– И? – раздражённо бросила она, стараясь скрыть, что любовалась собой.
Красибор молча указал на что-то пониже её подбородка. Он был осторожен и девушку при этом не коснулся. Фима проследила за его взглядом и ахнула.
Вдоль воротника и по правому плечу россыпью поблёскивали драгоценные ящерки. Они были маленькими, не больше трёх сантиметров в длину. Ящерки побольше бегали под подбородком девушки, а те, что поменьше, убегали на руку.
– О, – выдохнула Фима. – Вот оно что.
– Извини, – мужчина сжал губы в тонкую линию. – Ты права, это непрофессионально. Как мне лучше тебя называть?
– Фимой, это моё имя- с некоторым сомнением ответила девушка.
Она, конечно, в имени своём была уверена. Но отчего-то её поразило, что новый коллега подметил такую, вроде бы, незначительную деталь её образа.
– Договорились, Фима. Прости ещё раз.
– Всё хорошо, – поспешила она его успокоить и резко обернулась.
«Ой ду-у-ура», – отругала она себя мысленно, увидев вместо пристыженного и переживающего мужчины коварную ухмылку. Он уже понял, какой эффект на неё произвёл своим прозвищем, и, возможно, не побоится этим воспользоваться в будущем.
– Я работать, – сказал он бесстрастно, уже направившись в сторону от неё. – Если понадобится что-то, не стесняйся обращаться.
«Ещё чего! Ни за что на свете!» – подумала Фима про себя.
– Обязательно, спасибо! – сказала она вслух и даже выдавила из себя улыбку.
К столу она проследовала, непроизвольно поглаживая брошки-ящерки.
Стул уже никто для неё не придерживал, и слава богу. Достаточно переживаний для одного утра. Фима удовлетворённо выдохнула, почувствовав себя в безопасности, и достала из рюкзака пенал. Это был тканевый свёрток с десятком узких кармашков. Материал, когда-то белый, слегка пожелтел от времени. В кармашках аккуратно были разложены письменные принадлежности: ручки, карандаши, пара кисточек и даже уголёк, тщательно завёрнутый в тонкий хлопковый платок. Выбрав подходящую ручку, Арифметика завернула пенал обратно, и нежно погладила вышивку на его лицевой части: это были выполненный в технике «гладью» букетик из незабудок, анютиных глазок и ландышей. Сочная листва обрамляла цветы, и краски до сих пор сохраняли свою яркость.
– Ну что ж, сделаем это, – подбодрила она сама себя, размяла пальцы и взяла первую группу документов.
Спустя полтора часа девушка была готова молить о пощаде. И уже даже раздумывала над тем, чтобы решить задачу магией. Всего одно заклинание – и она завершит задание уже минут через десять. Но, миновав минуту слабости, она решила всё же, что это будет расточительством её волшебного запаса. Учитывая то, что вопросов и проблем магического характера только прибавляется, ей следует быть разумной и экономной.
–Привет новеньким!
Фима вскинула голову в поисках приветствовавшей её девушку. Это была Ольга: всё такая же изящная, но при этом с яркими изгибами. С всё теми же шелковистыми волосами – утомившаяся монотонной работой Фима хотела сказать, что звонили из рекламы шампуня и просили вернуть их главного актёра, а то без парика ничего не получается. Но, конечно, она сдержалась. И признала глубоко внутри, что просто позавидовала потрясающей красоты волосам.
Ольга процокала через кабинет и, поравнявшись с Фимой, подмигнула ей:
– Я же говорила, что мы встретимся, – и улыбнулась, обнажив идеально ровные белые зубки.
«Как она вообще попала в науку? – раздражённо подумала Фима. – С ногами этими от ушей, сиськами и голубыми глазищами».
– И то правда, – Фима вымученно улыбнулась и положила перед собой очередной талмуд.
– Ой, Фимочка, не читай ты это, – Ольга подбежала к ней и перебрала наманикюренными пальчиками стопки соглашений и постановлений. – Подпиши и успокойся.
– Я не подпишу, не прочитав, – твёрдо ответила девушка. У неё на то были причины не только юридического, но и магического характера. Так что нет, она прочитает каждый из документов спокойно и вдумчиво.
– Какая ты умница, – вновь улыбнулась Ольга.
Фима подняла на неё хмурый взгляд и вдруг растаяла: такой искренней и милой показалась ей Ольга в этот раз. Ну и что, что она красавица? Так тем лучше, приятно окружать себя красивыми людьми. Подумаешь, кожа идеальная и ни единой морщины? (Фима, сама того не заметив, попыталась прикрыть пальчиком прыщ на подбородке). И не такая уж она идеальная – вон, халат грязный и воняет чем-то.
Да и не внешность главная. Фима почувствовала очень явственно намерения девушки: и они были такими же безупречными, как её дневной макияж.
– Какая красота! – воскликнула Ольга, указывая на пенал Фимы. – Ты сама сделала?
– Да, – призналась девушка. – Когда маленькой была, мама помогала.
– Удивительная красота! А можно подержать?
– Да, конечно, – Фима, окончательно расслабив плечи, протянула коллеге свёрнутый в рулон пенал.
– Фима, а ты делаешь такое на заказ? – спросила Ольга между похвалами и охами-ахами.
– Не думала об этом, честно ответила девушка.
– Крас, ты это видел? – защебетала блондинка куда-то за спину.
Глаза Фимы расширились, и она вскочила с места, пытаясь отобрать пенал. Ещё не хватало, чтобы Красибор опять пришёл сюда и выключил Фимин мозг! Что скажешь, она была с собой честна.
– А что там? – отозвался мужчина, не вставая с места.
И не поднимая взгляда от своего ноутбука, если уж на то пошло. Фима так и замерла враскорячку, тянущаяся за своей вещицей и, к её же ужасу и стыду, возмущённая тем, что Красибор даже не посмотрел в её сторону.
Похоже, он может отключать её здравый смысл даже на расстоянии, по блютузу.
– Крас, ну ты только взгляни! – пропела Ольга и раньше, чем Фима вырвалась из оцепенения, поплыла к нему, изящно виляя бёдрами.
– Ольчик, я занят тут, – ответил Красибор, чуть хмурясь.
«Вот чёрт! – распылалась Фима. – Прямо к нему пошла! Стоп. Крас? Ольчик?»
Её сердце снова было проткнуто, но не стрелой Амура в этот раз, а копьём беспощадных бесов. «Ну конечно же, – подумала она про себя и горько хмыкнула вслух, – они вместе. Идеальная пара идеальных людей».
Фима рухнула обратно на стул, надеясь, что Ольга сама вернёт вещицу и глаза ей выцарапывать не придётся. Потому что ради этого пенала Фима могла бы и такое устроить.
– Оль, ну чего? – от раздражения Красибора настроение Фимы стремительно портилось. – Ты сама делала? – спросил он через пару секунд, голос звучал уже совсем близко.
Фима подняла взгляд: он подошёл к её столу, бережно держа пенал и поглаживая вышивку кончиками пальцев.
– Да, – девушка снова перешла на тактику «меньше слов – меньше неприятностей».
– Сделаешь похожее для меня? – спросил он очень тихо. Будто не хотел, чтобы кто-то ещё их услышал, и добавил, – Я заплачу.
– Возможно.
– Потрясающая работа, – он протянул ей изделие и, хотя Фима уже схватилась за пенал, не спешил отпускать. – Видно, что ты вложила в вышивку много сил. Поистине волшебная вещь.
Он подмигнул и резко развернулся.
– Оль, с экспериментом поздравляю, – сказал он уже громче. – Результаты после обеда посмотрю, окей?
– Спасибо, милый! Кстати, об обеде, – защебетала Ольга, – сходим в ту китайскую кафешку, с золотыми львами на входе? Страсть как хочу жареных бананов!
«Ой фу, от их разговоров диабет развиться может, слишком милые», – Фима закатила глаза.
– Не сегодня, Ольчик.
Фиме было странно слышать, чтобы этот самый-красивый-на-свете-и-бесящий-её-при-этом мужчина использовал такие сокращения. Он, конечно, не был каким-нибудь драконом-аристократом из книжек, и Фима неустанно себе об этом напоминала.
«Да человек он, человек, – повторяла она, – обычный такой дальневосточный мужик». Девушка выглянула поверх бумаг, Красибор как раз сел за свой стол, и она могла без стеснения разглядывать его профиль. «Самый красивый дальневосточный мужик. Готова поспорить, драконы-аристократы тоже влюбились бы».
Она тяжело вздохнула, в очередной раз признавая, что главное – себе не врать.
– Ну-у-у, – Ольгу не было видно за высоким стеллажом, но Фима могла представить, как девушка вытянула губки в трубочку и делала умоляющий взгляд, перед которым не устояла бы даже сама Фима.
– Я уже с Ромчиком договорился, – извиняющимся тоном ответил Красибор.
«Ой фу, то Ольчик, то Ромчик, – поморщилась Фима. – Вот и прекрасно, буду концентрироваться на том, что в нём раздражает».
– Он хочет меня с кем-то познакомить, – продолжил мужчина.
– Опять тебя сватает? – возмутилась Ольга.
«Можно подумать, он похож на кого-то, кому нужна помощь с личной жизнью», – подумала Фима.
– Можно подумать, тебе нужна помощь с личной жизнью, – сказала вслух Ольга. – Своей бы занялся уже.
«Так его, сестра!»
– Ну, видимо, он меня знает лучше, чем ты, – Красибор вновь открыл ноутбук. – Познакомился с ней утром и сказал, что если это не моя судьба, то он продаст свои костюмы.
– Смелое заявление, – буркнула блондинка.
– Это да, – Красибор улыбнулся, и пальцы его заплясали над клавиатурой.
Спустя ещё пару часов Фима облегчённо отложила положения о безопасности. Она оглядела результаты своих трудов: куча документов, которые покрыли бы весь экватор, разложи их девушка по одному листику, перекочевала с правой стороны стола в левую. Плюс осталась внушительная стопочка по центру: это те бумаги, которые ждали автографа Игната Афанасьевича, её научного руководителя. Ну что ж, последний рывок.
Фима встала из-за стола, и только сейчас заметила, что кабинет опустел: ушли решительно все, кого не зовут Арифметикой Буеславовной Воротынской. Она взглянула на часы и выругалась:
–Бесы! Опоздала!
Девушка сорвалась с места и побежала обратной дорогой: лестница, кулер, комната страха, и в конце коридора – лифт, где её уже десять минут ждал новый знакомый. Если ещё ждал, конечно. Ведь они не обменялись никакими контактами, так откуда Роману, в общем-то, знать, что она всё же придёт?
–Ладно, – отмахнулась девушка, перепрыгивая через ступеньки, – поесть-то надо в любом случае.
Роман её ждал. Хоть и изрядно нервничал: он смотрел то на часы, то в коридоры, потом снова на часы.
– Пошли есть уже, – устало твердил его спутник.
– Да говорю тебе, она придёт, – стоял на своём рыжий. – У меня было предчувствие, понимаешь? Пред-чув-ствие! – он проговорил слово, сотрясая сложенными в «лодочку» пальцами перед собой.
– Мы так голодными останемся. А это что?
Мужчина заметил торчащую из кармашка жилетки нитку. Это было очень непохоже на Романа: тот следил за своими костюмами, как сотрудники Эрмитажа следят за произведениями искусства. Недолго думая, он потянул за неё.
– Не останемся, говорю тебе… А, вот она! Ну слава Богу, мамма мия! Мы тебя заждались!
– Извини, пожалуйста, я потеряла счёт времени.
Фима подбежала к ним и, уперев руки в колени, старалась отдышаться. Именно в этой позе она увидела знакомые крокодиловые ботинки.
– Не-е-ет, – прошептала она, медленно выпрямляясь. – Не-е-ет! – завопила уже в голос, заметив, что Красибор (который, к слову, уставился на неё с неподдельным удивлением) держит в руке маленький холщовой мешочек на длинной нитке. Тот раскачивался, как маятник.
Одним резким движением Арифметика вырвала мешочек из рук коллеги и, не думая об имидже и приличиях, принялась топтать его, приговаривая:
– Нету, нету! Тебя нету, а меня есмь! Нету!
Спустя минуту, когда от мешочка осталась жалкая оболочка, девушка успокоилась. И лишь теперь подняла на мужчин взгляд:
– Я объясню…
Но Красибор её прервал:
– Не нужно, ведьма.
Глава 7
Фима выбирала что заказать, насупившись и спрятавшись за красочным меню. Вариантов для обеда было много, и все они содержали в себе слово «карри»: сладкое, острое, чикен масала, вегетарианское, с тыквой, с гребешками и тигровыми креветками, даже с сюрпризом от шефа.
«Интересно, он волос своих насыпает или что», – хмуро подумала девушка, переворачивая очередную страницу, посвящённую карри.
– И давно вы оба поняли? – спросила она, не меня позы.
– Недавно, – спокойно, будто говоря о чём-то бытовом, ответил Красибор. – Буквально сегодня.
– Дурак! – воскликнула Фима, хлопнув папкой меню по столу.
Она, наконец, посмотрела на мужчин: те тоже перелистывали страницы, но с меньшей экспрессией и эмоциональностью.
– Неправда, я умный, – ухмыльнулся мужчина.
– Я серьёзно, – процедила Фима сквозь зубы.. У неё руки чесались надавать тумаков этому самому-на-свете-красивому наглецу.
Ей пришлось пару раз тряхнуть головой, чтобы сбросить наваждение.
– Когда пенал твой увидел, – смягчился Красибор. – А уж стоило в руки взять, и сомнений не осталось. Нужно быть совсем пельмешком, чтобы не ощутить силу, которая исходит от него.
– Ну, а я, – Роман поджал губы и почесал затылок, – когда Крас об этом рассказал.
– Он тоже умный, – улыбнулся его товарищ, не отрывая взгляда от Фимы. – Просто не такой проницательный, как я.
– Ты колдун? – не став тянуть кота за кхм… хвост, в лоб спросила Фима.
– Нас тут двое вообще-то, – возмутился Роман. – Я тоже!
– Беру свои слова про него обратно, – Красибор закатил глаза и откинулся на стуле. Смысла юлить у него уже не было. – Де-юре – да. Де-факто, мы просто чуть больше чувствуем и видим, чем другие.
–То есть как это? Вы ритуал запороли?
Красибор ответил ей долгим взглядом. Казалось, он пытался уловить каждое движение её мышц, чтобы узнать что-то большее. Наконец, он повернул голову чуть на бок и невозмутимо сказал:
– Возможно.
Роман ёрзал на стуле, глядя то на друга, то на девушку. Это не ускользнуло от Фимы, и она поняла, что сболтнула лишнего. Не похоже, чтобы они знали про ритуал. Ей нужно было кое-что проверить.
– Какие у вас полные имена? У обоих, – добавила она, повернувшись к Роману.
Мужчины переглянулись и отвечать не торопились. Наконец, Красибор поморщился и нехотя проговорил:
– Бологов Красибор Баженович.
– А я Бурнастов Роман Игнатьевич.
«Обманщики» – зло подумала Фима. Выдумывать имена у мужчин резона не было, ведь она легко могла проверить их ФИО на работе. А по реакциям коллег она прекрасно видела: они понимают, что попали впросак.
Ведьмивской мир – это как если бы «Одноклассники» были не забытой социальной сетью для людей постарше, а реальной общиной. Все всех знают. Колдуны и ведьмы с силой знают собратьев и сестёр без силы. Все живут рядом и связаны особыми нитями судьбы и жизни. И фамилии всех колдовских династий были на слуху. Когда Александр прервал ритуал и силы лишился, об этом гудела вся округа. Провали ритуал ещё двое мужчин примерно того же возраста – на ушах стояла бы каждая деревня и каждый городской район. Но за последний век такое неприятное событие случилось только с её другом детства. А ни о каких Бологовых и Бурнастовых она и слышать-то не слышала.
– Вы зачем меня обманываете? – вкрадчиво спросила она, оперевшись на скрещённые руки. – Правда думаете, что не раскушу?
– Точно ведьма, – вздрогнул Роман. – И даже не отнекивается!
– Да с чего отнекиваться-то? – изумлённо подняла брови девушка. – Конечно я не афиширую это, но уж в двадцать первом веке только и дел, что себя стыдиться. Я – та, кто я есть.
– Расскажи о себе, – прервал её разгорячённую тираду Красибор.
Он легко накрыл её руку своей, едва касаясь пальцами. У Фимы разве что пар из ушей не пошёл: даже этого касания было достаточно, чтобы вызвать в ней волнение. Что было, впрочем, для неё нетипично.
«Ух, бесы, надеюсь, он не зрячий третьим глазом, – взмолилась про себя Фима. – А то вся как на ладони буду".
Красибор же заинтересованно смотрел на неё, и ничто его не смущало.
– Ты первая ведьма с силой, которую я повстречал.
– Прямо много ведьм встречал, можно подумать, – девушка показательно закатила глаза.
Очарование очарованием, но на её характер это пока влияло не сильно.
– Нет, ты первая, – ухмыльнулся Красибор и погладил подушечкой большого пальца её ладошку. – Как это работает? Что ты умеешь?
– А ты не обнаглел, – огрызнулась девушка, стряхнув его руку.
– Что такое?
– Допросы устраивать не обнаглел, говорю?
Красибор понятливо кивнул, а Фима облегчённо выдохнула, решив, что не выдала своих истинных чувств. Она спрятала руки под столом и поглаживала то место на запястье, которое гладил только что он. «Ой не-не-не, – повторяла Фима сама себе. – Вы знакомы меньше дня, девочка, держи себя в руках и в мозгах».
– Ты права, – Красибор мягко кивнул в ответ на её грубость.
– А если мы тоже расскажем? – вклинился Роман, который единственный успел даже сделать заказ. Он выбрал кари с курицей и ананасами. – Устроим встречу-знакомство. Сыграем в правду или правду, а? Как вам?
Фима видела, как дёрнулся кадык Красибора, когда он нервно сглотнул.
– Звучит отлично, – соврал он, заметно напрягшись.
Он решил положиться на Вселенную в надежде, что Арифметика не будет задавать совсем уж неудобные вопросы.
– Три вопроса, – озвучила своё решение девушка. – Я отвечу на три ваших вопроса, а каждый из вас – на три моих.
– Арифметика, – прищурится Роман, – тогда уж и мы зададим по три вопроса каждый.
– Нет, – отрезала Фима. – В этом случае вы дадите по три ответа, а я – сразу шесть.
– Тогда от нас по два вопроса, а? Максимально честный план.
– Мы уложимся в три , – мягко вклинился в их спор Красибор. – И четыре от тебя. Устроит?
Ему, в действительности, нужно было задать всего один.
– Хорошо, – Фима поёрзала на месте. – Вы практикуете магию?
– Не то чтобы очень, – уклончиво начал Роман.
– Нет, – коротко ответил Красибор.
– Ну блин, Крас, – приятель бросил на него возмущённый взгляд. – Никакой загадки с тобой не оставишь! – обернулся к Фиме: – Как таковую магию мы не практикуем, но у нас есть своего рода таланты. У всех нас.
– У кого всех? – изумилась девушка.
– Есть сообщество, которое объединяет колдунов и ведьм. Таких, как мы – с каплей сил и нулём знаний, – Красибор помахал рукой, подзывая официанта.
Фима попыталась скрыть удивление, но не сильно в этом преуспела. Что это, какой-то клуб отвергнутых? Она никогда не слышала ни о чём подобном. Если бы такое сообщество действительно существовало, Александр наверняка рассказал бы ей.
– Что вы знаете о своих силах?
– Мы называем их талантами, – взял слово Роман. – У меня хорошо развита чуйка, мои предчувствия всегда себя оправдывают. А он, – рыжий закатил глаза, – очень красивый.
– Мой дар и моё проклятие, – Красибор улыбнулся одним уголком губ и озорно подвигал бровями.
– Дурак, – повторила Фима, в этот раз мягче, и вновь обернулась к Роману: – Вы никак их не развиваете что ли?
– Не знаем как, – пожал плечами её новый знакомый. – Все книги нашего сообщества потеряны, и никто уже даже не помнит как это случилось. Так, наша очередь, – он взбодрился и почесал ухоженную бороду. – Насколько ты сильная?
– Вот так в лоб? – ахнула Фима.
– Вот так в лоб, – подтвердил Роман, хищно улыбаясь во вест рот. Он был похож сейчас на лиса, залезшего в курятник.
– М-м-м, как бы вам объяснить, – она закусила нижнюю губу. – Если подумать, я довольно сильная. Во мне большой запас чар и есть возможность получить ещё больше. Но пока я несовершеннолетняя…
– Погоди, что? – красивые брови Красибора сошлись на переносице, чтобы обсудить красоту друг друга.
– По ведьминским правилам, – уточнила Фима. – Мне двадцать три, а совершеннолетием среди нас считается двадцать четвёртый день рождения.
– Интересно. Понял, продолжай, пожалуйста.
– После совершеннолетия я получу полный доступ к своим способностям, а пока моя тётушка, она же моя опекунша, выставляет для меня лимиты на волшебные действия. Как бы объяснить, – она прикусила костяшку большого пальца. – Это как…
– Мана? – подхватил Красибор. – Ну, мана в играх?
– Что это? – напряжённо спросила девушка, обращаясь зачем-то к Роману.
– Он обожает компьютерные игры, – понимающе уточнил он и развёл руки в стороны, как бы говоря «да-да, я сам в шоке».
– Например, у тебя есть сто единиц маны, это твоя волшебная сила, а каждое заклинание имеет свою цену. И как только мана заканчивается, её нужно пополнить, иначе колдовать не получится, – пустился в объяснения Красибор.
Фима в это время без стеснения разглядывала его лицо: как горят глаза, когда он рассказывает что-то для него интересное, как включились мышцы лица и оживили мимику. Она замечала новые и новые признаки того, что он, как она сама озаглавила, «обычный Дальневосточный мужик»: едва заметный шрамик над верхней губой, волосы в носу (она успела внимательно в него заглянуть, ведь никаких других изъянов не обнаружила). В какой-то момент пришлось признаться себе, что будь у него даже уши грязные, она всё равно таяла бы, глядя на него.
– Как валюта, – подытожил Роман, – Тётя будто выдаёт тебе карманные, я верно говорю, Крас?
– Ну-у, да.
– А, поняла! – Фима энергично закивала. – Отличное сравнение.
– А много ведьм и колдунов по приморскому краю? – задал Роман следующий вопрос. – Как ты, с силами?
Фима посмотрела на потолок, прикидывая магическое поголовье. В этот момент к ним наконец подошёл официант. В кафе была полная посадка, так что троица была готова к долгому ожиданию. Красибор коротко показал на картинку с подписью: «чикен тикки масала» и жестом предложил официанту переключиться на Фиму.
– Мне кари с секретом от шефа и жасминовый чай, – она сделала заказ и вернулась к размышлениям.
К своему стыду она даже примерно не знала, сколько людей проживает в её деревне, что уж говорить про край. Девушка перебирала в голове имена и дома, но ни в чём не была уверена.
– Давай я возьму время до следующей недели? – сдалась она. – Спрошу у тёти и вернусь к тебе с ответом.
– Ну хоть больше или меньше, скажем, тысячи? – не унимался Роман.
– Больше, конечно, – выпалила Фима и прикусила себя за язык. Как-то слишком Романа волнует эта информация. – Следующий вопрос. Вы намерены каким-либо образом меня использовать или вредить мне из-за того, что я ведьма?
– Нет! – Роман показал ей руки ладонями вперёд. – Ни в коем случае, Фима.
– Да, – ответил Красибор и уточнил: – Это к первой части вопроса. А второе, надеюсь, нет. Как минимум, по своей воле и намеренно я никогда не причиню тебе вреда.
Фима хотела вскочить с места и уйти, показав коллегам на прощание её волшебный, полный сил средний палец. Но в словах и глазах Красибора она видела искренность. И предчувствие подсказывало ей, что угрозы нет.
– Кто ещё в НИИ знает о магии? – задала она свой четвёртый вопрос и выложила на стол растоптанный холщовый мешочек.
– Мы думали, что никто, – нахмурился Роман. – Но улика, которой, кстати, не место на обеденном столе, – он с укоризной глядел на Фиму, пока та не спрятала мешочек обратно в сумочку, – говорит об обратном.
– Ты знаешь, что это? Только это не третий вопрос с нашей стороны! – поспешил добавить Красибор.
– Читер, – буркнула Фима. – Это ведьминский подклад. Они бывают разными – от безобидных, вроде подклада на понос, до летальных.
– Звездец, – присвистнул Роман и смахнул выступивший пот со лба. – То есть, кто-то хотел мне навредить?
– Да, – кивнула девушка. – Я смогу понять больше, когда открою его. Но это точно будет не к столу, не буду испытывать твой желудок, – она задорно показала рыжему язык.
Как раз в этот момент к ним спешил официант с дымящейся едой на подносе. Аромат стоял восхитительный: кари, мясо, овощи и фрукты, плошки ароматного риса к ним и дольки лимона. Ожидание, безусловно, стоило того.
Фима пригляделась к своему блюду, желая выяснить, что же за секретный секрет от шефа таится среди кусочков картошки и говядины.
«Бесы, надеюсь, он не плюнул туда или ещё чего не сделал для более кремовой текстуры», – думала она, осторожно водя вилкой по тарелке. И вдруг увидела ЕГО.
ОН прятался под соусом и специями, но стеснительность эта была напускной. В действительности ОН был самой яркой звёздочкой в этом кафе. И Фима, проникнувшись симпатией к новым знакомым, не могла ИМ не поделиться.
Наплевав на экономию маны (девушке очень понравился этот термин), она сделала под столом несколько быстрых пасов руками, глядя куда угодно, но только не на коллег, которые уже приступили к трапезе. Когда девушка вновь проглядела в свою тарелку, ОН уже исчез из её поля видимости. Но ведьма знала, что совсем скоро ОН проявит себя и продемонстрирует миру свою невероятную мощь.
– Красибор, с тебя финальный вопрос, – напоминала она как бы между делом.
Мужчина как раз отправил в рот очередную порцию курочки и жестом попросил Фиму подождать, пока прожуёт.
– Можно я сначала задам наводящий вопрос? Не про тебя лично.
– Ну-у, – она пожала плечами. – Попробуй, посмотрим.
– Порча существует?
– Конечно, – она снова достала из сумки мешочек. – Это вот младший брат её.
– Понял, – Красибор кивнул и несколько секунд раздумывал над тем, что и как скажет. Фима заметила, как он прикусывал внутреннюю часть щеки от волнения. – Мой отец заболел, – наконец, начал он, перебирая пальцами под столом и глядя на тарелку. – Уже некоторое время назад.
– Мне жаль, – искренне отреагировала Фима, уже зная, что последует дальше.
– Мы обошли с ним всех врачей. Ездили в столицу, в Европу, китайцы тоже его осматривали. И ничего.
Девушка с удивлением поняла, что сейчас Красибор настолько честный и открытый, что даже его очень-красивые-чары перестали действовать. Она видела перед собой, безусловно, красивого мужчину, но волнение и печаль его были ярче, сочнее. Перед Арифметикой сидел тот самый обычный Дальневосточный мужик, которому очень была нужна её помощь. И это так тронуло девушку, что она уже решила, что поможет, даже не дослушав. Нужно только, чтобы он об этом попросил. Иначе даже при всём желании она ничего хорошего сделать не сможет, таковы ведьминские законы.
– Врачи разводят руками, а я вижу, что он с каждым днём угасает, – продолжил Красибор. Роман тихонько прохлопал его по плечу в знак поддержки. – Мне кажется, копать нужно в другую сторону, раз медицина ответа не нашла.
