– Ну и генофонд у вашей семьи! Однако! – не в силах оторваться от рельефного торса Савелия, ответила я за Лизку.
Сестра и вовсе впала в ступор. Нравится ли ей идея, и о чем именно она думает, понять было невозможно.
От мытья косточек несчастному Геннадию-Гэндальфу и ахов-охов на фото брата Рады нас отвлекли одногруппники. Кто-то из девушек с визгом прыгнул в бассейн, подняв тучу брызг и добавив водички в бокалы Драча и Солода. Те не слишком этому обрадовались, судя по выражениям лиц и комментариям.
Переглянувшись, мы рассмеялись.
– Вера, спасибо, что подала идею пригласить всех к себе, – поблагодарила меня Рада.
Сестра с удивлением уставилась на нас.
– Так это ты придумала?!
Я замялась. Идея собраться у Радомилы дома действительно пришла в голову именно мне. Когда ребята после пар решали, где лучше отметить начало учебного года, мнения разделились: половина проголосовала за ночной клуб, а вторая – за загородный отель.
– Раду бы не отпустили отмечать с нами где бы то ни было, вот я и подумала, что если гора не идет к Магомеду…
Лизка покачала головой, глядя на Сибирскую.
– Они вряд ли станут твоими друзьями. Надеюсь, ты это понимаешь?
Рада медленно кивнула с той вежливой улыбкой, с какой всегда выслушивала мнение людей. Лизка не успокоилась и указала глазами на визжащую в бассейне Ирку, за которой гонялись Драч и Солод. Ей помогала Шаманка, поливая загонщиков водой и руганью.
– Сидорова спит и видит, как бы зацепить на крючок кого-нибудь из твоих дальних или не очень родственников вместе с захудалым золотым прииском, а тут такой шанс подвернулся. Она не из-за купальника расстроилась, а из-за того, что ты дома одна.
– Ира не единственная, кто об этом мечтает, – со вздохом согласилась с ней Рада. – Ее подруга Элина тоже не скрывала, что нацелена на «брак с отличием» больше, чем на аналогичный диплом. Она говорила об этом открыто.
– А Чеснок собирался тайком поснимать, как живут «буржуи», – продолжала Лизка. – Как считаешь, он действительно ничего не выложит?
Рада стиснула зубы, но все-таки возразила:
– Пока что он все больше снимает Нинку.
В этот самый момент Попугаева позировала Вите, сидя на краю бассейна. От предложенного Радой купальника она отказалась, дефилируя в красивом нижнем белье. Чеснок, опьяненный видом бордовых кружавчиков на идеальных формах, не отлипал от Нинки весь вечер. За всеми ними свысока наблюдал Молоканцев, потягивая из своего бокала.
– Похоже, Чеснок определил Попугаеву на главную роль в своем фильме, – пошутила я.
– Угу, в порнофильме, – добавила Лизка и отпила глинтвейн. – Что б тебя! – Дернулась она.
– Обожглась? – участливо поинтересовалась Рада.
Лизка кивнула. Не везло ей сегодня с горячими напитками.
– Это тебя бог наказал, чтобы на людей зря не наговаривала, – поддела я сестру.
– Иди ты! – Она плеснула мне в лицо водой.
– Сначала ты на того мужика в лесу напраслину возвела и чаем обожглась, а теперь вот про одногруппников сплетничаешь, и снова твой язык страдает. Все логично!
Лизка налетела на меня, пытаясь утопить. Я завизжала и принялась отбиваться, а Рада хохотала над нами от души, стараясь не мешать нам бороться в небольшом пространстве кедровой бочки.
Ближе к одиннадцати стало совсем прохладно, зато облака разошлись, и занудный дождик, который сыпал весь вечер, прекратился. Переодевшись в теплые вещи, мы переместились на задний двор гостевого дома, где парни под руководством Рады развели костер в большой металлической чаше, а потом снова утащились в бассейн.
Последние полтора часа я пребывала в прекрасном расположении духа, с лихвой получив компенсацию за пережитый во время поездки стресс. Мы разместились вокруг огня на предназначенных для этих целей толстенных бревнах с наброшенными на них меховыми пледами. Пахло горящими березовыми поленьями, хвоей и свежестью. Воздух был таким свежим и вкусным, что кружилась голова.
– Какая же у тебя здесь красота и покой! – улыбнулась я, нанизывая на шампур маршмеллоу.
– А какой размах! – добавила моя сестрица мечтательно. – Настоящее поместье. Охрана. Это тебе не двушка в хрущевке…
– Да брось ты, Лиз, – отмахнулась Рада. – Знаешь, как этот размах порой надоедает?
И то верно. Берегли мою подругу, не хуже, чем дочь президента. Два дюжих охранника следили за каждым ее шагом в универе. Иногда я задумывалась, каково Раде ходить в туалет, зная, что под дверью тебя поджидают молодые, крепкие и довольно симпатичные парни?
А жить по строгому расписанию и даже не иметь возможности задержаться после занятий, чтобы просто поболтать с друзьями, или сходить в торговый центр, в парк? Нет, это явно не то, о чем я бы стала мечтать.
Кажется, Рада подумала о том же и загрустила.
– Но есть же и что-то позитивное? Например, соседи не донимают громкой музыкой и… Лифт точно не сломается. Кстати, а у тебя здесь есть лифт? – попыталась я разрядить обстановку. – Опять же, тишина кругом, экология…
Я расплела косу и пыталась просушить волосы, намоченные во время борьбы, а мой взгляд сам по себе скользил по темным стволам деревьев поодаль от нашего костра. Отсюда совершенно не было видно ограду за ними, и казалось, что всего в нескольких шагах от нас начинается настоящая тайга.
– Если бы я могла, поменялась бы с вами местами, девочки… – грустно ответила Радомила.
– Ну уж нет! – откусывая прямо с шампура подрумянившееся лакомство, отказалась Лизка. – Меня и мое полностью устраивает!
Я покосилась на сестру, которая как будто бы наконец расслабилась и по-настоящему наслаждалась посиделками. Про одногруппников в бассейне мы почти забыли, а те – про нас. Может, и не стоило вовсе собирать столько гостей? Кажется, нам и втроем замечательно.
Будто нарочно руша идиллию, к нам присоединился Молоканцев. Выскользнув откуда-то бесшумно, словно мышь, он плюхнулся на бревно со мной рядом. Поправил пальцем очки на переносице и, вытянув к костру свои длинные ноги, уставился на огонь.
Со стороны гостевого дома доносилась музыка и взрывы хохота. Наши одногруппники пытались исполнить набивший оскомину музыкальный хит. Без труда можно было узнать солирующие голоса Ирки и Элины – уже явно нетрезвые и оттого еще более громкие. Им фальшиво вторили Витька и Сашка, а у Солода получалось на удивление достойно. Ну и квинтет, блин…
Я подняла глаза к небу. Искры от костра терялись среди мириад звезд, над которыми царила огромная, круглая луна. Как же красиво, аж дух захватывает!
– Юрец, там ничего не перепало, так ты к нам притащился? – съязвила Лизка.
– Не в этом дело. Просто у меня идеальный слух, и мои уши вблизи источника какофонии особенно страдают. – Молоканцев нарочито сморщился, во время очередной фальшивой рулады, донесшейся от бассейна, и виновато улыбнулся.
– А может, дело и не в ушах, а тебе просто наша Рапунцель в душу запала? – разошлась моя сестрица.
Юрка разом потерялся, не зная, что ответить. Признаться, Лизка и меня задела своим нелепым предположением, причем дважды. Во-первых, Молоканцев совершенно не в моем вкусе, чтобы нас шипперить. А во-вторых, она прекрасно знала, что меня бесит эта дурацкая кличка.
– Сестренка, он просто не вынес пошлости и разврата, которые учинили в бассейне наши однокурсники, вот и выбрал компанию по вкусу, – ответила я за Юрку.
Лиза и Рада засмеялись, а Молоканцев с благодарностью взглянул на меня. Ой-ой, вот только этого не надо…
– Ладно, Юрец, так и быть. Разрешаю тебе разбавить нашу женскую компанию, —царственно позволила Лизка.
Молоканцев помялся немного, а потом выдал с усмешкой:
– Спасибо.
– Давай, развлекай нас теперь беседами, – не унималась сестра, а я подумала, точно ли ее глинтвейн был безалкогольным?
– Беседами? – обычно обожающий поболтать Юрка окончательно растерялся.
– О, господи! – Лиза закатила глаза. – Юрец, тебя же не заткнешь! А тут сидишь молча. Мне даже как-то не по себе!
Если она хотела смутить парня еще сильнее, ей это удалось, учитывая, что «сидел молча» он всего пару минут. Молоканцев открывал рот и закрывал, словно передумав говорить то, что собирался.
– Ладно тебе, Лиз! – Рада коснулась плеча моей сестры и попросила: – Юр, подкинь-ка дров, если не сложно.
– Не сложно!
Молоканцев радостно занялся делом. Поворошил угли, подбросил пару поленьев и немного пришел в себя.
– Девушки, а можно вопрос?
– Спрашивай, конечно! – ответила ему Рада.
– Мне вот интересно, почему ты и Вера с вашими стартовыми данными приехали в такую дыру, как наше Кедровое?
– Опаньки! – зааплодировала сестра. – Вот уж точно: вопрос на миллион! Ну, девочки, колитесь.
– Можно я не буду отвечать? – недовольно буркнула я, одарив сестрицу укоризненным взглядом.
В десятый раз выдавать придуманную на ходу версию о том, что маму в Кедровое по работе переводят, а она меня в столице одну не рискнула оставить, уже достало!
– А давайте я расскажу! – пришла мне на помощь Рада, которая уже знала обо мне чуть больше прочих. – До нашего универа я в Англии училась, в Университетском колледже Лондона. – Наверное, у нас троих лица вытянулись так сильно, что Радомила засмеялась и замахала руками: – Что вы, ребята, моих заслуг в поступлении туда не было!
– Ну, может, и не было, – все еще шокированно пробормотала Лизка, – но где Англия и где… наш СУПР…Это ж как… небо и земля, блин! Я даже не знаю, что могло бы меня заставить покинуть Туманный Альбион?
– Зря ты так думаешь, Лиза, – с какой-то грустью возразила Рада. Репутация европейских учебных заведений, мягко говоря, преувеличена. А на деле – заграничное образование уже давно не то, да и все эти перегибы с толерантностью… Брр! – Она сморщила хорошенький носик.
– И все же… Получить диплом европейского колледжа престижнее, чем местечкового филиала… – сказала я и прикусила язык.
Вот какого черта лезу в душу? Диплом московского вуза тоже престижнее, чем «местечкового»… Блин, некрасиво получилось.
– Конечно, ты права, – вздохнула Рада, – Ну, ладно. Расскажу по секрету. Я обозвала кое-кого Собакой Баскервилей, пришлось сматывать удочки.
– Уж не Бориса ли Джонсона, случаем? – ляпнула Лизка.
– Хуже, уж поверь! – расхохоталась Рада, но вдруг словно поперхнулась, уставившись куда-то в непроглядную темноту леса.
– Рада? – позвала я, чувствуя, как стремительно возвращается почти позабытая тревога. – Что там?
– Н-н-ничего, – по-прежнему не отводя взгляда от деревьев, ответила подруга.
Боковым зрением я заметила, что Лизка вскочила на ноги и, тоже глядя куда-то в темноту, прошептала:
– Только не это…
В повисшей тишине зловеще потрескивали дрова в костре. Согревающее минуту назад тепло стало обжигать, рождая противоестественное желание вскочить и убежать куда подальше.
– У вас там что, реально забора, что ли, нет? – дрогнувшим голосом поинтересовался Юрка, медленно поднимаясь со своего места.
А я, не мигая уставилась на несколько человеческих силуэтов, появившихся среди деревьев – там, куда не достигали лучи света. Они шли прямиком к нам, не сворачивая и не скрываясь. Что-то неуловимо схожее было у этих незваных гостей: походка, рост, разворот плеч… В каждом их движении сквозила некая уверенность, будто они здесь в своем праве, а не забрели на чужую территорию.
– Рада, может, пора охрану вызвать? Или полицию?.. – севшим голосом предложил Юрка, но его замечание осталось без ответа.
– Попадос! – прошипела Радомила и шумно выдохнула.
Еще мгновение, и нечеткие силуэты попали в свет полной луны. Это были мужчины! Пятеро! Двигались они настолько плавно, что казалось, будто идут по какому-нибудь подиуму, а не по бурелому.
Мужчины? В полночь? Из тайги?
Невольно я вспомнила слова, сказанные Лизкой в автобусе: «Мужик там был голый!»
Меня словно парализовало. Если бы я и захотела убежать, то не смогла бы даже встать! Слабость завладела каждой клеточкой моего тела. Не мигая, я смотрела, как незнакомцы приближаются к нам. Когда они вышли в круг света, я увидела, что трое из них обнажены по пояс, а торсы еще двоих – тех, что выглядели постарше, прикрыты расстегнутыми рубашками. И это в такую-то холодрыгу?!
К счастью, на всех были надеты штаны, но меня это не особенно успокаивало.
Глава 6
Кто эти люди? Что они здесь делают? Отчего так напряглась Лизка? И почему Рада побледнела как мел?
– Они должны были вернуться только завтра! Мне конец… – прошептала она.
– Это твои родственники, да? – негромко уточнил Юрка.
– Братья, дядя и… отец, – последнее Рада произнесла почти обреченно.
Я почувствовала, как неприятный холодок пробежал вдоль позвоночника. А мужчины уже вышли на свет. Вблизи они по-прежнему производили эффект супермоделей, причудливая игра бликов костра на их лицах создавала завораживающий эффект, а еще от них будто исходила волна энергии, да такой, что поднимались волоски на теле!
В другой ситуации я бы, наверное, засмотрелась на высоких и прокачанных до последней мышцы парней, но эти казались какими-то… нереальными, что ли?
Я тряхнула головой в надежде избавиться от наваждения.
Это просто родственники Рады. Она же сказала – братья, отец… Семья. Ну и что, что вышли из леса? Может, дела у них там какие-то были. Не съедят же они нас в конце-то концов?
Мужчины, не останавливаясь, прошли мимо нас по тропинке, ведущей к главному дому, и каждый… Каждый! Удостоил меня пристального взгляда. Честное слово, я будто четыре пули в сердце получила! И как на ногах-то все еще держусь?
Последний остановился, оказавшись на расстоянии жалкой пары шагов. Слишком близко для парня, который в такую погоду ходит без одежды! Но в отличие от меня, дрожащей как осиновый лист, его не трясло. Его тело… идеальное, точно отфотошопленное, ничем не выдавало, что ему холодно. Мне даже почудилось, что от него исходит тепло!
Бред! Это просто костер. Жар от огня лижет мне щеки, только и всего!
Осознав, что непозволительно пристально рассматриваю незнакомого мужчину, поспешно подняла голову, и наши взгляды встретились. Показалось, что спину обдало кипятком. На костер уже не спишешь…
Парень чем-то походил на Раду, но, в отличие от нее, волосы у него были русые, как и у остальных мужчин, разве что светлее. Слегка растрепанные, они придавали ему хулиганский вид. Красивые черты лица, немного порочные… И губы, чувственные мужские. Такие губы созданы, чтобы целоваться…
