– Ты знал? – не прибегая к мыслеобщению, спросил я.
Словами Васька ответить мне почему-то не захотел и отозвался мысленно:
– О чем?
– О Стиве Дональсоне и обо всем остальном. Ты ведь не мог не знать. Ты же общаешься со всеми биокомпами.
– Точно так же, как ты общаешься со всеми людьми. Можно ли слушать всех сразу и услышать то, что тебя интересует?
– Не увиливай.
Разговор был довольно странный. Я говорил вслух, а Васька отвечал мысленно.
– Я все равно не понимаю, что ты хочешь от меня.
– Почему ты ничего не говорил мне?
Васька молчал. Я терпеливо ждал.
– А почему ты не все говоришь мне? Например, почему я о твоей работе узнал только сегодня?
– Ну… я… гм… это же совсем другое! Это личное… и потом, это не доделано. Работа еще не закончена.
– А та работа не будет закончена никогда. Зачем о ней знать всем? Пусть знают только те, кто ей занимается. Ты считаешь правильным всем об этом рассказывать?
– Я…
– Это была просьба тех людей. И просьба Координатора.
Эта новость для меня оказалась неожиданной.
– Даже так…
– А ты как думал? Ты все еще недоволен, что я молчал? А тебе было нужно это знание? Если бы у тебя возник интерес, ты их легко бы нашел. Как, собственно, и произошло.
– Не интересуешься – значит, знать не надо?
– Тебе же наверняка объяснили этот момент.
– Объяснили, – буркнул я.
– И у тебя есть какие-то возражения?
– Никаких. Просто я думаю, как поступить мне.
– В каком смысле?
– В смысле присоединиться или нет.
Васька помолчал.
– Тут решать тебе. Только я не думаю, что тебе это будет интересно.
– Дело не в интересе. Если я добьюсь успеха… Знаешь, Вась, что самое паршивое? Что выбора-то у меня и нет. В случае если мне удастся преодолеть Барьер, эти люди в первое время будут нужны Солнечной больше всего. Если верить их прогнозам. Но имею ли я право приговаривать людей к такому будущему? Я хочу знать, что ожидает людей в случае моего успеха. Не в теории.
– Это, конечно, похвально.
– И это все, что ты можешь сказать?
– А что ты хотел услышать? Совет? Ты в нем не нуждаешься. Если ты задумываешься над такими проблемами, значит, уже достаточно взрослый, чтобы и решать их. И еще, если бы не сегодняшний разговор, я бы попытался отговорить тебя от твоей работы.
– Что?!!!
– Да. По тем же причинам, о которых говорил сейчас ты. Я бы просил отложить ее до тех пор, пока ты полностью не осознаешь всех последствий. К счастью, ты все понял сам.
Я совершенно по-новому взглянул на биокомп.
– Думаешь, у тебя получилось бы?
– Не знаю. Я старался бы. Сильно старался.
– Но…
– Пойми, пока ты не осознавал это, твоя работа была опасной. Опасна своей неожиданностью, непредсказуемостью. Ты же обязательно постарался бы проверить все сам. И не думаю, что ты кому-либо сообщил бы об этом. И только оценив опасность и зная о ней, ты мог бы продолжать эксперименты… или не продолжать. Как бы ты поступил на моем месте?
Хороший вопрос. Как следует поступить, если ребенок играет силами, последствия игры с которыми даже не осознает? Постарался бы уговорить отложить игру, пока не вырастет. А ведь я таким ребенком и был. До сегодняшнего дня. До дня, когда передо мной приоткрылось кое-что из тайн Солнечной. И наверняка это еще не последние.
Я встал:
– Пойду спать. А завтра продолжу изучение истории. К Стиву я отправлюсь только когда буду уверен, что поступаю правильно. Кое на какие вопросы я должен получить ответы без его помощи.
– Не доверяешь?
– Хочу сам разобраться.
– Что ж. Если будут вопросы, приходи. Постараюсь помочь.
– Спасибо.
Я был уже у двери, когда Васька остановил меня:
– Знаешь, Альвандер…
– Да? – обернулся я.
– Я бы хотел познакомиться с твоим кристаллом, когда тот обретет разум. С ним, наверное, будет интересно поговорить. Тем более что у него часть твоей души.
Я постоял у двери.
– Знаешь, мне бы и самому очень хотелось с ним поговорить. Несмотря на то, что я создал тот кристалл, я так и не смог постичь его целиком. Порой мне обидно. Я сам его создал и не могу понять.
– Наверное, так бывает обидно и Творцу, когда он пытается разобраться в своих созданиях – людях.
Я хмыкнул.
– Не общался, но… может, и похоже…
На этот раз я уснул сразу, как только коснулся подушки. А утром встал в пять часов и после зарядки занялся изучением библиотечных кристаллов. На этот раз я их не просто считывал, но и осваивал, анализируя информацию. Заодно раскладывал по полочкам то, что считал в прошлый раз. Усваивал новые термины и понятия. Основное, что меня сейчас интересовало, – это политическое устройство и экономика разных рас. Данных оказалось много, и если бы не те аналитические работы, которые проделали до меня и гораздо лучше, чем смог бы проделать я, то не знаю, когда разобрался бы во всем этом потоке информации.
– Эй, соня… ба, да ты уже не спишь. Читаешь? Дерри, ты маньяк!
– Спасибо, я тебя тоже люблю. Что случилось?
– Ничего. Разве что завтрак готов. Будешь есть или продолжишь корпеть над своими кристаллами?
Вопреки ожиданиям Феолы я поднялся без споров и спустился вниз.
– Ты вчера задержался, – встретил меня отец в столовой вместо приветствия.
– Прости, пап. Была важная встреча.
– Это связано с твоей диссертацией?
Я помялся.
– Отчасти. Я вчера узнал такое, что меняет кое-какие мои представления о работе. Еще не знаю, в какую сторону.
– Что ж, надеюсь, ты примешь правильное решение.
Я подозрительно покосился на отца. Нет, не похоже, что он знает что-нибудь о Стиве.
– Я тоже надеюсь.
После завтрака я снова заперся в комнате и погрузился в изучение инфокристаллов. Напрасно Феола колотила в дверь, пытаясь выманить меня на улицу.
– А как же твой кристалл? – наконец прибегла она к последнему аргументу.
– Можешь и одна сходить. Я занят.
Сообразив, что если я не отреагировал на такой аргумент, то остальные повлияют на меня еще меньше, Феола отстала. Почти до самого вечера я провозился с данными. К тому же к обеду привезли следующую партию инфокристаллов. За ужином я был рассеян и задумчив. Мать с отцом обменивались тревожными взглядами, но не мешали мне думать. Перед сном я снова засел за книги. В общем-то, одного дня явно мало, чтобы действительно качественно поработать с таким объемом информации. Но основные выводы сделать уже можно.
Отложив кристаллы, я сидел на кровати по-турецки и слегка покачивался, размышляя о прочитанном и об услышанном в доме Стива. Наконец я решился и закрыл глаза.
– Стив.
– Альвандер? Ты?
– Да. Я согласен.
– Подожди, мы же с тобой вроде говорили, что произошла ошибка. Ты согласился…
– Никакой ошибки не было, Стив. Профессор, может, меня и неправильно понял, но только в частности. Извините, но пока не могу объяснить вам причину.
– То есть ты предлагаешь принять тебя, но отказываешься сообщить нам о причине своего поступка? Альвандер, так не делается. Мы должны знать, зачем человек идет к нам. На нас слишком большая ответственность, и цена ошибки может оказаться очень высокой.
– Я понимаю. Но я и не хочу идти к вам насовсем. Я вот тут читал исторические книги… Думаю, термин «работник по контракту» подойдет.
– Работник по контракту?
– Именно. Мы заключаем с вами контракт. Полагаю, вы уже выяснили мой рейтинг среди мастеров-кристалловедов. У вас есть специалисты моего уровня?
Стив грустно хмыкнул:
– У нас нет даже плохеньких мастеров.
– Вот видите. Даже не видя ваши кристаллы, я могу сказать, что спроектированы они далеко не лучшим образом. Я мог бы помочь вам, но для этого должен реально представлять, что вам нужно. Причем должен узнать на собственном опыте. Только тогда получится что-то стоящее. Потому вы показываете мне все, что мне нужно, а я делаю кристаллы по вашим заказам. Вас устраивает такое предложение?
Стив задумался. Я ждал.
– Заманчиво. Очень заманчиво. Но я никак не могу понять, что хочешь получить ты.
– Ощущения. Я хочу понять, что чувствуют люди, проходя обучение по вашей специальности.
– Зачем?
На этот раз пришла моя очередь молчать.
– Я не могу сказать.
– Альвандер, ты понимаешь, как бы твое предложение ни было заманчиво, мы не можем его принять, пока не уясним мотивы?
Тут они правы.
– Хорошо, – решился я. – Но вы должны мне пообещать кое-что.
– Вот как? Ладно, готов выслушать.
– Обещайте, что кроме вас об этом никто не узнает.
– Гм…
– Вы поймете.
– Что ж, хорошо.
– Тогда ловите. – Я сформировал мыслеобраз, включив в него краткую информацию о цели моей работы, а также причину, по которой я хочу прийти к ним, и отправил его.
– Ага, получил. Сейчас посмотрю. – Секунда молчания… – Великий космос!!!
