– Что предвидеть?! О чем ты вообще говоришь?!! – слезы лились ручьем по моим щекам.
– Что это был последний перевоз преступников на остров. Все люди, гончие, ты, я… мы все должны потонуть с судном… В этом и заключался их план, – тихо отозвался Макс, и каждое его слово было пронизано глубоким сожалением. – В экипаже были изменники, и не только Сол. Слухи о возможной диверсии гуляли по порту еще с месяц назад, но я не придавал им никакого значения, считая их досужими сплетнями. Я мог бы все это предотвратить. Мне очень жаль, что так вышло.
Сказанное им обрушилось на меня как ударная волна, пригвоздив к месту. Я затрясла головой, пытаясь осмыслить столь ужасную реальность.
Наконец мне удалось заикаясь выдавить из себя: – Ты уверен, что это диверсия? И мы не врезались во что-то?
– Нет, боюсь, что нет. Ведасград, скорее всего, объявит, что это преступники, которые были в твоем карцере, убили всех нас и потопили судно, сбежав на остров.
– Но зачем все это???
– Столица планирует что-то масштабное, что-то, что нуждается в беспощадном отвлечении внимания населения всех четырех материков. В результате этой диверсии они перестанут ссылать преступников на Остров, а вместо этого начнут приговаривать их к смертной казни. Это создаст хаос. Многие начнут протестовать. Будет много жертв.
Макс приложил ладонь к разделяющему нас стеклу, его карие добродушные глаза молили меня о понимании. Я повторила его жест, наши ладони отзеркалили друг друга, а мои глаза налились слезами. Воды поднялись до уровня груди.
– Ты прекрасный человек, Ди. Я так хотел помогать тебе, чем только мог… Но, видимо, не суждено.... Не дай им загубить твою человечность, как они это сделали со мной и моим братом.
Стремительным ударом локтя Макс пробил стекло, просунув через небольшое отверстие черный, насквозь промокший рюкзак.
– Прошу, возьми его. Он будет полезен. – попросил Макс, но его голос был приглушен поднимающимся уровнем воды.
Я крепко вцепилась в рюкзак, и зрение мое помутилось. Мужчина провел большим пальцем по моим костяшкам, и его слабая улыбка стала почти душераздирающим контрастом на фоне всей этой жуткой картины.
Вода подступала к горлу. Свет вдруг снова вспыхнул, на миг озарив коридор тусклым сиянием. Я увидела, как в глазах Макса блеснули слезы. Это окончательно надломило меня.
– Я готов к своему финалу, Ди. Я уверен, что за этим стоит нечто большее, – его последние слова заглушил чудовищный лязг металлических труб и рокот вторичного взрыва.
Меня мощно отбросило от Макса взрывной волной, и толчок стремительно понес меня по коридору. Тьма сомкнулась вокруг меня, и мертвенно ледяная вода проникала в мои воспаленные легкие, пока я пыталась удержаться на плаву.
"… Неужели я так умру?" – последняя мысль, которая пронеслась в моем обезумевшем от ужаса сознании.
Все погрузилось в непроницаемую тишину, а надо мной сгустилась кромешная тьма.
Первая ночь
Я застонала, нехотя переворачиваясь на спину, и тут же почувствовала, как в затылке запульсировала сильная головная боль, будто от тяжелого удара.
Где я????…
Я попыталась приоткрыть тяжелые веки.
Окружающее пространство было погружено во тьму, но я отчетливо различила в ней один звук. Повторяющийся шум волн, бьющихся о прибрежные скалы.
Нет… Тот кошмар… не был сном. Все было наяву. Взрывы, крушение и затопление парома, и… Макс… Нет!!!!
Я очнулась от одной мысли о нем, заставив себя сфокусироваться. Его отрешенное лицо в маленьком иллюминаторе карцера вертелось перед глазами. Я то хрипло всхлипывала, то судорожно хватала ртом воздух. Легкие как-то странно жгло, отчего пришлось упасть на бок в очередной попытке отдышаться.
Откашливаясь от воды, я отползла от того места, где очнулась. Бушующие волны раздавались где-то совсем близко. Не хотелось находиться вблизи этой темной, полной угроз воды.
Через десяток секунд у меня закончились силы. Несмотря на болевые ощущения и растерянность, факт оставался фактом – я все еще была жива. Жива!.. А Макс? Был ли он тоже жив?
Я прикусила губу, не давая слезам пролиться. Должно быть, он сумел выбраться из той запертой каморки, когда прогремел второй взрыв. Давление воды, наверняка, выбило дверь и вынесло его наружу, как это случилось со мной. Он ведь может быть где-то рядом, на этом берегу!
Превозмогая острую боль в лодыжке, я кое-как поднялась на ноги. Прихрамывая, направилась к кромке поросшего травой берега и стала всматриваться в сумрак, пытаясь определить свое местоположение.
Неужели я на том самом Острове? На том самом, куда они изначально намеревались нас всех высадить? От одной этой мысли по коже поползли мурашки. Это место, куда отправляют всех отверженных обществом на страдания и забвение?… Отец, был изгнан сюда так давно…
Я крепко стиснула кулаки, по моим стылым жилам разлились гнев и твердая решимость.
Сделав глубокий вдох, я двинулась вперед, пытаясь определить, что меня окружало. Километры бесконечного песчаного побережья, конца которого не просматривалось, мрачный предгрозовой океан, штормовые волны, остроконечные скалы – одна огромнее другой. Я сомневалась, что здесь когда-либо светило солнце. Бессмысленно было сидеть здесь и ждать рассвета.
Ориентируясь на видневшийся вдали затемненный перелесок, который едва угадывался на горизонте, я потихоньку побрела к нему на встречу, хромая – последствие крушения лодки или… результат столкновения с острыми валунами на берегу? Неважно. Это знание ничего уже не изменит. Надо найти укрытие или безопасное место, где можно будет передохнуть пару часов и дождаться рассвета. Так будет проще. Чтобы… Познакомиться с этим Островом.
Я еле вскарабкалась на первый скользкий булыжник на моем пути, все тело ныло от усталости. Тропический лес, такой не похожий на палящую пустыню, в которой я выросла, истощил меня моментально.
Едва я успела забраться по пригорку к лесу, как солнце все-таки решило осветить этот кусочек забытой богом земли у меня на глазах. Никогда прежде я не видела столько зелени и жизни. Весь мир словно заново переродился в ярких оттенках синего океана и зеленых джунглей.
Расположившись на громадном камне, я обессиленно привалилась к дереву. И не заметила, как начала погружаться в глубокий сон.
Прошло, наверное, несколько часов. Я поняла это по тому, насколько мой утомленный разум был уже более-менее отдохнувшим, а все тело саднило от неудобной позы.
Внезапно меня всколыхнул раздавшийся в полумраке человеческий голос. Или это был свист? Шелест листьев?… Я не могла определить.
Солнце уже садилось. Получается, я проспала почти весь день? Хотя, может, это была еще одна странность этого Острова – солнечный свет тут на несколько часов?
С высоких зеленых вершин гор неспешно спускался какой-то диковинный белесый туман, навевая на окрестности пугающую пелену. По моей шее скользнул холодок, и я напрягла слух, пытаясь уловить хоть какие-то признаки возможной опасности.
Очень скоро тишина нарушилась, поскольку ночь потряс животный рев. Судя по доносившимся звукам, зверь находился всего в десятках метров от меня. Какой-то огромный хищник настиг свою жертву, и я поняла, что время терять нельзя.
С бешено колотящимся сердцем я подскочила на ноги, приготовившись спасаться бегством или боем за свою жизнь. Рычание раздавалось все ближе, растворяясь в густом тумане, – я с трудом продиралась сквозь плотные дебри, папоротники хлестали меня по рукам, ботинки утопали в мягком мху. Повезло, что я тогда получила спецодежду осужденного, как и остальные заключенные на пароме: серые штаны и рубашка, высокие черные ботинки. Вряд ли моя охотничья одежда для пустыни выдержала бы столь экстремальные условия.
Убегая от неизвестной опасности, я рванула к ближайшей просеке.
Адреналин бурлил в моих жилах как никогда, ведь это была не моя охота в пустыне. Местность была сложнее, непредсказуемее, прелый влажный воздух был чуждым и неподвластным для моих легких. Почва под ногами была коварной, грозившей в любой момент подставить мне подножку или затянуть сапоги. Тем не менее я не останавливалась. Мне еще нельзя умирать. Я переживу эту первую ночь, найду отца на этом Острове, чего бы мне это ни стоило. Я справлюсь.
Дикая боль в ноге, возникающая всякий раз, когда я слишком сильно на нее опиралась, постоянно напоминала о перенесенных испытаниях. Я пыталась не наступать на нее так сильно, прихрамывая довольно проворно.
За спиной внезапно раздался какой-то шелест, заставивший меня замереть на месте. С замиранием сердца я обернулась.
Скрываться теперь было негде. Я оказалась в ловушке на заросшей папоротниками поляне, и бросаться в сторону зарослей сейчас было бы непозволительной ошибкой. Я медленно присела на корточки, ожидая, когда чужеродное присутствие снова проявит себя.
Тучи сместились, скрывая свет от звезд и лун. Тьма навалилась еще плотнее, заслоняя собой все вокруг. С гор уже успел спуститься туман, и в тропическом лесу воцарилась жуткая тишина.
На краю прогалины показалась высокая фигура, приближающаяся ко мне все ближе. Но я не двигалась, и темная фигура вскоре тоже остановилась. И вот тучи рассеялись, и на поляну вновь пролился лунный свет.
Тусклый отблеск осветил незнакомца целиком. Я нерешительно поднялась, ноги едва не подвели меня – инстинкт выживания больше не действовал, он испарился. Сердце на секунду замерло, но тут же безумно заколотилось.
– …Ты жив. Ты жив, Макс!!! Слава богам, ты нашёлся!!! – возбужденно восклицала я, не особо заботясь о том, услышит ли нас кто-нибудь или что-нибудь. Это уже было не важно. Теперь мы были во всем этом вдвоем.
