– Мы? – Бровь лорда Греаза приподнимается в ироничном изгибе. – Бросьте, леди Тэлль, балаган здесь разводят только не в меру активные личности.
– А что поделать, если вы без этой активности и хвостом не пошевелите? – театрально вздыхая, отвечает бабуля. Разворачивается к вновь прибывшим гостям и с чувством собственного достоинства добавляет: – Что прошлый раз без меня ничего не смогли сделать, что сейчас.
– Ваше право, – степенно отвечает лорд Греаз, вроде как оставляя за старушкой последнее слово.
Но по лицу так не скажешь. Конрад остаётся при своём мнении и награждает леди Тэлль снисходительным взглядом. А та не остаётся в долгу и просто-напросто фыркает.
– Что ж, раз все в сборе… – Решив прекратить эту бессмысленную пикировку, я поднимаюсь на ноги. – Давайте обсудим произошедшее. Рика, у вас есть ещё стулья? Талль, будь добр, передай ошейник мастеру Аксамиту.
Комнату тут же наполняет шум передвигаемой мебели и негромкие разговоры. Рика молча кивает мне и вместе с Юной скрывается каждая в своей комнате. Уже через мгновение они выносят дополнительные стулья для гостей. Я же шагаю к лорду Греазу, который неодобрительно смотрит на плед, в который я до сих пор укутан.
– Принцу не подобает ходить в таком виде, – выговаривает он мне.
– Принцу не подобает многое из того, что я делаю, – скривившись, отвечаю я. – Конрад, какие новости? Как отец с мамой?
Лорд Греаз открывает рот, но его перебивает Аксамит.
– Талль, ты не мог бы сходить в мои мастерские? Нужны артефакты укрупнения и считки.
Я в недоумении смотрю на оборотня и никак не могу понять, почему он отправляет за инструментами именно дракона.
– Без проблем. – Талль пожимает плечами и, поднявшись, ставит пустую кружку на стол.
И я снова недоумеваю. Впрочем, как и Рика. Уж слишком легко согласился стальной дракон.
– И Мира отведи в общежитие, – просит Аксамит, награждая ученика суровым взглядом. – Мы всё-таки не в секторе Вседозволенности.
– Я провожу! – тут же вызывается Юна, отчаянно краснея под испытующим взглядом жениха. – Что? Бабушка Тэлль правильно сказала: наследников застудишь. А на улице ещё и претенденток на них подцепишь.
– Ты что, ревнуешь? – тихо осведомляется Мир.
– Конечно, – брякает Юна и тут же прикрывает рот ладошкой.
А затем и вовсе в изумлении смотрит на бабулю Тэлль. И до меня доходит, что такого особенного было в чае старой интриганки. Нечто расслабляющее и заставляющее говорить правду против воли.
– Идите-идите, детки, – тут же начинает активничать бабуля. – Время позднее, надо ещё туда-сюда успеть.
И снова никто не возмущается. Троица смиренно выметается за дверь, оставляя нас в изумлении смотреть вслед. Одна лишь Рика пыхтит и сверлит бабушку недовольным взглядом.
– Ба?
– Что же мы все стоим? – перебивает её леди Тэлль и взмахом руки приманивает к себе Шуша. Усаживается в кресло и предлагает сделать это остальным. – Ведагор, милый, поделишься с нами, почему ты от дракона избавился?
Утягиваю Рику на наше кресло и, только усевшись, выжидательно смотрю на оборотня. Ведагор, протяжно вздохнув, выкладывает ошейник на середину столика.
– Из-за него. Поглотитель здесь новый. Схема скреп похожа, но есть изменения. Точки скреп не совпадают с теми, что использует Талль.
На секунду в комнате повисает тишина, а затем лорд Греаз озвучивает мои мысли:
– Ты полагаешь, что мальчик либо вовсе не причастен, либо специально отводит от себя подозрения?
Ловлю Рику за ладонь. Альва порывается встать и, очевидно, высказаться в защиту друга, но сейчас не время говорить необдуманно.
– Я не обвиняю парня, – потирая переносицу, отвечает Аксамит. – Но вопросов много. Едва мы объявили конкурс, как появляется поглотитель с чуточку иной схемой скреп. Она по-прежнему во многом совпадает с рисунком изделий Рисы и Рики…
– Риса и Рика… – задумчиво повторяет бабуля.
Она вроде как полностью занята мотыльком, который увлечённо скручивает обрывки ниток в единый клубок. Но я прекрасно вижу, что леди Тэлль не упускает ни единого слова из разговора.
– Вы что-то знаете? – прямо спрашиваю я.
– Нет, что ты, – качает головой бабуля, нисколечко меня не убеждая. – Так, мысли вслух. Продолжайте. Что там ещё со скрепами?
– Это не Талль, – тут же возникает Рика, вызывая у меня в душе всполох огня.
Ревность, удушливыми кольцами поднимается из тёмных глубин и на секунду застилает глаза. Я лишь усилием воли справляюсь с желанием запереть Рику в спальне и оставить её там до решения проблемы с поглотителями.
– Объяснишь, девочка? – тихо интересуется лорд Греаз и подносит чашку с чаем ко рту.
Решаю не останавливать его: в конце концов, мне тоже нужна вся правда от главного шпиона империи.
– Перед тем как мы напоролись на стоянку контрабандистов, Талль разговаривал со мной о скрепах. Он уже тогда понял, что нас собрали из-за них. И считает, что весь конкурс создан для нахождения создателя этой схемы. Талль искренне думает, что это, возможно, его мама, о которой он ничего не знает.
Я долгое мгновение перевариваю полученную информацию. В ней интересных моментов больше, чем в досье, которое для меня собрал лорд Греаз. Например, об отце стального дракона там ни слова, точно так же как и о матери. Но судя по словам Рики, Талль папаню своего знал. А это уже странно.
– Ведагор, кто изобрёл схему? – спрашиваю я, впиваясь в лицо песца напротив.
– Э-э. – Растерянно ведёт пятернёй по волосам. – Так с ходу и не припомню. Надо в патентных архивах смотреть.
– Завтра же займись. Это же самое первое, что мы должны были выяснить, – цежу я, злясь на себя за то, что первым не обратил внимания на такую мелочь.
– Не думаю, что это стоящая зацепка, – вздыхает Ведагор и под моим строгим взглядом добавляет: – Арм, там работы не на одни сутки. Ты просто не видел наши архивы.
– Я помогу! – тут же вызывается Рика. – У меня завтра выходной день.
– Не выходной, – одёргиваю её я. – У тебя тренировка работы с даром. Не забывай и про УПС.
– Это всё можно сделать вечером, – упирается малышка. – А с утра я помогу Ведагору.
Сцепляемся взглядами, но в этот раз я решаю уступить. В конце концов, мне и самому завтра нужно будет договориться с императором Демастата о передаче осколка для артефакта Рики.
– Вообще-то, это ещё не все новости, – закинув ногу на ногу, произносит лорд Греаз. Выглядит он при этом максимально расслабленным. – В связи с вашей выходкой, принц Армониан, ваш отец принял решение прибыть в Ворви-Уш с дружеским визитом.
– Император? – пискнув, переспрашивает Рика. – Выходка?
– Да, – кивает Конрад. – Видите ли, Армониан решил снять с себя полномочия в пользу племянника. И вот Гарриарду очень интересно узнать, что за юная особа этому способствовала.
– Я не пойму, он намекает на то, что твой папа хочет со мной познакомиться? – в шоке уточняет Рика, обращаясь ко мне, но глядя при этом на Греаза.
А я зубы сжимаю от недовольства. Это не та правда, которую я надеялся вытянуть из Конрада. Но, судя по ухмылке бабули Тэлль, та, которую хотела услышать она.
– Именно так, юная леди, – подтверждает Греаз с важным видом. – Визит запланирован на празднование местного Дня здняверя. Так что будьте добры к тому моменту одержать победу на конкурсе. Ну и преступников поймать. – Конрад тянется к кружке с чаем, делает глоток и с блаженным видом оборачивается к бабуле Тэлль. – Прекрасный напиток, леди. После него такое облегчение на душе.
«Ещё бы», – мысленно скриплю зубами я.
Выболтался, вот и легко стало. А мне теперь расхлёбывай. Например, успокоить одну впечатлительную альву, чья холодная ладошка зажата в моей руке. С её честностью, чего доброго, вывалит на отца информацию про алмазные чешуйки – и тогда пиши пропало. Отец со спокойной совестью запретит мне этот брак.
– Угощайтесь, лорд Греаз, – воркуя, заговаривает леди Тэлль. – Давайте подведём итог? Талль у нас подозреваемый, но так, на полставки. Я бы ещё обратила ваше внимание на Аллирис и её странную манию подражать Рике.
– О чём ты, бабуль? – спрашивает Рика.
– Тсс, не перебивай. За те пару дней, что я провела в академии, в мои личные подозреваемые попали мастер Зимма и Бубало. Уж очень подозрительная парочка.
– Они конкуренты, вряд ли работают вместе, – вставляет своё мнение Ведагор.
– И они сегодня ругались, – дополняет Рика.
– Милые бранятся – только тешатся. – Леди Тэлль пожимает плечами. – Я бы их со счетов не сбрасывала. Тем более ты сама говорила, что у портала видела мужчину и женщину.
– Это очень тонкие замечания, леди Тэлль, – с уважением произносит лорд Греаз. – Возьмём ваши теории в разработку.
– Будьте добры.
Бабуля улыбается с таким видом, мол, что бы вы без меня делали. А Конрад даже и не думает отвечать на очевидную подначку.
– Что ж, думаю, стоит дать всем отдохнуть, – резюмирует леди Тэлль. – Я ведь ничего не забыла?
– Кролики, – напоминаю я. – С этим всем как-то связаны кролики.
– Точно, – улыбается леди Тэлль. Склоняется к замершему перед ней Шушу и добавляет: – Но за ушастыми нам есть кому приглядеть, верно, Шушик?
И глядя на то, как по-военному салютует мотылёк, я понимаю, что у нас всё может получиться. Мы ничего больше не упустим. А главное, я не позволю себе упустить Рику.
Глава 4. Подозрений всё больше
Ларика Тэлль
– Юна, где у нас мешки для мусора? – кричу подруге, вытряхивая из кухонных шкафчиков все припасы бабуленьки.
– Ты чего орёшь, болезная? – Из моей спальни выглядывает причина утреннего раздражения.
Да и ночного тоже. То, что чай бабушки будет с секретом, я поняла только с подачи Арма. И меня крайне удивило, что он не стал вмешиваться. А потом, видимо, всё вышло из-под нашего контроля. Такого потока нелепой правды, которую вчера выдали наши гости, я даже на вечеринках, устраиваемых Когтистым дивизионом, не видела. А там народ всегда отрывается как в последний раз.
Мастер Аксамит признался, что подумывает принять зелье, которое навсегда обезопасит его жену от беременности. На резонный вопрос, почему просто не предохраняться, декан развёл руками и промямлил, что не получается.
Это был первый раз за вечер, когда я испытала приступ квалионского стыда – когда косячит другой, а стыдно тебе.
Затем отличился лорд Греаз. После второй чашечки чая он принялся обсуждать с бабуленькой политику Алерата и Валестии. Договорились эти двое до объединения Теней королевства и Департамента скрытных дел империи. Или хотя бы создания смешанных команд, которые будут работать на общее благо. На моменте, когда свёкор Кары достал карманные версии портретов внуков и начал рассказывать, кому какую должность при дворе уже выбил, Арм не выдержал. Дико извиняясь, принц подхватил явно захмелевшего мужчину под руки и вывел его из нашей комнаты. Вместе с ними ушёл и декан, всё ещё расстроенный собственной плодовитостью.
В итоге вместо обстоятельного разговора с принцем я получила Шуша с маслом. Я так злилась на бабуленьку, что только сегодня утром поняла: Талль и ребята так и не вернулись. Либо сделали это, когда мы уже разошлись. Решаю разобраться с этим вопросом, когда закончу с первым заданием – предотвратить бабуленькину интервенцию.
– Юна! – Бросив на бабушку недовольный взгляд, я оборачиваюсь к двери в спальню подруги.
Но ответом мне служит лишь тишина. Вот это её срубило!
– Да что ты делаешь? – подойдя ближе, уточняет бабушка.
– Обеспечиваю безопасность чужих государственных секретов, – цежу я, выгребая последний шкафчик. – И заодно предотвращаю дипломатический скандал.
Надо признать, бабушка запаслась так, будто не на пару дней приехала, а минимум до конца моего обучения. А может, и вовсе решила бросить свои дела в Илларии и устроиться в Ворви-Уш. После моего выпуска как раз освободится должность нарушителя спокойствия.
Спрыгиваю со стула и, оглядевшись, прохожу к тумбе напротив. Где-то тут у нас были холщовые мешки для выноса сухого мусора.
– Мне кажется, ты нагнетаешь, – с лёгкой улыбкой проговаривает бабуля.
Она усаживается в кресло и закутывается в любимую бордовую шаль. Бросив на неё косой взгляд, я удивляюсь, насколько безобидно она сейчас выглядит. И не скажешь, что эта старая женщина, практически одуванчик на ножках, не моргнув глазом подаст настой тотального благоденствия чиновнику. Да ещё какому! Главе шпионов Валестии. Да узнай об этом лорд Греаз – нас не спасёт ни признание бабушки умалишённой, ни факт брака его сына с моей сестрой.
Это же, по сути, покушение на государственную тайну!
– Бабуля, я начинаю понимать, почему Кара в своё время так много на тебя ругалась, – недовольно бурчу я, смахивая в мешок коробочки, скляночки, кульки и кисеты.
Шестеро, чего тут только нет. Я знаю бабушкин шифр, и судя по надписям, тут есть и энерго-табак, и бодрящий чай, и даже нечто под названием «Светящиеся бурурульки». Ещё немного – и я сама буду этой неведомой бурурулькой, которая светится, но только от злости.
– Рика, милая. – Бабушка следит за мной с лёгкой улыбкой, из чего я делаю вывод, что самое главное эта лиса заныкала где-то в другом месте. – Раньше ты всегда поддерживала мои планы. Что изменилось сейчас? Ты перестала мне доверять?
– Нет, – несколько резко отвечаю я.
Продолжаю уборку чисто машинально. Бабушка – единственный человек в мире, которому я верю безоговорочно. Но почему-то именно сейчас мне её деятельность кажется больше разрушительной, чем полезной.
– Ба, прости, но здесь твои методы не совсем к месту. – Обернувшись, я встряхиваю полным мешком. – У нас тут каждый подозревает каждого…
– Первый раз, что ли? – хмыкает бабуля и отводит взгляд в окно. – Думаешь, когда Кара и девочки поехали в Илларию, всё было по-другому? Что тогда, что сейчас – нас снова пытаются стравить. Рассорить магические народы.
Застываю на месте, вцепившись взглядом в лицо бабушки. Она что-то знает? Тогда почему опять юлит?
– Ты думаешь, поглотители – дело человеческих рук? Квалиона?
– Я могу думать что угодно. – Она пожимает плечами. – Без доказательств это всего лишь размышления полоумной старушки.
– Ой, ну не надо себя принижать, – скривившись, прошу я.
Откладываю мешок с её запасами в сторону и подхожу ближе. А потом, как в детстве, устроившись в её ногах, кладу голову на колени.
– Бабушка, я верю тебе и твоему чутью. И остальные тоже. Но ты всегда говоришь недомолвками, действуешь порой слишком эксцентрично…
– Но всегда ведь действенно, – возражает она и, положив руку на мою голову, принимается перебирать волосы.
Я разве что не мурчу от такой ласки. Как я любила наши с ней вечера, когда перед сном она приходила мне рассказать сказки о Леди Тени и её похождениях. Сейчас мне всё больше кажется, что все эти истории были о ней. Её собственные подвиги.
