Читать «Королевские чётки. Зерно Рабочего» — Мари Мальхас онлайн
Страница 4 из 11
– Эй, люди добрые! Скорее, скорее! У нас раненый! Раненый!
Помню, что спрыгнула. Слишком рано – и рухнула на колени у деревянного крыльца. Тут же поднялась, рванула дверь.
Горький запах трав и свежей древесины резанул усталое горло. Прилавок – врезался в грудь.
Бесконечные полки со склянками, мисками, пузырьками. Рябили, сливались, терялись. Наконец – у дальней стены, у камина, фигура в синей мантии с копной светлых волос.
– На помощь! Скорее! – звала я.
В поле зрения вклинился Боран – он тоже кричал. Что же он говорил?
Синяя мантия обернулась и подошла:
– Я целитель Рель. Что случилось?
– Мой друг ранен! Копьём… в бок! – тараторила я, даже язык не слушался.
– В какой?
Дверца прилавка откинулась с глухим стуком. За спиной скрипнула дверь – в комнату ворвался яркий свет, холод.
Я обернулась. У крыльца сновали люди, сливались в серо-бурые пятна. Униформа? Возможно. Всё плыло. На их фоне синяя мантия и Боран вытаскивали Даргана из кареты.
– Осторожно, голубчик, осторожно, – бормотала мантия, держа королевские ноги.
Они внесли его внутрь и уложили на деревянную скамью. Взмах рукой – в воздухе вспыхнул золотой шар. Свет обжёг глаза.
Целитель склонился над Дарганом, светлые волосы заслонили его лицо.
– О… ай-ай-ай… – пробормотал он.
– Что? Что там?! – закричала я. Не могла обойти препятствие – всё время билась грудью о край.
Меня не слышали – Боран продолжал без умолку говорить.
– Господа! – рявкнул целитель, выставив руку. Вторую держал над раной – от пальцев к ней тянулись светящиеся нити.
– Нам не до шуток! – выкрикнул Боран.
– Он ведь дышит… я вижу… – прошептала я.
Блондинистая голова резко поднялась:
– Вышли и подышали свежим воздухом. Оба!
И вот мы уже на крыльце, под прицелом десятков глаз. Мир качался сильнее, плыл. Виски пульсировали, в глазах плясали красные точки.
Я спохватилась, попятилась к двери, ударилась спиной о доски.
– Рель знает своё дело. Не волнуйтесь, не стоит ему мешать, – раздался голос из толпы. Из серой массы выступил человек в чёрной безрукавке, протянул ко мне руку. – О нём позаботятся. А вам, может, немного настойки не повредит…
«Да что пристал?!»
– Что это ты такой озабоченный? – вдруг услышала я себя. – Отвлечь нас хочешь?! Что вы тут удумали?
Я уже вынимала меч. Я?! Не могла остановиться.
Толпа ахнула и отшатнулась. Безрукавка попятился, подняв ладони:
– Прошу вас, госпожа… я не обучен искусству боя… Я всего лишь мастер горного дела и минералогии… не хотел ничего дурного! Простите!
– Вот и отойди! – заорала я, нащупывая дверную ручку.
Внутри – стойка открыта. Блондинистая голова мелькала над Дарганом.
– Господа… – целитель осёкся, заметив меч.
– Значит так! – объявила я. – Я никуда не пойду!
Я сказала это. Или подумала?
Я никуда не пойду. Не могу. Не хочу. Не вынесу.
– Понял, – коротко ответил он.
Это целитель? Что-то в нём было… неуместное. Но я уже плохо соображала. Мысли рвались, путались, повторялись. Я села рядом.
Я смотрела, как с пальцев целителя слетают искры, как вспыхивают жидкости в пузырьках. Запах трав перебил запах крови. Я знала его, но никогда прежде он не пугал так сильно.
Губы сами шептали молитвы. Я так набожна? Не знаю. Остановить это не могла.
"Это не может… не может так закончиться. Единственный Бог, удержи его. Не забирай. Пусть вдохнёт. И ещё раз. И ещё…"
Не знаю, сколько прошло времени. Целитель подошёл ко мне:
– Сестрёнка, мне нужны материалы для перевязки.
– Что? – переспросила я.
Я перевела взгляд на него. Сквозь пелену безумия пробился луч здравого смысла. «Что с ним не так? Это же элементарно! Он мужчина, а целители обычно – женщины. Только и всего».
– Вы сидите на сундуке с перевязками, – откашлялся он.
Я с трудом поднялась. В этот момент скрипнула дверь, в лицо ударил морозный воздух. На пороге показался Боран.
– Ну что? – кинулся он к целителю, срываясь на крик.
Целитель уже копался в сундуке, на секунду вскинул голову:
– Я, конечно, маг, но не бог! Я сделал, что мог. Парень потерял много крови, – он вновь подошёл к Даргану. – Если переживёт это утро – значит, выкарабкается.
От этих слов холод ударил от пят до затылка. Колени дрогнули.
– Но вы ведь… вы сталкивались с такими случаями? Люди оправляются после такого? – спросила я. Голос прозвучал чужим, тихим. Как будто не мой.
– Всё зависит от того, насколько он у вас крепкий, – отозвался целитель, руки его меж тем продолжали работу – спокойно, чётко накладывали повязку.
– Не говорите так! – шагнул вперёд Боран. – Если мы хоть чем-то можем помочь – скажите. Если дело в деньгах, я всё оплачу!
Целитель усмехнулся, накрывая Даргана одеялом:
– Голубчик, я сделал всё необходимое. И… хм… ваша благодарность тут ни при чём.
Баронет сжал кулаки. В его голосе дрожал ледяной гнев:
– Чёртовы уроды… Дай мне только до них добраться…
Порыв ветра прервал его слова – в открытом дверном проходе на фоне белого снега показалась та самая чёрная безрукавка.
– Как я вас понимаю! От них сплошные неприятности, – сказала она. Торчащие из неё руки сжимали пузатую бутыль. – Рель, давай нам стаканы, есть у тебя?
Вскоре в руках у меня оказалась деревянная кружка, оставляющая занозы в пальцах. Я поднесла её к губам – резкий дух заставил поморщиться, но заглушил в носу запах крови. Обжигающая горечь коснулась губ, и мурашки пробежали по спине.
– …а кольчугу ваш парень не носит? – донёсся до меня обрывок фразы.
Похоже, до этого момента мой рассудок и правда был где-то далеко. Я даже не пыталась понять, как всё случилось. Но вот в памяти всплыла рассечённая кольчуга, окровавленный подкольчужник – и в груди резко кольнуло.
– Эти норсы вообще не умеют броню делать… – выдохнула я.
Боран глянул на меня, покачал головой:
– Да вы что, мадам. Кольчуга мощнейшая! Такую и секирой не пробьёшь.
– У них и не было секир. Только ржавые мечи, шипастые дубины и какие-то самодельные копья.
– Простите, – человек в безрукавке поднял ладонь, – вы хотите сказать, что самодельные копья пробили фроксийскую кольчугу? Я правильно понял?
Боран закусил губу, прикрыл глаза, сжал виски пальцами:
– Похоже, да… Хотя звучит как бред.
– Надо взглянуть на эту кольчугу, – предложила я.
Но человек в безрукавке вздохнул и покачал головой:
– Я подозреваю, дело не в кольчуге, а в самом копье. Скорее всего, оно было из аккоморода.
– Что? – не поняла я.
– Как что? Копьё.
– Что – копьё?
– Копьё из аккоморода, – вдруг подхватил Боран.
– Причём тут вообще копьё?! – я всё больше раздражалась, не в силах понять, о чём они говорят. Потом вдруг опомнилась: – Вы вообще кто?
Наконец я по-настоящему посмотрела на него. Тот самый человек в безрукавке имел чёрные, собранные сзади волосы, серые глаза, мощные обнажённые плечи – смотреть на них на фоне снега было зябко. Бледная серенидская кожа потемнела от солнца и ветра – проводит дни не в кабинете.
– Это Бераг, мастер, – представил он Боран. Явно был здесь не впервые.
– Мирного дела и горелогии, – подкинула память.
– Горного дела и минералогии, – мягко поправил меня мастер и слегка поклонился: – Честь имею, мадам. Осмелюсь предположить, что копья напавших на вас разбойников сделаны из аккоморода. Повезло вам, что не из аккомолита – вещества, получаемого путём кристаллизации окисленного аккоморода.
Моих нервов еле хватило на глубокий вдох и выдох.
– Ну, аккомород же! – всплеснул руками мастер. – Самый дорогой минерал в мире!
– Что-то я о таком не слышала.
Он опустил голову и с досадой рубанул ладонью по воздуху:
– Ну разумеется! Конечно, слышали! – он закусил губу, всматриваясь в меня. – Как же ваш меч… Если позволите, из чего он сделан?
Из Солнечного камня. Единственный меч на весь свет. И мне категорически не хотелось, чтобы кто-то это понял. Но я, оказывается, всё ещё сжимала его в руке.
– Не знаю, – тихо бросила я. – Быть может, и правда из… ак-ко-мо-рода? – убрала меч в ножны.
– Нет, из аккомолита. Аккомолит – это очищенный, окисленный и кристаллизованный аккомород, – глаза его вспыхнули. – Кстати… Вы, случайно, не Кеита Брайа? Я о вас читал!
"Ну вот. Прекрасно!"
– Ясно, – выдохнула я.
И он каким-то образом, принял моё безучастие за интерес:
– Понимаете, у нас до сих пор нет ни грамма аккомолита! А аккомород у нас был – и его украли, ещё до того, как я получил образцы! Теперь думаю: это могли быть разбойники.
– Но откуда разбойникам знать эту вашу… алхимию? – простонала я.
– Да зачем им, во имя Бернардской Матери, знать алхимию?! – мастер всплеснул руками – обеими сразу. – Когда даже необработанный аккомород бесценен!
– Его украли? – вскинулся Боран, похоже, он знал больше. – Кто? Как?
– Не знаю, сэр. Проснулись – и нет его. Шахта пустая, – Бераг хлопнул ладонями и прижал их к лицу. – Не могу понять! Но теперь вот услышал от вас о самодельном копье, пробившем фроксийские доспехи…
Они продолжали обмениваться восклицаниями и догадками, а я смотрела на Даргана. Мне было всё равно, что там украли. Всё, что имело значение – он. Повисший в воздухе золотой шар внезапно померк, и тени скользнули по его лицу. Я вздрогнула.