Лицо Патрика стало кислым, – ох, как ему не по душе такой поворот! – но пойти на попятный он уже не мог.
М-да, если «с милым рай и в шалаше», то Оллсоп этот самый шалаш Джинни с Патриком обеспечил. Интересно, как этому светскому хлыщу понравится экономить?
Вот Джинни мне не было жаль ни капельки. Поделом ей! Чуть не сломала жизнь трем ни в чем не повинным людям. Очаровывала бы своего Патрика естественным путем! Тоже не очень красиво отбивать жениха у кузины, но все равно лучше, чем подливать подозрительные зелья.
– Мы не возьмем, – вмешался Стивен, обняв невесту за талию. – Нам с Николь не нужен откуп.
– А я возьму, – Мэри вдруг улыбнулась, и эта улыбка сделала ее лицо удивительно красивым. Она поднялась и одернула юбку. – Я даже знаю, как распоряжусь этими деньгами. Давно хотела учиться в колледже, а родители не позволяли. Мечтали о внуках, видите ли!
– Мэри, дорогая… – промямлила ее мать, но ее никто не слушал.
– Дорогой, как хорошо, что мы не породнились с этой семейкой! – заявила миссис Донован, беря мужа под руку.
Кажется, теперь Николь уже не казалась ей большим из двух зол.
А мистер Оллсоп неслышно подобрался ко мне, склонился почти к самому уху и шепнул:
– Впечатляет? – он взглядом указал на влюбленные парочки и приободрившуюся Мэри, которая улыбалась, должно быть, прикидывая, что хочет изучать в колледже. Николь со Стивеном украдкой целовались. Джинни с Патриком держались за руки и что-то негромко обсуждали.
– Да, – призналась я.
– А ведь без вашей помощи, мисс Вирд, этого бы не было, – заявил Оллсоп и подмигнул.
Глава 2. Плюшки с темными делишками
– Синтия! – позвала Клалия, заглянув на кухню. – Да прервись ты на минутку!
– М-м-м? – я орудовала скалкой, высунув от усердия кончик языка. Семь потов сойдет, пока раскатаешь! Ведь чем тоньше тесто для штруделя, тем будет вкуснее.
– Давай выпьем чаю, – предложила Клалия, и я от неожиданности чуть не прикусила язык.
Она не заболела, случаем?
– Чаю? – переспросила я недоуменно.
Может, это мне мерещится с недосыпу? После той истории с гангстерами я вызвала слесаря, который поменял замки и установил толстенный засов. Теперь я могла надежно запереться изнутри, но все равно вздрагивала от любого шороха.
Клалия на мгновение поджала тщательно подкрашенные губы. Потом улыбнулась так сладко, что хоть сироп вари.
– Чаю! Знаешь, такой напиток, заваривается кипятком? У меня к нему кое-что есть.
И продемонстрировала мне кулек с шоколадными конфетами.
Подозрения мои росли и крепли. С чего бы такая щедрость?
– Давай, – все же согласилась я. Не хотелось обострять отношения, мы и так не очень-то ладили. – Только у меня всего четверть часа.
– У меня не больше, – отмахнулась Клалия, подошла к зеркалу и поправила кокетливо завитую прядь на виске. – Улучила минутку, пока никого нет.
Я отряхнула руки от муки и сняла передник. Ух, пожалуй, передышка не помешает. Конец мая – начало июня – самая жаркая пора. В это время студенты поглощают выпечку тоннами. Что лучше сладостей поможет успокоиться перед экзаменом, отметить удачную сдачу или подсластить горечь поражения? Словом, в «Си-бемоль» был аншлаг.
Миссис Гилмор рассказывала, что раньше сюда захаживали в основном театральные критики – публика не то, чтоб безденежная, но скаредная. Еще, конечно, небогатые актеры, а с этих-то что взять? Зато когда из соображений экономии закрыли столовую при Академии искусств, студенты валом повалили в «Си-бемоль». Теперь миссис Гилмор подумывала организовать доставку и столики на улице. А главное, наконец-то нанять еще парочку официанток и посудомойку! Не дело, что чашки с блюдцами перемывает по ночам уборщица, а днем мы с Клалией вынуждены справляться сами.
Я поставила чайник на огонь, Клалия выложила в вазочку конфеты и вымыла чашки.
– Синтия, – начала она, когда чай был разлит, – детка, какие у тебя планы на будущее?
От таких вопросов я подавилась чаем. Откашлявшись и вытерев слезы, я с подозрением покосилась на нее. «Детка»?! Планы?
И – клянусь! – она мне улыбалась.
– Ну-у-у, – протянула я растерянно.
– Не надо стесняться, – Клалия потрепала меня по руке. – Мы же все свои.
Она громко отхлебнула чаю и протянула руку за третьей конфетой. Все подозрительнее и подозрительнее. С чего бы Клалии так нервничать? Даже на фигуру наплевала, вон как сладости трескает!
– Кхе-кхе, – я старательно еще раз прочистила горло и тоже решила попробовать угощение. Развернула шуршащий фантик, откусила немного. Клалия не поскупилась. Обваленный в какао трюфель был хорош: свежий, в меру сладкий, с легкой шоколадной горчинкой. М-м-м!
Я даже глаза прикрыла от удовольствия. Поймала неодобрительный взгляд Клалии и сообразила, что не ответила на вопрос. Невежливо как-то.
– Никаких планов, – призналась я.
Чистая правда, кстати говоря. Какой смысл загадывать, если все может перемениться в один момент? Как в тот день, когда вдруг упала замертво мама. Или в тот, когда на меня свалилась эта дурацкая история с «феей наполовину». Кстати, мистер Оллсоп не объявлялся вот уже неделю, после разговора у Донованов. Хотя, может, это к лучшему?
– В твоем возрасте девушке уже пора подумать о будущем! – Клалия не выдержала, сбилась-таки на поучительный тон. – О семье, о детях.
– Наверное, – не стала спорить я.
– Тем более, работа у тебя неплохая, квартира в столице есть, – продолжила она рассудительно. – Еще бы мужа хорошего!
– Да где же его взять? – попыталась отшутиться я.
Это оказалось ошибкой.
Клалия приосанилась, развернула очередную конфету (у нее зубы не заболят?) и сообщила торжественно:
– Я одного такого знаю! Ну, точнее, двоих, но моего Эндрю я тебе не отдам.
И тоненько, совсем по-девчоночьи, хихикнула.
– Да? – переспросила я кисло и попыталась улыбнуться. Сейчас начнется!
– Да! – твердо повторила она и подалась вперед. – Чарли – младший брат моего мужа. Такой хороший мальчик.
Следующие пять минут я выслушивала дифирамбы «хорошему мальчику». Я по опыту знала, что ничего из этого не выйдет (мамины подруги тоже норовили меня кому-нибудь сосватать), но приходилось стоически терпеть и поддакивать. Да-да, умница такой, очень любит маму, с ней и живет… в свои тридцать пять.
Комплименты неведомому Чарли закончились только вместе с чаем. Клалия отнесла посуду в мойку и сообщила как само собой разумеющееся:
– Завтра вечерком встретитесь, прогуляетесь. Надень то голубое платье, ты в нем очень хорошенькая.
– Спасибо, – пробормотала я, смешавшись. Тратить воскресный вечер на Чарли не хотелось, но… как отказать? И все же решилась: – Знаешь, наверное, я буду занята.
Клалия оглянулась через плечо, продолжая ожесточенно намывать чашки и блюдца.
– Весь вечер?
– Весь! – твердо заявила я.
Она насупилась.
– Как хочешь. На твоем месте, милочка, я бы не стала ждать принца!
– Мне и герцога хватит, – натянуто пошутила я, чувствуя мучительную неловкость.
– Ну-ну, – неодобрительно покачала головой она и взялась за полотенце. – Смотри, досидишься! Или ждешь, что он прямо сюда за тобой заявится?
Нетерпеливо звякнул дверной колокольчик.
Поразительно, как легко и грациозно двигается Клалия, несмотря на пышную фигуру. Я лишь головой покачала, глядя, как она плывет лебедушкой в туфлях на высоченных шпильках.
Я только-только снова взялась за тесто, как Клалия позвала громко:
– Синтия! Иди сюда!
Что там опять стряслось?
Я, как была, – в фартуке и со скалкой в руках – выглянула в зал. Клалия улыбнулась мне так, словно у нее болели зубы.
– Там тебя джентльмен спрашивает!
Я взглянула туда, куда она показывала, ожидая увидеть мистера Оллсопа. Посетитель был мне незнаком: высокий блондин лет тридцати, широкоплечий, с резкими чертами лица и квадратным подбородком. Он попивал кофе и с аппетитом хрустел рогаликом с маком.
Увидев меня, он поднял в приветственном жесте чашку.
– Подойди! – шикнула Клалия и замахала на меня руками, как птичница на непослушную курицу. Кыш-кыш!
Что оставалось делать? Бедный штрудель, никак до него очередь не дойдет.
– Здравствуйте, – улыбнулась я, подойдя к столику у окна. – Что вы хотели?
Скалка немного мешала изображать радушие, пришлось спрятать ее за спину.
– Здравствуйте, мисс! – мужчина поднялся и склонил голову. – Прошу вас, присаживайтесь.
Вблизи он оказался еще симпатичнее: приятный медовый оттенок волос, теплые карие глаза, легкая улыбка на тонких губах.
– Спасибо, я постою.
Он не спешил садиться.
– Мне, право, неловко, мисс. Прошу, окажите честь.
Вот как тут отказать?
Я села напротив него, пристроив скалку у вазы с пионами, и сложила руки на коленях.
– Слушаю вас.
– Меня зовут Том Форд, – представился он, задумчиво разглядывая меня.
– Синтия Вирд, – назвалась и я, гадая, что ему от меня понадобилось.
– Рад знакомству. Мисс Вирд, вижу, вы заняты, поэтому не буду ходить вокруг да около. Видите ли, у моей мамы скоро день рождения. От знакомых я слышал, что вы делаете чудесную выпечку.
Он обворожительно улыбнулся.
От неожиданности я растерялась. Он полицейский? Гангстер? Знакомый миссис Лерье? Не проверка ли это? Или я просто все неправильно поняла, сама себя запугала?
Он преспокойно пил кофе, поглядывая на меня поверх ободка чашки.
– Простите, мистер Форд, а от кого вы это слышали? – спросила я, чтобы выгадать время на раздумья.
Он пожал плечами и отставил чашку.
– Это не важно, мисс Вирд. Я готов очень хорошо оплатить заказ.
Значит, обычная подработка? Но брать ее вот так, нагло, прямо в кафе? Клалия ведь тут же помчится с доносом к миссис Гилмор!
– Простите, мистер Форд! – ответила я решительно и поднялась. – Я не могу. Извините, у меня включена духовка!
Цапнула скалку и сбежала на кухню.
И, конечно, стоило только подступиться к распластанному по столешнице тесту, как громовое: «Синтия!» заставило меня подпрыгнуть. Да они издеваются, что ли?!
Само собой, я вернулась в зал. Отшить настойчивого мистера Форда – одно дело, а вот миссис Лерье заслуживала внимания. Она вместе с другой дамой расположилась за тем самым столиком, который раньше занимал мистер Форд. Быстро он ретировался.
– Здравствуйте, миссис Лерье, – улыбнулась я и обнаружила, что по-прежнему сжимаю в руке скалку. – Ой!
И отработанным жестом спрятала ее за спину.
– Синтия, милочка, не стесняйтесь, – миссис Лерье приглушила голос до отдаленных грозовых раскатов, зато глаза ее сверкали молниями. – Нам с Изой как раз нужна ваша помощь.
– Конечно! – объявила я с готовностью. – Какая?
Сердце мое забилось часто-часто. Только бы не печенье с предсказаниями!
– Видите ли, милочка, – начала миссис Лерье, – я давно мечтала организовать обмен студентами с Кантонией, раз тамошние власти наконец-то разрешили въезд в страну. Только не получалось – бюрократические препоны, бесконечные согласования… А недавно, вы не поверите, словно небеса вмешались! Каким-то чудом все решилось буквально за пару часов.
