Тем временем, покинув королевское ведомство, мужчины вышли на улицу и подошли к ожидающей их карете. Волстен был не совсем обычным призраком. Он обладал прочной материальной структурой, которая позволяла ему ощущать себя почти живым и вести себя соответствующим образом. Открыв дверцу перед герцогом, Волстен коротко сказал:
– Я тебя вызвал не ради леди Вотск. Не только ради нее, – поправился страж. – В провинциальной королевской резиденции произошло два убийства. Найдешь душегубов и заодно проведаешь леди Вотск. Чего я стою и перед тобой распинаюсь? Ты справишься без моих указаний. Садись, поезжай туда и со всем разберись.
– Почему официально не запросили следственную группу? – проявил проницательность герцог.
– В провинциальной резиденции гостит принцесса. Его величество не хочет портить ей праздничное настроение. Охрана удвоена. Ей ничего не угрожает.
– Происходящие убийства каким образом ей объяснили? – вскинул брови Кемирон.
– Она о них ничего не знает. Первое отравление произошло в беседке, второе – в гостевой спальне. Отчитавшись, наставник развернулся, немного пролетел вперед, а после его полноватая фигура исчезла в ночи. Сев на сиденье, герцог приказал кучеру тронуться. Спустя сутки порталами они добрались до королевской резиденции. В тот же день он встретил пропавшую девушку. На одну заботу у герцога стало меньше.
* * *
Утром следующего дня я вновь выслушивала жалобы принцессы из-за скорого ухода герцога.
– Как он посмел уйти и не остался на ужин?!
Я скромно стояла у окна и ждала, когда принцесса успокоится. Выплескивая обиду, она не притронулась к завтраку.
Солнце, отражаясь от снежных сугробов, весело светило в окно. На подъездной площадке перед дворцом дамы, негодуя, размахивали руками. Наравне с принцессой они осуждали герцога за пренебрежение к ним.
Они второй день поджидали его.
Лакей, принесший горячие напитки, споткнулся о пышные дамские юбки и уронил поднос. Звук разбивающихся фарфоровых чашек донесся и до покоев принцессы. Ее высочество вздрогнула и, не глядя в окно, пронзительно провопила:
– Уволить!
Собрав дрожащими пальцами осколки под галдеж гостей, слуга скрылся во дворце.
На звуки причитаний дам на крыльцо вышел статный мужчина. Он был облачен в идеально подогнанный темный камзол, в тон ему брюки и легкие, не по погоде, ботинки.
Он определенно не бедствовал. Мужчина заставил меня вспомнить о герцоге. С раздражением пришлось признать, что Даригил оказался гораздо привлекательнее, чем я ожидала.
Успокоив дам, мужчина поднял голову, и его цепкий взгляд метнулся ко мне.
Я замерла.
Гостиная принцессы располагалась на втором этаже, что не помешало мужчине впритык смотреть на меня.
Наш зрительный контакт разорвал короткий стук в дверь. В гостиную вошел слуга и пропустил к нам герцога Даригила.
– Простите, что заявился к вам без приглашения, – произнес Кемирон дежурные слова.
– Вам всегда рады, – при виде него растаяла Лиетра.
– Рад снова видеть вас, леди Вотск, – поприветствовал он меня, чем вогнал в краску.
Пришлось приподнимать убогую серую юбку и делать ему корявый поклон.
В платье горничной особо не присядешь.
– Выглядите очаровательно, леди. – В голосе Даригила, обращенном ко мне, слышалась мягкая вкрадчивость, отдаленно напоминающая заинтересованность.
Запрокинув голову, встретилась с ним взглядом.
– Спасибо за комплимент… Принести вам чаю? – попробовала улизнуть.
– Вам лучше остаться и никуда не уходить.
– Как скажете… ваша светлость.
– Эм… Вы знакомы? – выказала беспокойство принцесса.
– Не совсем.
– Я не понимаю, – тем самым попросила разъяснений Лиетра.
– Нас друг другу официально не представляли. Мне повезло быть знакомым с графом Вотском, отцом леди Ядвиры.
Я поморщилась, понимая, что он лукавит. Он получил должность моего отца, почему герцогу не испытывать к нему уважение? Переиначивать правду – часть его работы.
– Почему, ваше высочество, леди Ядвира работает у вас прислугой? Разве это не ниже ее достоинства?
Жгучий жар румянца залил мои щеки.
– Ядвира предложила помочь с обслуживанием гостей в преддверии Чудогодия. Ожидается их целое нашествие. Дворецкий, вероятнее всего, не справится один.
– Вы очень самоотверженная, леди Ядвира, – то ли насмехался, то ли сделал мне комплимент герцог.
Напомнив себе о вежливости и терпении, приподняла подбородок.
– Могу я идти? Мне нужно отдать указания слугам и распределить горячие напитки с закусками для гостей.
Приподнимая длинный подол платья, я устремилась в коридор. Миг, и герцог появился передо мной. Избегая столкновения, он ловко поймал и осторожно придержал за талию, не давая упасть.
Герцог стоял ближе положенного, и его терпкий сладковатый аромат окутал меня.
– Приятный аромат, – неудачно обронила я, о чем сразу пожалела.
Неужели я это сделала?! Высказала свои мысли вслух?
Захотелось провалиться сквозь землю.
Стоило немедленно убраться из гостиной.
Я отступила и попробовала обойти герцога.
Но он двинулся в том же направлении, что и я.
– Мне нужно…
– Я помню. Вам нужно отдать распоряжения.
Даригил снисходительно смотрел на меня, словно сомневаясь в моих умственных способностях.
Не сводя с меня глаз, он неторопливо отошел в сторону, уступая дорогу. Не желая задумываться о его мотивах, я опустила голову и поспешила прочь.
– Что вы собираетесь делать сегодня вечером? – остановил меня его голос на выходе в коридор.
Я обернулась к нему и выпалила:
– Работать.
Он кивнул, как бы принимая эту информацию к сведению. Его лицо оставалось непроницаемым. И быть может, промелькнувший интерес в его глазах мне просто померещился.
* * *
Глубоким вечером, когда усталость пронизывала каждую клеточку моего тела, я вместе со слугами села за стол, чтобы насладиться восхитительной кашей, приготовленной нашей искусной поварихой. По сравнению с изысканными блюдами, предложенными гостям, эта скромная еда хоть и выглядела невзрачно, но имела превосходный вкус.
Тишина в поварской и воздух, пропитанный ароматами ранее приготовленных блюд, приятно обволакивали меня, создавая ощущение уюта. После долгого трудового дня, проведенного в кухонной суете, я наконец позволила себе расслабиться. Мягкий свет свечей, сливаясь с мерцающим светом уличных фонарей, создавал приятную атмосферу, располагающую к отдыху.
Усталость постепенно покидала мое тело.
Среди разговоров слуг и звуков стучащих столовых приборов я наслаждалась коротким перерывом. Краем глаза заметив движение у двери, повернула голову.
Устало передвигая ноги, измученные и обессиленные, в поварскую вошли подруги.
– Надеюсь, твой день прошел лучше, чем наш, Яда, – сказала Равила, бросая фартук на стул рядом со мной.
– Ваш ужин, девочки, – поставила перед ними тарелки помощница поварихи.
– Ох, эти избалованные принцессы! – вздохнула Морлин, занимая свое место. – Они всегда чем-нибудь недовольны.
– Лиетра, конечно, не идеальна, но и не вселенское зло, – с улыбкой сказала Равила. – Смирись или ищи другую работу.
– В нашем захолустье?
– Правильно. Где ты перед Чудогодием найдешь себе свободное хлебное место? Принцесса хоть щедро платит! – воскликнула я, пытаясь поднять общее настроение. – Только ради этого стоит смириться с ее изменчивым характером и продолжать работать.
Именно в этот момент в поварскую вошла дочь нашей несравненной поварихи, миловидная зараза среди прислуги. На ее лице мелькнула самодовольная ухмылка. Ее острый взгляд сразу заметил меня с подругами, и она направилась к нам. Она шла с изысканной грацией, вымеряя каждый шаг, подражая плавной походке леди. Гримельда выглядела как непризнанная королева.
– Выглядишь усталой, Ядвира, – пропела она с подозрительно милой улыбкой.
– Не больше, чем ты. – Мой ответ был подчеркнуто вежлив, но дочь поварихи не торопилась от меня отставать.
– Никого интересного днем не встретила?
– На кого-то конкретного намекаешь? Если у тебя что-то есть сказать, говори прямо, – бросила ей вызов Равила, вытирая руки о фартук, свисающий со спинки стула.
Гримельда весело рассмеялась.
– Ах, я всего лишь хотела узнать, что понадобилось герцогу Даригилу от нашей тихони.
Дочь поварихи везде совала свой нос.
– Тебе какая разница? – умышленно грубо спросила я, понимая, что от нее не избавиться.
Гримельда ответила зловещей улыбкой:
– Злишься? Неужели принцесса узнала о твоей интрижке с герцогом?
Прогнав посудомойщицу, она умышленно села напротив меня.
– Гримми, строить догадки – не твое. Тебе бы лучше заняться полезным делом, например, мытьем грязной посуды. Посмотри, сколько ее за вечер скопилось, – хлестко ответила ей, чем вызвала смех у остальных слуг.
– Тебе нужно, ты и мой, – пододвинула она к себе тарелку с кашей.
Стараясь выглядеть спокойной, хотя внутри все бушевало от гнева, вновь обратилась к ней.
– Давай расскажи, Гримми, откуда ты узнала о нашей встрече с герцогом Даригилом?
– О, дорогая Ядвира, в этом дворце даже у стен есть уши. Здесь постоянно разносятся разные слухи. Например, одна из горничных недавно шепнула мне о вашей встрече с герцогом. Другая утверждает, что с вами находилась ее высочество. Меня заинтересовало, о чем вы там втроем шептались.
– Странно, что ты не прибежала и не подслушала под дверью, – ехидно ответила я.
Дочь поварихи несколько мгновений молча изучала меня, прежде чем снова расцвести в ухмылке:
– Интересно, почему ты беспокоишься о том, что я узнала о вашей встрече с герцогом, Ядвира?
И действительно – почему?
Прощаясь с прежней жизнью, я продолжала цепляться за нее, опасаясь за свою репутацию.
С полной решимостью не дать Гримельде увидеть мою тревогу, равнодушно пожала плечами.
– Не люблю, когда за мной шпионят.
Несмотря на легкомысленный тон, Гримельда почувствовала мою фальшь.
– Ты совсем не умеешь врать, Ядвира. Имей в виду, тебе никогда не удастся обмануть меня.
– Даже пытаться не стану, – заверила ее. – От тебя не утаишь ничего, особенно когда есть слуги, готовые доложить тебе о каждом моем шаге.
Поигрывая ложкой в тарелке, Гримельда устремила свой взгляд на верных ей горничных.
– Именно, дорогая. Со мной лучше дружить. Вот только не все это понимают.
Затем она посмотрела на меня, и ее взгляд похолодел. Наполнился льдом.
