Саша вылез из сорок девятой и осмотрел ее. Задний бампер отломился и оказался где-то под машиной. Заднее стекло прогнулось внутрь, вырвав пару заклепок с рамки. Хорошо, что пластиковое.
Джек сел рядом и положил шлем на капот. Краем глаза осмотрел машину и уставился на покрасневшего от злости и испуга Сашу.
– Че? – возмутился тот. – Есть че сказать – говори!
Коен пожал плечами. – Мне поставили рейку длиннее…
– И?
– Ну… теперь корректировки рулем можно делать точнее. Неудобно иметь всего три четверти оборота в одну сторону. А еще у меня немного занизили клиренс. Потому, что еду по более пологой траектории.
– Говори уже суть, – раздраженно сплюнул на поднимающиеся кусты Старцев.
– Они реально начали дорабатывать машины. И если ты не будешь с ними сотрудничать, то каждый раз придется учиться ездить на новой машине. Слушай, да поговори ты уже с ним нормально, а? Наши с тобой стили абсолютно разные, это понятно, но именно из-за этого у нас личные механики. Только ты можешь сказать Паштету, как тебе будет лучше.
– Эххх… – Саша вроде бы и согласился, но все еще не мог принять того факта, что твердолобый Паша может быть полезен. По крайней мере, полезнее автомойщика.
– Слушай, я кажется начал понимать… Ну, то как ты это делаешь. Я про то, что ты несешься быстрее своей реакции.
– Че?
– Я покатался с тобой с недельку, и кажется, что даже лучше начал за тобой держаться.
– Я притормозил, – слукавил Старцев. Он-то точно заметил, что Коена теперь приходится ждать меньше.
– Эх ты… Все еще держишься за свою гордость. Забей ты уже на нее, ты же сам говорил, что пришел получать удовольствие. Вот тебе как нравится больше, бухать в компании, или одному?
– Я не пью…
Джек пожал плечами. Для него, как для истинного жителя этой страны, аналогия была самой понятной и самой правдивой.
– Ладно, скажу че хотел, и пойду, а то Павлик уже где-то гремит техничкой… Ты стал ехать по другой траектории, и там, где ты раньше дергал ручник, ты начал перемещать вес. Мне кажется, что время стало лучше не потому, что ты привык к этой дороге.
– Собрался идти? Иди.
– Ладно, ладно… – Джек дернул с капота свой шлем и надел его. – Пол месяца назад ты сам отговаривал меня не уходить из команды, а щас… Обиделся что ли?
Пятидесятка рявкнула мотором и уехала. В протоптанных кустах замаячила кабина полупогрузчика. Испуганный зрелищем Паша выскочил с водительского сиденья и, спотыкаясь о загнутые ветки, начал пробираться к сорок девятой. Он прошел мимо Старцева и начал наглаживать помятый кузов машины, записывая в голове все повреждения.
– Ты че, один? – Старцев открыл дверь манипулятора и швырнул шлем внутрь. – Какого черта Шульман тебя отпустил?
– Сколько человек нужно, чтобы вытащить машину из кювета?
– Что? Это анекдот?
– Ноль! У нас есть техничка, на хрен тебе тут Шульман?
– У тебя прав нет, идиот!
– Да кто меня в лесу-то увидит?! Да и в этой старушке нет учета лицензии…
Паша сел за руль и начал разворачивать большую машину на узкой дороге. Старцев насчитал около двенадцати подходов.
– Да ты еще тупее чем ослепший автопилот! Дай я!
– Рот закрой! Ты одну машину в кювет уже скинул!
Саша открыл дверь и выволок механика из кабины. Тот сразу же подпрыгнул на ноги и схватил пилота за комбез. Старцев схватил Пашу за рабочую куртку.
– Ты олень! – раскричался пилот. – Это из-за тебя она тут!
Павлик дернул комбез сначала на себя, а потом и от себя. Неопытный в драках Саша повелся на обманку и оказался прижат к железной кабине полупогрузчика. – Да это ты виноват! Дай угадаю, ты пошел в занос, а она не пошла, да? Точнее пошла, блядь, но слишком резко!
– Да потому, что ты, козел, намудрил с подвеской!
Механик окончательно потерял самообладание. Хотел разбить пилоту морду, за то, что тот так халатно относится к своему же инструменту. Но на удивление притормозил. Выдохнул, вдохнул, снова выдохнул.
– Запыхался уже?
– За мной иди, – вывернулся из захвата Павлик. Прошел пару шагов по поваленным зарослям, обернулся. – Ты слышишь, нет?
Старцев помотал головой и побрел следом.
Паша подошел к машине и открыл водительскую дверь. По-хозяйски прошелся грязными ногами по креслу пилота и рухнул в пассажирское сиденье. – Это видел?
Шурик сунул голову внутрь. Посмотрел на ползунок, который маячил за ручником. Но маячил только сейчас. Сидя, его было почти не видно.
– Молчишь, ирод… Это регулировка дифференциала. Я же говорил тебе про задний редуктор!
– Я че, на открытом дифференциале ехал?
Паша покивал головой.
– Твою мать… – пилот прижался лбом к рамке двери. – Ты говорил, да?
– Да.
– Утром тоже говорил?
– Да.
– И по рации говорил, помню…
– Охренеть до тебя быстро доходит!
– И че щас делать? – растерялся Саша. Он был уверен, что это механик испоганил ему машину, а получается, что наоборот.
– Иди выматывай лебедку… – парень трижды толкнул рычаг КПП и включил нейтраль.
Павел выбрался из машины и достал из кармана пульт управления от канатной лебедки. Аккуратно сопроводил привязанную сорок девятую до полупогрузчика и поднял захваты для передних колес. Половина болида оказалась погружена на эвакуатор, а другая половина волочила задние колеса по земле. Паша подметил, что Саша весьма удачно загнал машину в лес, ведь ее даже не пришлось кантовать.
Старцев сел пассажиром, а Павлик прыгнул за руль. Большая машина тронулась и медленно поехала в сторону ангара. Ехала тихо, от чего пилот даже немного занервничал. Он все больше времени проводил в грохочущей сорокдевятке, так что тишина при езде начала приносить дискомфорт.
– Хорошо, что Сеня достал эту штуку, – Шурик постучал обратной стороной ладони по дверной карте эвакуатора.
– Ага.
Разговор не заладился, и тишина снова начала наводить тоску.
– Ладно, я понял… – Саша подождал, когда Паша ему ответит, но этого не произошло. Признание пришлось продолжить. – Будем сотрудничать.
Павлик медленно становил машину, вышел, встал у обочины и расстегнул ширинку. Пацан вернулся обратно меньше чем через минуту и снова сел за руль.
– Это че щас было?
– Ссать захотелось.
– И все?
– А че, мне еще и посрать там надо было?! – удивленно посмотрел механик на пилота.
– Блядь! Да я не об этом!
– Ааааа, так ты ждешь, что я по-дружески обниму тебя и скажу: «Ладно тебе, Шурик, я все понимаю…»? Хер тебе!
– Да че ты заладил-то?!
– Да то! Я тебе талдычу это с отборочных! А до тебя это только сейчас дошло? Когда тачку с дороги вышвырнул? Боюсь представить, что будет, если я предложу тебе дружбу… Сальто сделаешь и шею сломаешь?
– Дружбу? Смеешься что ли? Не надо мне такого…
Паша поморщился. Старцев не понял его иронию. В это время машина вывернула из леса и подобралась к ангару. Сорок девятую помогли опустить на асфальт и в помещение она уже заехала своим ходом.
– Ладно, – стоял у подъемника пилот, скрестив на груди руки. – Рассказывай…
Паша фыркнул, но все-таки раскололся. – Мы заменили фрикционный дифференциал в задней оси на электронный, кулачковый. Сможешь настраивать под тип покрытия, раз так любишь скольжения. Задний стаб сделали чуть мягче. И передний тоже, но в нем проблемы особо не было.
– Зачем?
– Ты проезды свои смотрел? Ты грубо едешь, стабильности на осях нет, машину подбрасывает на прямой! Ты не на асфальте. Держу пари, что когда тебя спрашивали про стаб, то ты сказал…
– Самый жесткий. Да было такое.
– Ну так вот он тебе не подходит!
– Ладно, че еще?
– Стойки с выносным… И с регулировкой высоты.
– Чтоб как у Коена, пониже сделать? Одобряю, ниже центр тяжести и…
– Выше сделал.
– Да сколько можно?! – вспылил недавно успокоившийся Старцев. – Ты че, самый умный?! Ты тачку увидел впервые три месяца назад!
– Да я за эти три месяца литературы прочитал больше, чем за шесть лет в универе! А ты, мудак, всю жизнь в гонках, а колесо-то сможешь поменять?
– Смогу!
– Ну так меняй! – Паша швырнул гайковерт в пилота. Тот со злобой его взял и начал откручивать колесо.
– Не это! Рваное снимай!
– Да блядь!
Пара минут и на задней оси появилось колесо с целой, не подорванной резиной.
– Доволен?!
– Очень, – с сарказмом ответил Паша. – Не надорвался? Я их по два раза в день скидываю!
– Самая важная информация за сегодня! Будут еще интересные факты из жизни животных?
– Так, парни, – Дима и Джек подошли к занятому сорок девятой подъемнику очень вовремя. Им совсем не хотелось ждать, когда пилот и механик сорок девятой исполнят свой стандартный ритуал. – Вы если болтать сюда пришли, то давайте-ка это… сворачивайтесь.
– Да, щас, – Паша начал спускать машину вниз. – О, а че это у вас?
Димон открыл солидную картонную коробку и вынул из нее блестящую железку. Павлик тут же выхватил из рук запчасть. Турбина. Новая. Пацан заглянул внутрь и крутанул пальцем крыльчатку.
– Это че, твинскроллка?
– Да, – Дима дернул запчасть обратно. – Шульман сказал, что ее нужно на пятидесятку. Ума не приложу, где Сеня ее достал…
– Мне тоже пришла? – с серьезным лицом спросил старцев, подойдя к своим коллегам.
Паша, который буквально на прошлой неделе добрался до раздела с нагнетателями, не мог винить необразованного в столь древней технологии пилота. Но подколоть его хотел. Вот и стоял, боролся с двойственными чувствами.
– Тут разделение потоков выхлопа, – констатировал Димон. – Дует и на низах, и на верхах…
Глаза Саши загорелись.
– Но дует слабее, – успел добавит Паша, боясь, что его пилот впадет в истерику, как маленький ребенок. – Тебе такое ни к чему, твой рабочий диапазон выше четырех тысяч. И на твинскроллке антилаг работать будет неэффективно, а Джеку он и не к чему, почти.
Старцев изменился в лице. Его невероятно сильно задел тот факт, что Паша начал расти над собой, а он топчется на месте. Складывалось ощущение, что именно механик тусуется тут из личного интереса даже в выходные. Пока пилот наблюдал, как его машину отгоняют в сторону, у него в голове зародилась мысль. Как убить двух зайцев одним выстрелом. Он понимал, что расти надо, но говорить придуманное не хотел. Язык не поворачивался. Повернулся:
– Паштет, может по пиву вечерком?
Зашедший в ангар Арсений уронил документы. – Да еп вашу мать! Развалите мне тут контору!
