Знакомый ветерок вернул боевой костюм, но Аня не шевелилась. Прижавшись к Нике и закусив губу, она впилась взглядом в Салли.
– Давай, принцесса! – подзадорила, скаля зубы, женщина.
– Если я нападу, мы только поможем осуществить её план! – исступлённо крикнула Аня, обращаясь к кошке.
Это всё было игрой! Неужели она не понимает? Их просто использовали. От начала и до конца. Как послушных марионеток.
– Камень века берёг целый народ, – бросила Салли. – Другого шанса нет. Давай!
– Да, давай, крошка. Ты всё равно умрёшь. Так борись.
– Попробуй, Ань, – внезапно шепнул в ухо Ника, сжимая её плечи. – Чем чёрт не шутит?
– Да вперёд же, что ты стоишь?! – безысходно и яростно заорала Евгения Витальевна.
Они просто не понимают! Аню захлестнула злоба. И она ударила так, как только была способна. Чем вызвала лишь хохот.
Что и требовалось доказать. Это бессмысленно и заранее обречено.
Но Аня Суханова не хотела умирать. Теперь, когда есть всё произошедшее, когда волнующая тайна наполнила повседневность, когда она получила то, о чём мечтала годами… Сейчас, когда от неё зависело столь многое, Аня Суханова совсем не хотела умирать.
Это распаляло, укрепляло что-то в глубине. Как и вера новых друзей. Отчаянная и… напрасная? Теряя силы вместе с бьющей по врагу энергией, Аня всем своим естеством желала победить, и когда сумасшедшая отступила под натиском, а магия стала ярче, внутри растеклась сжавшаяся до того в жалкий комок надежда.
Всё неправда! Она может, она должна одолеть чудовище. Ради Евгении Витальевны, Кристины и Ники, самоотверженно пришедших на помощь, ради Салли, ради своих родителей, Стасика и ради жизни. Ради всего того, что ещё предстоит понять.
Вокруг врага соткался переливчатый радужный свет, будто хлынувший из пор кожи. Лицо исказилось, и он завопил какие-то заклинания уже не на русском, а на другом, неизвестном языке.
Аню разрывало изнутри. Стены помещения дрогнули и покачнулись. Это конец. Противница создала неведомую защиту. Сейчас сияние, поднимающееся вверх, уничтожит всё, а ей достанется оживший камень и полный триумф.
Но Дух Справедливости больше не был самоуверенным. Он продолжал выкрикивать что-то, уже испуганно. Пытался то закрыться от энергетического луча, то поймать тающее многоцветье. А потом и сам начал таять.
Раскатился ужасающий грохот, и всё обрушилось песком, грудами песка, но он не похоронил под собой, а просто упал огромными насыпями под ноги. Аню, опустошённую, безвольно обмякшую в руках Николая Климовского, обдало лёгким свежим ветерком. Когда она подняла веки, все, включая бесчувственное тело Стасика, лежали на огромном бархане среди зелёного поля. Впереди и позади виднелись дома, сбоку по трассе проносились машины.
– Всё это просто невероятно! – разминая освобождённую от ошейника шею, ликовала Салли, потягиваясь и возбуждённо сверкая глазами. Она лучилась гордостью. – Девочка моя, ты в порядке?
– Где мы? – слабо спросила Аня, с трудом вставая. Тут она заметила брата и метнулась к нему с бешено бьющимся сердцем – откуда только силы взялись?
Исследования показали, что мальчик крепко спит.
– Она умерла? – осторожно прошептала Кристина, не веря подобному счастью.
– Полагаю, что да, – кивнул Ника. – Ты умница, малыш, – подбодрил он Аню.
– О, когда она начала тараторить заклинания на непонятном языке, я решила, что нам крышка, – призналась героиня операции. Её пробрала дрожь, но всё произошедшее уже казалось ночным кошмаром. Неужели она, Аня Суханова, смогла его по-настоящему одолеть?..
– Вроде это была латынь, – прервала нахлынувшие мысли Кристина. И она быстро приходила в себя. – Я тоже очень испугалась.
– Откуда ты знаешь латынь?! – ахнула Аня.
– Я не знаю, – смутилась одноклассница. – Так, немножко… У меня ведь отец врач.
– Какие заклинания, какая латынь? – опешила кошка.
– На финише, дорогая, когда из неё стала сочиться радуга, – пояснила Евгения Витальевна.
– О, это была не латынь, – хмыкнула Салли, – и вовсе никакие не заклинания. Отменная площадная брань. Она говорила на языке Авелилона.
– Пока она говорила ещё на русском, – подал голос Ника, – я не понял и половины из того, что несла эта бесноватая.
– Она называла себя Духом Справедливости, – заметила кошка.
– Да хоть королевой Викторией! – разозлилась учительница. – Она совершенно безумная!
– Только что-то было в её словах, – возразил Ника Климовский, тоже поднимаясь. – И когда мы выберемся отсюда, нам нужно как угодно с этим разобраться. А пока давайте уходить. Мальчик – твой брат?
– Да. – Аня с опаской покосилась на Стасю.
– Но как отнести его домой, не вызывая подозрений? – снова впала в панику Кристина. – Где мы вообще?!
– Как можно не вызывать подозрений, сидя посреди огромной кучи песка на просматриваемом со всех сторон поле? – простонала Аня, отчаянно озираясь. – Надеюсь, мы хотя бы в нашей стране. И у меня ни копейки денег в карманах, кстати.
– Пойдёмте скорее.
Стоило всем оказаться за пределами песчаного кургана, тот растаял без следа, будто и не было. Только сочная зелёная трава, ещё мокрая от недавнего ливня, да ветер остались на его месте. Путники заворожённо притихли, пытаясь побороть усталость и удивление.
И тут у Ани закружилась голова, всё на секунду померкло. Она вскрикнула, оказавшись в небольшой комнатке совсем одна. Шарахнулась назад, ударившись о кафель, и лишь потом сообразила, что это – ванная в квартире Ники. Аня выскочила в коридор и кинулась на кухню.
Ошалевший хозяин, Кристина и Евгения Витальевна вместе со вздыбившей шерсть Салли онемело воззрились на неё.
– Где… Стас? – наконец вымолвила Аня, запуская пальцы в волосы.
– В лучшем случае – дома, – пробормотал Ника. – Крепыш исчез с моих рук.
– В лучшем?! Да мы же понятия не имеем, что он видел! И кто был рядом с ним и этим клоном, когда он перенёсся назад! Или все мои родные разом, или один братец теперь точно окажутся в психушке!
Кристина смертельно побледнела.
– Который час? – деловито спросила Евгения Витальевна, затем сама разблокировала Анин телефон, лежащий на столе. – Начало восьмого, – озвучила она.
– А если Стас не дома? – заохала принцесса Авелилона. – Или если он несёт чушь о монстрах и темницах? Или кто-то присутствовал, когда он возник из ниоткуда, если он вообще возник?
Все переглянулись.
– Я отвезу тебя в центр, – решила Евгения Витальевна. – Поедем все, разведаешь обстановку, а потом где-нибудь поговорим. Пошли.
– А где Священный камень?! – вдруг ахнула Салли, в ужасе глядя на Анину грудь.
Небольшой переполох быстро кончился – Ника нашёл артефакт в ванной на полу, наверное, упал, пока владелица с перепугу врезалась в стены. Аня с облегчением сжала своё имущество, запоздало понимая, что, останься камень на руинах пристанища Духа Справедливости, пропал бы и сарафан.
– Поехали, – повторила учительница английского, когда все пришли в себя.
– Дайте минутку, – взмолилась принцесса Авелилона. – Надо хотя бы умыться, – с этими словами она развоплотилась. На пол посыпался песок, которым обернулась диадема из сокровищницы.
– Нужно заклеить рану. – Ника указал на разорванную кофту: когти Духа Справедливости оставили в районе декольте глубокие царапины, когда Аня уже была без костюма. Да и костяшки пальцев изодраны о камень. Сам Ника тоже выглядел неважно: локти сбиты, как, наверное, и колени, на виске кровоподтёк. Так что принесённой аптечкой они воспользовались оба.
И стали спешно собираться. В машине учительницы какое-то время молчали. Аня вытряхивала из волос песчинки.
– Мы действительно убили это существо, правда? – наконец спросила Кристина. Они с Аней и Салли расположились на заднем сиденье.
– Она сболтнула, что силу получила от создательницы, – напомнила Евгения Витальевна.
– Два века назад, – возразила Кристина. – Той может уже и не быть на свете.
– Она говорила о ней, как о живой, когда проклинала и костерила перебежчицей и лгуньей, – откликнулась Салли. – Она кричала это потом, на языке Авелилона. В любом случае создательница отвернулась от неё.
– Но всё ещё имеется.
– И те твари, с которыми я сталкивался раньше, – продолжил мысль Ника, – откуда-то ведь они должны были взяться. Многоцветный туман, отделившийся от неё, переливался так же, как свет, в каком сдыхали мои демоны. Плюс один точно удрал.
Повисла напряжённая пауза. Кристина зажала руками рот и сверкала испуганными глазищами.
– А если оно, это что-то, опять похитило моего брата?! – вскричала Аня.
– Жаль, я не успел хорошенько рассмотреть этого вожделенного всеми мальчика, – хмыкнул Ника. – Просто Святой Грааль! Всем-то он нужен.
– Я думаю, Стас дома, – произнесла Салли.
Натянутая тишина царила до самого поворота на улицу, где кошка и её хозяйка покинули машину и отправились к своему жилищу.
С бешено бьющимся сердцем открывала Аня входную дверь. Мама мыла посуду с явно рассерженным видом, наверху что-то гудело. Принцесса Авелилона разулась и, поздоровавшись, с трепетом пошла по лестнице.
Заплаканный Стас пылесосил кровать в своей комнате. Весь пол был усеян мелким крошевом.
– Что случилось? – подняла брови Аня.
– Мама орёт, что я идиот, натягавший песка! – буркнул Стасик, выдёргивая вилку из розетки. – Это не я!
– М-м-м… может быть, Паша? – закинула она пробный камень, с замиранием дожидаясь ответа.
– Ты что, дура? – обозлился брат. – Паша ночевал позавчера, а ещё утром этой фигни тут не было! Я уснул… Не носил я его, мне что, делать больше не фиг, что ли?!
– А чем ты занимался вчера?
– Аня, вали к чёрту! – выругался брат, вытряхивая покрывало.
Она выразительно посмотрела на кошку, и обе пошли вниз.
– Ты куда? – строго спросила мама.
– В магазин сбегаю, за чипсами. Забыла купить.
– Это он, твой брат, – заметила Салли, когда они оказались на террасе, – а клон превратился в песок. И Стас помнит то, что было с двойником, будто это всё происходило с ним самим.
– Очень мило, – скривилась Аня, – но ничего не проясняет.
Они поспешили к машине, дожидавшейся на углу, и стали рассказывать наперебой.
– Однако, как заботливо. Нас и твоего брата избавили от кучи проблем, – задумчиво пробормотал Ника. – Только вот кто это так постарался, если Дух Справедливости убита?
– Заедем в ресторанчик, – объявила Евгения Витальевна. – Здесь недалеко есть недорогой японский с небольшими отдельными залами.
* * *
– Это всё не имеет смысла! – устало бросила учительница английского языка, откидываясь на спинку кресла.
Вот уже третий час они сидели в отгороженной ширмами части ресторана, пытаясь осознать случившееся. Мама набирала Аню четыре раза и потихоньку превращалась в фурию.
– Эта бесноватая считала, что все мы, кроме, как я поняла, Ники, прилетели с Луны, – досадливо продолжала прерванный новым звонком Анжелы Сухановой разговор Евгения Витальевна. – Это невозможно.
– Но она поминала разные периоды и наших предков. А эти платья…
– Дорогая, даже если весь город переоденется в одинаковые сарафаны, я не поверю в то, что мы или наша родня с Луны!
– Как Аня, – вставила кошка, и учительница прикусила язык.
– Послушайте, произошедшее не поддаётся пониманию, – повысил голос Ника. – Только оно всё равно было, если это не коллективное помешательство. И довольно складно выходит: мстящий Дух, лунное королевство, бежавшие из него в разное время люди. Если твои и Кристинины предки не́когда обитали в Авелилоне, ясно становится, откуда у вас костюмы.
– Но насколько дальние предки?
– Эта женщина толковала о трёх с половиной тысячелетиях, – отметила кошка.
– Но она утверждала, что впервые напала меньше двух веков назад. Почему тогда наши пращуры бежали так давно?
– Откуда нам знать, кто и когда ещё мог покушаться на это королевство?
– И где же они были с тех пор?
– Как говорится, «плодились и размножались» по бескрайней матушке-Земле, видимо, – хмыкнул Ника. – Друзья, имея тот минимум информации, который есть сейчас, нам не остаётся ничего, кроме как поверить в такую версию.
– Тогда следует подумать над тем, где взять больше информации, – отчеканила кошка Салли. – Ведь Дух называла ещё кого-то, её сотворившего. И есть масса прочих непонятных и опасных вещей. В первую очередь – что вас всех что-то объединяет.
– Не приведи Господь нам узнать что-либо подобными методами! – мрачно оборвала Кристина.
Аня старалась не вступать в полемику. Она безмерно устала. Но всё равно, сидя тут, была счастлива. Потому что Стасик снова дома, а мама не успела спохватиться из-за её пропажи. Потому что они победили. Потому что теперь есть «они» и у «них» есть своя тайна. Самая настоящая, которую, она чувствовала, ещё предстоит разгадать. И она очень хотела бы сделать это. Только сначала нужно немножечко поспать…
Евгения Витальевна повезла Кристину на левый берег, а Ника проводил Аню поздно ночью, когда Анжела перестала слушать отговорки по телефону и перешла к угрозам.
Принцесса Авелилона была безумно рада увидеть и маму, пускай гневную, и папу, и Соньку, и прежнего вредного, противного грубияна-Стасика. Она опустилась на кровать в своей комнате. Казалось, утреннее пробуждение здесь, под шум без следа прошедшего ливня, было когда-то в прошлой жизни. Сейчас Аня лежала утомлённая и безгранично довольная, улыбаясь, словно Чеширский Кот из «Алисы в Стране чудес». Ей было хорошо, спокойно. Окружающее казалось родным и любимым. А всё новое предвещало грандиозное и увлекательное будущее. На стуле сладко дремала кошка Салли, на столике у изголовья поблёскивал гранями Священный камень Авелилона, а сверху весь вечер доносились проклятия Стаса по поводу засыпанной песком постели, которую он никак не мог вытрусить до конца.
