– Ну и что это за безобразие тут творится? Взрослые мужчины, да ещё и с оружием, на которое нужно специальное разрешение, угрожают ребенку.
Женщина щелкнула пальцем, и над её головой вспыхнул небольшой светящийся шар, достаточно яркий, чтобы развеять мрак ночного переулка.
– Я не знаю, кто вы, но это не ваше дело, – крайне вежливо, но настойчиво сказал игрок лисице. Если бы не демонстрация магии, таким вежливым он точно не был бы.
– Не мое? – картинно удивилась она. – Люциус, скажи, вмешиваться мне или нет?
– Так вы знакомы? – опешил «стрелок», сообразив, что расклад сил вот-вот поменяется. Огнестрел – это хорошо, но лишь когда против тебя простой человек, а не маг.
– Люциус… – женщина бросила на меня хмурый взгляд и скрестила руки под грудью.
– Ох… – закатил я глаза. – Госпожа де Фрэн, не могли бы вы разобраться с этими премерзкими бандитами?
– Кого ты назвал мерзк…
– Так-то лучше, – взгляд лисицы смягчился, а на губах заиграла довольная улыбка.
«Стрелок» сообразил, что главная угроза сейчас исходит от колдуньи, и направил на неё дуло револьвера, но практически сразу взвыл от боли. Женщине достаточно было сделать едва заметный жест, начертив в воздухе магический знак, и оружие в руках мужчины начало плавиться. Раскаленный метал стекал ему на руку, и от запаха паленой плоти я поморщился.
Этого оказалось достаточно, чтобы у остальных включился режим самосохранения, и они поспешили прочь. Колдунья им не мешала, провожая уносящих ноги мужчин насмешливым взглядом.
Красуется…
Когда женщина приблизилась к нам, Рол тут же натянуто улыбнулся.
– Ну и как это понимать, Люциус Готхард? – спросила она, взяв менторский тон. – Почему я среди ночи должна выискивать тебя по ночным переулкам и спасать от бандитов? И… погоди… – она оказалась совсем близко, буквально вторгаясь в мое личное пространство, из-за чего я слегка смутился. Несмотря на возраст, Аида де Фрэн была настоящей красоткой, и когда она оказывалась в непосредственной близости, гормоны невольно били в голову. – … от тебя что, пахнет алкоголем?!
– Я не… Ай-яй-яй-яй… Отпусти…
Она схватила меня за ухо, словно мальчишку. Рол дернулся, чтобы помочь, но напоролся на крайне многозначительный взгляд лисицы, и тут же попятился назад. Да что уж говорить, в такой ситуации я бы и сам не стал с ней связываться.
– Что нужно сказать?
– Прости…
– А?
– Простите, госпожа де Фрэн!..
– Так-то лучше, – смягчилась лисица, отпуская мое ухо. – То, что тебе сегодня исполняется двадцать, не значит, что ты можешь напиваться во всяких притонах.
Вот вечно так… Я могу напиваться в таверне, хорошо проводить время в компании красивых и становящихся доступными, увидев деньги, девиц, но при этом стоит Аиде де Фрэн оказаться рядом, как я вновь превращаюсь в виноватого мальчишку…
– Довольно на сегодня гулянок, Люциус, – тоном, не терпящим возражений, сказала она и бросила хмурый взгляд на дядю Рола.
– Я, пожалуй, пойду, Люц. Оставлю вас наедине, – тот натужно улыбнулся и стал отступать, желая поскорее скрыться, пока лисица не решила, что одних слов маловато. Как-то она подожгла дяде Ролу штаны, после чего в её присутствии он стал гораздо смирнее.
– Предатель… – буркнул я, провожая его взглядом, и даже если дядя это услышал, то никак не отреагировал. Он скрылся во тьме переулка, а мы с Аидой остались один на один.
– А теперь тебе пора домой.
* * *
– Как ты вообще тут оказалась? – поинтересовался я. – Мне казалось, что ты сейчас в Фальдарской Империи на дипломатической миссии.
– Я и так проторчала там два месяца, – закатила глаза де Фрэн. – Хватит с меня молодого императора и его свиты. Все не оставляет попытки сделать меня своей советницей, но я пока-что отбиваюсь.
Я усмехнулся и одновременно немного порадовался. Если бы Аида приняла предложение, то вряд ли бы мы виделись часто.
По правде говоря, эта рыжая лисица была моей первой любовью. Точно и не помню, когда именно пришло это озарение. Наверное, в тот момент, когда я будучи подростком пробрался на чердак, чтобы через щель в потолке подглядеть за тем, как она моется.
И когда я вспоминаю то время, то невольно заливаюсь краской. К счастью, эта дурость быстро вышла у меня из головы. В конце концов, Аида де Фрэн несмотря на то, что на вид ей и тридцати не дашь, годится мне не то что в матери, а скорее в прабабки. Вроде бы Эби шепнула мне тогда, что Аиде стукнул седьмой десяток лет, и это как-то резко охладило мои гормоны. Но я её бабушкой даже после этого воспринимать не мог, скорее уж старшей сестрой.
– Значит, ты надолго? – с легкой надеждой поинтересовался я.
– Ах, если бы, – вздохнула она. – Тут дел тоже хватает. На самом деле я приехала за твоими сестрами.
– Уже? – опешил я. – Мне казалось, что ты заберешь их обучаться лишь через пару месяцев.
– Планы поменялись. Да и не вижу смысла тянуть. Давно нужно заняться их обучением серьезно.
– Они правда могут стать гораздо сильнее тебя?
– Они уже гораздо сильнее меня, если говорить о чистой силе. Их дар огромен как океан, но это когда речь заходит про обеих.
Аида говорила о «резонансе». Эбигейл и Мара – близнецы, и по отдельности их дар весьма посредственный, возможно даже слабее, чем у меня, но стоит им объединить усилия, как их сила становится выше, чем у некоторых архимагов.
– Но они слишком на это полагаются. Чуть что, так сразу пытаются объединять силы, при этом толком не умея их контролировать. По-хорошему, их нужно временно разделить, и чтобы каждая практиковалась индивидуально.
– Вряд ли это будет так легко. Они не разлей вода.
– Вот именно поэтому я и надеялась, что ты мне посодействуешь, – хитро ухмыльнулась колдунья и, протянув руку, ущипнула меня за щеку, при этом состроив жалостливую гримасу.
– Ну уж нет, – отказался я, высвобождая свою щеку. – Тебе надо, ты и убеждай.
Она тут же надулась, видимо надеясь вызвать у меня чувство вины, но такая ерунда может пройти с сестрами, но уж точно не с ней. Мое сердце кремень!
Мы прошли еще улицу, и Аида сообщила, что дальше можно не топать на своих двоих, а затем подвела к экипажу без коня.
– Не боишься, что кто-нибудь его угонит или заберется внутрь? – поинтересовался я, осматривая крайне дорогую на вид повозку.
– Пусть попробуют, – подмигнула мне колдунья и взмахнула рукой. Тот час на том месте, где должны были находиться лошади, появились два крупных огненных лиса. – Залезай. Домчимся до дома в мгновение ока.
Ну, насчет «в мгновение ока» она все-таки погорячилась, но путь действительно пролетит довольно быстро. Минут двадцать, не больше. А ведь если бы я искал обычного возницу, то до дома добрался бы минимум за час, а то и за полтора.
В дороге Аида рассказывала о том, что творится в мире, а я сидел и слушал, развесив уши. Особенно насчет того, что происходит в Черной Башне, и это не укрылось от внимания лисицы.
– Все ещё планируешь вступить в Черный Орден?
– Да. Мне же теперь двадцать, – я довольно ухмыльнулся.
– Ну да, ну да, – улыбнулась она. – Я привезла тебе подарок, кстати.
– Подарок? – слегка заинтересовался я.
– Несколько книжек по магии, из тех, что в обычных магазинах не найдешь.
Услышав это, я скривился.
– Вот не надо, Люциус. У тебя сильный дар.
– Что толку в сильном даре, если у меня руки из задницы?
– Все не так, – настаивала на своем де Фрэн. – Прояви ты больше энтузиазма, мы может быть нашли бы выход.
– Обойдусь, – отмахнулся я от её предложения.
Я не любил магию, и причин для этого было более чем достаточно. Дар у меня был не прям выдающийся, но достаточно крепкий. Скорее всего, будь я «нормальным», то смог бы стать вполне себе сильным волшебником. Не кем-то вроде Аиды, но и не совсем уж жалким магом, что способен лишь на простые чары. Вот только… все упиралось в то, что моя магия нестабильна. Плетения, что я рисую, практически сразу теряют стабильность, и едва ли дело в контроле. Нет, они просто распадаются, стоит их начертить. А уж если я попробую в эти нестабильные плетения влить силы, то итог получается… взрывной.
Когда мне было тринадцать, из-за моих глупых игр в магию Мара чуть было не потеряла руку. До сих пор содрогаюсь от воспоминаний о том дне, когда я прижимал к груди окровавленную сестру и бежал, пытаясь найти хоть кого-то. Все закончилось благополучно, но тогда я решил, что нам с магией не по пути. Это сестрам нужны тренировки и наставления, ведь их сила гораздо больше, а я прекрасно обхожусь и без дара.
Аида огорченно вздохнула и покачала головой. Она все ещё питала надежду, что я передумаю, но не слишком давила, за что ей огромное спасибо. Лишь изредка, может раз в год, делала робкие попытки заинтересовать меня.
– Черный Орден, значит… – Аида бросила взгляд в окно и грустно улыбнулась. – Может это и к лучшему. В конце концов, его основал твой отец.
– Я хочу туда попасть вовсе не из-за него, – не люблю я разговоры об отце. – Меня интересуют другие миры. Ты же была там?
– Разумеется. Но не во всех. Примерно в четырех из четырнадцати. Но, как я слышала, до конца года Зеркальная Комната скорее всего сможет присоединить к портальной сети ещё три мира.
– Правда?! – оживился я. Это была поистине эпохальная новость. После ухода богов из Башни Зеркальная Комната могла устанавливать проходы всего лишь в несколько миров. Со временем их количество увеличивалось, и каждый новый мир был настоящим событием. А тут сразу три!
– Я так слышала, – пожала лисица плечами. – Магистр Ториг не слишком любит говорить о вещах заранее, так что пока лишь слухи. Но, зная свои источники, с большой вероятностью все так и есть.
От услышанного меня охватила легкая дрожь. Как же мне хотелось побывать там. Быть тем, кто первый ступит на неизведанную землю!
И однажды этот день придет!
– Ты ведь в курсе, что можешь побывать там и без вступления в Орден? Хватает торговцев, что отправляются в Мральдарим, например. Или Эндиор. С ними у нас активное торговое соглашение, и попасть в эти два мира довольно легко. Одно мое письмо и…
– Нет, – покачал я головой. – Ты меня не понимаешь. Я хочу стать первопроходцем. Первым, кто войдет в один из НОВЫХ миров. Кому интересно идти проторенной дорожкой? Нет, я хочу оказаться там, где не ступала нога человека… и зверочеловека, – поправил я себя, вспомнив, кто именно сидит передо мной.
– Ах, вот оно как, – она засмеялась. – Но это будет не просто, ты же понимаешь? Даже учитывая, кто твой отец, Ториг вряд ли включит тебя в отряд первопроходцев, если у тебя не будет соответствующих навыков.
– Да я и не жду, что это случится завтра.
Аида не спорила и не отговаривала. Ещё одна причина, почему она мне очень нравилась.
– В таком случае я немного поторопилась с учебниками по магии, – вздохнула она. – Нужно было подарить тебе что-нибудь воинское. Защитные амулеты и прочее. Что-нибудь, что не так легко достать.
– А вот от этого я не откажусь.
Она в очередной раз улыбнулась, бросив на меня мягкий взгляд, а затем отвернулась к окну.
Оставшуюся часть пути я провел в полудреме. Сказывалась усталость, да и лисица тоже явно давно бодрствовала. Так что момент, когда её повозка без кучера прибыла в наше семейное поместье, я как-то пропустил. Помню, что прикрыл на минуту глаза, а открыл их из-за того, что наш транспорт стал замедляться.
– Мы что, уже приехали? – зевнул я, выглядывая в окно.
– Да, – кивнула Аида, отворяя дверь.
На улицу я вышел первым и тут же поморщился, увидев, как парадный вход отворился, и на пороге появилась рыжеволосая женщина в голубом халате. Она бросала на меня гневные взгляды, уперев руки в бока.
– Люциус Готхард! – строго заговорила она. – Ну и как это понимать?! Ты хоть в курсе, который час?!
– Понятия не имею, – виновато улыбнулся я и тут же получил подзатыльник, но, резко развернувшись, никого не увидел. Опять теневая магия Фии… – Эй, бить любимого пасынка – это перебор, не находишь?
– Бить? Я разве хоть пальцем пошевелила? – Фия демонстративно посмотрела на Аиду, на что та улыбнулась и пожала плечами. – И «любимый» пасынок вообще-то не стал бы расстраивать своих не менее любимых сестер.
– Они спят?
– Да, уже давно, – голос женщины стал чуть мягче, но в нем все ещё улавливались строгие нотки. – И уходили очень расстроенными. Они хотели отпраздновать твой день рождения, и даже если тебе это не нужно было, то мог бы сделать это ради них.
– У меня были дела, – сухо ответил я.
– Знаю я твои дела. Кабаки с Ролом. Помяни мое слово, этот проходимец создаст тебе ещё кучу проблем. Не хочу слышать никакие оправдания. Иди в свою комнату и…
Я не стал дослушивать, просто вошел в дом и побрел в сторону лестницы на второй этаж. Но в самый последний момент чуть подзадержался, бросив взгляд на гостиную. Там стоял торт с несколькими отсутствующими кусками, грязная посуда и большой плакат с надписью «С днем рождения, Люц».
Эби и Мара правда ждали мой день рождения. Для меня это был просто день, после которого я наконец смогу делать со своей жизнью то, что сам захочу. Но для девочек это было нечто важное, и смотря на оставшееся от праздника, я невольно испытал чувство вины.
Стоили ли те несколько сотен марок и драка в подворотне испорченного праздника? Наверное, все-таки нет…
Я уже собирался сделать шаг по лестнице, как услышал отголоски разговора Фии и Аиды.
– Просто невозможный ребенок, – причитала мачеха. – Кажется, когда ему было пятнадцать, было даже проще чем сейчас.
– Ты его слишком опекаешь. Он уже давно не ребенок, но ты продолжаешь к нему так относиться. Я давно говорила – тебе нужно просто его отпустить.
– Я за него волнуюсь, – вздохнула Фия. – Его постоянно тянет в какие-то авантюры, и если за ним не приглядывать, то он обязательно во что-нибудь влипнет. Ну вот почему он не может быть такими же, как его сестры? Даже сегодня… Ведь он знал, как девочки ждали этот день, но он намеренно все испортил! Все лишь бы позлить меня.
Я скрипнул зубами со злости, не то на неё, не то на себя. Мне не хотелось расстраивать Фию, но Аида была права. Мачеха слишком пыталась меня контролировать. Если бы не она, то я бы ещё пару лет назад смог поступить в Черный Орден.
Хотя нет… Несмотря на все попытки меня остановить, сама Фия была бессильна. Настоящая причина, почему я все ещё жил дома, а не сбежал куда-нибудь, это Эби и Мара. Если бы не девочки, ноги моей не было в этом доме уже как много лет. Но я все ещё тут, все ещё по пять раз на дню ругаюсь с Фией, а сестры нас мирят.
Задумавшись, я немного потерял нить их разговора.
– Погоди, ты уезжаешь? – опешила Фия.
– Да, извини. На сегодня у меня назначена ещё одна встреча, так что вынуждена уехать. Я приеду завтра после обеда, тогда сможем поболтать и повспоминать старые деньки. Привезу с собой бутылочку дорогого фальдарского вина.
