Отрываюсь от расстёгивания пуговиц и встречаюсь взглядом с её зелёными глазами. Я тону них. Нет мне спасения.
Боги! Она же мне даже не нравится. Так почему же так тянет к ней? Почему её я хочу сильнее, чем любую из моих прежних женщин. Сильнее, чем Коллет на которой я едва не женился.
Я словно разучился дышать, сердце отбивает ритм, как барабаны перед сражением. Я собираюсь, чтобы довести начатое до конца.
Только бы эта невозможная женщина не поняла, что я чувствую. Как она действует на меня.
Соберись, Райан. Нужно всего лишь найти зачинщика бунта и сможешь вернуться домой даже до окончания срока. Без Софи. Она вернётся к себе и всё станет как прежде: понятно и правильно.
Может, действительно пора жениться? А то вон как кидаюсь на первую встречную.
Время ещё есть. Не реагируй на её колкости, покажи, кто здесь главный. Она не сможет устоять.
Раздеваю Софи, только чтобы выполнить распоряжение императора, а не по собственной воле. По собственной воле я бы к ней и на пушечный выстрел не подошёл.
Я лучше бы взял с собой Коллет, чем её.
Раздеваю Софи донага, проклиная императора, на чём свет стоит. Гадский кузен, заставляет меня испытывать желание к той, которую терпеть не могу.
Это от долгого воздержания. Точно, до ссылки к золтам, я инспектировал армию империи, и женщин у меня не было.
Облегчённо вздыхаю. Это просто потребности организма, а не мой плохой вкус. Она всё так же мнеотвратительна, но обстоятельства складываются не в мою пользу.
Погрузив её в ванну, я намыливаю мочалку. О, великая богиня жизни Изумруд, это твои проделки? Мыло пахнет сливами.
Закусив нижнюю губу, я быстро смываю с Софи грязь.
С зонами, которые покрыты волдырями, приходится возиться дольше. Стараюсь не сделать Софи больно. Нужно тщательно промыть, чтобы не осталось ни волосинки, ни капли грязи. Заражение мне ни к чему.
Я отомщу братцу за всё, что он устроил. Особенно за запах, сводящий с ума.
Вытаскиваю её из ванны. Во время купания Софи присмирела. Я читаю признаки возбуждения, прикрытые острым язычком. Что ж, даже то, что я выиграл, не приносит мне облегчения.
Остаётся намазать места ожога мазью и как обещал император, к утру почти ничего не останется.
Укутываю в широкое полотенце и начинаю обрабатывать ожоги мазью, стараюсь сосредоточиться только на ранах. Пальцы горят и покалывают. Как же наверно больно Софи, но я не решаюсь поднять на неё глаза. Не сейчас. Пусть привычная язвительность к ней вернётся, тогда гораздо проще держать себя в руках.
Сам того не замечаю, как мои руки уже не столько смазывают раны, сколько ласкают её кожу.
Лицо Софи горит, а взгляд затуманен. Она полностью в моей власти. Я наклоняюсь к её губам. Нужно снять напряжение, а она как раз в таком состоянии, что не откажет.
Только один раз и забуду о ней навсегда.
Мои губы прикасаются к её приоткрытым, жаждущим поцелуя, лёгким, почти неосязаемым поцелуем. Софи так смотрит на меня своими невозможными зелёными глазами, что мне нестерпимо хочется прижать её к себе. Но нельзя, у неё ожоги.
– Райан, ― раздаётся визгливый женский голос. ― Ты что делаешь? Отойди от неё.
Медленно разворачиваюсь, чтобы хотя бы чуть-чуть спало желание придушить незваную гостью. И кого это к нам принесло?
Глава 9
Райан ди Роско
Злость заполняет меня до краёв, боюсь, что прибью того, кто так нагло ворвался в святая святых ― ванную комнату.
Медленно поворачиваюсь и … Надо сказать, что я удивлён. А удивлять меня своей непредсказуемостью может только кузен.
А тут, поди ж, ты…
Передо мной стоит Коллет, собственной персоной. Её чёрные волосы выбились из идеальной причёски, на красивом платье пыль и грязь, оборки оторвались. Кукольное лицо излучает
– Ты как сюда попала? ― резче чем нужно, спрашиваю я паршивку.
– Райан, милый, я не смогла выдержать разлуки, ― Коллет смахивает несуществующую слезу. ― Мысль о том, что тебя сослали в эту дыру на целый год, сводит меня с ума.
– Оно и видно, ― тихо, но так чтобы её было слышно, произносит Софи.
Я усмехаюсь, а Коллет возмущённо фыркает.
– Мы с тобой уже всё обсудили, ― спокойно говорю я. ― Два месяца назад…
– Это была ошибка, ты сам скоро это поймёшь, ― ласково произносит Колетт с выражением золотой невинности [1] на лице. ― Я докажу, что ты любишь меня.
Стискиваю зубы, чтобы не зареветь как раненый зверь от упрямства этой девчонки. Как можно быть такой навязчивой.
Мой дракон бесится от того, что его отвлекают от Софи.
Повернувшись к Коллет спиной, я открываю баночку с мазью. Набираю из неё неприятно пахнущую массу и наношу на раны Софи на лице. Нежно втираю её, Софи лишь до крови кусает губу. Я знаю, какую боль она испытывает. Не раз именно этой мазью лекари приводили меня в форму после тяжёлых ранений на поле боя.
– Отправляйся домой, ― бросаю я Коллет. ― Я всё сказал и не желаю тебя видеть.
Из-за спины раздаются всхлипывания. А я терпеть не могу женских слёз.
Невольно сравниваю Коллет с Софи. Одна ревёт, чтобы получить желаемое, а другая молча терпит боль ожогов.
Истину говорят, что "не всё сияние – драгоценность" [2].
Я иначе смотрю на свою невольную помощницу. Как бы не прискорбно это признавать, но кузен, видимо, лучше изучил Софи, и сейчас я даже благодарен ему за это.
Девушка настоящий боец, а в провинции золтов неженкам не место.
– Не гони меня, Райан, я могу помочь выполнить задание императора, ― не унимается Коллет, презрительно добавляя. ― Что может знать о свадьбах замухрышка из другого мира.
Софи вспыхивает. Я чувствую, как учащается её пульс, как раз приступил к обработке рук.
– Да я столько свадеб организовала, ты на стольких даже не была, ― нервно произносит Софи сквозь зубы. ― В конце концов, к чему спор? Император выбрал меня, а тебя и Райан, и его кузен отправили в отставку. Смирись и отвали.
Неожиданно мне нравится, как Софи произносит моё имя.
Я заканчиваю обработку ран, вот только боль будет нарастать по спирали. На лице Софи выступают капельки пота.
– Не сдерживайся ― кричи, ― говорю я ей. ― Я знаю, какую боль приносит мазь.
– Откуда? ― шипит она.
– Ранения на поле боя, ― поясняю я, ― а от этой мази швы быстрее заживают.
Софи кивает, тихонько поскуливая.
– А ты кричал?
– Было бы странно, если бы генерал армии кричал, ― усмехаюсь я. ― Но был близок, чтобы заорать.
– Генерал, ― кричит мой денщик из кабинета, ― вас вызывает император.
Вот же делать ему нечего, мысленно ругаюсь я.
– Неси сюда медальон, ― приказываю я.
– Райан, не говори императору, что я тоже здесь, ― просит меня Коллет.
Она знает, что мой кузен терпеть не может неповиновения. Он бы и меня жёстко наказал, но я его любимый брат, вот и терпит. А выходки Коллет он терпеть не будет. Жестокого наказания не избежать.
– Хочешь остаться? ― спрашивает Софи, как будто это и так не очевидно, а Коллет лишь кивает, размазывая настоящие слёзы по щекам.
Испугалась гнева императора, но думать надо было раньше.
– Тогда честно признайся императору, как сюда пробралась, и попроси остаться, ― советует Софи.
– Она здесь не нужна, ― жёстко произношу я. ― Впрочем, как и ты. Но от тебя не избавиться, а от неё запросто.
Софи бросает на меня уничтожающий взгляд и говорит Коллет:
– Признавайся смело, я знаю, как сделать так, что ты останешься.
Выслушивать бредовые идеи Софи у меня нет ни времени, ни желания. Я оставляю её с Коллет и быстрым шагом направляюсь в кабинет, император не любит ждать.
– Ну, и где ты ходишь? ― с порога спрашивает нетерпеливый кузен.
– И вам здравствуйте, Ваше Величество.
– Виделись, ― усмехается кузен. ― Так и где ты ходишь?
– Выполнял ваше распоряжение, ― смиренно склонив голову, прячу я улыбку.
– Какое распоряжение? ― задумывается Риган.
– Вы мне их так много надавали, что уже и не помните, ― удивляюсь я. ― Может, лучше записывать и присылать мне, а то потом окажется, что я вдруг что-то не выполнил.
– Не дерзи мне, Райан, ― император подходит близко к экрану. ― Как там продвигаются дела? Уже напал на след заговорщика?
– Почему вы так уверены, что заговорщик один, а не двое или даже группа?
– Я не уверен, а сколько их это ты мне должен ответить, ― начинает заводиться Риган. ― Чем ты занимаешься там?
– Собственноручно купал Софи и смазывал ей раны, ― не могу сдержать улыбки, наблюдая, как вытягивается лицо кузена.
– Я ведь тебе сказал, чтобы ты не трогал Софи? Сказал? ― сжимая кулаки рычит он. Зрачки принимают вертикальное положение, и драконья сущность прорывается наружу. Брат на грани оборота.
Да, что такое-то в этой Софи? Ни лица, ни чешуи, разве что запах умопомрачительный, но брат с ума сходит из-за неё. Интересненько, а как она пахнет для Ригана. Надо разобраться.
– Но в то же время ты мне сказал, чтобы я обработал её раны, ― парирую я. ― И тоже сам. Как прикажешь выполнять эти два противоположных приказа?
Я специально добавляю “приказа”, чтобы до него дошло, что я всего лишь исполнитель его воли. Кузену это нравится.
Риган молчит, лишь из ноздрей идёт пар, он обратился наполовину. Что же ты скрываешь, братишка?
– Как пахнет Софи? ― в лоб спрашиваю я.
– Не твоё дело, ― огрызается он.
Неужели, Софи – истинная кузена?
Нет, – мотаю я головой. Была бы истинная, он бы её со мной не отпустил. Или всё-таки она? А кузен её так спрятал до отбора невест.
Что-то я совсем запутался. Тут бы с золтами разобраться, а он подкидывает мне ещё задачки, которые намного интереснее.
– Софи – твоя истинная пара, которую ты решил спрятать под моим присмотром у золтов? ― спрашиваю я напрямую.
– Нет, ― слишком быстро отвечает император. ― Никогда не думал, что скажу это тебе, но ты слишком много думаешь.
Я пожимаю плечами. Его ответ лишь утвердил меня в подозрениях.
Вся эта миссия у золтов лишь повод спрятать Софи. Иномирянку в качестве императрицы могут и не принять. Так вот почему он хочет устроить отбор. Чтобы Софи победила, и ни у кого не возникало подозрений и сомнений.
– Райан, тебе надо в кратчайшие сроки выявить заговорщика, а ты придумываешь дурацкие гипотезы, ― усмехается Риган. ― Так как продвигаются дела с расследованием?
– Никак, ― отвечаю я, пожимая плечами. ― Как-то не до расследования было.
– А причины столь странного поведения ты хотя бы понял? ― наседает на меня император.
– Говорю же, нет, пока.
Кузен, заложив руки за спину, ходит по кабинету. Это мелькание раздражает.
– Успокойся и сядь от твоего мельтешения, в глазах рябит, ― говорю я ему. ― Найду я тебе заговорщиков.
– Покажи мне Софи.
