Десятью днями раньше Громов сидел за столом своей кухни с прикрытыми веками. Из полумрака прямо ему в глаза разочарованно вновь смотрела молодая цыганка и еле заметно мотала головой. Ее глаза были полны боли и слез.
Внезапно Громова что-то отвлекло от назойливых мыслей – из комнаты послышалась вибрация мобильного телефона. Николай поспешил туда и быстро взял с прикроватной тумбочки прерывисто ползущий по ней Айфон.
– Да! – спокойно произнес он и присел на кровать.
Пару секунд в трубке была тишина, и Николай набрал в легкие воздух, чтобы повторить «да!», как вдруг в его ухо змеей прополз тихий шипящий мужской голос.
– Вы ждали моего звонка, не так ли?
Громов немного помедлил с ответом, а затем произнес:
– Ждал. Вчера вечером. Мне сказали, что вы позвоните, но вы должны были сделать это вчера вечером.
– Были проблемы, – прошипел голос. – Но вас они не касаются, так что будьте спокойны.
Голос умолк.
– Я слушаю, – произнес Громов, скрывая раздражение.
– Мне вас порекомендовали как весьма осторожного человека, настоящего профессионала – прошипел голос. – Уверен, что вы не захотите обсуждать причину моего звонка по телефону.
Громов действительно недолюбливал телефонных переговоров. Личные встречи он ценил гораздо выше. На встрече можно услышать не только голос, но и оценить его владельца – манеру поведения, мимику и разные мелкие детали. Николай не без оснований считал, что умеет читать людей.
– Назовите место и время, – произнес он уже надоевшие за долгие годы слова.
Громов запомнил адрес и, прежде чем попрощаться, спросил:
– Как я вас узнаю?
– Я сам узнаю вас… – медленно прозвучал голос и отключился.
В тот же день в назначенное время Николай сидел за столиком в кафе, потягивая чай из большой кружки и поглядывая на выход. Он приехал сюда на двадцать минут раньше. На всякий случай. На случай, если что-то пойдет не так. На случай, если тот, кто звонил, на самом деле окажется не тем, за кого себя выдавал. За те двадцать минут, что он здесь провел, он внимательно, и, в то же время, с видимой отчужденностью изучил всех посетителей кафе, не исключив и персонала. Столик, за которым он сидел, находился в весьма выгодном положении. Он специально выбрал это место, оценив его сразу, как только вошел. Отсюда он видел весь зал целиком, практически не вращая головой. Возле большого окна сидела молодая пара влюбленных, очевидно, студентов. Она, не переставая, что-то увлеченно рассказывала, а он так же увлеченно ее слушал, время от времени потягивая кофе из чашки.
Николай поглядел на наручные часы, а затем на выход. Не успел он подумать о том, что человек, которого он ждал, опаздывает, как дверь открылась, и в кафе вошел высокий худой мужчина в солнцезащитных очках с зеркальными стеклами. Его лицо было гладко выбрито, впрочем, как и вся голова. Громов прикинул его возраст от сорока пяти до пятидесяти лет. Не смотря на то, что Николай прежде не видел этого человека, он сразу понял, что ждал именно его.
*
Веста стояла у приоткрытой двери и заглядывала в образовавшуюся щель. Она наблюдала за читающей матерью и пыталась почувствовать насколько сильно ее любит. По правде говоря, взрослые родственники и друзья родителей часто ставили ее в неловкое положение вопросом, кого она любит больше – маму или папу. Веста ненавидела этот вопрос и отвечала, что одинаково сильно любит обоих родителей. Но в глубине души она знала, что папу она любит больше мамы, хотя не признавалась в этом даже себе. А о том, чтобы произнести это вслух, не могло быть и речи.
Но сейчас, возле двери в спальню, она задалась этим вопросом всерьез. Глядя на маму, она пыталась распознать и поймать то чувство, которое испытывала прямо в тот самый момент. Весте хотелось быть честной перед собой. Когда она смотрела на маму, то не чувствовала ничего. Нельзя сказать, что ее это как-то удивило, но ей стало неприятно это открытие. Ей стало обидно за маму, ведь та ее любила. У Весты не было никаких сомнений на этот счет. Ей захотелось справедливости, но вдруг она невольно вспомнила об отце. И тотчас же почувствовала некий прилив нежности, что-то непередаваемо приятное в груди. Перед ней ожило улыбающееся папино лицо с большими голубыми глазами, как и у нее самой. Она тоже непроизвольно улыбнулась и пожалела, что папа больше не жил с ними.
Мама так внимательно читала книгу в постели, что не почувствовала пристального взгляда дочери. Веста открыла дверь пошире и бесшумно, как котенок, проскользнула в комнату. Она не знала, обрадуется ли мама, когда увидит ее, но точно удивится. Она вдруг решила рассказать маме о том, что уже начала взрослеть. Мама наверняка будет рада. Она будет счастлива, потому что сможет, наконец, делиться с дочкой всякими секретами. От этой мысли Весту накрыла волна нетерпения. Она вдруг нарочно зашаркала, и мама, резко оторвав внимательный взгляд от книги, устремила его на дочь.
*
Иван Причалов шел с тремя красивыми пакетами в сторону дома. Он потратил почти половину своих сбережений. Но это не пугало его, а, наоборот, окрыляло, и ему казалось, что он уже не сутулится, а гордой походкой шагает по завоеванной земле. Он поглядывал на пакеты и представлял, как необыкновенно привлекательно, модно и богато будет выглядеть сегодня вечером в ресторане. Он воображал, как все без исключения будут оглядываться на него и о чем-то перешептываться, а он будет сидеть и притворяться, что не замечает этого.
Чувство утренней тревоги больше не терзало его. Им овладела эйфория. Он шел по улице, заглядываясь на то, что всю жизнь обходил вниманием: мелодичное чириканье птиц, сообщающих друг другу какие-то новости, шелест листьев на деревьях, отвечающих легким ласкам ветерка, танцующие тени на стенах и дороге, возбуждающий аппетит запах из булочной, озабоченные лица прохожих, которым не было никакого дела до того, что он собирался совершить вечером, цвет неба, отражающийся в лужах после утреннего дождя, счастливый детский смех, доносящийся откуда-то с бульвара, ритмичное шуршание колес по мокрому асфальту проезжающих автомобилей, одинокая старушка, медленно переходящая дорогу, даже не глядя по сторонам. Неужели раньше он не замечал всего этого? Конечно, замечал, просто не придавал особого значения, не уделял должного внимания. Странно, что ощутить полноту жизни удалось, лишь задумав смерть.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
