В моей белой рубашке. С россыпью шоколадных волос по ней. В моей полной власти.
София не в курсе, кому принадлежит гостиница. Так будет лучше – пусть думает, что находится на нейтральной территории и обладает малой долей контроля.
– Тебе же говорили об этом? – повторил я чуть громче, слыша, как у нее перехватывает дыхание.
София не умеет принимать комплименты от мужчин. Совсем. И это нехило расшатывает мои нервы. Каждую минуту хочется наблюдать за тем, как она краснеет.
– Н-нет.
Домашний цветок, не знающий свободы. Его вырвали из дома и показали новое место.
Кто-то вынудил Софию сесть ко мне в машину. По-другому она бы не связалась со мной.
Я неторопливо скользнул взглядом по ее шее. Жилка билась часто – девочка робела, волновалась. То и дело норовила прикрыться, хотя я и так разрешил париться в рубашке.
Если София и удивилась тому, откуда у меня единоличный доступ к бане и бассейну, то значения этому не придала. Привыкла к роскоши, эту девочку не удивить богатством.
Здоровый румянец на ее щеках убедил меня, что я все сделал правильно. В бане тело прогревается дольше, так намного безопаснее для согревания.
– Ты тоже… красивый.
Внезапно.
София улыбнулась, сложив руки на груди. В попытке закрыть от меня свое тело она забралась на самую высокую полку. Даже ноги скрестила в позе лотоса. И то и дело отводила взгляд от моего торса.
Говорю же – сексуальная девочка. В любой позе.
Я встал, чтобы добавить жара. Теперь можно, София оттаяла.
– Мы идеально подходим друг другу, – привел аргумент и подошел ближе.
– Ты слишком самоуверен, Эмиль. У меня много братьев и свирепый отец.
– Так ты сбежала от отца? Или от братьев? – Я закинул крючок.
София замерла, отведя взгляд. Отвечай или не отвечай, здесь все ясно. Дочь сбежала от деспотичного отца, прыгнув ему назло ко мне в клетку.
– Не хочу говорить об этом, – голос Софии был твердым.
Ее не желание делиться со мной личным раздражало. Хотелось вытащить все на поверхность. Чтобы я все о ней знал. Чтобы ни одна деталь не была сокрыта.
– Назови свою фамилию. Я могу помочь тебе, – сказал я жестко.
Возможно, удастся ее сломить и узнать о ней больше. Велю пробить по базе данных, узнаю адрес и никогда не верну ее домой.
– Не надо, Эмиль. Не надо знать обо мне больше, – попросила девочка, будто прочитав мои мысли.
Я резко поднялся. Рядом лежали веники. На выбор. София сжалась, уловив перемену моего настроения, и предположила:
– Умоляю, не злись. Ты будешь меня бить?
Я повернулся к ней с веником в руках. Губы у нее были красные, а сердце наверняка заходится в бешеном ритме. Я напугал ее. София ждала боли.
– Попарь меня, – велел я.
– Что? Нет, – засмущалась она. – Я никогда…
– Буду первым в твоем списке. Не бойся.
Я вручил ей самый крупный добротный веник, почти насильно заставил обхватить его руками и указал на полку.
– Я лягу. Силы не жалей, ты у меня и без того хрупкая.
– Ну хорошо… – услышал тихий выдох.
Она подумала, что веник предназначался ей. Воображение сразу подкинуло несколько картин: задравшаяся рубашка, красные упругие ягодицы. Зрелище было бы в разы охренительнее.
Только что-то мне подсказывало, что София боится боли. Такую для начала нужно приручить, и только потом делать с ней что угодно.
Первый удар пришелся на поясницу.
– Не больно?
– Нет. Смелее, девочка, – хрипло велел я.
– Не зови меня так. Ты всего на четыре года меня старше! – За возмущением последовал удар.
– Так-то лучше, – ухмыльнулся я и завелся не на шутку. – Ты на мой возраст не смотри. Твой биологический вообще смахивает на шестнадцать. Придется два года ждать, прежде чем тебя трахнуть.
– Эмиль!
Следующий удар – жестче предыдущих двух. С Софией только так и нужно. Пусть привыкает ко мне. Вскоре я понял, что мне уже достаточно. Встал, отряхиваясь от листьев. София опустила веник, заинтересованно наблюдая за мной. А я в очередной раз понял, какая она маленькая. Головы на полторы ниже меня. Меньше. Тоньше.
Но грудь у нее – произведение искусства.
Заметив мой взгляд, София отвернулась. Классная рубашка. Позволяет многое увидеть. Еще бы стянуть ее прямо здесь, тело к стене прижать и овладеть непокорной.
Я окаменел. Хочу ее прямо сейчас. Несмотря на ее открытый доверчивый взгляд, я бы взял Софию прямо здесь, не скрывая своих намерений.
Сделал несколько шагов и вжал хрупкое тело в прочное дерево.
– Эмиль! – тихий вскрик.
Я рядом с ней. Близко. Слышу, как она дышит. Под рукой – упругая плоть третьего размера. Рубашка мешает ощутить бархатистость ее груди. Я оттянул ткань ниже, но… встретил сопротивление. Меня накрыло. Понял это, когда София стала оседать по стенке, к которой я сам же ее прижал. Вокруг пар и мало свежего воздуха. Из чувств живо лишь одно: возбуждение. Никакого разума.
– Прости, – выдавил сквозь зубы.
Я обхватил ее голову руками, заставляя смотреть на себя.
Красные щеки. Взволнованный взгляд. Расплывчатый, будто она в том же тумане, что я. Хоть и боится меня.
София уткнулась мне в шею, тяжело дыша. Не в себе будто.
Раздвинув коленом ее ноги, я прижался к ней. И рубашка задралась, как я хотел. Абсолютно ненужная вещь – я в шаге от того, чтобы сорвать ее на хрен.
– Чувствуешь, как сильно я тебя хочу?
София напряглась. Она не контролирует ничего. Связалась с мужчиной, который на грани того, чтобы взять ее силой.
Я убрал руку с упругой груди, ненароком задев напряженный сосок. Царапает сквозь рубашку. Тихий выдох из ее губ, и София обмякла в моих руках. Чуть надави – и делай с ней что хочешь.
Взгляд рассеянный, голова одурманена страхом и возбуждением.
– Иди в бассейн. Я скоро подойду, – хрипло велел я.
– Да.
Я резко ударил в дверь позади нас. Она открылась, впуская холодный воздух, и я заставил себя выпустить Софию из рук. Блд, это, оказывается, тяжело. Не получалось, пока София не сбежала сама.
Когда я вышел из парилки, Софии у бассейна уже не было. Ее полотенца тоже, как и карты от номера.
Сбежала.
Я стиснул челюсти – так даже лучше. С разбега залетел в прохладный бассейн, остужая тело и каменный член. Позже вернулся в номер и взялся за напиток покрепче. Софии нигде не было, только свет горел в ее спальне и изредка раздавались аккуратные шаги.
Я ухмыльнулся. Сейчас эта девочка не выйдет ко мне даже под дулом пистолета. Наверное.
Немного остыв, я все же позвал Софию к себе. Когда она вышла, я не повернулся. От греха подальше.
– Да? – раздался робкий голос из-за спины.
– В моей спальне возьми новую рубашку для сна. Какая тебе больше понравится.
– Хорошо, спасибо.
Через несколько минут София вернулась. Слышал только по шагам. Сидел с бокалом и с закрытыми глазами.
– Не пей много, – попросила она перед сном.
Я поднялся с дивана, но дверь уже хлопнула. Девочка сбежала. Второй раз за вечер.
Я приблизился к двери и поднял руку. Постучать, позвать. Уложить рядом с собой. Хотелось этого просто дико.
– Завтра. Дождись завтра, Эмиль, – пообещал я себе.
Глава 9
София
Мне не спалось.
Я мысленно отсчитывала время, отведенное мне с Эмилем, и со страхом думала о возвращении в отцовский дом.
Наказание будет страшным. Я сбежала, чтобы показать характер. Показать, что он у меня есть. Хотела доказать папе и братьям, что со мной нужно считаться.
Но что в итоге?
После наказания, которое непременно последует, помолвка все равно состоится. И весной меня выдадут замуж. Все пролитые слезы будут напрасны, если не совершить одну пагубную ошибку. Ошибку, после которой папа не сможет выдать меня замуж.
Девушка, которой коснулся другой, уже не годится в жены. Мама так рассказывала.
Я свесила ноги с кровати и мельком взглянула на себя в зеркало, что стояло напротив. Мне всего двадцать, а по ощущениям – моя жизнь уже разрушена. Мятая мужская рубашка, взъерошенные волосы и блестящие на губах капельки крови. Я их все искусала – если Эмиль заметит, мне несдобровать.
– София Шах, – прошептала я. Единственная дочь Эмина Шаха, самого крупного бизнесмена не только в Волгограде. Послушная дочь, умница, красавица. Папина гордость.
Теперь – нет.
Наступило утро тридцать первого декабря. Я больше не занималась йогой по утрам – по крайней мере, не при Эмиле. В этот раз мы позавтракали, и Эмиль велел собираться в магазин – я хотела приготовить что-нибудь особенное.
Чтобы не привлекать к себе внимания, я закрыла лицо шарфом и шапкой. Эмиль тихо посмеивался – ведь он не знал, кто мой отец.
– Вот это сегодня снегопад! – Я с волнением смотрела в автомобильное окно. Эмиль сосредоточенно управлял автомобилем, дворники работали на полную.
В супермаркете мы купили все необходимое. Мясо, муку, масло и кое-что еще для выпечки, которую мы с мамой часто готовили. Все было хорошо.
Но к вечеру все изменилось.
– Мне нужно позвонить, – предупредил Эмиль.
Он принес на кухню все сумки, дав мне добро сделать выпечку к столу, и сел на диван спиной ко мне. Плечи его были напряжены.
– Привет, малой. С днем рождения.
Стало ясно: звонил брату. Но разговор был коротким и лишенным тепла – Эмиль холодно пообещал, что скоро приедет, и попрощался, отключив телефон.
Он тяжело поднялся с дивана.
– София, к восьми вечера принесут еду из ресторана. Я позаботился об этом. Много не готовь.
– А ты куда?
