Я сидела у окна, закутавшись в больничный плед и грея руки о пластиковый стаканчик с чаем. На вкус отвратительный, как вода, разбавленная лимонным соком.
А за окном кружил снег, люди суетились, бежали кто куда. Кто в магазин за продуктами, кто за подарками, ведь Новый год наступит уже за считанные часы…
Мое выздоровление шло медленно, но стабильно. Швы сняли, гипс с ноги и руки тоже, я аккуратно передвигалась при помощи костылей. Шрамы на лице сохли, затягивались, вот только… они не стали менее заметными. Ну, я свыклась с новой собой. Разве был иной выбор? Деньги на операции, как бы я ни желала, из воздуха не появились.
В палату постучали и тут же скрипнула дверь. Я повернулась и заметила в проеме своего доктора – Смирнова. Вечно серьезный ходит, да с таким каменным лицом, будто у нас тут разрабатывают ядерный реактор.
Но сейчас у него был совсем другой взгляд: глаза теплые, почти озорные. И он шел прямиком к моей кровати.
– Вы ко мне? – осторожно спросила, сильнее стискивая в пальцах стаканчик.
Он кивнул, а я заметила в его руках папку. Но, странно. Для выписки рано, повторные анализы я не сдавала еще. Мысленно уже приготовилась к худшему, но улыбка врача, что сияла, как звезда на небе, дала мне крохотный лучик надежды.
– Во-первых, с наступающим, – он положил папку мне на тумбочку. – А во-вторых…
Док выдержал паузу и даже уселся на край кровати, что было, честно говоря, каплю тревожным. Я натянулась до ощутимой боли в спине и ногах, приготовилась к плохим новостям.
– Лея, ты только что вытянула свой счастливый билет. Есть такие благотворительные программы – накануне праздников множество крупных компаний дарят людям надежду. Так вот тебя выбрали в рамках этой программы!
Я моргнула. Не сразу поняла, о чем речь, ведь ждала совсем других слов. Что у меня снова какие-то проблемы. Но это…
– В смысле… выбрали? – тихо переспросила, отказываясь верить в непонятное чудо.
Док ободряюще похлопал меня по дрожащей коленке:
– Пластические операции, реабилитация, восстановительная терапия – все будет полностью оплачено спонсором. Не нужно ждать квоты и огромную очередь. Завтра-послезавтра деньги уже поступят на счет благотворительного фонда.
Сердце из-за вспыхнувшей надежды застучало где-то в горле. Я смотрела во все глаза на доктора и, казалось, будто он говорил со мной на незнакомом языке. Меня выбрали? Правда? Именно меня?
– Но… как? Почему я? То есть…
Мужчина, не прекращая улыбаться, объяснил мне:
– А почему бы и нет? Поверь, все прозрачно, нет абсолютно никакого подвоха. Очень часто бизнесмены сотрудничают с благотворительными фондами, а те – с нами. Они или сами выбирают, кому оплатить лечение, или это рандомно за них делает благотворительная организация. Так что еще раз, Лея: поздравляю! Меценат выбрал тебя лично. Не по случайному жребию, а по досье. Не стоит волноваться: без имени и фото. Просто информация об аварии и травмах.
Глава 8
Я открыла рот, но не нашла слов. Даже слезы не шли – настолько это было внезапно. Как будто в самый темный час кто-то где-то щелкнул выключателем и озарил мою жизнь ярким светом.
– Я могу узнать его имя? – спросила почти шепотом, словно боялась, что громким криком спугну удачу.
Доктор покачал головой:
– Нет. Он пожелал остаться анонимным. Да и вся эта программа сугубо конфиденциальна.
– А вы точно не знаете?
– Даже если бы знал, не сказал бы. Правила такие. Но, иногда чудеса случаются. Просто поверь, ты этого заслужила. С наступающим, Лея. И с началом новой жизни.
Когда он ушел, я сидела, все так же с силой сжимая стаканчик в руках. На губах застыла улыбка или что-то отдаленно похожее на нее, а на душе горела, как свеча, дрожащая надежда.
Увидела ту самую папку, которую оставил мне доктор. Внутри ничего, что могло бы дать мне зацепку: выписка, анализы, рекомендации и документ на перевод в отделение пластической хирургии.
Я не знаю, кто ты. Не знаю, зачем выбрал именно меня. Но, боже, спасибо тебе! Может, ты просто веришь в чудеса? Теперь в них верю и я!
Телефон зазвонил так вовремя, что я невольно улыбнулась. Аня всегда чувствовала, когда нужно ворваться в мои тихие мысли.
– Алло, кто это? – притворилась дурочкой и постаралась не засмеяться.
Настроение, как никогда, было игривым. Подруга поддержала его:
– Это доставка!
– Но я ничего не заказывала! – притворно строго ответила и едва не расхохоталась.
– Это доставка счастья, мечт и новогоднего настроения! – заявила Аня. – Короче, признавайся, как там моя кибер-девочка?
Я закатила глаза, но улыбка все не сползала с лица, хотя Аня и не могла этого видеть:
– Готова к перезагрузке системы.
–Что-что? – драматично ахнула она. – Ты наконец-то загрузила автообновление?
Я не стала больше держать в себе восторг:
– У меня есть обалденные новости.
– Так, срочно вываливай!
Я глубоко вдохнула, опасалась, что от волнения сорвусь на слезы:
– Нашелся анонимный меценат, который оплатит мое лечение. Все, понимаешь: пластические операции, реабилитацию и терапию.
На том конце повисла тишина. На мгновение я уже испугалась, что связь прервалась, но потом Аня шокировано уточнила:
– Ты сейчас серьезно? Не разыгрываешь?
– Серьезно, как никогда. Кажется, мне достался самый настоящий ангел-хранитель.
– Офигеть, Лея! Я же говорила, что ты магнит для чудес! – Аня воскликнула так громко, что, кажется, заразила своей радостью даже моих соседок по палате.
Они втроем, как по команде, показали мне большой палец и закивали. А я все еще, грешно признаться, считала, что сплю…
– Ладно, где его найти? Я хочу купить ему торт!
– Ха-ха, так и вижу: «Спасибо, что спасли мою лучшую подружку, держите наполеон по скидке!».
– Естественно! Еще и станцую ему на радостях! А если серьезно… – она смягчилась, – я так рада за тебя. Ну правда. Наконец-то будет новый этап твоей жизни. Это же так круто!
– Новый год, новая жизнь, новая я, – подключила пафос. – Слушай, может, даже волосы покрасить?
Мне никогда не нравился мой ярко-рыжий цвет. Он притягивал к себе ненужное внимание, а я бы хотела больше «уединения».
– Давай! И татуировку! И проколем уши в десяти местах. Уже представляю, как ты взорвешь офис с таким экстравагантным видом!
– Какой офис, я же фрилансер, – фыркнула, но поняла, что ее слова просто сарказм.
Она мне никогда в жизни не позволит сменить цвет волос, а уж набить тату – тем более.
– Может быть, после реабилитации ты что-то круто изменишь в своей жизни. Посмотри, судьба не просто так дала тебе второй шанс. А работу мы тебе найдем.
Я замолчала на секунду, чувствуя, как сердце приятно сжалось.
– Спасибо, что была рядом все это время.
– Ну, а как иначе? Ты же мне не просто подруга, ты мне как сестра! Так что
скоро вытащу тебя пить нормальный кофе, а не эту вашу больничную горячую воду с иллюзией цитруса.
– Договорились, – усмехнулась в трубку. – Мне кажется, этот Новый год будет по-настоящему счастливым.
– Сто процентов! А теперь отдыхай, чемпион. И помни: никаких грустных мыслей, только планы по покорению вселенной.
Новый год теперь казался не просто красной датой в календаре, а настоящей точкой отсчета.
Итак: три, два, один… БАМ!
Добро пожаловать в новую жизнь, Лея!
***
Дверь закрылась за спиной, и в квартире стало как-то особенно тихо. Не гнетуще, скорее, ободряюще.
Я скинула куртку, ботинки. Все как обычно, все как раньше. Только я уже не та.
В ванной включила верхний свет и встала перед зеркалом. Все еще пугалась собственного отражения, хотя должна была уже давно привыкнуть.
На лице ничего не осталось. Ни следа. Кожа гладкая, чуть розоватая от недавней процедуры. Скулы четче, нос аккуратней, губы, кажется, стали мягче очерчены.
Медики не врали – они не просто убрали последствия ожогов, они создали новое лицо. Чужое для меня, к которому сложно привыкнуть. Нет, из меня не сделали супермодель или что-то такое. Ну просто… исправили ужасающие последствия аварии. Моими остались лишь глаза. Яркие, глубокие и все еще узнаваемые.
– Привет, – шепнула я отражению и рассмеялась. – Теперь ты – это я.
Смех получился немного нервным, но веселым.
Это был первый день в новой квартире, с новыми соседями и окружением. Я бы задолбалась объяснять всем вокруг во дворе дома, почему я та самая Лея, но с другим лицом. Да и зачем? Кому какое дело? Даже «Мандариновый лес» теперь для меня станет, будто чужим.
Звонок в дверь стал неожиданностью, и я чуть вздрогнула. Никаких курьеров не ждала, мама тоже вряд ли. Она так и не пришла ко мне в больницу. Только по телефону несколько раз с сочувствием уточнила, как я и спешно свернула разговор.
Впрочем, многого я от нее и не ожидала. У нее другая семья: новый муж, дочь, даже, кажется, собака. А я… я прошлое, которое ей отчаянно хотелось забыть. Ну, не об этом сейчас.
Звонок повторился, тогда я открыла дверь, не глядя в глазок.
Аня. С пакетом из супермаркета, широкой улыбкой и энергетикой урагана.
– С возвращением, подруга! – воскликнула она и тут же протиснулась мимо меня.
Она тоже все еще привыкала ко мне. Сначала нахмурилась, а спустя секунду опомнилась и улыбнулась.
– Надеюсь, ты соскучилась по нормальной еде и моим великолепным планам?
– Если честно, я скучала даже по твоим нелепым шуткам, —прикрыла за ней дверь. – Но ты рано. Я только вошла, еще толком не осмотрелась вокруг. На себя лишь успела взглянуть и снова зависла.
– Ага, заметила. Ты теперь как в дораме, только лучше. Реально, ты себя видела? Боже, мне все еще кажется, что я вошла не в ту квартиру.
– Видела. – Не зная, что еще сказать, призналась: – Отражение в зеркале больше не пугает.
– Зеркало – это теперь твой фанат, детка. Ну, короче, слушай, я тут с идеей. Даже, скорее, с предложением, от которого ты не сможешь отказаться.
Я уже знала этот ее горящий взгляд. Сейчас последует взрыв…
– У нас в студии, – начала с важным видом, – освободилась должность. Давай к нам!
– Художника? – помнилось мне, она работает в архитектурной студии, но разве им нужен кто-то типа иллюстратора?
Но Аня, как всегда, выдавала инфу по чайной ложечке:
– Помощника директора.
Я моргнула.
– Помощник? Я? – засомневалась. – Я же не знаю ни деловых шаблонов, ни…
– Ни черта ты не знаешь, да. Но! – она подняла палец, – ты быстро учишься, ты умная, и это просто входной билет. А дальше хоть в офис к президенту. Ты пойми, тебе нужен опыт! Тем более, я рядом, все покажу, подскажу если надо. И босс у нас не кусается. Хотя… бывает странноват в гневе. Но он правда душка. Его помощница ушла в декрет и теперь он отчаянно ищет новую.
В декрет я точно не собиралась. Да и на ближайшие лет пять никаких детей у меня в планах точно не было. Но…
– А чем занимаются помощники?
– Да ничем ужасным. Документы, звонки, встречи, чай, кофе, немного стресса и пара глупых заданий. Но зато получишь опыт, пообщаешься с людьми из сферы, которая тесно переплетается с твоей. Возможно, даже получишь новое вдохновение.
Я не решилась вот так в омут с головой.
Честно? Было страшно. Не из-за работы. А из-за того, что начинать с нуля – это как стоять перед пропастью и делать шаг.
Но внутри что-то отозвалось. Как будто в груди открылась форточка, и туда ворвался свежий воздух. Официальная работа – это стабильность. Гарантии. Возможности.
– Дай мне время подумать… – начала несмело, но в глубине души понимала, что хочу согласиться.
