Но все равно я решила пока приостановить свою преподавательскую деятельность. Правда, это не мешало ребятам приходить ко мне в гости на лимонад и делиться последними новостями, идеями и планами. Прогнать я их не могла. Да и, если честно, не испытывала никакого желания так поступать. Совершенно неожиданно у меня появились самые настоящие друзья. Впервые в жизни.
Так уж вышло, что я всегда была одиночкой. Дома никто не хотел общаться со странной травницей, помешанной на растениях и зельях. Я же навязываться стеснялась. А тут появились те, кто не только понимал мою жажду знаний, но и разделял ее. Я могла говорить, не таясь и не опасаясь быть высмеянной. Меня принимали такой, какая я есть и не пытались изменить. Удивительное чувство!
Леди Флоренс больше не появлялась. Лишь со слугами прислала мой наряд на императорский пикник и записку с инструкцией.
Хозяин теней тоже больше не заглядывал в гости. И я слегка расслабилась, почти поверив, что все обойдется.
Гром грянул через пять дней.
Себастьян вернулся поздно вечером, когда я уже легла в кровать. Без стука вошел в спальню и, остановившись в дверях, уставился на меня долгим и многозначительным взглядом, который не предвещал ничего хорошего.
– Что-то случилось? – поинтересовалась я, принимая сидячее положение и прикрываясь тонким одеялом.
– Это ты мне расскажи, – сухо произнес он, даже не поздоровавшись.
– О чем?
– О том, что в мое отсутствие творится в моем доме.
Я на мгновение прикрыла газа. Значит, Лоран все-таки меня выдал.
– Себастьян, послушай…
– Я и слушаю… внимательно. – Он прошел вглубь спальни и сел в кресло, закинув ногу на ногу. – Только давай пропустим фразы, что ты не виновата и все само получилось. Сразу приступим к делу.
– Они просто попросили меня о небольшой услуге.
– Кто они?
– Ты уже и сам все знаешь, – вздохнула я. – Профессор Вайлдери пытался завалить их на зачете по зельеварению, специально дал невыполнимое задание. Я помогла им все сделать.
– И решила преподавать, хотя я тебе запретил.
– Я не преподавала, – возразила я. – Лишь давала советы.
– Втайне от меня.
– Всего три дня. После того, как твой друг обо всем узнал, я перестала помогать. Мы просто общались.
– Общались?
– Для тебя это может стать открытием, но мне нужны друзья.
– Отлично! – Себастьян резко поднялся с кресла. – Завтра утром будь готова.
«Допрыгалась! Он все-таки сошлет меня в дальнее поместье!» – в панике подумала я, но на всякий случай уточнила:
– Для чего?
– Мы приняли предложение ректора, – подходя к дверям, сообщил муж.
Как будто это что-то объясняло.
– Какое предложение?
– О работе в академии. Завтра твой первый день в качестве второго преподавателя по травологии и зельеварению.
ГЛАВА 4
Шанталь
Надо ли говорить, что данная информация совершенно выбила меня из равновесия, лишив сна и покоя? Да какой мог быть сон, когда Себастьян вдруг резко изменил свое мнение и согласился принять предложение ректора! И пусть он сформулировал так, будто мы решили вместе, но на самом деле все было иначе. Это Конте дал свое согласие.
Почему-то я не сомневалась, что к этому приложил руку Лоран. Не знаю, как у хозяина теней получилось уговорить моего мужа, но я была безумно ему благодарна.
Сначала я твердо решила лечь спать. Устроила голову на подушке, продолжая при этом широко улыбаться, и честно смежила веки. Как-никак завтра мой первый рабочий день, и следовало выглядеть красивой и выспавшейся.
Однако внутри все пело, плясало и гудело. Говорят, от счастья в животе порхают мотыльки. Мои этой ночью словно взбесились и устроили самый настоящий праздник. Сердце колотилось как сумасшедшее. Мне хотелось не лежать, а танцевать и даже петь.
Промучившись больше часа и поняв, что уснуть мне не суждено, я включила свет и выбралась из постели. После чего решила изучить свой гардероб, чтобы подобрать наряд, в котором буду вести занятия.
«Я буду вести занятия! Завтра! Точнее, уже сегодня! У-и-и-и-и!»
Та одежда, которую заказали мы со свекровью, категорически не подходила для преподавания. Она смотрелась безумно красиво, нарядно и слишком шикарно для этого дела. Варить зелье – это вам не цветочки собирать и крестиком вышивать. Тут работа с реактивами, огонь, пыль, грязь и даже мелкие взрывы. Пачкать новые вещи я не хотела. Значит, следовало брать что-то из старого. Но что?
Выпотрошив свой гардероб, я разложила одежду на кровати и кресле. Кое-что даже пришлось устроить на полу. А потом принялась методично примерять, комбинируя одно с другим, меняя блузки, платья и так далее.
В конце концов, я остановила выбор на любимой длинной синей юбке и белой блузке, дополнив комплект брошкой с сиренью. Получилось достаточно мило. Особенно с любимой соломенной шляпкой.
Когда с нарядом было покончено, я немного успокоилась. Погасив свет, забралась в постель и вновь попыталась уснуть. Однако сон так и не шел. Организм не желал отдыхать, требуя продолжать веселье. Можно было спуститься вниз и накапать себе пару капель снотворного, но я не стала. Любая непредвиденная реакция, и я весь день буду зевать.
Наконец усталость дала о себе знать, и я смогла провалиться в забытье. Вскочила на рассвете. Естественно, у меня слегка побаливала голова. Даже возникло желание повернуться на другой бок и снова задремать. Но взгляд упал на приготовленный наряд, который я ночью оставила на кресле, и сон как рукой сняло. Я встала с кровати, сладко потянулась, приветствуя новый день, и начала собираться.
Вниз спустилась раньше Себастьяна, а потому сразу же поставила чайник на плиту и занялась завтраком. Хотя как занялась: сделала тосты, достала джема и творог, в который быстро порезала ягоды.
Когда я уже все расставила и заварила ароматный чай, спустился муж.
– Доброе утро, – немного растеряно произнес он, на ходу надевая пиджак.
– Доброе, – не в силах сдержаться, улыбнулась я. – Как спалось?
– Отлично, – присаживаясь за стол, отозвался муж и бросил на меня любопытный взгляд. – Ты хорошо выглядишь.
– Спасибо.
Я намазала тост джемом, но от волнения кусок не лез в горло.
– Не передумала? – неспешно перемешивая творог, поинтересовался Себастьян.
Я на миг испугалась, что вчера он пошутил и никакой академии и преподавания мне не светит. Отложив в сторону тост, который так и не попробовала, я осторожно проговорила:
– Нет. А что?
– Ты просто не представляешь, во что ввязываешься, Шанталь, – будничным тоном заметил Себастьян. – Преподавание – это совсем не так просто, как ты думаешь.
– Я понимаю, – закивала я, в этот миг готовая согласиться со всем угодно, лишь бы меня не лишили шанса испытать себя.
– Существуют методические пособия и учебники, а также правила и план работы, которых ты должна будешь придерживаться.
Я снова закивала, решив пока помалкивать. Пусть выговорится, если уж ему так хочется.
– И пообещай мне вот что, – потянувшись к кружке с горячим чаем, произнес Себастьян. – Если вдруг что-то случится, тебе не понравится, передумаешь или еще что-нибудь, ты скажешь мне, и все закончится.
Ага, я поняла! То есть малейшая жалоба с моей стороны, и преподаванию конец. Себастьян, аргументируя это стремлением защитить, вновь запрет меня дома. Ну уж нет! Тут же мысленно поклялась, что если произойдет какая-нибудь неприятность, я справлюсь с ней самостоятельно и не стану просить помощи. Но вслух, конечно, ответила:
– Хорошо.
Муж внимательно посмотрел на меня, как будто хотел прочесть мысли и тоже кивнул.
– Ладно. Вопросы есть?
– Только один. А как профессор Вайлдери отреагировал на мое назначение?
– Понятия не имею, – совершенно спокойно заявил Себастьян.
Подобная реакция показалась мне странной. Он ведь должен был понимать, что профессор не даст мне нормально работать и примется мешать. Или именно на это он и рассчитывал? Собрался действовать чужими руками? Не ожидала от него такой подлости.
– А если он будет против? – задала я следующий вопрос.
– В данный момент его мнение мало кого интересует, – снова уклончиво ответил муж.
– Почему?
– Его временно отстранили от занимаемой должности.
– Когда? – искренне удивилась я.
Вчера последним заходил Эмаир. Было уже около трех часов дня. Он ни словом не обмолвился о том, что Вайлдери отстранили.
– Сегодня утром, – выпив чай, огорошил муж.
– О-о-о… – только и смогла потянуть я.
– Так что ты будешь исполнять обязанности временно. До тех пор, пока не закончится судебное разбирательство и Вайлдери не вернется. Или пока ректор не найдет ему замену.
– Вот как.
– Первая пара у тебя с первокурсниками, – сообщил Себастьян. – Практические занятия в оранжерее пока отменили, как и в аудиториях. Никакой практики, Шанталь.
– Почему?
Муж наградил меня весьма красноречивым взглядом. Я думала, что он не станет озвучивать, но нет, сказал.
– Потому что я не уверен в безопасности.
– Моей? – нахмурилась я.
– Всех окружающих, – парировал он, заставив меня захлопнуть рот и обиженно засопеть.
«Ну это уже слишком!»
– Но какие уроки травологии и зельеварения без практических занятий? – возмутилась я. – Так нельзя.
– Налегайте пока на теорию, – издевательски улыбнулся муж. – Или тебя что-то не устраивает?
Пришлось проглотить и это.
– Нет, – улыбнулась я. – Все прекрасно.
«Надо будет непременно найти ректора и объяснить важность практических занятий. Уж он-то сумеет повлиять на моего мужа».
– Тогда пойдем. Я провожу тебя в академию и все расскажу, – поднимаясь, сказал Себастьян.
Мои аудитории (вы только вслушайтесь в эти слова!) располагались в одном из корпусов, по левую сторону от главного входа рядом со студенческими общежитиями. Мне это даже понравилось, поскольку справа за точно такими же корпусами находились полигоны для тренировок, погост для некросов и даже небольшое озеро для водников. Я посчитала, что уж лучше столкнуться с толпой вредных сонных студентов, чем с ожившими трупами или получить в голову случайно вылетевший с полигона снаряд.
На улице было тихо и пустынно. Тут же вспомнилось, как мы в первый раз входили в академию. Себастьян тогда накинул на нас полог невидимости, чтобы не демонстрировать меня здешним обитателям. И так уж вышло, что я тоже никого не видела. Неужели ситуация повторялась? Я искоса посмотрела на мужа. Не то, чтобы мне хотелось торжественного шествия и прочих атрибутов. Но теперь я, в конце концов, преподаватель, пусть и замещающий. Меня не требовалось прятать от всей академии.
– А где все? – осторожно поинтересовалась я, решив сначала задать вопрос, а потом уже злиться и затевать спор. Скандал бы я не закатила, а вот поспорить – запросто.
– Еще рано, – невозмутимо отозвался Себастьян, глядя прямо перед собой.
Судя по глубоким складкам на лбу, настроение у него портилось с каждой секундой.
– Рано?
– Да. Занятия начнутся через полтора часа. Студенты еще спят.
– Тогда зачем мы так рано вышли? – с трудом поспевая за его быстрым шагом, спросила я.
– Потому что мне надо все тебе показать, объяснить и подготовить, – немного раздраженно сообщил он.
– Полтора часа? – недоверчиво уточнила я.
Мы как раз шли по главной дорожке через небольшой парк с большим фонтаном. Хотя как шли: он спокойно шагал, а я спешила за ним, временами срываясь на бег.
