– Ах, ну да, дурная голова, – слегка хлопнула себя принцесса по лбу, – я совсем забыла. Как жаль, что мне не представится возможности побывать на этом торжестве, – вздохнула она. – Я так люблю деревенские свадьбы… – мечтательно посмотрела она вверх.
– Передай мои поздравления и самые наилучшие пожелания, милая нянечка, от всего моего сердца! – воодушевленно добавила Милайбрея.
– Благодарю вас, ваше высочество, – ответила нянечка, а потом добавила:
– Стол к завтраку уже готов, и его величество ждут вас.
– Да, надо бы хорошенько подкрепиться перед дорогой, – сказала принцесса и отправилась в трапезную.
Весь завтрак Милайбрея подмурлыкивала себе под нос весёлые песенки и уплетала тёплые булочки и клубнику со сливками. Причмокивая, она попивала свежезаваренный чай из трав и время от времени поглядывала на короля. Но Фринбаус был слишком занят разговором с поверенным и не обращал никакого внимания на её мелкие шалости. В другой день он обязательно бы её одернул и сказал, что так себя вести принцессе непристойно, а потом всё равно, не выдержав, рассмеялся бы от её искреннего недоумения и возмущения: «Пристойно значит без наслаждения и удовольствия», – всегда отвечала Милайбрея, на что у короля не находилось других доводов, и он просто подходил и целовал принцессу в лоб.
Но сегодня был совсем другой день.
После завтрака король давал распоряжения и решал неотложные дела. Дорога предстояла долгая, и поэтому Фринбаус торопился всё пораньше закончить и поскорее отправиться в путь. Милайбрея пребывала в возбужденном состоянии, ведь она впервые окажется так далеко за пределами королевского замка.
Как и обещал король, в дорогу они отправились ближе к полудню.
Устроившись поудобнее в карете, Милайбрея раскрыла пошире занавески, чтобы насладиться пейзажами королевства. Она жадно ловила глазами каждую мелочь. Король же с первых минут, как только они отправились в дорогу, заснул. Набравшись впечатлений от увиденного, принцесса вскоре тоже задремала.
Солнце уже садилось, и чтобы сократить путь до ближайшего постоялого двора, решено было ехать через лес.
***
И вот Милайбрея в белом платье. По длинному проходу, по обеим сторонам которого сидят гости, прямо к алтарю ведет её отец.
Все вокруг украшено цветами, а у самого алтаря стоит Эдгард, терпеливо дожидаясь свою принцессу. Милайбрея счастлива, и все вокруг ею восхищаются. Несколько шагов остается до того момента, как отец передаст её в руки будущему мужу, как принцесса вдруг останавливается: на полу в полушаге от неё лежит алая роза, которая на фоне нежно розовых и белых украшений салона ярким огнем кричит и манит своим багряным цветом, который, переливаясь, играет на бархатных лепестках.
Милайбрея, завороженная этой красотой, отпускает руку отца и наклоняется, чтобы поднять цветок. Но, дотронувшись до розы, она мгновенно укалывает палец – кровь быстро проступает через белые перчатки, и багровое пятнышко, собравшись в каплю, падает ей на платье. Впитываясь в ткань, кровавое пятно становится всё больше и больше – принцесса поворачивается к отцу, но он тут же исчезает.
Она оборачивается по сторонам, но гости как привидения один за одним растворяются в воздухе. Стены святилища мгновенно постарели, цветы высохли и почернели, и только какая-то фигура, напоминающая Эдгарда, всё так же стоит у алтаря. Милайбрея пытается бежать к нему, но расстояние становится всё больше – она вытягивает руку к фигуре и отчаянно кричит: «Только ты не исчезай!»
В одно мгновение Милайбрея оказывается очень далеко от него. Она останавливается. Переводя дыхание, девушка снова начинает двигаться по направлению к Эдгарду, как она предполагала, но это не он!
По мере приближения Милайбрея понимает, что это женская фигура, которая тоже движется ей навстречу. Расстояние между ними быстро сокращается, и вот Милайбрея оказывается перед зеркалом.
Она смотрит на себя и с трудом узнает собственное отражение: лицо у неё белое, волосы черные как смола, губы алые как кровь, а её белое платье стало тёмно-багряного цвета. Всматриваясь в зеркало, Милайбрея видит, как за спиной её появляется человек в черном одеянии, но лица разглядеть ей не удается. Она не может пошевелиться. Тем временем он, нежным движением убирая волосы с её шеи, надевает ей свадебное украшение. Принцесса медленно опускает глаза вниз и видит, что в ногах у неё лежит роза с белыми лепестками.
***
Милайбрея очнулась от странного ощущения. Слышались чьи-то голоса, непонятная суета, звук дождя и раскаты грома. Принцесса не могла понять, что происходит, как будто она всё ещё спала. Чувства, пережитые во сне, всё так же ощутимо отзывались в её душе и теле.
Она пребывала в состоянии, когда сознание начинает просыпаться, но сон всё ещё владеет чувствами, и, как по тонкой ниточке, пережитые во сне впечатления переливаются из пространства сна в настоящее. Страх потери отца, испытанный во сне, перешел в страх непонимания происходящего. Первое, что почувствовала Милайбрея – было неудобство.
Она ощутила, что лежит на правой стороне, карета была перекошена. Было темно, и только от вспышек молнии Милайбрея разглядела Фринбауса, который, опустив голову вниз, с закрытыми глазами полулежал напротив неё.
– Ох, отец! – воскликнула принцесса и в панике бросилась к отцу, – это всё ещё мне снится, – проговорила она.
Дверца кареты открылась, и в проеме показалась голова начальника королевской стражи. С его шлема прямо на нос и щёки стекала вода: снаружи был не просто дождь, а ливень. Увидев короля в таком положении и напуганную принцессу, он заволновался.
– Ваше величество, ваше величество, с вами всё в порядке?
– Что происходит? – вдруг начал приходить в себя король.
– Ах, отец!
– Ах, ваше величество! – радостно в один голос воскликнули принцесса и солдат, и Милайбрея, кинувшись отцу на шею, крепко обняла его и добавила:
– Я так испугалась, ваше величество.
Часть Вторая
Твой сон и явь твоя,
но нет границ меж тем,
где ты, когда душа ослеплена.
Маргад Муур
Глава Первая. Владэмор
Фринбаус в ответ обнял принцессу, а потом обратился к офицеру:
– Докладывайте, что произошло! – приказал король, приходя в себя.
Милайбрея немного успокоилась и, отодвинувшись от короля, села обратно на своё место напротив Фринбауса.
– Ваше величество, у меня неприятные новости, – начал офицер, – колесо кареты, на что-то наткнувшись, отлетело. Мы все в недоумении, как это могло произойти. Гроза застала нас врасплох: стемнело быстрей, чем мы того ожидали, и внезапно начался сильный дождь. Раскаты грома и молния напугали лошадей, и они понесли. Мы делаем всё возможное, что в наших силах, но погода усугубляет положение – даже если мы и найдем колесо, без посторонней помощи нам не справиться.
– Где мы? – вглядываясь в темноту через окно кареты, поинтересовалась принцесса.
– Ещё одна неприятная новость, – помялся страж, – мы в лесу, и трудно сказать, сколько осталось до ближайшего постоялого двора или жилой деревушки, где нам могут помочь. После случившегося я незамедлительно отправил двоих наших солдат, чтобы они разыскали и привели помощь.
Пока офицер отчитывался, Фринбаус машинально взялся за голову, где болезненно шумело. Нащупав самое больное место, король почувствовал на пальцах что-то влажное и слегка липкое и сразу понял, что это кровь.
– Что это, отец? – обратила внимание принцесса на растерянное выражение лица короля, которое она уловила в момент очередной вспышки молнии.
– По-видимому, я ушиб голову, – ответил король.
– Дай я посмотрю, – вызвалась принцесса.
Фринбаус нагнул голову к Милайбрее. Она приблизилась и начала присматриваться, но толком ничего не могла разглядеть, так было темно.
– Принесите лампу и посветите мне, я ничего не вижу, – приказала она солдату.
Вмиг её пожелание было исполнено.
Король разбил себе голову: сквозь волосы виднелась небольшая ссадина, но она не была глубокой и не представляла никакой опасности. Несмотря на то, что кровь уже начала сворачиваться и потому стала липкой, рана всё ещё кровоточила. Милайбрея тут же вытащила из кармана платок и приложила его к голове короля.
– Ну, что там? – не терпелось королю.
– Рана неглубокая, – сказала Милайбрея, – но стоит немного подержать платок, чтобы туда не попала грязь, – наказала она отцу, как это делала нянечка, когда принцесса в детстве разбивала себе колени.
– Держите вот здесь, ваше величество, – Милайбрея убрала свою руку и, взяв руку отца, приложила к его голове, где был платок.
Король послушно последовал советам дочери, но, промокнув пару раз рану, убрал платок и обратился к начальнику стражи, который всё это время терпеливо ждал и наблюдал за процедурой.
– Сколько прошло времени с тех пор, как ты отправил гонцов?
– Немного, ваше величество, – ответил тот.
– Надо оглядеться по сторонам, – не выдержала принцесса и попыталась выйти из кареты, но офицер её остановил.
– Ваше высочество, вам лучше оставаться внутри: это все-таки лес и здесь много диких животных – поверьте мне, даже в такую погоду чувство голода всё же сильнее страха промокнуть.
Принцесса в упор посмотрела на стражника, выказывая тем самым своё недовольство.
– Милайбрея, – окликнул принцессу король и слегка нахмурился.
Принцесса обернулась на отца и, увидев его грозный настрой, послушно уселась обратно. Только она было уставилась в темноту окна кареты, как в мгновение воскликнула:
– Там кто-то есть!
– Где? – обернулся страж.
– Вон там, – указала принцесса за его спину. – А, опять! – воскликнула принцесса, увидев силуэт на лошади в раскатах молнии.
– Не стоит беспокоиться, ваше величество: мы вас защитим, – сказал офицер и, выхватив свой меч, окликнул остальную стражу.
Вся сопровождающая гвардия приготовилась к защите. Они окружили карету в полной готовности отразить угрозу.
Между тем дождь почти прекратился, моросило, резко похолодало, было ощущение, что вот-вот пойдет снег. Раскаты молнии всё также сверкали на тёмном небе, время от времени освещая всё вокруг.
Всадник оказался не один: показалась ещё пара десятков человек, которые примкнули к нему. Вместе со своей свитой незнакомец медленно приблизился к карете и, не выказывая никакой агрессии, начал говорить:
– Вам не стоит меня бояться: я не собираюсь никому причинять вреда, – сказал загадочный всадник, вглядываясь в темноту кареты, откуда Милайбрея из любопытства всё намеревалась вылезти.
– Вы находитесь в моих владениях, – продолжил незнакомец, – а следовательно, вы – мои гости. Смею предположить, вы не имеете злонамеренных помыслов и, как я вижу, с вами случилась неприятность – я готов оказать вам помощь и обеспечить всем необходимым.
– Кто это? – шепотом еле слышно спросила Милайбрея у Фринбауса, прячась за его плечо.
– Король Фринбаус и его прелестная дочь, принцесса Милайбрея, – обратился всадник, – позвольте представиться: я – король Владэмор. Я с превеликим удовольствием позабочусь о вас – будьте моими гостями.
Удивление не сходило с лица Милайбреи, она посмотрела на отца вопросительно, но король, ничего не сказав ей, вышел из кареты.
– Благодарю вас, король Владэмор, за желание нам помочь и ваше гостеприимство, но нам необходимо продолжить путь, – сказал Фринбаус.
– Я понимаю, что в ваши планы не входило посетить меня, но ваша карета неисправна, да и лошади изрядно устали. Я полагаю, дорога вам предстоит ещё долгая и изнурительная. Гроза продлится всю ночь – сейчас она немного утихла, чтобы набраться сил для нового порыва, – посмотрел Владэмор в небо, а потом продолжил:
– Она вскоре начнётся снова. Я думаю, что отдых пойдёт вам на пользу, а завтра вы сможете продолжить свой путь. Не откажите принять моё предложение, будьте сегодня моими гостями: я приму это за честь.
Фринбаусу не хотелось доверять этому господину, но он понимал, что другого выхода нет, и ему пришлось согласиться.
– Да, пожалуй, вы правы, – ответил Фринбаус.
– Но отец, – шепотом возмутилась принцесса, как и прежде прячась в темноте кареты, – он мне совсем не нравится, вид его не внушает доверия, и я, вообще, в первый раз слышу о таком короле, – может он самозванец и хочет нас убить, – мнительно рассуждала она.
– Дочь моя, – начал успокаивать Милайбрею Фринбаус, – это действительно король, а если бы он хотел убить нас, то уже давно бы сделал это, причём с легкостью, – сказал он и вытянул руку, приглашая принцессу выйти из кареты.
Милайбрея вышла из кареты, и ей и королю Фринбаусу подвели верховых лошадей.
– Мой замок находится неподалеку, следуйте за мной, – сказал Владэмор и проследовал вперед.
– Ваше величество, – обратилась Милайбрея к отцу, – а вы знаете что-нибудь про этого жуткого короля?
– Я с ним никогда не был знаком, но слышал о нём от других правителей, – ответил Фринбаус. – Он ведет затворнический образ жизни, ни с кем не воюет и ни с кем никогда не ведёт переговоры. Поговаривают, что он имеет связь с тёмными силами, но я думаю, что это просто выдумки.
– Тёмными силами?! – удивлённо переспросила принцесса.
– Рассказывают, что посягательства на владения этого таинственного короля всегда были тщетными, а те войска, которые отправлялись завоевывать его земли, бесследно исчезали. Но истинной причины никто не знает, может, отряды терялись в этих местах; может, на них нападали дикие звери, а возможно, никто и никогда не пытался в действительности завладеть этими землями. Ходит много слухов и догадок, но нет ни одной живой души, кто бы мог подтвердить или опровергнуть эти кривотолки, – пояснил Фринбаус.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
