Аня умолкла, поражённая. Идея переезжать в Тибет безумна! Но сколькому, наверное, можно научиться, пожив в подобном месте.
Они скользили по тёмной дороге вдоль реки, слева то и дело поблёскивали фонари и окна зданий. Казалось, город уже кончился, во всяком случае, он теперь куда больше напоминал деревню. Маленькие домики с огородами. Они проехали вычурную церковь.
– Здесь недалеко лечебница, в которой лежала моя мать, – глухо сказала Кристина.
Меньше чем через десять минут путешественники оказались на месте. Увидели его.
Замок выглядел огромным и напоминал средневековый бастион. Он высился в центре поля, занимая едва ли не четверть пространства. Башни и башенки, венчавшие стены, отсвечивали заиндевевшим камнем. В узких бойницах мерцал дрожащий тусклый свет.
Евгения Витальевна остановила машину сразу за селом, и все некоторое время молча взирали на внушительное строение.
– Что же… теперь? – наконец произнесла принцесса Авелилона.
– Я нас вижу! – громко заявила Салли, уставившись вниз. До того она выгибала спину, опершись о приборную панель. – Вот, в зеркале! Это же мы?
– Да, пожалуй, – согласилась Натали, сдвигая в сторону распечатки карт. Её ладонь легла на поверхность – вроде то, что отражалось в артефакте, она воспринимала как зрячая.
Потом открыла дверь, то же сделала Кристина. Друзья начали выбираться из тесной машины.
Аня чувствовала, что ветер холодный, но не костенела от пронизывающих дуновений. Будто на минуточку выскочила на мороз, не успев продрогнуть.
Евгения Витальевна достала для Ники из багажника его дублёнку и помогла надеть её. Бедолага ёжился. «Как ему, наверное, неудобно без костюма, – подумала Аня, – и опасно. С этим гипсом на руке, совсем беззащитный – а всё равно ввязывается в такое…» Внутри начал нарастать трепет, переходящий в панику. Теперь, когда они были у цели, что все собираются делать и каким образом?
Собравшиеся продолжали глазеть на сооружение, невидное обыкновенным людям.
– Нам нужно попасть туда, – решительно сказала Жаклин.
– Но как? – задумался Ника, тогда как у Ани в мыслях пронеслось малодушное «Зачем?»
– Если мы не смогли победить её в прошлый раз… – пробормотала неуверенно даже Салли.
Она перебралась на сиденье водителя и, поставив лапки на распахнутую дверцу, вглядывалась вдаль, напряжённо нюхая воздух.
– Мы много тренировались, – обронила Евгения Витальевна, – и теперь нас больше. А они не ждут нападения.
– Они?
– Ну, эти демоны, дорогая. Только вот пускай мы и подберёмся незаметно к стенам, как попасть внутрь?
– Заморозим камень и растопим его, – внезапно расхрабрилась Кристина. – Эти монстры, они… перегнули палку. Они – убийцы. Звероподобные, жестокие, бездушные. Мы не имеем права оставить их, даже если это очень страшно. Мы должны. Должны проникнуть в замок.
– А когда мы найдём там Духа Справедливости, – спросила Аня, – что тогда?
– Священный камень Авелилона обладает огромной силой, – припечатала Натали. – С нами вы, принцесса!
– Здорово! – задохнулась Аня. – Отлично просто! Ну, вы посидите в машине, а я пойду её убью, не о чем переживать.
В этот момент сзади раздалось покашливание, и вся компания резко развернулась. В круглом пятне последнего фонаря на краю села стояли две фигуры. Одна – закутанная в меховое манто, невысокая и светловолосая, в длинном, в пол, сиреневом платье старинного кроя; а вторая – Аня вздрогнула – сошедшая с экрана Каролина Гамлен[33 - Каролина Гамлен – персонаж романа Эмиля Золя «Деньги».], правда, без короны седых волос, босая и в коротком синем комбинезоне. Она уже явно начинала замерзать. Невзирая на странную одежду и модную стрижку, эта женщина была копией героини фильма «Деньги», который Аня смотрела не так давно. В руках она сжимала высокий красный зонт, напоминающий трость.
«Просто похожа», – панически звякнуло в голове принцессы Авелилона.
– Кто-нибудь из вас говорит по-английски? – с надеждой спросила Каролина Гамлен, смело выступая вперёд.
Её спутница досадливо хмыкнула и, запахивая накидку, выпалила с нетерпеливым негодованием:
– Разумеется, они рекут по-англицки! И по-галльски! О, молю тебя, Маргарет, не предавайся безумию.
Аня не без труда осознала, что понимает их речь только благодаря чудны?м конфетам жриц Храма Луны. Каролина Гамлен, скорее всего, задала свой вопрос на языке Туманного Альбиона. А дама в манто…
– И на латинском, – закончила реплику Жаклин. Обе незнакомки попятились. – Кто вы такие?
– А кто есть вы? – насторожённо осведомилась та, что куталась в меха.
– Прекрати ссориться! – возмутилась вылитая героиня фильма. – Послушайте, это замечательно, что мы понимаем друг друга! – жизнерадостно продолжила она. – Мы с Ханной здесь по очень важному делу: речь идёт о моём папа. Нам нужно проникнуть в этот бастион, – она махнула в сторону поля. – Мы недавно появи… кхм, добрались сюда, – исправилась женщина, – и раздумывали, когда я заметила вас. Ваша одежда… Я решила, что вы здесь по тем же причинам.
– Из-за твоего папа? – хмыкнул Ника.
– Чем наши наряды показались вам?..
Та, кого раньше подруга назвала Маргарет и что будто сошла с голубого экрана, чуть качнулась – и воздух вокруг неё «поплыл», меняя эксцентричный наряд на привычный воинский сарафан.
– Потомок, – уверенно резюмировала Натали, пока все поражённо таращились на незнакомку.
– Потомок чего? – не поняла та.
– Жрецов Храма Луны.
Каролина-Маргарет вскинула брови.
– Вам известно, откуда у вас способности? – продолжала Натали. Наверное, она почувствовала перемену – потому что Жаклин ничего сестре не озвучивала.
– Это семейная особенность.
– Верно, – кивнула жрица. – Мы – ваши далёкие родственники. Очень далёкие.
Проезжавшие мимо машины притормаживали, пассажиры и водители с любопытством разглядывали группу людей в одинаковых платьях не по погоде. Из остановившейся по ту сторону трассы маршрутки вышли несколько человек и опасливо косились на них, не спеша по домам.
– Нам лучше сокрыться под сень дерев, – сказала Ханна. – Отойдём с пути.
Тёмную улицу, крайнюю в селе, освещал только одинокий фонарь на остановке. Компания в столь странной для середины ноября одежде двинулась по едва различимому во мраке разбитому асфальту, и все невольно следили за громадой вражеского замка сквозь редкие ветви высаженных по краю поля голых берёз.
Через дорогу от одного из безликих дворов они заметили стоящие буквой «П» лавки из неотёсанных брёвен. Там и расположились.
– Итак, что же вам известно об этих чудиках? – Маргарет на минуту возвратила свой синий комбинезон и вытянула из кармана сигареты, а также длинный костяной мундштук.
Она тут же поёжилась и снова превратилась в воина, после чего стянула матерчатую маску.
Натали стала рассказывать, каким образом связывают их всех родственные узы, о Храме Луны, Предсказательнице и её предостережении, о том, как они с Жаклин приехали в этот город и обнаружили принцессу Авелилона.
Потом в разговор вступила Салли, не удивив этим ни молчаливую Ханну, ни Маргарет (а эту дамочку определённо звали Маргарет, а не Каролина).
– И вот мы здесь, – подытожила кошка.
– Нужно хорошенечко подумать над этим, – засмеялась Маргарет. – Голова кругом! Ох, папа будет очень любопытна ваша история. То есть наша история. Ах, я совсем запуталась! Всё так неожиданно!
И она подожгла очередную сигарету, которые не так курила, как использовала в качестве указки – длинные сами по себе, да ещё вставленные в изящный мундштук, они делали её образ здесь окончательно неуместным. Аня даже рот приоткрыла от столь несвоевременной беспечности.
– У тебя есть другие родственники? – спросила Жаклин. Её явно выводило из себя легкомыслие обнаруженного потомка.
– Да-да. То есть… ты ведь о тех, кто владеет чарами, верно? О, у меня большая семья по материнской линии, но эти способности я унаследовала от папа. Когда-то с этой стороны тоже было много ответвлений. Но мой бедный bon-papа[34 - Дедушка (франц.).] со своей роднёй потерпел крушение в море. Все, кроме него, погибли, бедняжки. Ох, но это случилось так давно! Хотя ему тогда уж стукнуло шестьдесят, однако сатир, по чести, был ещё тот! – щебетала новая знакомая. – И только ему удалось спастись. Попал на остров-Тень, где жила наша с Ханной grand-m?re[35 - Бабушка (франц.).]. Она выходила его. О, grand-m?re тоже была в летах, но у них родился сын, mon реre[36 - Мой отец (франц.).]. С годами он покинул остров, женился на моей мама. Но я часто бываю там. С детства мы дружим с Ханной, её родительница – какая-то бежавшая с острова дочь grand-m?re. О, это долго! – Маргарет сделала движение, будто отбиваясь от бесконечных расспросов, тогда как воины лишь поражённо слушали эту лавину семейных фактов. – Сейчас она живёт на острове-Тени одна.
– Что за остров-Тень, дорогая? – успела вставить Евгения Витальевна.
– Я обитаю там почти со дня своего появления на свет, – ответила Ханна, жестом останавливая Маргарет. – Право, нынче не та пора, чтобы толковать о моём острове. Где вы выучили сию речь?
Натали принялась рассказывать о Языковых конфетах. Аня отвлеклась: снова рассматривала сквозь ветки тускло мерцающую бойницами громаду. Трескотня Маргарет унесла мысли от главного. Где-то совсем рядом притаился неведомый враг.
– Благодатные лакомства, – хмыкнула тем временем Ханна, выслушав историю лингвистических карамелек. – Любопытно, из чего их приготовляют.
– А как вы обе оказались здесь? – поинтересовался Ника и положил на плечо принцессы Авелилона свою холодную ладонь. Аня вздрогнула, выныривая из оцепенения.
– Вчера на нас с папа напало странное создание, – с мелодраматизмом ответила Маргарет. – Оно обернуло чудищами ещё несколько человек. Мы практически избавились от них, когда были взяты в плен и перенесены в крепость. Там, где мы очутились, вповалку лежали мертвецы, каждый в таких же одеждах, как те, что сопутствуют нашим с папа чарам. – Маргарет сделала паузу и прикурила ещё одну тонкую сигаретку, абсолютно буднично сунув её в длинное приспособление из слоновой кости – будто разговор проходил не на кривой скамейке рядом с кучей мусора, а в каком-нибудь салоне. И будто речь шла не о столь страшной трагедии. – Потом появились два существа, – продолжала она, – которые, наверное, были женщинами когда-то. Но пусть меня утащат черти, если я в этом убеждена! Ультрамариновые, здоровенные, с вертикальными зрачками и зубастыми ртами. А руки, как у этого парня из «Фантастической четвёрки»[37 - «Фантастическая четвёрка» – фантастический фильм, его герой Рид Ричардс обладал способностью деформировать и растягивать своё тело.].
– Демоны Духа Справедливости!
– Возможно, – отмахнулась Маргарет. – Они были куда ловчее страхолюдин, привязавшихся раньше. Одна удушила папа, – добавила она тоном, каким ябедничают на старшего брата, разбившего дорогую вазу, – а мне удалось бежать с помощью зонтика.
– Зонтик?
– Ханна смастерила его когда-то. – Маргарет указала на высокий красный зонт, прислонённый к скамейке. – Я могу переноситься с ним в места, где уже бывала, и брать кого-то с собой. Знаете, я никогда в жизни не сталкивалась ни с чем, похожим на этих чудищ!
– Вы вернулись отомстить за отца? – со странной интонацией спросила Кристина.
– Воскресить его, – отрезала Маргарет так, будто услышала глупость. – Я сразу же кинулась к Ханне. В её замке полно всякого. Мы подобрали Живительное кольцо. Но нам нужно тело папа, – сокрушённо пожаловалась она.
– Живительное кольцо?!
– В моём пользовании довольно вещиц, оставшихся от предков, – подала голос Ханна.
– И ты можешь вернуть умершего? – недоверчиво спросила Кристина.
– Только следует отыскать тело, – закивала Маргарет, – папа да и всех тех, кого убили. Без тел кольцу лечить нечего. Мы можем оживить их тоже. Но нужно спешить, кто знает, что они делают с трупами, когда их накапливается много.
– Нам стоит согласовать план действий, – неуверенно заметила Евгения Витальевна. – Идея, как проникнуть внутрь, имеется.
– Я легко могу перенестись в комнату, где убили папа. Но там, скорее всего, окажутся эти чудики. Или, как вы говорите, демоны. Мы с Ханной приготовили некоторые эликсиры, они пригодятся в драке. Давайте я и всех вас по одному туда доставлю. Вот только… – в голосе Маргарет скользнул страх, в котором она не желала признаваться в первую очередь себе, – сможем ли мы справиться? – всё же пробормотала эта бесконечно далёкая родственница Евгении Витальевны и Кристины.
– Я нигде не могла видеть тебя раньше? – не выдержала учительница. – Ты кажешься мне очень знакомой, дорогая. Ты вообще откуда? Из Британии или Америки? Ты пыталась обратиться к нам на английском.
– Я француженка.
– Ты чертовски похожа на Каролину Гамлен, – выпалила Аня. И добавила: – Из фильма.
– Oh, oui[38 - О, да (франц.).]! Играла её года два назад, – просияла Маргарет и озабоченность пропала с её лица. – Я актриса.
Все умолкли – по улице проходила фигура в громоздком пальто и с двумя огромными пакетами из супермаркета.
– Думаю, нам лучше пробраться в замок по плану Кристины, так мы привлечём меньше внимания, – сказала Натали.
– Что с твоею рукою, отрок? – поинтересовалась у Ники Ханна. – Это для боя али ты покалечен?
– Перелом, – поморщился Ника. – Я могу сражаться, – с вызовом добавил он.
– Сие вопиет о врачевании попервой битвы, – возразила женщина. – Я исцелю твою хворь сим кольцом.
Полыхнул схваченный золотом камень, и Ника с удивлением сжал и разжал пальцы, торчащие из гипса.
– Не болит, – констатировал он.
– Твоя немощь ушла, но ты волен пользовать свою конструкцию, аки дубину, – произнесла Ханна.
– Спасибо, – растерянно пробормотал Ника.
– Нужно торопиться, – вмешалась Жаклин, – мы не закончим никогда, если не удосужимся даже начать.
То, что коварно подступает паника, Аня поняла, крадучись по мертвенному полю. Каблуки босоножек проваливались в подмёрзшую землю. Ковыляющая вереница казалась жалкой. Тогда в парке всего четыре демона едва не одолели половину сомнительного войска, ныне подбирающегося к их логову. Сколько в этой махине камня притаилось предметов, готовых слиться с сотнями пленённых потомков жриц и жрецов Храма Луны? А оные потомки, между прочим, наделены своими чарами.
Впервые настолько осознанно Аня шла навстречу опасности. Во время нападения Духа Справедливости не оставалось выбора. Средиземноморская утопленница, честь по чести, была довольно слабой соперницей. И всё равно едва не прикончила принцессу Авелилона. А что они творят теперь?
Но ведь всё равно эти демоны будут нападать снова и снова.
Чудовища убили Кристинину бабушку. И мать.
Они убили отца этой французской актрисы в сарафане в горошек.
Их нужно одолеть.
Как-нибудь.
Воины остановились около стены. От неё веяло холодом.
Ханна отпустила подол своего платья и зябко передёрнула плечами, удобнее перехватывая большую плетёную корзину, предательски звякавшую на ходу. На её лице в неверных отсветах тусклых бойниц блуждало вымученное выражение какой-то внутренней борьбы.
Слепая жрица положила на камень свою бледную ладонь с длинными пальцами. Острый чёрный ноготь прошёлся по стыкам массивных кирпичей. Внизу у ног чихнула кошка Салли.
И вдруг Кристина протянула руку, кладка стала синеть, индевея, а потом трещать. Аня заворожённо наблюдала, как непроходимая преграда превращается в лёд.
– Не бойся, – шепнул Ника в самое её ухо. – Мы все будем рядом и поможем друг другу. Я буду рядом с тобой.
