Витта Лин "Приручить и обезвредить"

– Да, Лёша, быстрее, пожалуйста…

Я сама сжимаю одной рукой грудь, а второй цепляюсь за его бедро. Его палец соскакивает вниз и ныряет внутрь. Я хотела уже возмутиться, когда чувствую, как второй палец продолжил играть с клитором. Не знаю, что он творит внутри меня, но то, как он это делает, устремляет меня на сверхскоростях к оргазму. Я двигаю бёдрами, как будто толкаюсь в его руку. Стонать тихо уже не могу и не хочу. Мышцы сжимают его палец ритмично, низ живота в бешеном напряжении. Наконец, внутренняя пружина не выдерживает, и меня накрывает долгожданный оргазм. Лёша прижимает меня крепче к себе. Невероятное чувство защищенности в такой уязвимый момент как будто усиливает все ощущения.

– Чёрт, малышка, я забыл какой громкой ты бываешь, музыка для меня, – шепчет он мне на ушко.

Я просто пытаюсь отдышаться и совершенно не в силах разговаривать.

– Я не выдержал, даже просто глядя на то, как ты кончаешь, и немного тебя испачкал. Давай помоемся.

Мы медленно моемся, ужинаем едой из доставки и ложимся спать, вымотанные последними днями. Засыпаю в ощущении тотального спокойствия и безопасности. Я вдыхаю поглубже запах его кожи, обнимаю за талию и проваливаюсь в сон. В последнее мгновение чувствую, как он прижимается губами к моим волосам.

Следующим вечером.

Сижу на диване перед выключенным телевизором. Я в его огромном халате, будто в одеяло завёрнута. Лёша заходит с дымящейся чашкой с чаем, подаёт мне. Садится рядом. Я вижу, что он хочет что-то спросить, и не нравится мне это напряжённое выражение лица.

Алексей

Марта у меня дома – это одно из самых классных событий за последние годы. Я скучал и сильно нервничал в эти дни. Наконец, сейчас я могу быть спокоен, так как знаю, что кошка в безопасности дома. Но нам нужно кое-что обсудить. Сажусь рядом с ней.

– Хорошая моя, я слышал часть разговора с твоей матерью…

Она перебивает меня.

– Лёш, мне и так стыдно за эту ситуацию, я не хочу обсуждать реакцию матери.

– Прости, но я хотел поговорить как раз о твоей реакции на кое-какие её слова…

Глава 26

Вроде ничего страшного, но меня немного напрягает, как она… испугалась, что ли, вопроса про беременность.

– Марта, ты хочешь детей?

– При чём здесь дети?

– При том, что, когда мама тебя спросила о беременности, ты была достаточно резка и категорична.

– Лёш, мы вместе сколько? Три месяца? Какие дети? Мы с тобой съехались-то сейчас только потому, что меня из дома выгнали.

– Мы съехались, потому что у нас есть чувства друг другу. По крайней мере, я так считал.

Что-то обрывается в груди. Неужели она действительно в этом видит только решение жилищной проблемы?

– Лёш, я влюблена безо всяких сомнений. Ты в моей голове, груди и иногда в печёнке, но дети – это слишком. Я не готова к такой ответственности.

– Не готова сейчас или вообще?

Я замираю, кажется, весь, даже задерживаю дыхание, в ожидании ответа. Я люблю её и наверняка готов буду к любому повороту, но не могу представить себе, что спустя хотя бы пару-тройку лет никто не будет бегать босыми пяточками по загородному дому.

– Сейчас. Лёш, я хочу твёрдо стоять на ногах, когда приду к этому.

– Не понял. Это звучит так, будто ты одинока и собираешься рожать от донора.

– Не говори ерунды, какой донор.

– Марта, я не говорю, что мы прямо сейчас пойдём делать ребёнка, но всё же, ты же понимаешь, что я как раз твёрдо стою на ногах? Я с самого начала говорил, что настроен серьёзно, что готов к семье. А семья – это папа, мама и дети.

– Нет! Чёрт, ты не понимаешь меня! Я! Услышь меня, я должна быть уверена, что потяну одна.

– А где в этой схеме место для меня? Почему ты просто вычеркнула меня из этой ответственности?

– Потому что!.. Лёш, это мои принципы. Жизнь слишком непредсказуема, а с твоей работой ещё и опасна, чтобы я была так легкомысленна и планировала ребёнка, рассчитывая на других! Даже на тебя.

Марта

Я смотрю как Лёша резким движением встаёт с дивана, идёт в прихожую и срывает куртку с вешалки, одевается.

– Лёша, я имею право на уверенность в завтрашнем дне. Поговори со мной, куда ты уходишь? Давай всё обсудим.

– О, милая, имеешь! И, по всей видимости, я никогда не смогу быть тем, кто тебе её даст! Твою мать, Марта, это серьёзно! Я мужчина, я доказываю тебе это каждый день. Каждый чёртов день я делаю всё, чтобы моя девочка могла быть девочкой, а не звенеть стальными яйцами. Но ты так вцепилась в свою независимость, будто если ты хоть на секунду расслабишь булки, мир рухнет! Но, чёрт возьми, Марта, не рухнет! Представляешь, можно строить отношения, в которых участвуют двое! ДВОЕ, блять, я в шоке, ты же сделала из меня просто ёбаря, а не своего мужчину! То есть мы можем трахаться, даже съехаться, но моё мнение не имеет никакого веса. Всё что я делаю, не имеет веса! Нихуя, ни граммулечки, потому что Марта у нас сильная и независимая!

Он разворачивается и уходит, хлопнув дверью.

Я стою и смотрю на закрытую дверь несколько минут. Одинокие слезинки стекают по щекам. И что теперь? Это конец?

Алексей

Я часа три уже бью грушу в спортзале, пытаясь сбросить нервное напряжение, но не отпускает ни на секунду. Эта женщина вытащила всё моё нутро и взбила венчиком. А как мне теперь себя привести в порядок?

Я зол, разочарован и потерян. За этими чувствами не вижу окружающих. Когда кто-то касается моего плеча, я рефлекторно разворачиваюсь и бью. Кирилл уворачивается.

– Лёх, ты чего вне графика?

Я молчу. Вываливать на друга личные переживания не хочу. Эти вопросы надо решать с Мартой. Осматриваю зал – мы остались вдвоём.

– Кир, давай спарринг?

– Да без проблем. Смотрю, тебе прям надо.

Ближайшие сорок минут мы бьём друг друга профессионально поставленными ударами. Мышцы горят. Периодически делаем перерывы, в которые я понимаю, что облегчение так и не наступает. Сбросить внутренний накал не удаётся. В какой-то момент я теряю контроль и начинаю наносить очередь ударов один за другим со всей силы. И только когда совсем уже выдыхаюсь, останавливаюсь и просто сажусь на пол в ринге. Я даже не обратил внимание, что Кир просто позволил мне выпустить пар, лишь иногда блокируя удары. Вытираю пот с лица.

– Полегчало?

– Есть немного. Спасибо. Мне нужно было…

– Можешь не объяснять. Слушай, в субботу встречаемся в «Астории». Празднуем мои тридцать шесть в узком кругу. Жду тебя с Мартой.

Я резко вскидываю голову, не ожидая услышать её имя. Потом вспоминаю, что сам просил Кирилла пробить информацию по Марте.

– Ты же ещё с Мартой? Или я что-то пропустил?

Глава 27

Я не задумываюсь над вопросом Кирилла ни секунды.

– С Мартой, – вздыхаю, но утвердительно киваю.

Мы ещё вместе, надеюсь так и останется, но куда двигаться дальше не понимаю.

– Спасибо за приглашение, Кир, мы будем на праздновании. Ладно, пойдём по домам.

Еду домой и не знаю, что говорить. Куча мыслей в голове. И готов ли вообще к разговору? Меня задела позиция Марты. Я как будто удобное приложение в её жизни, она ведь могла просто обозначить, что ей не нужны серьезные отношения. И вообще, что это за пара, в которой девушка – и за мужика, и за женщину?

Захожу в квартиру – тишина. Свет везде выключен. Надеюсь, она не ушла? Чёрт, это уже какой-то пиздец. Мозг вскипает от происходящего.

Марта

Лёши нет уже пару часов. Я не могу ничем заняться, голова ватная. Слишком нервничаю от неизвестности. Когда время стало близиться к полуночи, принимаю душ и ложусь в постель. Телефон боюсь выпускать из рук – надеюсь, что спецназовец хотя бы позвонит. Лежу в тишине, прислушиваюсь к каждому шороху. Наконец звенят ключи, щёлкает замок, и Лёша идёт по квартире. Закрываю глаза, изображаю, что сплю. Не хочу разговаривать сейчас. Мы могли поговорить сразу, но он выбрал уйти.

Он заходит в спальню. Несколько секунд просто стоит у входа. Я стараюсь дышать спокойно, хотя сердце предательски бьётся чаще обычного. Пока ещё мой мужчина проходит, наконец, дальше. Шуршит одежда. Чувствую, как прогибается кровать. В мыслях прошу его обнять меня. Мне нужно почувствать, что мы вместе.

Но Лёша лежит без движения и даже не касается меня. Слезинка соскальзывает и стекает по виску на подушку. Слышу глубокий вздох за спиной, после чего он всё-таки прижимает меня к своей груди. Я облегченно выдыхаю.

Алексей

Просыпаюсь как обычно по режиму. Марта ещё спит. Выпиваю кофе и оставляю записку, что в субботу мы приглашены в ресторан. Вдруг ей нужно платье найти или что-то ещё. Осадок от вчерашнего разговора никуда не делся, но на праздник к другу сходить надо. Настроение поганое, мне не хватает душевной близости с кошкой, наших разговоров, её нелепостей и смеха. Мы и так провели неделю порознь. Удивительно, что можно скучать по человеку, даже когда обнимаешь всю ночь.

Марта

Утром нахожу записку от Алексея. Ну что ж, до субботы, значит, мы ещё точно вместе. Надо забрать остальные вещи из родительской квартиры. Съезжать на съёмную квартиру сейчас – это сразу поставить точку в отношениях. А вещи забрать надо в любом случае. Так что пока всё сюда повезу. Ждать Лёшу и просить о помощи не хочу. Поэтому вызываю такси и еду сама. Часа четыре складываю всю свою жизнь в сумки. Вещей так много, хотя это было так не заметно в шкафах. Забрать всё сразу не смогу. Приготовила коробки, вынесла их в прихожую. И так же на такси возвращаюсь с тремя сумками в Лёшину квартиру. Теперь у меня будет платье и туфли на субботу. Разбираю одежду, стараюсь занять себя, чтобы только не погружаться в печальные мысли о нашем будущем.

Алексей

Возвращаюсь домой уставший, как собака. Мне кажется, я сам себя морально изнасиловал больше, чем меня вымотала физическая нагрузка. Одно успокаивает, что Марта вчера не ушла, есть надежда, что сможем ещё как-то вырулить.

Как только переступаю порог квартиры натыкаюсь на дорожные сумки.

Решила уйти всё-таки. Злость, отчаяние, тревога разрывают изнутри.

– Марта?

Прохожу по квартире. Дежавю. Опять тишина. Обнаруживаю её в гардеробной. В наушниках разбирает сумку, развешивает одежду на плечики, коробки с обувью стоят в углу. Я вздыхаю с облегчением. Кошка замечает меня, вынимает наушник.

– Привет.

– Привет.

И только теперь до меня доходит. Она разбирает сумки – значит ездила домой. Без меня.

– Ты забрала вещи из своей квартиры?

– Да, правда не все, ещё коробки остались в прихожей. Ты же не передумал жить вместе?

– Нет, я не принимаю таких решений после первой же ссоры. Но ты… Март, серьёзно? Я же сказал, что мы съездим вместе, я помогу, чтобы ты не таскала тяжёлые сумки. Чёрт, и чего я удивляюсь, что ты, конечно же, сама всё сделала. Ты же у нас кошка, которая гуляет сама по себе. Независимая, блять!

– Лёша, я просто забрала часть вещей, которые мне нужны в ближайшее время. В том числе наряд на субботу. А остальное мы можем вместе забрать позже.

Она издевается надо мной? Неужели вообще не понимает, в чём мои претензии? Чувствую себя бессильным.

– Хорошо, Март, делай как знаешь. Какой смысл мне что-то тебе объяснять?

– Господи, это всего лишь три сумки. Мы будем ругаться из-за трёх моихсумок?

– Нет, не будем. Я буду ужинать. Завтра я еду в командировку. Вернусь в пятницу вечером.

Несмотря на все последние события, я не опускаю руки. И даже не знаю, хорошо или плохо, чтобы мы будем врозь несколько дней. Но, как бы то ни было, работу я никуда деть не могу. Поэтому завтра я снова буду в бронежилете и с винтовкой. А Марта… Надеюсь, ничего не придумает, и будет дома.

– Хорошо. Я буду здесь, – и на том спасибо, дорогая.

В пятницу, когда еду с базы домой нестерпимо хочется обнять мою девочку. Я очень соскучился за эти три дня. Что бы у нас ни происходило, мои чувства не изменились. А после того, как служба кидает нас под пули, возвращаюсь с усилившимися чувствами.

Как только захожу в квартиру, Марта выходит в прихожую и молча меня обнимает. Это лучшее, что со мной случилось за последние дни. Утыкаюсь носом в её волосы, хочу вдохнуть поглубже мой любимый запах. Вечер проводим вместе. Со стороны, наверное, кажется, что всё в порядке. Но для пары, которая раньше трахалась как кролики, мы ведём себя странно, с учётом, что мы не отлипали друг от друга. Больше похоже, что мы много лет в спокойном браке. Никаких очень интимных движений.

Так же ложимся спать. Физиологию не обманешь, при виде кошки я всегда возбуждаюсь, но она не выглядит девушкой, которой сейчас хочется близости. За ужином я разглядывал её, куда-то пропала искра из глаз. И вроде всё та же моя девочка, но отстранённая.

Хотя и я не забыл причину ссоры. У меня как будто отняли мечту о большой семье с детьми, домом и собакой. Хах, забавно, ну да, кошка же… какая собака? Дикая неприручённая кошка, даже спустя столько времени.

Марта

В ресторан собираемся, делая вид, что ничего не происходит. Может это и к лучшему, чтобы не устраивать продолжение на людях.

Приезжаем в «Асторию» нарядные – Лёша в костюме, который он не любит, но зато выглядит очень сексуально, я в платье до колена по фигуре. Со стороны мы выглядим парой, которая идеально подходит друг другу. Меня знакомят с Кириллом и его друзьями. Мне всегда казалось, что Алексей огромный, но его друзья не уступают ему совершенно, а именинник ещё и выше. Этакая компания «шкафов» в пиджаках. Помимо меня здесь есть ещё пара девушек.

– Лёх, Марта, познакомьтесь с Викторией.

Кирилл притягивает к себе за талию стройную девушку. Её тёмные волосы собраны в высокий хвост, губы накрашены кроваво-красной помадой в тон платью, а выражение лица отстранённо-высокомерное. Она очень выбивается среди открыто улыбающихся гостей. Мне не очень комфортно рядом с ней. Лёша, видимо, это почувствовал, потому что крепче сжал мою ладонь, успокаивая или поддерживая.

Нам представляют вторую девушку, которой, видимо, просто скучно, потому что она кивает нам с улыбкой и тут же утыкается в телефон. Здесь ещё несколько мужчин, насколько я поняла, это бывшие сослуживцы Кирилла.

Мы втроём на фоне таких здоровяков выглядим комично маленькими. Я вежливо улыбаюсь и поддерживаю нейтральные темы, мне на самом деле нравятся те, кто сегодня собрались. Кроме одной личности. Той самой Вики. Она даже не пытается скрывать пренебрежительных взглядов и постоянно касается Кира, будто метит территорию, то проведя по руке, то взяв за шею. Всё какое-то неестественное и показательное.