Алиса Мейн "Слова на кончиках пальцев"

В доме семьи Майерс существуют три правила: не болтать, не задавать лишних вопросов и делать то, что от тебя требуется.Меня зовут Саманта Тейлор. Два года назад произошла трагедия, которая разрушила мою жизнь.Я пытаюсь жить дальше. Работаю в патронажном центре и мечтаю поступить в медицинский колледж.И однажды я заключу контракт, о котором, возможно, еще сильно пожалею. Моим подопечным становится слепой сын мэра. Наглый, самоуверенный и просто невыносимый.Но главное: за пределами дома мэра Майерс никто не должен знать о его существовании.

date_range Год издания :

foundation Издательство :Автор

person Автор :

workspaces ISBN :

child_care Возрастное ограничение : 18

update Дата обновления : 08.05.2024

ЛЭТУАЛЬ

Вечером мистер Хилл отпустил меня чуть пораньше. Уже в седьмом часу я забрала из гостиной рюкзак, а затем заглянула в музыкальную комнату. Кевин находился за фортепиано и негромко играл, а Натан сидел на диване с закрытыми глазами и слушал. За сегодняшний день я успела заметить, что между этими двоими была какая-то связь. Определенно, их отношения теплее, чем отношения хозяина и подчиненного. Мистер Хилл, казалось, даже отсутствуя физически, всегда незримо находился возле Майерса, а тот благосклонно принимал его общество.

Услышав, как я вошла, Натан открыл глаза и посмотрел на меня.

– Я хотела попрощаться, – сказала я. – Мистер Хилл, спасибо, что помогли мне сегодня, надеюсь, завтра я справлюсь лучше.

Управляющий улыбнулся мне и сдержанно кивнул.

Я перевела взгляд на спину не прекращавшего играть Кевина.

– До завтра, мистер Майерс.

Подопечный снова никак на меня не отреагировал, и я взглянула на Натана. Управляющий, не переставая улыбаться, покачал головой. Я расценила этот жест как призыв не придавать значения, вздохнула и направилась к выходу из дома Майерсов.

Пока ехала в автобусе, я размышляла о сегодняшнем дне.

Хьюго и Фил мне понравились, хотя, вероятнее всего, с Каллаханом мне предстояло еще обсудить кое-какой вопрос, если я надеялась и дальше продолжать с ним общение.

Мистер Хилл был в доме Майерсов моей надеждой и опорой. Пока лишь в его присутствии я чувствовала себя относительно уверенно.

Кевин Майерс. С ним мне определенно еще предстояло набраться терпения.

В целом же первый рабочий день прошел относительно неплохо.

Дома за ужином мама попыталась узнать о работе, но из-за того, что я не могла рассказать, кто именно был моим подопечным, мои эмоции вышли достаточно сухими. Хотя мне хотелось рассказать ей о многом. Например, о том, что у Кевина Майерса был отвратительный характер и что я никогда еще не работала с настолько неблагодарным подопечным.

Единственное, чем я поделилась с чистой совестью, это приятными впечатлениями о мистере Хилле, который при всей своей показной сдержанности вел себя дружелюбно.

Мама имела привычку доверять моим словам о людях, с которыми не была знакома лично, поэтому сразу же окрестила управляющего Майерсов приятным мужчиной.

От невозможности поделиться с ней своими переживаниями я чувствовала дополнительную усталость, поэтому как можно быстрее расправилась с ужином и отправилась в душ и спать.

К счастью, к моменту, когда добралась до постели, сил у меня не было настолько, что я уснула почти сразу же как закрыла глаза.

Глава 3

На следующий день я приехала к Майерсам с намерением быть предельно внимательной, чтобы произвести хорошее впечатление.

Мистер Хилл встретил меня и проводил на кухню, предупредив о том, что не сможет сегодня постоянно присутствовать рядом, поскольку на заднем дворе завершается ремонт площадки у бассейна и ему нужно контролировать процесс.

Я немного распереживалась из-за того, что сегодня вся ответственность за Кевина ложилась на мои плечи, но, с другой стороны, получила возможность быстрее собраться и выучить правила, установленные в этом доме.

Выдохнув, я принялась активно помогать Филу накрывать на стол. Каллахан, как ни в чем не бывало, приветливо улыбался и заводил разговоры на нейтральные темы.

В десять часов Кевин показался в дверях столовой, и я беспокойно сглотнула. Все же в моей голове не укладывалось, как настолько красивый молодой человек мог иметь настолько паршивый характер.

Сегодня на Майерсе была надета белая клетчатая рубашка и бежевые джинсы. Локоны на его голове очаровательно пушились, а губы были чуть растянуты в неком подобии улыбки. Весь он излучал свет и свежесть, обманчиво заставившие меня допустить мысль, что сегодня он будет вести себя любезнее. Разумеется, моим надеждам было суждено рассыпаться в прах в первую же минуту.

– Доброе утро, мистер Майерс, – с готовностью произнесла я, уже заняв место рядом с его стулом.

То, что показалось мне улыбкой, тут же превратилось в недовольную гримасу. Можно подумать, он ожидал, что в столовой его встретит кто-то другой. Или рассчитывал, что уже достаточно оттолкнул меня своим поведением для того, чтобы я испугалась и отказалась от этой работы.

– Да уж, доброе, – пробормотал он, продвинувшись к своему стулу и заняв его.

Уговаривая себя не обращать внимания, я поджала губы.

– Тосты с шоколадной пастой, сэндвичи с сыром и ветчиной, скрэмбл с зеленью, – перечислила я пока Кевин занимался салфеткой.

– Скрэмбл, – ответил он, и я заменила его пустое блюдо на тарелку с яйцами.

После этого уселась напротив, положила себе сэндвич и налила сока.

– Сегодня к вам приедет преподаватель музыки? – поинтересовалась я некоторое время спустя, чтобы немного разрядить гнетущую обстановку.

Кевин резко перестал жевать и поднял голову от тарелки. На какое-то мгновение показалось, что он все же меня видел – настолько выразительными были его глаза.

Майерс медленно дожевал порцию, проглотил и склонил голову набок:

– Разве я просил, чтобы со мной разговаривали?

Я тут же пожалела, что открыла рот.

– Простите, – быстро бросила я, поспешила откусить новый кусок сэндвича и начала сосредоточенно его жевать, чтобы не иметь возможности сказать очередную глупость.

Кевин еще какое-то время посидел со склоненной головой, а затем вернулся к завтраку.

Тишина стала еще напряженнее, чем была до этого, и я отсчитывала каждый наколотый на вилку Майерса кусок скрамбла, приближающий меня к возможности наконец-то разойтись с ним по разным комнатам.

После завтрака в столовую зашел Натан. Я подала Кевину таблетки, он выпил их и ушел. Как только молодой человек покинул столовую, я облегченно выдохнула.

Управляющий заметил это и приподнял брови:

– Все в порядке?

– Натан, в чем заключается моя работа, если Майерс не принимает от меня никакой помощи?

В первое мгновение мистер Хилл приоткрыл рот, но потом сразу же его закрыл и снисходительно улыбнулся.

Я смиренно кивнула:

– Не задавать лишних вопросов.

– Именно, мисс Тейлор.

***

Подготавливать музыкальную комнату к занятиям от меня не требовалось, поэтому я снова взяла электронную книгу и устроилась на диване в гостиной, который, судя по всему, обещал стать самым востребованным для меня местом в доме Майерсов.

Спустя примерно полчаса ко мне неожиданно заглянул Фил и принес порцию морковного торта. Я поблагодарила его и предложила составить мне компанию, но парень сочувственно поджал губы и сказал, что ему нужно помочь Хьюго.

Пока я неспешно поедала торт, до меня из музыкальной комнаты начала доноситься какая-то отдаленно знакомая классическая мелодия.

Вслушиваясь в печальные аккорды, я размышляла о том, насколько однообразной была жизнь Кевина Майерса. Каждый день расписан по часам. Одни и те же люди. Одни и те же события. Хотя, возможно, его это устраивало. Быть может, упорядоченность придавала ему чувство контроля.

В патронажной службе нам рекомендовали ставить себя на место подопечного, чтобы лучше понимать его поведение и взгляды.

Но Кевин не подпускал меня к себе, и попытка понять его и найти подход давалась с трудом. Я могла делать выводы о том, чем он жил и как относился к такому образу жизни, лишь основываясь на предыдущем опыте.

Несмотря на то, что его опекали и о нем заботились, Кевин не выглядел счастливым. Наверное, он даже не задумывался о том, как жили некоторые незрячие люди – те, у которых не было влиятельной матери и прислуги, готовой выполнять любое его желание.

Мне невольно вспомнился случай со слепым мужчиной, за которым меня приставили ухаживать почти в самом начале работы в патронаже. И это оказался один из самых тяжелых случаев.

Мужчину звали Ричи Беннет, и он половину жизни провел не только в одиночестве, но и в кромешной темноте. Из-за несчастного случая на работе он лишился зрения, а впоследствии – и жены, поспешившей уйти к другому мужчине сразу после трагедии.

Когда я только переступила порог квартиры мистера Беннета, то пришла в ужас: казалось, там не убирались с того самого момента, как этот дом был построен. Горы заплесневелого мусора, покрывавшая серым ковром почти все горизонтальные поверхности пыль, а запах…

В тот день я и смогла по-настоящему оценить отзывчивость своих новообретенных друзей. Руби и Майк без лишних вопросов приехали к мистеру Беннету, и за день мы смогли привести его квартиру хотя бы в пригодное для проживания состояние.

Но на этом проблемы не закончились.

Мистеру Беннету было около шестидесяти лет, и он совершенно отвык от человеческого общения. Он мало разговаривал, практически не выходил из своей комнаты и почти ничего не ел.

Ушло несколько недель на то, чтобы подопечный привык к моему обществу, и к тому моменту, когда к нему приставили другого человека, мы с ним стали почти друзьями.

Мистер Беннет был ужасно одинок, а из-за того, что все время проводил в своей спальне, совершенно не ориентировался в собственном доме, и элементарная дорога до туалета превращалась для него в настоящее испытание.

За время работы с ним мы построили все маршруты его передвижения, разобрались, как работает старенький черно-белый телевизор на кухне и стационарный телефон, который пришлось перенести из прихожей в комнату.

Мистер Беннет оказался очень добродушным и светлым человеком, совершенно не заслуживающим своей участи. Из общения с ним я узнала, что работал он еще со школы, тогда же влюбился и почти сразу же после выпускного женился на своей первой любви. После свадьбы ему предложили хорошо оплачиваемую работу в строительной компании, которая спустя десять лет и принесла ему столько горя…

Я осекла себя. Сравнивать один случай с другим неэтично. Но проблема в том, что я ничего не знала о внутреннем мире Кевина, и то, что не могла задавать никаких вопросов, еще сильнее осложняло мне работу.

Все, что я могла делать сейчас – это позволить ему привыкнуть ко мне, и таким образом добиться того, чтобы он хоть немного раскрылся сам. В конце концов, я сталкивалась с разными людьми и ситуациями, а этот случай мог стать для меня отличным опытом.

***

Во втором часу я пришла в столовую, чтобы помочь накрыть стол к обеду.

И почти сразу же заметила, какие неуверенные взгляды бросает на меня Фил.

В один из моментов, когда мы оказались с ним вдвоем, он с решительным видом все же подошел ко мне, вынудив отвлечься от раскладывания салфеток.

– Сэм. – Он серьезно посмотрел на меня. – Возможно, я сейчас буду выглядеть глупо, но, пожалуйста, не принимай меня за идиота. – На короткое мгновение его взгляд опустился к моей правой руке, а затем вернулся к лицу. – Если у тебя есть какие-то проблемы, ты можешь обращаться ко мне. Защитник из меня такой себе, – он криво улыбнулся, – но если тебя кто-то обижает и нужна помощь…

Я удивленно округлила глаза. Как только я поняла, что именно Каллахан пытался до меня донести, то не удержалась от улыбки.

– Фил, – протянула я и коснулась его плеча. – Ты неправильно все понял. Меня никто не обижает. Эти шрамы… – Второй рукой я обвела овал своего лица. – Им уже почти два года. И они появились не из-за того, что кто-то хотел сделать мне больно. Это была авария.

Каллахан выдохнул. Он знал меня всего пару дней и так пристально присматривался, потому что решил, что меня кто-то бьет, и потому предложил свою помощь. Похоже, он и правда был хорошим парнем.

– Прости, я подумал…

– Ничего страшного. Спасибо тебе. Мало кто решится подойти и напрямую спросить, что случилось. А тех, кто проявит участие – и того меньше. Обычно все только пялятся и шарахаются.

Фил положил ладонь на мою руку и мягко улыбнулся:

– Никто не заслуживает того, чтобы к нему были предвзяты.

Мне очень сильно захотелось его обнять, но вместо этого я погладила ладонь Фила свободной рукой и благодарно улыбнулась.

Когда Кевин зашел в столовую, у меня было приподнятое настроение. Майерс сел за стол и проделал классическую процедуру с укладыванием салфетки на колени.

Я перечислила блюда, из которых Кевин выбрал овощной суп. Приблизившись к столу, взяла глубокую тарелку возле супницы, сняла с последней крышку и начала наливать бульон. Все это время юноша сидел не шевелясь.

Когда тарелка была наполнена, я аккуратно переместила ее, чтобы поставить перед ним.

В тот момент, когда блюдо уже почти соприкоснулось с поверхностью стола, Кевин поднял руку и потянулся к корзинке за хлебом. Его ладонь столкнулась с моими руками, тарелка дрогнула, и часть супа выплеснулась ему на колени.

– Черт! – Майерс подскочил со стула, сдвинув стол. Я сделала шаг назад, все еще держа в руках полупустое блюдо.

– Боже мой, простите! – запричитала я, испуганно глядя на мокрое пятно на его брюках. К счастью, бульон был теплым, и Кевин не мог получить ожогов.

Майерс беспомощно расставил в стороны руки, его лицо исказила гримаса презрения.

– Да как такую неумеху взяли следить за другими людьми? – возмущался он.

Наконец я поставила тарелку на стол, подхватила лежавшее на краю полотенце и подскочила к подопечному с тем, чтобы вытереть испачканные в бульоне руки.

– Пожалуйста, давайте я помогу, – предложила я. На кону не стоял вопрос жизни и смерти, не стоял даже вопрос травмирования, поэтому я не могла прикасаться к нему пока он не позволит.

– Ты уже помогла, – процедил он, делая шаг назад и задевая стул, который с грохотом рухнул на пол.

В столовой появился Фил. Окинув нас обеспокоенным взглядом, парень вмиг оценил обстановку.

– Позову Натана, – заявил он и выскочил в коридор.

Все книги на сайте предоставены для ознакомления и защищены авторским правом