– Небо здесь не причем, – Илья Петрович предусмотрительно ответил на незаданный Мирославой вопрос. – Любой обладатель и главы кланов боятся их, – он указал на пустоту около себя.
– Что это? – спросила Мира.
– Черные дыры, – ответил Даниил Евгеньевич.
– Кротовая нора изучена обладателями и является одним из способов перемещения в пространстве, а вот черные дыры – это большая загадка для всех, – рассказала Анастасия Юрьевна.
– Попав в черную дыру, обладатель рискует не вернуться в реальность никогда, – описал Илья Петрович. – Именно поэтому черные дыры – наш общий страх. Лучше не трогай, – он предостерег Мирославу, которая протянула руку по направлению к одной из пустот рядом с собой. – Хоть они и созданы твоей эмоцией, но неизвестно, как поведут себя в реальности.
Мирослава одернула руку, озираясь на отца. Евгений Викторович недовольно смотрел на дочь, не одобряя её действий.
– Если у вас есть общие страхи, почему нельзя разработать одно общее учение, чтобы не делиться на кланы? – поинтересовалась Мирослава.
– Детский лепет, – грозно обратилась Инна Николаевна. – Все главы кланов стремятся к власти и не потерпят, чтобы ими управлял кто-то один.
– Почему же один? У вас же есть совет кланов, – не сдавалась Мирослава. – Почему нельзя действовать сообща?
– Сообща мы не можем даже распределить нового обладателя, – усмехнулся Даниил Евгеньевич, – а ты говоришь про общее учение.
К Мирославе подлетела одна пустота, пытаясь попасть ей под руку. Мира взглянула в неё, стараясь увернуться, как вдруг заметила внутри пустоты отражение Антона, стоящего перед ней в спортивном зале и протягивающего в её сторону кулон.
– Не может быть, – Мирослава вглядывалась в изображение.
– Что случилось? – поинтересовался Евгений Викторович.
– Она показывает мне недавние события, – описала Мирослава.
– Страх отражает страх, – задумался Илья Петрович. – Ты не боишься черных дыр, поэтому к тебе эмоция проявила особый интерес, – рассказал он.
– Ты не боишься черных дыр? – переспросил Даниил Евгеньевич.
– Я про них первый раз слышу, – объяснила Мирослава. – Я не могу бояться того, про что совсем не знаю.
– Интересная логика, – задумалась Анастасия Юрьевна.
– Мира, побереги силы. Убирай страх, – строго сказал Евгений Викторович.
– Просто сказать, – расстроилась Мирослава, понимая, что не знает, как впитать назад в себя эмоцию.
– Что? Не доучилась? – злорадствовала Инна Николаевна.
Мирослава почувствовала внутри себя настолько сильный приступ гнева к главе клана Фаворских, что за секунду окуталась насыщенным красным оттенком. Злость внутри кипела, свечение увеличивалось, а Мира испуганно пыталась вспомнить приятные моменты из жизни, чтобы хоть как-то успокоиться.
– Мирослава всего несколько месяцев, как обладатель, – глава клана Адептовых сменил расположение, подойдя по звездному небу к высшей обладательнице. – Масштаб её эмоции поражает, а управлению брат научит, – улыбнулся Илья Петрович. – Мира, нужно яркое воспоминание, – он пытался помочь Мирославе, находясь на расстоянии вытянутой руки от неё.
Мира старалась сконцентрироваться, вспоминая позитивные моменты.
«Мира, готовься, на счет три», – прозвучал мысленно голос учителя.
«Что на счет три?» – Мирослава озадаченно вглядывалась в Илью Петровича рядом с собой.
Глава клана Адептовых широко улыбался Мирославе, стараясь загородить её от всех присутствующих.
«Один, два, три», – посчитал учитель.
На счете «три» Илья Петрович резко схватил Мирославу за руку и потянул её в сторону одной из черных пустот рядом с собой. Вокруг все стихло. Темнота пугала Миру, но это помогло ей справиться с гневом. Как же удавалось Антону контролировать себя? Как он справлялся с такой сильной эмоцией? Мирослава не смогла сдержаться от одной фразы, а одноклассник умудрялся подавлять не только свой гнев, но и гнев других учеников.
Где бы Антон ни находился, Мирослава восхищалась им и скучала по нему. Она начинала ощущать нагрузку от противоположных эмоций, особенно когда одна дополняется другой и при этом усиливаются обе.
Глава 2. Просьба
Мирослава вместе с Ильей Петровичем оказалась в спортивном зале. По расположению трибун и по виду из окон Мира поняла, что этот зал находится в главном корпусе базы отдыха «Криста», и именно в нем проходили первый этап соревнований «Эмоциональ» и её распределение.
– Илья, что медлил? Пятнадцать минут жду, – донесся с трибуны уставший голос учителя.
– Я ждал подходящего момента, – Илья Петрович не отпускал Мирославу, видимо, специально, чтобы перемещаться вместе с ней. При распределении дядя Паша тоже не отпускал Миру, пока путешествовал с ней по каким-то переходам.
– Женю, смотрю, не удалось захватить, – Андрей Петрович направился в сторону ученицы и брата.
– Нет, он далеко стоял.
– Печально, но ладно, я ему потом расскажу. Мира, привет, еще раз, – улыбнулся Андрей Петрович.
– Здравствуйте, учитель, – кивнула Мирослава.
– У нас две минуты, поэтому слушай внимательно, – серьезным тоном сказал Андрей Петрович. – Когда вы вернетесь с Ильей к главам кланов, в конце разговора тебя атакуют запрещенным приемом. Женя не успеет среагировать, Илья не станет блокировать, чтобы не выдать своей осведомленности, а я не могу там внезапно появиться, – объяснял он. – Атака будет скрытной и быстрой, все же у тебя в гостях главы кланов, – он покачал головой из стороны в сторону. – Атака нацелена выявить твою подготовку к эмоциональной схватке, никакого вреда причинять тебе не хотят, – внушал он. – Запомни, единственное, что тебе надо сделать, это скрестить пальцы за спиной, вот так, – он продемонстрировал руку, скрестив указательный и средний пальцы.
– Это поможет? – уточнила Мира.
– Нет. Это даст время твоему отцу заблокировать атаку самостоятельно и не выдать в тебе наблюдателя, – рассказал Андрей Петрович.
– Скрещенными пальцы держи за спиной, пока все главы кланов не уйдут из гостиницы, – добавил Илья Петрович.
– Хорошо, – разволновалась Мирослава. – Можно всего один вопрос задать? – сосредоточилась она.
– Давай быстрее, – торопил учитель.
– Куда пропал Антон?
– С ним все хорошо, – Андрей Петрович приподнял одну бровь от удивления. – Жив, здоров и свободен, что еще надо?
Мирослава расстроилась, понимая, что ей никто не ответит на вопрос, и она не узнает, куда пропал её одноклассник.
– С Антоном разберемся, ты про пальцы не забудь. Вот так, – учитель еще раз продемонстрировал руку. – Все, брат, спасибо, вам пора, – он обратился к Илье Петровичу.
– Скоро буду, – глава клана Адептовых сформировал темную плоскость перед собой и подтолкнул Мирославу вперед, следуя за ней.
Вновь темнота и пустота заполнили все вокруг.
– Мира, не расспрашивай никого про Антона хотя бы пару месяцев. С ним все нормально, не мешай ему, – слышался шепот Ильи Петровича.
Мирослава не успела ничего ответить. За секунду они вновь оказались в номере, рядом с главами кланов в окружении звездного неба.
– Самое яркое воспоминание, Мира, – лучезарно улыбался Илья Петрович удивленной обладательнице.
Мирослава была настолько погружена в мысли об Антоне после всего услышанного, что не могла ни о чем думать, кроме как об однокласснике. Она вспомнила своих собачек в холле школы, и как виртуозно Антону удалось их преодолеть. Воспоминания помогли впитать в себя общий страх глав кланов, но оставили осадок. Мира скучала, а получив указания пару месяцев не искать одноклассника, наполнилась грустью и подсветилась синеватым оттенком.
– Молодец, – похвалил Евгений Викторович. – Надеюсь, главы кланов примут правильное решение на твой счет. Время почти вышло, дамы и господа, еще пара вопросов и расходимся.
Мирослава быстро скрестила пальцы рук за спиной, ожидая нападения. Она ни с того ни с сего стала сильно кашлять, параллельно задыхаясь от нехватки воздуха, при этом не замечая ничего необычного вокруг, никаких дымок, облаков и полей.
– Мира, что с тобой? – Евгений Викторович подбежал к дочери. – Атаковать! Здесь! Сейчас? – он громко хлопнул в ладоши.
От смены измерений Мирославе стало еще труднее дышать, но она думала только о скрещенных пальцах за спиной. Неожиданно быстро кашель Миры стих и дыхание восстановилось. Отец стоял рядом с ней, презрительно разглядывая поочередно всех глав кланов.
– Вы, дамы и господа, совсем обнаглели. Надо же было додуматься, в такой момент атаковать обладателя запрещенным и сильнейшим приемом, – ругался Евгений Викторович. – Попрошу всех уйти, – грозно сказал он.
Главы кланов поднимались со своих мест и выходили из комнаты, не проявляя никаких эмоций в отношении случившегося, словно так и должно было быть. Илья Петрович не задерживался и вместе со всеми направился на выход. Евгений Викторович закрыл за гостями дверь и поспешил вернуться к дочери.
– Как ты? – поинтересовался он.
Мирослава продолжала держать пальцы скрещенными.
– Нормально, – заверила она, присаживаясь на кровать.
– Хорошо хоть додумалась пальцы скрестить.
– Мне учитель подсказал.
– Спасибо Андрею, – Евгений Викторович сел на кровать рядом с ней.
– Они будут драться? – поинтересовалась Мирослава.
– Думаю, да, – отец потер лоб. – Не все, конечно, но многие. Большинство захочет переманить тебя в свой клан без сражений, так что будь предельно недоверчива ко всем знакомым обладателям. Они начнут помогать, чтобы тебя одурачить.
– Ладно, – Мирослава понимала, что отец прав.
– Мира, сложно спрогнозировать, что будет дальше, одно лишь точно: главы кланов захотят, чтобы ты была на их стороне.
– Пап, почему они не хотят объединяться?
– Помимо глав кланов, они обычные люди, – Евгений Викторович потер лоб. – Они подвластны тщеславию, они хотят власти, жаждут славы, почета, уважения и не замечают во всем этом самого главного, – вздохнул он.
– Чего? – не терпелось узнать Мирославе.
– Жизни, – многозначительно произнес отец. – Они настолько увлечены своей значимостью, что потерялись в реальности жизни,– Евгений Викторович охарактеризовал всех глав кланов. – Поэтому и теряют лучших обладателей, которым проще уйти в никуда, чем состоять в одном из кланов с ложными убеждениями.
– Ты поэтому ушел? – поинтересовалась Мира.
Евгений Викторович пристально посмотрел на дочь.
– Когда я встретил твою маму, весь мой мир перевернулся с ног на голову. Я понимал, что не могу жить без неё, что хочу всегда быть рядом с ней. Я допустил всего одну ошибку… – вспоминал он. – Я поделился своими переживаниями с главой своего клана. Дмитрий Иванович, обладая даром убеждения, внушил мне, что мои желания отвлекают меня от истинной цели обладателя.
– Это от какой?
– От власти, – четко описал отец.
Мирославе вспомнились слова Антона, когда он говорил, что все хотят власти.
– Убеждение, что все хотят славы и власти застилает глаза главам кланов. Они не понимают, что не все этого хотят. Они не верят в искренность обладателей, желающих просто жить и управлять эмоцией, так как это идет в разрез с их мнением, – Евгений Викторович выпрямился. – Большинство сильнейших обладателей покинули кланы и стали одиночками. Многие погибли, особенно те, кого главы кланов не хотели отпускать. Все они были одарены вселенной, но, увы, поражены обычным тщеславием глав кланов.
Мирослава слушала затаив дыхание.
– Сколько талантливых и сильнейших обладателей погибло, сколько раскрытых эмоций уничтожено, не сосчитать, – дополнил Евгений Викторович.
– Как же ты смог уйти из клана?
– Я додумался после Дмитрия Ивановича поговорить с учителем, – улыбнулся отец. – Никогда не забуду, как Михаил Леонидович, не перебивая, выслушал меня и все мои мысли под влиянием убеждения Дмитрия Ивановича, после чего похлопал меня по плечу и сказал единственную фразу, – Евгений Викторович сделал продолжительную паузу, любуясь заинтересованностью дочери.
Сердце Мирославы выпрыгивало из груди, а она ждала продолжения.
– Он сказал так: а теперь скажи мне, что чувствуешь ты, – вкрадчиво проговорил Евгений Викторович.
Казалось, что Мирослава перестала дышать. Настолько проникновенно и трогательно отец делился своей историей.
– Именно в тот момент я понял, что, если думать самому, никакие силы не смогут повлиять на человека или на обладателя, да на кого угодно, – перечислил он. – Самое главное, услышать себя, понять и сохранить внутри себя то, что думаешь и чувствуешь именно ты, – улыбнулся Евгений Викторович.
– И что произошло дальше?
– Михаил Леонидович помог мне подчинить измерение и выйти живым из клана, а потом стал почетным гостем у меня на свадьбе. Ты бы видела, как он отплясывал все танцы, – засмеялся отец.
– Многим удалось так уйти, как тебе? – переживала Мира, вспоминая уход из клана Антона.
– Нет, к сожалению, – Евгений Викторович замотал головой. – Подчинить измерение редко удается кому-то из обладателей. Можно сказать, мне повезло.
Мирослава задумалась над словами отца. Она осознала, что в случае с Антоном могло быть все иначе. Страшно даже представить, что могло произойти, если бы он сам не согласился покинуть клан.
– Мира, ты меня прости, пожалуйста, – попросил отец, опустив голову, – это я сделал так, чтобы Антон ушел из клана, – признался он.
– Ты?
– Я.
– Зачем?
– У меня были на то причины, – уклончиво ответил Евгений Викторович. – Но, я ошибся. Я и предположить не мог, что Дмитрий Иванович отдаст тебе эмоцию Антона. Это вторая самая большая ошибка в моей жизни, – жалел он.
– Пап, зачем ты вывел Антона из клана?
