В тех местах, где братство – жалкий пшик,
И свобода – робкий звон грошовый,
Множатся землянки, шалаши
У страны с поруганной душою.
Всё в руках посмешищ из кругов,
Созданных на чёрных бедах махом.
Край родной – пожива для врагов,
Все, что не украли, стало прахом.
Над костями высятся дворцы,
Люд честной обманут и обгажен.
Прославляют недругов слепцы,
Впрочем, не слепцы, а скот продажный.
В суете больной ночей и дней
Не столкнуть народ с великой сцены.
Хватит нам и силы, и камней
Для неотвратимой перемены.
Оккупанты резво зло вершат,
В барстве неподсудного позора…
Но гремят булыжники в мешках,
Им лететь к желанной цели скоро.
* * *
Полз брюнет не кучерявый,
Лыс, что импортный гранат,
То налево, то направо,
Совершая променад.
Глазки – две больших булавки,
Пара килек вместо губ…
Он дополз до книжной лавки
Потому, что книголюб.
Задыхался он без чтива,
Пять минут прожить не мог.
Потому и полз он криво,
Будто пьяный осьминог.
В лавке хмырь с орлиным носом
Отвечал за книгосбыт,
Относительно причёсан
И фрагментами умыт.
Он – начальник в книжном зале,
Но скрипучий, что кровать.
Чёрти что наиздавали,
А ему вот… продавать.
Покупатель встал на пятки
Из последних самых сил,
И в активной лихорадке
Срочно книжку попросил.
Пожелал в картинках книжку,
Ликом бел, как будто мел,
Про пузатого парнишку
И о том, как он худел.
А ещё про эльфов в бане,
И про сыщика в пенсне,
Про шаманку тётю Аню
И кукушку на сосне.
Про сенаторов и мэров,
Про забавы важных лиц,
Про простых пенсионеров
С их богатством без границ.
Про душевность президента,
Про последствия жары,
Про народные приметы…
Килограммов шесть муры.
– Надо поддержать мужчину!
Хмырь встревожил рыком зал.
– Принесите чертовщину
Ту, что лысый заказал!
Книголюб ушёл с задором,
Всем прохожим ни чета.
Он под первым же забором
Притулился и… читал.
– От рожденья до погоста,-
Пробубнил носатый хмырь. –
Люд зомбируют прохвосты.
Обложили даль и ширь.
Может, хмырь устал на книги
Взгляд бросать из маяты,
И бандиты, и барыги –
Не последние скоты.
Их приветливые рожи
Стали добрыми уже.
