Ди… созвучно. Мысль, что абсолютно незнакомые мне люди будут произносить "Дар", вызывает неприятное чувство. Но незнакомое "Ди" меня вполне устроит.
Вглядываясь в переливающиеся воды, простирающиеся до самого горизонта, я глубоко вздохнула.
– …Как твое запястье? – неожиданно осведомился Макс, кивнув на мою руку.
Я нахмурилась, пытаясь как следует осмотреть свое по-прежнему немного зудящее запястье. В поле зрения мелькает какое-то странное черное пятнышко. Недоуменно поднимаю брови, различая рисунок – трехзначную цифру и один крупный глаз над ней.
– Око Наблюдателя и твой Код Преступления. – с горьким оттенком сообщает Макс.
– Что?… Зачем мне этот рисунок на коже, если меня отправляют в ссылку на относительно необитаемый остров?
– Это не просто рисунок. Там есть микрочип, который был вживлен в ваши запястья с тату, пока вас усыпили при погрузки в порту. Эта наколка используется для отслеживания перемещений преступников за пределами контролируемых зон на острове, таких как… Лагеря ИСА.
Я мысленно выругалась, решив, что сделаю все возможное, чтобы избавиться от этого нового "аксессуара", как только придумаю способ без отрезания запястья.
– Но… – начала я, силясь понять, в чем тут подвох. – Если Остров предназначен только для приговоренных, то почему они обеспечили там такой высокий уровень слежки? Неужели есть вероятность сбежать оттуда или что-то в этом роде?
Макс усмехнулся моей легковерности.
– Невозможно. В прибрежных водах постоянные штормы. Бежать на самодельной лодке – самоубийство. Мы сами никогда не подходим к берегу близко – существует форт в тридцати километрах от Острова – логистическая точка, где мы пересаживаемся на машины, чтобы по подземному тоннелю доставлять заключенных и провизии в лагеря. Это не какой-то остров, созданный природой. Скорее, наоборот, – все там, против природы. Так что, никаких шансов на побег живым нет. Это точно.
Дальше наша беседа развивалась в другом ракурсе: Макс вводил меня в курс вещей о жизни в лагерях ИСА, в состав которых входят Восточный, Южный, Северный, Западный и Центральный лагеря, попутно объясняя, в какие секции обычно распределяют заключенных в зависимости от их навыков: Плотники, Бегуны, Файтеры, Восходители, Картографы, помимо прочих мирных секций, вроде садоводства, кулинарии, знахарства и так далее.
"Прямо как в Зете, только все более организованно и строже…" – подумала я.
Макс признался, что не был там уже шесть месяцев, поскольку пропустил предыдущую смену из-за болезни.
Я вспомнила его приступы судорожного кашля во время нашей поездки.
– Макс, тебе становится лучше? – я замешкалась, прежде чем продолжить. – Помню, как ты мучился от кашля…
– Сейчас уже лучше, Дарян, не волнуйся, – заверил он, вымученно улыбнувшись. Мужчина придвинулся ко мне ближе, его теплая большая ладонь накрыла мою на перилах. – Спасибо. За все.
Смутившись, отвожу взгляд в сторону, мысленно ища любой отвлеченный вопрос в голове. Хоть какой-нибудь!
Его ладонь до сих пор приятно греет мою.
– …Я хотела задать тебе вопрос о часовом поясе. Насколько он отличается от материков?… День вместо ночи и ночь вместо дня?
Макс несколько нерешительно кивает, убирая руку от моей.
– Да… Что-то вроде того.
Вижу, что он собирается сказать что-то еще, как вдруг позади нас раздается резкий грубый голос.
– …Какого рожна она здесь забыла?!!
Диверсия
Я приблизилась к Максу. Его огрубевшая ладонь накрыла мою, даря ощущение защиты. Причиной нашей непосредственной близости послужило непредвиденное и нежданное вмешательство.
– Вечер добрый, Сол, – невозмутимо поприветствовал его Макс, но интонация его расходилась с напряженностью его хватки моей руки.
Я заметила, как ястребиный взор Сола задерживается на наших сплетенных руках.
– …Нет уж, Макс, на этот раз ты мне зубы не заговоришь. Какого черта вы двое здесь забыли? Решили устроить себе ночное свиданице? Простите, а я вам тут не помешаю?! – злорадно рявкнул гончий.
Его свист эхом разнесся по воздуху. Из тени сразу выступили два поджарых гончих, их глаза хищно сверкали в предвкушении, терпеливо ожидая его команды.
Надо мной нависла громадная фигура Сола, его сверлящие светло-голубые глаза буравили меня насквозь. Макс все еще оставался рядом со мной, на его лице застыло выражение молчаливого принятия.
– Теперь ответь, если не затруднит, почему ты освободил именно ее? – голос Сола нарушил тишину, такой же холодный, как и порывистый ветер, свистящий вокруг нас. Его пылающий взгляд не сходил с моего лица, пока он обращался к Максу.
– Ответа не будет?… Ладушки! – резким жестом Сол приказал одному из гончих: – Аса, позаботься о нем!
Макс вздохнул, его губы дрогнули в сдержанной полуулыбке, когда он направился навстречу подбегающим гончим. Я заметила, как он потянулся в карман и достал какой-то предмет, учтиво продемонстрировав его им. Говорил он приглушенно, настолько, что слова рассеивались в шуме ветра.
Я не расслышала, что он сказал, но лицо Сола побагровело, и он с сомнением прищурился, посылая мне еще один убийственный взгляд.
Завершив их короткую беседу, Макс оглянулся на меня, в его медовых глазах читалось тепло и сострадание.
Он нерешительно переминулся с ноги на ногу, вздохнул и направился к выходу.
"Нет, только не это! Макс, зачем же ты вытащил меня сюда и теперь бросаешь с ними наедине?!" – кричал мой внутренний голос, глядя на его удаляющуюся в темноту лестницы спину.
Сол приблизился ко мне; казалось, вокруг него царил какой-то морозный покров, более ледяной, чем океанский ветер. Панический страх побудил меня отступить назад, однако мое отступление было ограничено жестким металлическим ограждением перил. За моей спиной был только безбрежный темный океан. Меня загнали в угол, перехватили и оставили одну в присутствии мужчины, которого я едва знала, но боялась больше всего.
На бледном лице Сола со впалыми щеками и неестественно острыми скулами постепенно начала проступать ехидная гримаса; он явно получал удовольствие, наблюдая за моим страхом.
Набравшись смелости – откуда она взялась, я понятия не имела, – я выпрямилась и заставила себя встретиться с ним взглядом.
Ухмылка гончего померкла, и он выругался себе под нос. Его грубая хватка сомкнулась вокруг моих запястий, когда он щелкнул стальными фиксаторами наручников, с холодной точностью набирая какие-то цифры кода на замке.
– Нет нужды быть таким грубым. – собрав все свое иссякающее самообладание, я умудрилась выдернуть кисти из его тисков.
Сол на долю секунды замер, его полные бешенства глаза впились в меня.
– С чего ты взяла, что у тебя вообще есть право разговаривать со мной?! Твое место в клетке, грязная тварь!
Безмолвно мы взирали друг на друга, а порывы ледяного ветра лишь напоминали о неизбежности назревающего конфликта.
Злобно фыркнув, Сол рванулся вперед и рывком дернул меня за наручники.
Что за этим последует, я не знала. Но в голове крутился вопрос: почему Макс оставил меня? С этими извергами…
Мир померк под звуки ругани маниакального Сола и мои отчаянные попытки освободиться от его цепкой хватки.
Когда мы спускались по ступенькам, в воздухе витал знакомый озноб, а полированные стальные перекладины неприятно холодили ладони. Мы шли по прежнему коридору. Гул паромных механизмов слабым гудением отдавался по сторонам.
