– Тащить с собой слишком опасно. Да и не выдержит он темпа, – нахмурилась Миса.
– Додо вполне может побыть ездовым медведем. Сколько там в мальчонке веса, с ветерком домчит, – самоуверенно пообещал Доор.
– По-хорошему, отвести бы его к матросам, больше шансов выжить, – Артракс задумчиво прикусил коготь. – Вот только на обратную дорогу уйдет слишком много времени, а разделяться убийственная затея.
– Да и не факт, что на обратном пути не появилось новых монстров. То же ущелье наверняка пожелают занять новые хозяева, – покачал головой Эрнст.
– И Эйкинскъяльди ничего не пишет, – Берен вытащил табличку и с досадливой гримасой убрал в сумку. – Хотя не представляю, как бы мы выяснили у него, есть ли на острове кто из наших.
– С другой стороны, выживал ведь он все это время в одиночку… – Артракс оценивающе покосился на мальчишку, сосредоточенно пытающегося прицепить подаренный нож на пояс. – С нами ему будет гораздо опаснее.
– Что?! – я подумала, что ослышалась. – Это же бесчеловечно! Ребенок только-только успокоился и обрел надежду. Если уйдем после того как пообещали защищать, это окончательно сломает его.
– Мы ему ничего не обещали, разговаривала с ним только ты, – под тяжелым взглядом тифлинга внезапно стало трудно дышать. – Ланни, ты ведь прекрасно понимаешь, куда и зачем нас послали. Готова взваливать на себя ответственность за его жизнь? Вернее, смерть?
Меня затрясло. Взгляд лихорадочно заметался по наемникам и, наконец, зацепился за Гардиса. Я с отчаянной надеждой уставилась на наемника, не желая верить, что и он посчитает правильным бросить ребенка в одиночестве.
– Риск примерно одинаковый. Да, малец как-то справлялся сам, но с каждым днем тварей становится все больше, и уже завтра ему может не повезти, – медленно произнес Гардис. – Мы хотя бы защитим его от тех же гноллов.
– А может быть, спросим у него самого? С чего мы вообще взяли, что имеем право решать? – озарило меня. – Эй, послушай, пожалуйста.
Загнав собственный страх куда подальше, я растянула губы в улыбке. Мальчик не слышал нашего разговора, но интуитивно чувствовал, что обсуждалось что-то важное, и вновь напрягся.
– Ты ведь жил здесь около года, правильно? Знаешь все, что находится рядом, научился выживать? – я специально сделала паузу, дожидаясь, чтобы мальчик осмыслил мои слова и кивнул. – Мы приехали на Роанок с важной миссией: хотим освободить остров от орды темной нечисти, чтобы здесь вновь наступил мир. Это ответственно, но и очень опасно. Нам уже пришлось сразиться с кракеном, двумя голодными троллями, не менее голодными нетопырями и стаей гноллов, и одним богам известно, что ждет дальше.
Не знаю, возможно, не следовало упоминать о наших противниках, но мне хотелось честно описать ситуацию.
– Мы можем взять тебя с собой, только обратной дороги не будет. Ты должен сам решить: останешься здесь ждать других путников или отправишься вместе с нами?
Я еще не успела договорить, как мальчишка шагнул ко мне и крепко вцепился за руку. На этот раз я не стала обращать внимания на наемников и крепко обняла его.
– Думаю, ответ очевиден. Наша команда пополнилась на еще одного члена, – я взлохматила волосы ребенка.
– Так и быть, не последняя деревня. Если станет совсем туго, оставим его в городе или лесу, – недовольный взгляд Артракса сочла за согласие.
Причин задерживаться больше не было, так что мы покинули деревню. Ребенок по-прежнему продолжал цепляться за меня, так что на этот раз я не рвалась вперед, удовольствовавшись местом посредине. Сама-то я готова была к неожиданностям, но подвергать неоправданному риску мальчика не хотела.
Час, второй, третий… К моему облегчению, путешествие проходило спокойно. Я уже успела убедиться, что на Роаноке угроза поджидает везде, и стоит лишь на мгновение расслабиться, опасность последует там, откуда не ждешь, но, видимо, вся нечисть удалилась на дневной сон.
Несмотря на то, что дорога уходила вверх и пришлось взбираться на пригорки, мальчик не жаловался и не давал понять, что устал. Медведя он по-прежнему опасался, так что, когда Доор предложил усадить его на Додо или вовсе понести на руках, поспешно покачал головой и спрятался за мою спину.
Весь путь я занималась тем, что пыталась подобрать мальчугану имя. Конечно, у него точно было свое, но поскольку сказать его он не мог, а называть его «Эй, ты» было глупо, я задумалась над альтернативными вариантами.
– Как тебе Ильшас? Так звали какого-то известного военачальника, но хоть убей не помню, прославился он тем, что выиграл войну или напротив, проиграл? – я покосилась на скорчившего гримасу паренька и покачала головой. – Да, ты прав, стоит подумать получше. Может, Карим? В детстве у меня был друг с таким именем. Мы, правда, сначала подрались, но потом стали лучшими друзьями. И поссорились то из-за сущей ерунды. Я играла в рыцаря и нацепила на голову ведро, а он поднял меня на смех. Ну я как заправский рыцарь и поспешила отомстить за поруганную честь.
Вспоминая, как нас тогда в наказание заставили мыть полы и как, ругая строгих воспитателей, мы незаметно нашли множество тем для разговоров, я захихикала. Вернуться бы сейчас в детство, хоть на один день вспомнить ту атмосферу беззаботности и веселья…
– Лоренс? Хотя нет, слишком уж напыщенно. Алистэйр звучит благородно, но слишком длинно. Может быть, Мартин? Просто, звучно и со вкусом! – осенило меня.
Мальчугану имя понравилось. Он задумчиво закусил губу, осмотрел себя и довольно кивнул.
– Ребята, давайте скорее знакомится! – окликнула я наемников. – Это наш новый член команды – Мартин. Поприветствуйте его.
Эрнст при этом закатил глаза, но я все равно настояла, чтобы каждый наемник обязательно назвал свое имя и пожал Мартину руку.
– И охота же тебе возиться, – в глазах Берена я также не нашла одобрения своей инициативы.
Впрочем, не расстроилась и показала мужчине язык. Мальчишке ведь игра понравилась, времени отняло буквально крохи, а раз так, почему не подарить ему чуть-чуть хороших впечатлений?
– Эй, хорош языками чесать, тут кое-что интересное, – Артракс первым одолел очередной холм и теперь смотрел куда-то вперед.
– Ай! – я попыталась скорее присоединиться к нему, но ноги поехали на скользком снегу.
– Может, вас двоих на медведя посадить? – рассмеявшись, Миса поймала меня за руку и дернула вперед, помогая обрести равновесие.
– Вообще-то сперва нужно спросить мнение самого Додо, – нравоучительно произнес Доор, с легкостью затаскивая на холм нас обеих.
– Вполне ожидаемо, – Гардис приложил руку ко лбу и кивнул своим мыслям.
Я с любопытством уставилась на виднеющуюся вдалеке сторожевую башню. Опять некстати налетели воспоминания из детства, как весело было вприпрыжку взбираться наверх и любоваться открывшимся видом. А как далеко летели пущенные в башни бумажные птицы!
– Там наверняка поселилась очередная пакость. Ставлю золотой – летающая, – мрачно заявил Берен.
– Зато сможем как следует осмотреться и скорректировать маршрут. Карта сейчас – слабое подспорье, – возразил Артракс.
– И рядом река, – веско обронила зоркая Миса и шутливо толкнула меня в бок. – А благодаря некоторым очень чистоплотным друзьям запасы питьевой воды лишними не будут.
– Согласен. Вода с реки вкуснее, чем растопленный снег. Неизвестно, кто по нему бегал, – медведь, как раз попытавшийся раскопать траву, виновато замычал.
– Я не прочь размяться, – Эрнст вытянул руки и захрустел костями. – Опять же, внешне башня не пострадала…
Договаривать фурия не стал, но наемники понятливо заухмылялись. Я никак не могла понять смысла, но остальные находили какое-то своеобразное очарование в том, чтобы обыскивать все места и собирать трофеи.
Хотя… Может, они так восстанавливают нервы после походов? Мол, это коготь нетопыря, который хотел отнести меня в свое гнездо, да надорвался. А это голова троллихи, которая обещала сделать из меня жаркое. Она считала меня глупым и неуклюжим, ха-ха!
– Ланни, а ты как? – голос тифлинга вырвал из размышлений.
– Мне просто любопытно, – не став сочинять умную причину, честно призналась я.
– Значим, идем на разведку, – постановил Артракс.
Башня вроде бы находилась не слишком далеко, но идти пришлось еще несколько часов. У меня начало жалобно урчать в животе, вот только вредный тифлинг заявил, что привал устроим уже под крышей. И безопаснее, и стимул быстрее дойти.
Проголодаться успела не только я, так что чем меньше становилось расстояние, тем больше мы ускоряли шаг.
Навскидку в башне было три этажа, а еще имелось большое смотрое окно. Построенная из серого камня посреди снежной равнины, она производила гнетущее впечатление. Может, летом все выглядело веселее, но сейчас мне отчаянно не хватало ярких красок.
– Приготовились, – когда от отдыха и обеда нас стало отделять пятьдесят метров, Артракс остановился. – Ланни, пусть Мартина возьмет Доор. Заряди арбалет.
– А может, проще Доору пошаманить и узнать, есть там кто живой или нет? – я послушно потянулась за болтом, но не смогла удержаться от вопроса.
– Во-первых, за это время нас могут заметить первыми, – терпеливо принялся объяснять тифлинг.
– И во-вторых, мы за это время с голоду ноги протянем, – перебил Эрнст.
– У меня мало опыта. Сил хватит проверить небольшой участок, – виновато развел руками бхор.
– Ну вы долго будете спорить?! – Миса недовольно покосилась в нашу сторону.
Чем ближе мы подходили к башне, тем меньше она мне нравилась. Ощущение опустошенности, безнадежности и какой-то беспросветности стало в несколько раз сильнее.
Я успела привыкнуть, что сам воздух на Роаноке отравлен темной магией, но здесь это ощущалось особенно сильно. Погода стояла ясная, ветра не было с самого утра, висящее высоко в небе белое солнце пригревало изо всех сил, но мне все равно стало зябко.
Стылый холод шел с земли. Мороз ледяными змеями обвивал щиколотки, поднимался к коленям и жалил бедра. Выдохнув облако пара, я спрятала нос в воротник, а левую руку – в карман куртки. Покосилась на остальных.
Доор был одет легче всех из нас, бхоры вообще куда проще переносили перепады температур, вот и сейчас наемник никак не реагировал на похолодание. Артракс и Гардис шли первыми. Полностью сосредоточенным мужчинам вовсе было не до температуры, Эрнста согревало предвкушение скорой битвы.
О способах тренировки дроу я была только наслышана, но знала: Миса не скажет ни слова, даже если пойдут град с дождем или внезапно начнется адское пекло.
Зато Берен также, как и я, передергивал плечами, стараясь избавиться от бегающих по спине мурашек, и неосознанно потирал ладони.
Увы, я слишком поздно сообразила, что именно означает пробирающий до костей холод.
– Стойте! – Мой окрик запоздал.
Дверь примерзла к лутке и покрылась толстым слоем льда. Но преградой это не стало. Призраки пролетели сквозь дверь и устремились к нам. Десять призрачных мужских фигур, вооруженных топорами и мечами.
Мне приходилось видеть призрака всего один раз. Причем не тогда, когда я на спор ночевала в заброшенном доме, разыскивая привидений, а во время обычного плавания на лодке. Мой спутник нырнул в воду, а я осталась один на один с призрачной девушкой. К счастью, она оказалась довольно добродушной и все просила достать из реки ее тело.
Эти призраки же не выглядели настроенными на дружелюбную беседу. На их лицах застыли гримасы ненависти и злобы. По телу пробегали фиолетовые всполохи. От этого силуэты призраков покрывались рябью, мерцая и меняя цвет от светлого к темному.
– Стоять! – Берен вскинул вперед руки и перед призраками вырос сверкающий щит. Очень тонкий и хрупкий. Я почти услышала жалобный звон, когда призраки пролетели сквозь него.
С глухим мявчанием Персик вцепился когтями мне в штаны, явно желая спрятаться в сумку. За вторую штанину ухватился Мартин.
От призраков веяло уже не холодом – потусторонней жутью. Все вокруг показалось бессмысленным, накатила глухая тоска. Я чувствовала темную магию и понимала, что это не мои мысли, но внушенное отчаяние было слишком сильным.
– Ланни, арбалет! Стреляй же! – сердито сверкнул глазами Артракс.
В этот самый момент один из ножей Мисы пролетел сквозь призраков, так что вместо того, чтобы выполнить приказ, я вовсе отбросила арбалет в сторону.
Лихорадочно задумалась, какое заклинание применить, но поняла, что не успею закончить ни одного плетения.
Призраки уже были совсем рядом. Один из них завел назад руку, готовясь нанести рубящий удар и снести тифлингу рог. Вместе с головой. Двое других выбрали целью Мису, и наемница, вместо того чтобы парировать клинки, отвернулась, подставляя врагам спину.
Четверный мужчина остановил выбор на мне. Поймав яростный, обещающий мучительную смерть, взгляд, я захлебнулась от ужаса.
Ничего не соображая, с силой дернула заколку с волос и сжала в кулаке.
Смялись серебристые крылышки, хрустнуло тельце, и от бабочки осталась только пыль.
А во все стороны ударила пронзительно яркая вспышка белого света. С глаз брызнули слезы, и я запоздало зажмурилась.
– И что это было? – ошеломленный голос Эрнста дал понять, что можно поворачиваться и открывать глаза.
– Светлая магия, причем очень сильная, – опознал Доор.
Призраки исчезли, будто их никогда и не было. Пропал и могильный холод, душу перестало переполнять отчаяние.
– Раньше я не чувствовал ничего магического, – Берен выглядел не менее изумленным. – Ланни? Ничего не хочешь сказать?
– Это подарок мамы. На день рождения, – я не сводила глаз с испачканной в блестках ладони – все, что осталось от украшения. – Она специально заказала у артефактора именно форму бабочки.
Заколка была единственным, что продолжало связывать меня с домом. Больше на память о семье мне не осталось ничего.
– Очень мило, но почему мы узнаем об этом только сейчас? – Гардис спрятал оружие в ножны и повернулся ко мне. – Сколько еще таких козырей в рукаве?
«А вы мне много рассказываете? Сами ведь не берете в команду», – так и рвалось с языка.
– Да, Ланни, мы ведь договаривались, что ты станешь советоваться, прежде чем делать что-либо, – поддержал тифлинг.
– И много бы ты насоветовал с отрубленной головой? – огрызнулась я. – Недовольны, что я вам жизнь спасла? В следующий раз постою в стороне!
Потеря бабочки отозвалась внутри не острой, а какой-то ноющей болью. Я так привыкла к украшению, что давно перестала воспринимать его как защиту. Вспомнила лишь сейчас, когда на принятие решения оставались считанные мгновения.
С шипением отцепив когти кота, первой зашагала к башне.
Лишиться полезного артефакта было жалко, но потерять подарок еще и обидно. И вроде бы мама дарила его как раз с той целью, чтобы он защищал меня. Вот только пока бабочка была в волосах, я словно чувствовала незримую поддержку мамы. Теперь же оказалась совсем одна.
– Эй, непобедимая воительница, там еще кто-то поджидать может, – язвительно окликнула Миса.
– Не может. Это светлая магия, она причиняет боль нежити, – не оглядываясь, отозвалась я.
Вытащив из ножен меч, с силой рубанула по льду. Увы, клинок скользнул вниз, почти не дав никакого эффекта.
Размахнувшись, ударила снова и снова. Криво усмехнулась, когда от двери отвалился кусок льда.
«Да не слишком мне нужно чье-то одобрение! Справлюсь и сама!»
– Ну ты еще мясо додумайся таким клинком резать, – укоризненно цокнув языком, Доор оттеснил меня в сторону.
Сначала задумчиво взвесил в руке топор, но все же убрал его за спину и поудобнее перехватил дубинку. Пара минут – и бхор с довольной улыбкой гостеприимно распахнул перед нами двери.
– Кто первый?
– Храбрые эльфийские девы, способные одним взглядом рассеивать врагов, вперед, – Эрнст манерно, нарочно пародируя светское общество, поклонился.
– Благодарю, – с каменным лицом я шагнула вперед.
