Как пережить то, что пережить невозможно

Глубокое море разбилось о скалы,

Там, где-то вдали затонул мой титан.

О синяя гладь, ты ведь не виновата,

Я душу отдала за самообман.

Глава 2. Мама

Тебе я посвятила много строк

Как жаль, что этим тебя не вернешь…

Мама. Какое прекрасное и нежное слово. И запретное. Сколько пройдено пути, чтобы запустить это слово в свою жизнь, и просто с легкой грустью произносить его и ни о чем не думать.

Мама, 20 лет я уже никого не могу так называть. В душе так пусто. Так одиноко от этого.

Я не солгу, если скажу, как скучаю по тебе, хоть и почти не помню тебя. Как мечтаю, чтобы ты была рядом. Просто видеть тебя. Вспомнить твое лицо, твою улыбку. А твой запах, мам?

– ты пахнешь мамой.

– и как же пахнут мамы?

– как ты!

Я так хотела бы тебе рассказать обо всем. Мы бы правда были лучшими подругами. Я знаю. Я точно это знаю.

Я знаю, что могу говорить с тобой, но какой в этом смысл, если ты не ответишь, мам…

Пройдя все стадии отрицания, торга, депрессии, гнева, непринятия, и наконец-то прощения – я могу говорить о тебе. Я могу всё всё тебе рассказать.

Мам, ведь ты меня не предавала?

Ведь ты не по своей вине ушла?

Я помню, как сейчас, последние слова

Ведь ты мне обещала, говорила

Что ты исправишься, все будет хорошо.

Но почему судьба так поступила

Ребенком восьмилетнем я была

Когда стояла рядом с гробом, понимая

В последний путь идет твоя душа

2.1

Мама, я совсем не помню тебя. Стадию принятия этого факта я пережила. Я смирилась. Я смотрю на твои фотографии. Смотрю какая у тебя была жизнь до меня. Ты была счастлива? Я знаю, я верю, ты обязательно была счастлива.

Мы совсем с бабушкой не говорили о тебе после твоего ухода. Я была маленькая, чтобы задавать вопросы о тебе. Я как будто отрицала в целом твое существование. Как будто тебя изначально не было у меня. Как будто моя детская психика меня защищала от самой себя тем фактом, что я первое время не чувствовала, что тебя нету у меня. Поэтому о тебе и не спрашивала. Я продолжала жить в мире, в котором мамы у меня не было и так должно было быть.

Я знаю, что ты умерла. От меня не скрывали. Но я помню, я помню этот момент, когда бабушка узнала, что тебя больше нет. Но мне не сказали. Я понимаю, что сообщить ребенку, что его мама умерла – невыносимо. А как сказать своей внучке, что ее дочь, что ее мама умерла?

Знаешь, мам? Я помню тот звонок. Когда мы с бабушкой поехали к тебе. Когда сказали, что нужно ехать к тебе, потому что, когда тебя видели в последний раз – ты была очень странная. Но мы опоздали.

Знаешь, мам? А бабушка себя винила? А я знаю, мам. Я чувствую, что она не простила себя, что не успела. Что мы не спасли тебя, что она не спасла тебя. Но сколько раз она пыталась.

Мам, а ты помнишь нашу последнюю встречу? Помнишь? И я помню. Как ты обещала все исправить? Мам, ты обещала бросить. Ты помнишь мам? Я сидела у тебя на коленях, а ты говорила, что исправишься. Мам, ну ты же обещала. Ты обещала мне, ты обещала бабушке. Как мы все плакали, и я так верила тебе. Так верила тебе! Мам? А ты меня обманула.

Мам? Ты помнишь? Я же потом приезжала. Ты обещала, все бросить. Ты же справишься, ты должна была, ради меня, ради бабушки. А ты мне не открыла. Ты не открыла мне. Я так билась в эту дверь. Ты была там и не открыла. Ну мама? Ну как же так? Ты закрыла последнюю дверь передо мной. Я знаю, что ты была там, я знала, я чувствовала, мам.

Я так люблю тебя, мам, но дверь ты так и не открыла. А потом ты умерла…

2.2

Последнее, что я помню, ее красный пиджак, выглядывающий из дверей морга. Я тогда все поняла. Я тогда все поняла. Что мама умерла. От меня не скрывали, но прямым текстом мне никто об этом не сказал. Не подготовил. Как будто я должна была увидеть сама и убедиться. Я ведь к маме на праздник собиралась, а мне никто не сказал.

– можно я одену то голубое платье, мы ведь к маме на праздник?

– давай что-нибудь другое.

К нам приходило так много людей в те дни. Я просто продолжала жить. Я играла с детьми на улице.

–а где вы сегодня были?

–мы к маме на похороны ездили

–…..

Я запомнила тот ступор людей, их глаза. Их глаза полные ужаса от моих слов, от моего ответа, от моей реакции. Я будто сообщила им обычную новость, происходящую каждый день. Когда они мне задавали самые обычные вопросы, как мои дела, когда я играла с подружками на улице, чем я сегодня занималась и между делом просто сказала, про смерть мамы. Как будто это был пустяк, мелочь, не стоящая в общем внимания. Моя мама умерла, а я просто продолжала играть на улице.

У меня умерла мама, а я об этом не знала. Я не чувствовала, что части меня уже нет. Не чувствовала.

И потом – этот красный пиджак. Это чертов красный пиджак, спустя двадцать лет так и сидит в моей памяти, в этой открытой двери морга, торчащий красный пиджак. И осознание – мы к маме не на праздник пришли, а прощаться.

Возле морга было так много людей. Такой бесконечный поток людей. Как много людей хотели поддержать нас. Бабушку. Меня.

Мам, мне 8 лет. Помнишь? Ты такая красивая в этом гробу. Мам, я люблю тебя. Это же не справедливо, это неправильно, так не должно быть, почему? Я должна поцеловать тебя на прощание. Мы не должны прощаться, у нас же столько впереди еще всего? Как я без тебя в этот мир? Мам? Ответь!

В твоих глазах – вся моя жизнь,

Мой первый шаг и первый крик,

Моя улыбка, моя боль,

Я помню все еще живой.

Твой нежный взгляд и теплоту,

В душе твой образу берегу.

Твой голос слышится вдали,

Ты будь счастливой, за двоих.

2.3

Я жила без тебя. Моя внутренняя защита работала. Ты была во мне и в то же время – тебя не было. Я совсем не говорила о тебе и не спрашивала. Знаешь, мам, как странно. Я совсем не вспоминала о тебе. Я продолжала жить без тебя, как будто тебя изначально и не было.

Я так упорно защищала свои воспоминания о тебе. Я взрослела. Но тебя рядом не было. Не было рядом. Не было в мыслях. Ты как будто не приходила в мою жизнь. Мам, а ты точно была?

Ты, конечно, была. Ты была в моей жизни восемь прекрасных лет. Ах, как жаль. Как жаль я почти ничего не помню. Я знаю – ты была. Ты была рядом. С тобой, я уверена, связано очень много прекрасных воспоминаний и моментов. Но детство, детство, такая прекрасная пора, когда ребенок не сильно запоминает происходящее. Мам, я знаю. Я знаю, что мы были вместе, мы жили вместе. Пусть и не всегда. Но это было наше время. Наше столь короткое время.

Я бы так хотела заплыть на этот островок воспоминаний, где смогла бы вспомнить наше с тобой время. Наши с тобой вечера. Только нас. Хоть немного вспоминать нас с тобой. Мам, ты же меня обнимала? Ты говорила, как любишь меня? А строили ли мы планы на будущее, мам? Мам, ты помнишь? А я не помню.

Я так злюсь на людей, которые знали тебя. Помнили тебя. Помнили тебя гораздо больше, чем я. Им так повезло знать тебя. Помнить тебя. Я знаю, мам, это неправильно. Но я все равно так злюсь на них. Злюсь на сравнение со мной. Ведь они говорят, что мы так похожи, мам? Правда похожи? Я же не знаю. Мам? Я не помню, мам. Поэтому я так и злюсь на них. На их нетактичность, на их порыв сравнить нас. На попытку причинить боль. Они же не думают о том, как это больно. Как это неправильно. Взрослые глупые люди, мам. Я злюсь, мам, но быстро их прощаю. Я знаю, что они не со зла. Они просто не понимают. А оправдываться я не хочу.

Я готова кричать от возмущения. Я взрослая мам, я выросла. Без тебя. А они продолжают говорить о том, как мы похожи, мам. Мам, а мне не ведь неприятно. Понимаешь? Я же тебя не помню. Я не знаю тебя, мам. А они этого не понимают. А я все так же злюсь. У них у всех были мамы. У них была ты. А у меня тебя не было, мам. Это неправильно.

2.4

Знаешь, мам. Я справлялась без тебя. Пока я была ребенком, я жила без тебя. Да, нелегко, конечно. Но как ребенку, мне было проще без тебя. Я не знаю почему, мам. Но тогда мне не нужно было. Не нужна была ты. Тебя не было и это был факт. Но, конечно, это ложь. Мои чувства сидели глубоко внутри и просто ждали своего момента. Когда вулкан должен был взорваться. И лава заполнила бы всю мою жизнь и «ближайшие города».

Знаешь, мам, в школе все было хорошо. Относительно хорошо. Я хорошо училась, я дружила с детьми. Я не сильно уж и замкнутым ребенком была для такой жизненной ситуации. Просто иногда могла расплакаться по пустякам. Но с кем не бывает. И еще. И еще мне всегда нужна была рядом бабушка. Тебя не было, мам, но она была. Всегда была. Почему же тебя не было…

Знаешь мам, я жутко раздражалась, когда задевали тему родителей. Никто в этом не виноват. Невозможно находится в этой жизни, в этом мире и избегать слова «мама». Только если в тундру переехать и ни с кем больше не общаться в этой жизни. Поэтому я и раздражалась, ведь у всех рядом окружающих меня детей и взрослых – были мамы и папы, а у меня только бабушка. Но зато какая. Но смысла это не меняло. Я злилась. Внутри, я очень сильно злилась. А потом просто смирилась. Сделать я ничего не могла, просто продолжала жить. Без тебя.

А потом подростковый период. И все пошло наперекосяк. Мне срочно понадобилась ТЫ. Мам, ты мне была очень нужна. И я уже начала злиться и обижаться. На тебя, на мир, на всех. Потому что мне нужна была моя мама. Я начала обижаться на тебя. Я не могла принять твой выбор, твою жизнь. У меня было к тебе очень много претензий. А потом я встретила женщину. И она перевернула мою жизнь. Мое отношение. Мам, понимаешь?

Как хочется сказать «спасибо за все»

Ты меня родила, ты кормила меня,

Ты просто была со мной рядом,

И за это тебе благодарна.

Я росла, но всегда ты со мной

И не важно, что дел было много

Для меня ты была самой лучшей их всех

Но Мама, тебя так рано не стало.

Как раз время пришло

Мне был нужен совет,

А тебя уже нет

Было столько проблем.

Я тебя не забыла

Ты была лучше всех

В сердце ты навсегда

И не скроешь от всех.

Мне казалось, тебя придаю

И мне стало тяжело и обидно

Но тебя я как прежде люблю

Мне помогут, спасибо за это.

2.5

Мам, знаешь, она дала мне столько любви и чувств. Я не думала, я не знала, что так можно любить, мам. Именно такой любовью, дочери к матери. Ее столько у меня оказалось. Мам, прости. Я не могу тебе объяснить, у меня нет слов, я не знаю почему, я не могла этой любовью поделиться с бабушкой. Мам, ты ведь меня понимаешь? А с ней могла. Мой вулкан взорвался. И лава накрыла всех.

Мам, я так ее полюбила. Я так часто начала думать о тебе. Что это могла быть ты. Вся моя любовь могла окутать тебя. Но тебя мам, не было. Ты умерла.

Я часто начала думать о том, что ты мне нужна. Ты мне срочно понадобилась. Мне срочно нужна была мама. Я же взрослею, мам, а как же девчачьи секретики. А кто меня всему научит, мам. Мам, я же не умею ничего.

А она мне помогала. Мам, я часто думала о том, что она стала мне как вторая мама, и так боялась признать это. Признать это – предать тебя, предать бабушку. А что мне нужно было делать, мам? Я не знала, мам. Что делать с этой любовью, с этими чувствами. Куда их можно деть?

Бабушка считала, что я ее предаю, что я сошла с ума, раз связалась с женщиной. Мам, а как же я могла ей признаться, что мне нужна мама, мне нужны чувства. Я не могла мам, не смогла. Я столько боли причинила бабушке, мне нет оправдания, я знаю, мам. Но я не знала, что делать. И делала только хуже.

Во мне открылась нежность. Я поняла, что обнимать кого-то – это нормально. Эта женщина, она открыла во мне все потайные ходы. Оказывается, я умею чувствовать, оказывается во мне есть нежность, мам. Я так хотела этим делится с тобой. Я так хотела, чтобы на месте этой женщины была ты. Но тебя не было.

Мам, я так боялась признаваться во всем себе и тебе. Я так часто плакала, я так боялась потерять все что имею, так боялась. Что совсем забыла про бабушку. Мам, я не знаю, почему так произошло. Я не знаю, что надломилось во мне. Все что скрывалось, вырвалось наружу и больше не хотело прятаться. Хотелось кричать, хотелось выть. Хотелось, чтобы все прояснилось. Чтобы все стало на свои места. Чтобы все стало как раньше. Я не хотела это все чувствовать. Это так больно мам, чувствовать. Чувствовать любовь, чувствовать боль от нее. Мам, оказывается любить это очень больно. Любимые люди причиняют нам такую боль, мам. И мы им тоже причиняем. Мы не осознаем. Мы разрываем душу и сердце на осколки, вдребезги. А потом не знаем, как собрать.

Мам, я все это прочувствовала. Я поняла мам, от чего я так все детство пряталась. Почему все это сидело глубоко внутри. Потому что это невыносимо, мам. Невыносимо. Любить, мам.

Мам, эта женщина. Она любила меня. Но она разбила мне сердце, мам. Первая, разбила мое сердце ты. Ты ушла. Ты предала меня мам, понимаешь. Понимаешь мам, на сколько я злюсь на тебя. Я выросла мам и обиделась на тебя. На тебя, за твой выбор. Мам, я же все помню. Помню, все что не должна помнить. Но я помню, мам. Помню, как ты «закрыла» дверь перед мной, мам.

И она, она мне тоже разбила сердце. Показала, что такое любить, что такое возможно. Моя душа была раскрыта ей. Оголена. А она, она знала, как я люблю ее, как я привязалась к ней. И ранила меня, ранила меня мам. Неосознанно. Но я поняла, любовь=боль. Мам, как же так. Это должна была быть ты. Ты должна была меня защитить от нее, не дать мне пройти через этот ад. Не дать мне понять, что любить это больно мам. Мам.

Я все чаще стала писать стихи, тебе, ей. О любви. О признании. О боли. Я так просила в этих стихах забрать меня к себе. Мам, я так не хотела жить больше без тебя. Я больше не хотела жить. Я не могла не о чем больше думать, кроме как о боли внутри себя. О всех чувствах в себе. Я не нравилась себе. А нравилась ли вообще когда-нибудь.

Мамочка, если я умру, ты будешь меня помнить,