Страница 3 из 7
Кира : «Алис, что делать на этом онлифансе».
Ответ последовал незамедлительно, несмотря на поздний час.
Алиса: «Я рада, что ты решилась. Но главное – не бойся, не включай моралистку, и не думай, договорились?»
Кира: «Мне трудно не думать».
Алиса: «Сделай над собой усилие».
Кира: «Я просто… я не такая».
Алиса: «Да, Кир. Ты именно такая. Такая, что не даст матери умереть, потому что «не такая». Открывай сайт, регистрируйся».
Кира: «Какой ник выбрать? Что пишут девочки, которые подмышки продают?»
Алиса: «Блин, Кир, отстань от несчастных подмышек. Ты можешь не только их фотографировать».
Кира: «Неважно. Ник какой мне сделать?»
Алиса: «Нужно что-то вызывающее, провокационное, но не слишком пошлое. Сейчас подумаю».
Кира: «Только не «главэскорт»
Алиса: «Тогда лучше тарелочница.
Кира: «Что?»
Я не могла поверить сообщению подруги и несколько раз пробежалась глазами, прежде чем она добавила от себя.
Алиса: «Это провокационно, в тренд и не пошло. Мужчины будут думать, что тебе нужны деньги на еду и сразу же скинут».
Кира: «Но мне действительно нужны деньги».
Алиса: «Тем более! Пиши @tarelochnica001 и выкладывай первую фотографию, лучше без лица, если не хочешь светиться. Но нужна красивая фотография, в юбке, чтобы фигура была видна. И парочку других фоток загрузи.
С этим сложно. Юбки и платья я носила только в офис из-за четкого дресс-кода, а на пары позволяла себе и худи, и джинсы и даже спортивные костюмы. В галерее я поискала немногочисленные фотографии себя любимой в женском туалете. У нас стояло зеркало в полный рост, а я когда-то выставляла сторис оттуда с первого рабочего дня после подписания контракта. Сторис исчезло, никто и не узнает, если я лицо обрежу. Добавила ещё пару фотографий с отдыха на озере и дома. Надеюсь, сработает.
Кира: «Готово».
Алиса: «Теперь жди. Система сама предложит твой профиль».
Кира: «Сколько мне ждать?»
Алиса: «Не переживай, не три месяца. Просто подожди. Ложись спать, завтра сама все увидишь. Ты богиня»
Кира: «Я заложница».
Алиса: «Это синонимы, детка. Удачи тебе».
Алиса давно отключилась, но я не могла сомкнуть глаз, все смотрела на свой анонимный профиль и не до конца понимала, на что подписалась. Может, зря? Эти мысли я отгоняла – здоровье мамы важнее, чем какие-то моральные принципы. Через час – первый лайк. Через два – первое добавление моего профиля в избранное. Через три – сообщение.
ДонМорской2000: «Мне нужна фотография ступней в черных гольфах. 15к тебе на карту».
Первый «заказ». Это можно назвать заказом? Черт! От меня хотят чертовы гольфы, которые я не надевала сто лет в обед. Мое сердце неистово забилось в грудной клетке, мне тут же захотелось удалить к чертовой матери профиль, но…
Где Алиса?
Долгие гудки, она наверняка спала, но я обрадовалась, когда они резко прервались недовольным женским гулом.
– Если прямо сейчас рак не свистит на Арарате, можешь не продолжать…
– У меня попросили фото ног в гольфах! Что мне делать? – прокричала я в трубку. Плевать, если соседей разбужу, сейчас на все плевать.
– Как что? Сфотографировать.
– Но я… я боюсь. Вдруг он попросит больше, а потом вычислит мой адрес по номеру телефона или карты и…
– Кира, успокойся. Это всего лишь фотография твоих ног, а не других частей тела. По номеру телефона невозможно определить адрес, если ты не светила его в профиле на сайте. Просто сделай фотографию, отправь, оплата последует через специальный сервис Донатов, он не узнает твой номер телефона.
Вдох-выдох. Одна нога готова. Другая. Вспышка камеры на старом телефоне, обработка через нейросети, чтобы улучшить качество. Загрузила фотографию в диалог, палец застыл над стрелкой «отправить». Мой последний шанс одуматься и включить здравость разума. Не сработало, я отправила фотографию и через минуту получила свои первые деньги. Мне ничего не ответили, и я не хотела ничего более. Заблокировала телефон и легла на диван.
Из глаз потекли слезы от унижения и понимания, на что мне приходится идти ради мамы. Через два часа я проснулась по будильнику, замазала мешки под глазами плотным слоем консилера и поехала в офис. Снова унижения, снова снисходительные взгляды в моем отделе. Паши напротив не было, уже радовало. Но это ненадолго, я понимала.
Брыньк.
Входящее сообщение в рабочий чат.
Паша: «Я взял больничный, простыл. Но без веселья вы не останетесь».
К сообщению он прикрепил картинку девушки в форме официантки, которая подавала тарелку с деньгами.
Юлия: «Аха-ха-ха. Это намек на ту уродку из твоего предбанника?»
Паша: «А на кого ещё?»
Ленок: «Мы на ней за тебя отыграемся, Пашенька».
Я промолчала. Интересно, они знали, что я все видела? И травлю, и обсуждение моей персоны? Наверняка. Но сейчас я лишь выключила телефон и приступила к работе. Раз Паша на больничном, то его задачи перекинулись на мои плечи. В два раза больше работы, хотя нет, в три, с учетом того, что с момента нашего свидания он периодически скидываю часть работы, а я не могла отказать.
Пока я перебирала бумаги, мне поступило ещё несколько заказов на сайте, и я быстро исполнила желания своих клиентов. Слава фетешистским богам, они были не пошлые, просили фотографировать лишь части тела, а у меня не было времени задуматься о моральной точки зрения. К обеду на счету лежали первые пятьдесят тысяч. Если завтра дадут аванс, то к следующей неделе у меня будет сумма на операцию для мамы.
Это ради мамы…
Один из них таки попросил фотографию подмышки. И снова «Дон морской». Кто придумал такой ник? Я быстро сделала фото в туалете на этаже и отправила. Новое поступление, и я горько усмехнулась от стыда.
Вдруг кто-то узнает? Надеюсь, что нет.
Через полчаса мне в офис поступил звонок:
– Кира Михайловна, вас вызывает генеральный. С вами разрывают рабочий контракт, вы будете уволены.
Глава 6
Он сидел за столом, как каменная глыба, без эмоций и без комментариев, будто ждал, когда мои нервные клетки окончательно покинут чат. Он не отрывался от монитора, даже не глядел на меня, хотя я сидела здесь минут пятнадцать, как минимум. Мои коленки дрожали, грудь сжалась так, что я едва могла вдохнуть и выдохнуть терпкий воздух в кабинете.
Когда он оторвался от экрана и протянул мне папку, я вздрогнула от неожиданности. Неужели это договор о расторжении? Или же…
– Что это?
– Откройте, Кира Михайловна.
И я открыла. Сказать, что я была в шоке, ничего не сказать. Я держала в руках самое опасное оружие против меня. Мои недоколлеги наверняка бы порадовались и использовали против меня,. Полное досье на меня. Адрес прописки, номер телефона, ипотека в Люберцах, сканы выписок, переводы и поступления на карту. Но самое страшное – ссылки на все соцсети, включая онлифанс и последние поступления на карту в размере пятидесяти тысяч рублей.
Мое дыхание перехватило, я не понимала, как реагировать или объясниться. Черт, у него была ВСЯ переписка с DonMorskoy2000, включая фотографии моих ног, голеней и подмышек!
Черт, черт, черт! Я подняла глаза, ощущая, как меня прожигал воим морским взглядом этот князь Гвидон. Смотрел на мельчайшее изменение на моем лице, как мои мышцы подрагивали то от удивления, то от страха. А я никак не могла скрыть страх разоблачения.
– Это частная переписка, вы… Вы не имели право…
– На корпоративном устройстве с использованием корпоративного вайфая, – ответил он ровно.
Серьезно? Я спалилась на такой мелочи как рабочий вайфай? Вот что бывает, когда закончился трафик на мобильнике.
– Я… я не…
– Вы, – жестко отчеканил он. – И вы мне объясните, почему я получаю от какой-то секретарши из отдела кадров фотографию подмышек в туалете своего офиса.
– Мне нужны деньги. И я… я отправляла не вам, а…
И тут до меня дошло, что такой Дон морской. Боже, Кира, все было на поверхности, так логично, а тебе в голову не пришло, что тебя мог проверить генеральный директор, которого ты умыла сливочным соусом неделю назад. Дон морской это он. Но что генеральный делал в онлифанс? Вряд ли специально ради меня зарегистрировался для проверки.
– Креативный ник, – усмехнулась я. Все, терять мне больше нечего. – Понравились мои подмышки?
– Видал получше.
– Зачем?
– До меня дошли неприятные слухи о вас. Меня не устраивают сотрудники, которых обсуждают с таким рвением и в ключе аферистки, особенно, если обсуждение подтверждается фактами.
Моя нервная система окончательно сломалась, а внутренняя терпила покинула чат. Нет, внутри меня бушевал не просто гнев, а возродился армагеддон в живом обличии. И это живое обличие – я. Я поднялась с кресла и, оперев руки о стол, нагнулась над статной фигурой босса. Плевать, что сейчас будет, я уж не могла себя контролировать.
– Какими фактами? Тем, что меня называют тарелочницей ни за что? Или что меня обманули, кинули на деньги, а по офису распространяют лживые слухи?
Я кричала? Да, я кричала! Но мне было плевать. Наш диалог со стороны наверняка смотрелся комично. Я – как истеричка, а он – как само равнодушие и мастер познания дзена.
– Тем, что вы – личный репутационный пожар в отделе.
– Отлично. Тогда сразу к делу. Вы меня увольняете?
– Нет.
– Тогда зачем вся эта драма? Хотите ещё одну фотку?
Теперь он поднялся на ноги и поравнялся со мной. Хотя нет, он был выше и уше сам нависал надо мной. Я чувствовала себя совсем крошечной по сравнению с высоким Гвидоном Васильевичем или с морским дном. Боже, сейчас я окажусь на дне, судя по тому, как его четко очерченные скулы стали более выразительными от сжатия челюсти.
– Вы – проблема. И она не в ногах, не в подмышках, и не в ваших гольфах. Она в том, что вы здесь работаете и портите репутацию компании «Империя». Наши разработки признаны лучшими во всем мире, и я бы не хотел, чтобы какая-то девчонка портила идеальную репутацию своими подмышками.
– Простите, что не соответствую вашей концепции идеальной секретарши.
– Не стройте из себя жертву. Вы – аферистка. Зарабатываете деньги на фотографиях частей тела, разводите парней на ужин и оставляете с крупным счетом.
Он и эти подробности знал?
– Не думала, что буду обязана за «капучино на безлактозным молоке».
– Одному из наших сотрудников пришлось оплатить крупный счет, а также попросить аванс в счет будущей зарплаты.
– Один из ваших сотрудников сбежал и повесил на меня счет в пятьдесят тысяч рублей. Раз вы достали выписку из банка, то могли бы догадаться, куда пропала крупная сумма денег с кредитной карты и как я долго ее восполнила, чтобы проценты не начислились.
– И вы решили монетизировать себя? Из-за каких-то пятидесяти тысяч?
– Я решила не дать маме умереть, – прошипела я. – Извините, если это звучит неэтично, но у меня болеет мама, ей нужны дорогие лекарства, а сейчас и операция на сердце. Если я не успею до конца недели, то… то… Дьявол!
Слезы сами навернулись на глазах, а голубые глаза босса и его едва сдерживаемая ярость на лице поплыла перед глазами. Все проблемы накрыли меня как снежная лавина. Оскорбления, болезнь мамы, отношения коллег на работе, этот чертов онлифанс.
Морской Дон молчал. Ничего не говорил, не двигался, казалось, даже не дышал, либо я за своими всхлипами ничего не слышала. Только через несколько минут заметила движение перед собой. Открыла глаза, посмотрела на стол. Он протянул мне бумажные салфетки. Как заботливо. Наверняка у меня тушь потекла, да и выглядела сейчас как панда.
– Вы правы, Гвидон Васильевич. Я – позор компании. Лучше увольте меня, а я сама справлюсь. Честно, я не хотела портить репутацию компании или вашу или… Неважно.
Насколько мне хватило сил, я сжала дурацкую салфетку в руках и, подняв с пола свою гордость и самоуважение, шагнула к выходу. Шаг. Второй. Третий. Я уходила, а он молча наблюдал за моим окончательным падением на морское дно. Вот и всё, дверь за мной закроется, я останусь без денег, без карьеры и без мамы… Хуже уже не будет. Разве что он выложит мои фотки в общий чат и посмеется, а Паша с Леной придумают новые шутки и будут ликовать, что господа «тарелочница» наконец-то покинула компанию.
Я взялась за ручку и повернула ее, но…
– Я вас не уволю, если согласитесь на моё предложение.
Пауза. Рука замерла с опущенной ручкой вместе с разбитым от несправедливости сердцем. Маленькая капля надежды все же обрушилась на меня. Я обернулась и посмотрела на босса, словно искала в его словах подвох.
– Что нужно делать?
Медленно, словно хищник, он подошел ко мне и встал вплотную. Запах бриза пропитался в мои легкие. Не приторный, не слишком навязчивый. Красный, мужской парфюм, наверняка сильно дорогой. Его пальцы едва коснулись моей талии и опустились чуть ниже к бедрам. Замок щелкнул, а я опустила ручку, за которую все это время держалась. Выход на свободу окончательно закрылся для меня.
– Раздевайся.
Глава 7
– Раздевайся.
– Вы… серьезно?
