– Да уж… где комната я не забыла. – Это была, разумеется, ложь! Попытка сгладить предыдущую амнезию, убрать подозрения.
К счастью, расчёт оказался верным, и компаньонка решила, что одна я точно не справлюсь. Подхватив под руку, она потянула к широкой, уводящей на второй этаж лестнице. Затем провела по коридору и лично распахнула дверь.
Тут настал момент знакомства с личной территорией леди Алексии, и… А можно мне в какой-нибудь другой особняк? Можно я перееду?
– Милая, да что ты заколебалась? – Офелия участливо подтолкнула в спину.
Комната была небольшой, запылённой и в ней царил жуткий беспорядок. А ещё тут тоже был запах, но другой – не вонь, а обыкновенная затхлость. Промолчать опять не удалось:
– То есть слуг у нас тоже нет?
Толстушка печально покачала головой, и я уже приготовилась узнать, что весь этот огромный дом мы обслуживаем вдвоём, но…
– Разве ж это слуги, милая? Так, бездельники.
– Если бездельники, то зачем мы их держим?
– А кто ещё согласится работать бесплатно?
Я уставилась на Офелию как баран. Понимала, что надо реагировать как-то помягче, но положение было слишком странным.
– Ну что ты смотришь? – толстушка опять вздохнула, на сей раз горестно. – С нами остались только те, кому некуда пойти. Остальные разбежались, прихватив с собой много разного добра. Тебя обокрали, девочка, а я ничего не могла сделать. Я всего лишь слабая женщина.
Ясно, что снова ничего не ясно.
Что ж, продолжим собирать информацию.
– Переодевайся, дорогая, – добавила Офелия. – Я скоро вернусь.
***
Хорошая новость заключалась в том, что меня всё-таки покормили. Правда на этом позитив и закончился. Весь ужин состоял из тонкой чёрствой лепёшки, половинки яблока и стакана воды.
Еду принесла тощая замызганная девчонка с выразительными чёрными кругами вокруг глаз. Страсть как хотелось устроить ей допрос, но я сдержалась. Достаточно того, что о нетипичном поведении Алексии знает Офелия. Пожалуй, рано пугать своими вопросами ещё и слуг.
Затем была новость номер два – следуя указанию толстушки, я действительно избавилась от платья. Выяснилось, что, невзирая на «средневековый фасон», застёжкой служит нечто похожее на привычную молнию.
После недолгого ощупывания себя, я обнаружила собачку, потянула и… ну, собственно, вот. Тут поджидал очередной сюрприз – стоило снять платье и бросить на спинку стула, как оно преобразилось. Белизна и лёгкие блёстки исчезли, юбка перестала быть такой пышной, а возле ворота обнаружилось ярко-жёлтое пятно.
Сказка про Золушку? Пожалуй да.
А ещё в памяти всплыли слова Дрэйка о некой иллюзии…
Там, на приёме, было непонятно, зато теперь до меня дошло. Магия. Вот она – настоящая, воплощённая! Платье было зачаровано и, полагаю, кто-то из гостей сквозь эту иллюзию видел.
Но кто зачаровал платье? И зачем Алексия пошла на этот обман?
Третья новость оказалась нейтральной – осмотрев комнату я увидела разное. Бардак никуда не делся, мебель была изношенной, а шкаф скрывал этакое месиво из одежды. Её, кажется, вколачивали на полки ногой.
Зато девичья спальня совмещалась с отдельным санузлом. Он был крошечным, но с душевой, раковиной и – о, чудо! – вполне обыденным унитазом. Сантехника была замыленной, грязной, зато работала. Там же, на крючках, висели серые, не стиранные лет сто полотенца и измятый, замызганный халат.
Чистюля во мне в очередной раз вздрогнула, но решила не паниковать.
Новость номер четыре – невзирая на многообразие вещей, переодеться было не во что. Тут договориться с брезгливостью не вышло. Я просто не смогла стянуть с себя нижнюю сорочку, которая обнаружилась под платьем. А комок из несвежей пижамы, лежавший на кровати, в итоге полетел на пол.
Ну и последняя новость, пятая… Офелия действительно вернулась – толстушка принесла ещё один стакан воды и три разноцветные пилюли. Протянула их как великое сокровище:
– На, выпей.
Тон вроде и мягкий, но было очевидно, что отказываться нельзя.
Желудок при виде таблеток взвыл – лепёшки ему не хватило, он радовался любой добавке. А Офелия уставилась пристально! Собиралась контролировать процесс.
Короче, пришлось врать.
Я закинула подозрительные таблетки в рот и, скривившись от вспыхнувшей на языке горечи, быстренько переместить их за щёку. Воду я пила осторожно, чтобы не проглотить отраву.
– Ну вот и славно, – пронаблюдав за мной, сказала Офелия. Женщина забрала стакан и, пожелав доброй ночи, ушла.
Едва дверь закрылась, я выплюнула пилюли и поспешила в ванную. Смоченные слюной таблетки поменяли цвет – они стали абсолютно одинаковыми, краситель ушёл. Голова теперь кружилась, а во рту было до того горько, что пришлось полоскать его минут десять.
Хорошо, что вода из крана шла кристально-прозрачная. Хоть что-то чистое в этом бардаке.
Бросив пилюли в унитаз, я вернулась в спальню и, не в силах выносить запах затхлости, начала борьбу с оконными защёлками. Победила. Распахнула окно, за которым висела уже не вечерняя, а ночная темнота, вдохнула прохладный летний воздух и отпрянула, услышав из этой темноты весёлое:
– Ну, привет.
Голос был мужским. Но незрелым. Без матёрой брутальности, как, например, у Дрэйка.
Возникло нестерпимое желание заорать, но…
– Тихо. Без паники.
Без паники не вышло – горло перехватило какой-то судорогой, его словно сдавили. Я в прямом смысле онемела, и это однозначно была магия.
– Я свой, – заявил невидимый человек. – Союзник.
Отскочив ещё дальше, я заозиралась в поисках предмета самообороны, а тот, кто находился по ту сторону окна, посерьёзнел:
– Всё хорошо, леди Алексия. Или как там тебя звали в прошлой жизни? Кира?
Та-ак… А это ещё что за ерунда?
Глава 3
Я замерла, глядя в темноту и пытаясь справиться с сердцем, которое внезапно решило выпрыгнуть из грудной клетки. Оно стучало слишком сильно, а собственный голос по-прежнему не слушался. Я не то что закричать – даже ответить не могла.
Собеседник про это знал…
– Я сейчас отпущу, – тихо сказал он. – А ты пообещаешь не дурить.
Я закивала, готовая подтвердить что угодно, лишь бы освободиться от постороннего воздействия. Секунда, и неестественная сдавленность действительно прошла, а на подоконнике начала проявляться фигура.
Как в каком-то фильме с отличными спецэффектами! Всё было настолько реальным, что я отступила ещё дальше и опять заозиралась в попытке найти что-нибудь тяжёлое. Интересно, какой-нибудь сковородки в этом бардаке нет?
– Да ладно тебе, – словно прочитав мысли, фыркнул незнакомец.
Впрочем, почему «словно»? Это же мир с магией!
– Ну какая сковородка? Зачем? – добавил он.
– Ты телепат?!
Я сказала и, наконец, увидела своего собеседника. Я не случайно сразу перешла на «ты», «выкнуть» язык не повернулся.
На подоконнике сидел молодой парень – светловолосый и невероятно смазливый, как с картинки. Ещё и одежда оказалась специфичная – тёмные брюки, начищенные сапоги, рубашка и белоснежный китель. Только не военный, а какой-то другой.
– Телепат? И да, и нет. Вообще, к нашему с тобой счастью, телепатии в этом мире не существует.
– В этом? К нашему?
Я зацепилась за «да-нет», и даже собралась устроить допрос, но парень ответил раньше:
– Твои мысли я читаю лишь потому, что мы с тобой связаны.
– В каком смысле?
Я нахмурилась, а он…
– В обычном. Ты моя хозяйка.
Стоп. Снова ничего не поняла.
Глубокий вдох, и страх, обуявший в момент первого столкновения, отступил. Я сделала хмурый шаг вперёд и потребовала:
– Давай по порядку. Кто ты такой? Откуда тебе известно имя «Кира» и как ты читаешь мои мысли?
От улыбки блондина пыльная спальня будто озарилась каким-то сиянием, однако расслабляться или проникаться к собеседнику доверием я не спешила.
– Начать нужно с того, что я не человек. Я… – Он спрыгнул с подоконника и шутливо поклонился. – Артефакт!
Я замерла. Подбородок попытался упасть, но я удержала. Спасибо всё тем же режиссёрам и прочим выдумщикам – вообразить, как предмет превращается в человека я, в целом, могла.
Что такое артефакт тоже знала, но!
– Откуда тебе известно про Киру?
Парень сразу посерьёзнел.
– Так это я тебя и вытащил. В нашем мире не нашлось подходящей души, пришлось искать среди других, свободных.
– Свободных? То есть?
– Так ты… как бы сказать помягче… умерла.
Слова – тоже оружие. Ими можно бить и даже убивать. Сейчас на меня будто само небо обрушилось. В голове стало невероятно пусто, и эта пустота оглушила. Я наконец признала, что где-то в глубине сознания эта догадка тоже была.
Я оптимист. Версия о том, что произошло временное, ошибочное переселение душ мне нравилась больше, чем мысли о смерти.
Да и какая смерть? Я же… Я…
– Вижу ты ничего о своей смерти не помнишь, – продолжил «артефакт». – Но полагаю это к лучшему. Смерть не всегда приятна, да и смысла ворошить прошлое нет.
– Я умерла? Но как?!
Это был шок.
Я не хотела верить, не желала смиряться. Пусть я подозревала, но неосознанно! Я чётко помнила… Так. А что именно? Рабочий день, совещание… Потом мы с ассистенткой спустились в кафе офисного центра на ланч. Мне кто-то позвонил, и… Нет, не то.
Воспоминания были смазанными, состояли из будничных картинок. Вспомнить некий обрыв, событие после которого стало пусто, я не могла.
Блондин сочувственно хмыкнул, однако помогать не стал:
– Ты умерла, и я вытащил из небытия твою душу.
– А леди Алексия?
– Она тоже умерла, но тут другое. Её тело истощено, но с ним, в целом, всё в порядке, а вот душа… Она не выдержала всего, что навалилось. Просто не видела выхода и покинула тело.
Парень снова улыбнулся, но уже безрадостно. Развёл руками и добавил:
– А я подумал, что нам это тело подойдёт.
Снова шок, но уже не такой сильный, как раньше. Алексию было жаль. Но понимать, что кто-то может взять душу и запихнуть в чужое тело… брр.
К такому я была не готова, решила подумать позже. В данный момент следовало выяснить зачем это переселение вообще нужно.
– Затем, – вновь подглядев мысли, ответил парень. – Есть у нас с тобой одно важное дело.
Тут я окончательно очнулась:
– У нас с тобой? А почему не у тебя?
Ну правда, почему? Он артефакт и, как уже поняла, могущественный, а я – юная представительница обнищавшего, вымирающего рода. Я никто. У меня проблем выше крыши, а мне выкатывают какое-то «дело».
– Не какое-то. От нас теперь зависит судьба мира. А вместе мы потому, что один не могу. С чем бы сравнить?
Короткая пауза, и он заявил:
