немного вина, лорд Блэквелл отправился в доки. Сопровождали его капитан охраны – Алан Динмор, и пара его людей. Спор с Динмором не дал никаких результатов, и Саймон согласился на их присутствие. Всё-таки Алан – его можно сказать друг, а двое других – лишняя свита, которая показывает глупую значимость, так он считал. Даже при визитах Саймона в другие города, его сопровождение значительно уступало другим лордам.
С Аланом, лорд Саймон уже знаком более десяти лет. Алану было тридцать два года. Поначалу он был просто одним их стражников лорда, с тех пор как Блэквелл стал править в Монте, но честность, искренность, в купе с безукоризненной службой, привели Саймона к мыcли, назначить Алана главой стражи. Случилось это после того, как пост покинул предыдущий капитан – сир Корвин, в связи с преклонным возрастом. Кроме того, Саймона всегда подкупало, то, что Алан, как и он сам – закоренелый холостяк. Ну а кроме всего – он еще и приятный с виду, и в общении человек.
К докам, они шли по Морской улице. Накрапывал мелкий неприятный дождь, однако, только пара стражей шла в капюшонах, Саймон и Алан шли с открытыми головами, быстрый шаг, не давал продрогнуть. Алан то и дело проводил рукой по своим коротким темно русым волосам, смахивая капельки дождя. Лорд Монта же на дождь не обращал никакого внимания. Пару раз, они уходили на обочину улицы, так как проносились грузовые телеги, а кучер мог не увидеть их в утреннем тумане.
– Алан, надо скорее поиграть в ферты. – повернувшись сказал капитану, Саймон. – Когда идет дождь – я непобедим, сам не знаю почему.
– Ну не всегда, Саймон. – запротестовал Алан. – Иначе бы ты выигрывал на протяжении всей осени.
– Я к этому и стремлюсь. – усмехнулся Саймон.
– Видимо тренируешься на своих вылазках в город. – сказал Алан.
Алан уже давно общался с Саймоном не как с лордом. Лорд Монта пытался, в той или иной мере, всех перевести на данную манеру. Однако, с момента становления правителем, даже те, кто с ним мог общаться «на ты», резко перешли на «милорд», или «лорд Саймон». Кроме пары лиц, среди которых и был Алан Динмор. Правда, в присутствии остальных, Алан всегда переходил на официальное обращение.
Путь до доков не занял много времени, поэтому лорд Саймон и отказался от лошади. По дороге им встретились несколько грузчиков и моряков. Дождь уже прекратился, да и ветер раскидал вуаль тумана. Пройдя к самому краю доков, Саймон увидел её, «Галисиэль» – свой личный корабль, намного превосходящий по размерам остальных соседей в порту. Леди Галисиэль была вооружена десятью скорпионами и двумя катапультами. Паруса были выкрашены гербом Блэквеллов. На изображении был щит, в котором горизонтальная синяя полоса делила его на две части, на верхней был волк, стоящий полу-боком и щерящийся, ниже был нарисован штурвал, с двумя мечами по обеим сторонам. Свободная часть паруса была выкрашена, на одну половину синим цветом, на другую половину зеленым цветом (цвета дома Блэквеллов).
Подходя к кораблю, первым тишину нарушил Алан. – Неужели так она хороша была? Я никогда не спрашивал об этом.
– Да… – задумчиво произнес Блэквелл. – Очень хороша.
Он уже давно поведал, что назвал корабль в честь своей эльфийской любовницы, леди Галисиэль. Они встречались около пяти раз, так как эльфийка была проездом в Монте. Её красоту он описывал как неземную, Алану оставалось только поверить своему лорду, так как на эти свидания Блэквелл не брал с собой никого. Возможно, если бы у Саймона был другой характер, он бы сделал всё, чтобы связать себя узами с эльфийкой, но он был другого склада характера, поэтому приятное послевкусие встреч, не обернулось горечью разлуки. Но, не кривя душой, возлечь с ней снова, Саймон был готов в любой момент.
– Жениться тебе надо, Саймон. Может быть, на ней стоило как раз.
– Если я женюсь, то многие в Монте повесятся от разлуки со мной. – сказал, улыбаясь Саймон. – А что касается моей эльфийской пассии, то я не хотел, чтобы ей потом пришлось меня хоронить.
– Сколько же ей лет было?
– Ты знаешь Алан, не будь она эльфийкой, я бы вежливо не спросил. Но любопытство взыграло. В каком возрасте можно быть такой хорошенькой? Угадай, сколько ей было.
– Так я же не видел её…
– Увидев бы точно не угадал. Просто угадай, не будь занудой Динмор!
– Я знаю, что эльфы живут долго… Шестьдесят? – сказал Алан, Блэквелл с ехидной улыбкой покачал головой. – Восемьдесят? Сто тридцать? Сто пятьдесят? – На всё это лорд Блэквелл снова отрицательно качал головой. – Сто девяносто? – Не веря уже в реальность угадывания спросил Алан.
– Стоп. Ладно, прощу тебе ошибку на один год, ей было сто восемьдесят девять. – торжественно закончил Саймон.
– Ничего себе, ты трахался почти с двухсот летней. – ошеломленно проговорил Алан.
– Забудь про это, я же тебе говорю, жизнь эльфов гораздо длиннее. А для того, чтобы потрахаться с двухсотлетней женщиной нашего вида, мне бы пришлось залезть в склеп к твоей бабке.
Алан рассмеялся, и по-дружески пихнул своего лорда. Он не был обидчивым, да и привык к шуткам Саймона Блэквелла.
Оставив двух стражников возле трапа, они с Аланом взошли на корабль. Команда уже не спала. Были и новички, но основной костяк команды Саймону удалось увидеть. Тут были: боцман Хоман, помощник Бристан, вице капитан Арзайн, врач «лорд Бутылка» (лорд в шутку), а также некоторые из тех матросов, с кем они ходили в плавания – «одноухий» Томас, Пит Грач, Ромаз «зеленый»(алтиниец), «маленький» Кродок (громила), «пустой» Месон (часто рвало), и Райм по кличке «нос». С этими парнями, самые лихие плавания проходили на ура. Позже к ним с визитом пожаловал начальник доков – Лерик Зонингтон.
Пообщавшись с командой, Саймон как и ожидал, услышал недовольство простоем, и скукой. Нормальной, с их точки зрения работы не было. Время от времени, они уходили в плавания с другими командами, так как с их опытом не стоило и удивляться, что люди Саймона были нарасхват. Лорд Монта пообещал, что работенка будет, и он обязательно, что-нибудь придумает.
Потом они с Арзайном и начальником доков проследовали в капитанскую рубку, где засев за вином завели разговор.
– Лорд Блэквелл, мне Халворт передал, что на торговлю в Роузмарк вы распорядились отправить двадцать кораблей. – сразу начал Зонингтон, человек среднего роста с аккуратными усами и клочковатой каштановой прической.
– Всё именно так. – ответил Саймон, наливая вино.
– Могу узнать тогда, список кораблей вы сами составите, или на моё усмотрение?
– Как всегда, на твое усмотрение, Лерик. Ты меня не подводил.
– Только «Розалинду» лучше не включай Лерик, у неё крен на левый борт. – вмешался Арзайн, смуглый коротко стриженый, наполовину килант, наполовину сордиарец. – Недавно общался с её капитаном, он сказал, что вряд ли успеет до ноября починиться.
– Спасибо, Арзайн. – ответил Лерик. – Милорд как мне быть с алтинийцами, они разместили три корабля в нашем порту, платить или уплывать не хотят, пока не поговорят с вами. Как вы понимаете решать такие вопросы без вас я не могу.
– Всё под контролем Лерик. У меня как раз встреча с ними сегодня. Я дам необходимые распоряжения после диалога с нашими заморскими гостями, и не раньше. – ответил Блэквелл, на последнем слоге удержав икоту. – Сколько сейчас у нас кораблей, где они и в каком состоянии?
Лерик поведал, что в порту, в данный момент пятьдесят три корабля, двадцать два – военных, остальные – торговые или частные. В плавании находятся семьдесят два корабля, почти все – торговые. Из тех, что в доках – на легком ремонте пятнадцать кораблей, на длительном ремонте – шесть. Также Лерик отметил, что суденышки, на которых приплыли алтинийцы – откровенное дерьмо, и если Блэквелл им откажет в приюте, то они вряд ли на них доплывут куда-либо.
Проговорив еще некоторое время с Лериком, Блэквелл поблагодарил его за отчет и отпустил.
– Хороший мужик этот Лерик. – обратился Саймон к Арзайну.
– Будь ты на месте некоторых капитанов, ты бы так не сказал. – ухмыльнувшись, ответил Арзайн.
– Почему?
– Дерёт он сильно, и взносы дорогие, и грузчики, а уж за ремонт он с тебя последние штаны снимет. – ответил Арзайн.
– Но нашей «Галисиэль» это же не касается. – подчеркнул Блэквелл.
– Конечно, кто будет остригать верховного лорда, сам подумай. Однако в том году в нашем порту было не меньше ста пятидесяти кораблей. О чем это говорит? – вопросительно подняв смуглые брови спросил Арзайн, и не дожидаясь продолжил. – А говорит это о том, что они нашли себе другие причалы, кто-то в Фиствиле, кто-то в Нейтоне, либо еще где-то… А кто-то и в Ламингтон ушел.
– Про это он не говорил. – задумчиво сказал Блэквелл. Опять Ламингтон, будь он не ладен.
– Еще бы! Он и не скажет, пока в порту не останется одна «Галисиэль». Да и тогда будет говорить: «наверное другие в море».
На этом моменте их застал стук в дверь, и показался помощник лорда – Халворт.
– Лорд Блэквелл, сир Арзайн.
– Я не рыцарь, сколько раз говорить. – отрезал Арзайн. Халворт покраснел.
– Не трать время, Хала сложно отучить. – сказал Блэквелл. Однако скромность помощника нравилась ему.
– Как вы и просили, я привел к вам господина Мерва Дарона, он снаружи. – сказал Халворт.
– Пусть заходит. – распорядился Блэквелл.
– Я пожалуй пойду, оставлю вас наедине, как раз хотел пару сисек поймать в городе. – улыбнувшись сказал Арзайн и удалился.
Через минуту в рубку зашел высокий алтиниец с темно-зеленными волосами, которые, несмотря на среднюю длину, были аккуратно причесаны назад. Острый нос и острый взгляд, могли сказать о проницательности, хотя многие алтинийцы так выглядят. Одет он был в дорогой кафтан, серебристо красного покроя.
Поздоровавшись с гостем Блэквелл, распорядился налить вина, что Халворт и сделал.
– Я надеюсь вы не против, что мой помощник будет присутствовать? – риторически спросил Блэквелл, почесав один из своих черных бакенбардов. Запах гостя заглушали духи, это сбивало.
– Что вы милорд, нисколько. – ответил Мерв, приятным голосом, достаточно молодым, хотя внешне ему было около пятидесяти лет.
– Садись, Хал. – показал Саймон на стул рядом с собой. – И так, Мерв, расскажите, откуда вы прибыли к нам, и чем хотели бы заняться в наших землях, ну или морях.
– Прибыли мы из Нортлома, в основном с западного побережья. Мы из разных городов, просто собрали тех, кому уже нельзя было оставаться. Двигались с севера на юг, и прошли сноутарские города (сноутарские он сказал с презрением) Атренхилл, Портвиль, Эрикбург и Кьелмак. Вы в курсе, что творится между королевствами?
– Да, в курсе, Мерв. – хотя не в давался в детали, до вчерашнего дня, подумал лорд Монта.
– Тогда не будем углубляться. – снисходительно улыбнулся Мерв. – Тех, кто уезжает будет всё больше. Потому как сейчас стало сложно вести дела в Нортломе. Но скоро, я уверен, будет угроза и для жизни, хотя что там, наших собратьев уже убивают. Вы понимаете меня? – спросил Мерв Дарон, на что Блэквелл кивнул, и сделал жест продолжать. Слегка прочистив горло и отхлебнув вина, Дарон продолжил. – Пока всё, кроме погрома в Тандерхольме, не представляет угрозы, но искра появилась, и кризис будет делать сноутаров только злее. Нам нужна ваша протекция, и подданство. В основном, большая часть из нас – торговцы.
Сложив руки домиком, и смотря на кончики пальцев в знак раздумья, Саймон поднял голову на Дарона, и осмотрев еще раз гостя, сказал:
– Я так понимаю, вы назначены лидером шестидесяти пяти человек?
– Именно так.
– То, что я передам вам, будет также передано им? – спросил Блэквелл, Дарон кивнул. – Ну что же, свою протекцию, я готов вам предоставить сразу. Хал распорядится со списком тех людей, кто прибыл, вы ему поможете в этом. Что касается подданства, его вы сможете получить через год. Это те, кто будет занят честным трудом, и не обидит казну налогом. Вы согласны?
– А каков налог лорд Блэквелл? – не упустив сути, спросил Дарон.
– Тридцать процентов, со всех кроме детей и стариков.
– Это много. Пусть у нас есть деньги, чтобы устроиться, но сразу такой налог большой…
– Двадцать восемь. – сказал Блэквелл, сразу подумав, что алтиниец не уступит.
– Двадцать.
– Двадцать семь…
– Двадцать один милорд, войдите в наше положение.
– Двадцать пять, уважаемый Дарон, это последнее. В других регионах налог может обогнать пятьдесят процентов, и плата за протекцию.
Алтиниец посмотрел на него пристальным взглядом, в его глазах читалось, что он продумывает все ходы. После небольшой паузы, он протянул руку и пожал руку Саймона.
– По рукам.
– Халворт, проследуй с Мервом до его людей, перепиши их и отдай список Лоркхиллу, и заплати Лерику за стоянку из моего счета.
– Хорошо милорд. – ответил Халворт.
– Спасибо лорд Бэйквел (алтиниец с трудом выговорил фамилию Саймона), очень приятно было познакомиться. – сказал Мерв Дарон.
– Не за что, всего вам хорошего.
Оставшись в каюте один, лорд Монта допил свою кружку вина, откинулся на стуле и стал рассуждать о прелести плавания. Море стучало в бока «Галисиэль», чайки шумели, он представил, что вновь находится в путешествии. Задумавшись, Саймон просидел так минут пятнадцать, а потом опять стал мысленно говорить, про то, что нужно украсть кольцо. Привстав и оправив камзол, он пошел искать Динмора. Капитана стражи удалось найти на палубе, на которой он как всегда играл в «рука-рука» (игра, распространенная во всей Антрии, цель уложить согнутую руку оппонента на поверхность стола) с командой. Позвав его, Саймон покинул с ним «Галисиэль».
– Что ты такой уставший, Саймон?
– Хрен его знает. Повседневность, как акула, медленно кружит, а потом пожирает тебя по кускам.
Алан кивнул в знак понимания, провожая своего лорда в усадьбу.
Лорд Блэквелл думал о том, что нужно сделать, чтобы получить более ясный сон сегодня. На девушек эмоциональных сил уже не осталось…
_____________________Вилтиса 1_____________________
Город Вилсис, Эльфийские земли. Королевство Веритиас.
3 сентября.
Небо плакало. Дождь, пусть и не спешил переходить в ливень, но не прекращался ни на минуту. Сентябрьское небо, хмурилось длиной завесой туч. В это время, Ритуальный квартал Вилсиса, был наполнен эльфами, разных чинов и сословий.
Четыре часа продолжались похороны владыки лесного народа. Ноги Вилтисы ныли от усталости, а плащ промок насквозь, как и у других, но никто не жаловался. Дождь смывал слезы с лиц тех эльфов, которые пришли сюда. Большинство горожан, не преминули придти на прощальную церемонию. Присутствовали и гости из других городов: лорды меньших эльфийских городов, лорд Анкаса, лорд Киолуса, лорд Сертана ну и конечно король – Эйрух Авинакис. Все они прощались с верным другом и, по всеобщему мнению – очень хорошим эльфом. Лицо короля Веритиаса выражало задумчивость, или так казалось, сложно было увидеть за чередой рослых стражей. Знатные горожане произнесли трогательные речи и зажгли погребальный костер, лорда Илана Киратана. Маги позаботились, чтобы дождь не помешал пламени, и смазали доски специальным раствором, пламя поднялось столбом, и горело минут пятнадцать.
Смерть правителей, всегда означает перемены. Для многих влиятельных эльфов, смерть верховного лорда, уже большой удар. Обычных эльфов интересовало совсем другое. Богиня Антрия не принимает самоубийц, ибо их отказ от существования, есть самое большее отрицание её главной благодетели – дару жизни. Животные, люди, эльфы и другие создания, прекращая свой жизненный путь, переходят по циклу и снова перерождаются. Новое перерождение – зависит от проступков и благодетелей почившего. Так или иначе, останки захораниваются, а душа начинает новый цикл. Тела же самоубийц, сжигаются. Таковы традиции лесных эльфов. Вилтиса тоже думала об этом. Эльфийские маги не теряют связь с Антрией (им дозволено соблюдать обряды и верить, если они этого желают), в отличие от людских магов, которые в своих богов (Бэлтора и Виседию) не верят, или отказываются от веры сразу как приходят в гильдию. В Найтлании, Саитерии, Гизертоне и Нортломе, отказ от веры – главное требование при поступлении в сообщество магов.
