Киран Мистиан
Каждый год в академии Вечных Стражей происходило одно и то же – шоу под кодовым названием «проверка на вшивость». Участвовали все, и самоотвод не предусматривался. Целую неделю новеньким создавались сложные условия, а магистры незаметно, но тщательно следили, кто как на испытания реагирует.
Все же Вечный Страж – это не просто боевая единица. Это определённое звено в общей цепи, которое удерживает сильного и хитрого врага подальше от наших миров. Звено, выкованное из стали характера и магического дара. Если взвалить на студента то, что он выдержать не в силах, – всё посыплется. Случится прорыв, и неизвестно сколько мирного населения Фера или любого другого мира пострадает. Так что Вечными Стражами станут хорошо если десять процентов новобранцев. Остальные получат магическое образование и просто будут жить и трудиться в Тераформе.
Место найдётся для каждого. Целители, бытовики, артефакторы, маги из сферы развлечений, банкиры, торговцы и представители прочих профессий делают будни Вечных Стражей такими, что хочется жить на полную катушку и защищать то, что имеешь, изо всех сил. Ну и сами они (те, кто не бойцы) замечательно себя чувствуют. Ведь Межмирье прекрасно. Здесь даже воздух звенит магией, традиции лишены множества чопорных предрассудков, а звёзды светят ярче, чем в любом другом мире. Ничего лучше этого места нет.
Однако счастливую жизнь изредка омрачали неприятности. Выпавшую на мою долю роль куратора ноктурцев я принимал, сжав зубы. Но ректор сказал:
– Киран, ты слишком в себе уверен. И вообще зажрался. Весь высший курс будешь приглядывать за новичками и решать все их сложности. И попробуй не справиться. Я расскажу губернатору о Лунных гонках, и твой победоносный быстроезд поставят на штрафплощадку. А ещё я дам тебе такую выпускную характеристику, что с ней только на дальнюю вышку дозорным возьмут.
Разозлился он из-за того, что на Лунных гонках – опасном и не совсем законном развлечении – с трассы вылетел его племянник и теперь валялся на восстановлении у целителей, вместо того чтобы присоединиться к рейду на границу Межмирья и Небытия. Ректор Брендис Кесада – дракон, и слов на ветер не бросает. Так что я не сомневался, что именно так он и поступит, если я попробую оспорить назначение. Пришлось принять.
Но я искренне надеялся, что новички окажутся понятливыми и дёргать меня не станут. А со всеми их проблемами справятся мои приближённые из свиты – благо их под моей опекой целый отряд. Но нет. Одна из девиц явилась в мой дом уже в первый день!
И предлог ведь придумала, вообще не сильно стараясь! Якобы мне из дома что-то передали. А я даже приблизительно представить не мог, кто бы это сделал. Ведь со всеми, с кем нужно, я прекрасно общался: и с отцом, и с кормилицей, и с наставником – для магов моего уровня и с моими связями нет никакой сложности отправить послание в другой мир и получить ответ. Так вот никто из моих близких ничего передавать мне точно не собирался. Значит, девчонка врала.
– Иди за мной, – сказал я ей сквозь зубы вместо того, чтобы погнать взашей.
Даже рубашку накинул и музыку выключил, хоть последний альбом «Чёрных костей» удивительно попадал в настроение, но… Что-то – то ли любопытство, то ли упрямый взгляд новобранки – заставило меня проявить слабость. Эта Клементина Нежинская сразу привлекла моё внимание не только потому, что Сагдиан – сильнейший пятикурсник Ноктуры – выделил её из остальных. Что-то в ней показалось знакомым. Как будто что-то оторвалось от души и рвануло к ней навстречу. Я даже еле удержался в аудитории, чтобы не потереть грудь в районе сердца.
Привёл её в кабинет, махнул рукой на кресло с высокой спинкой и сел за стол из чёрного дерева, покрытого паутиной магических рун.
– Кто и что мне передал? – спросил, холодно уставившись на обманщицу.
Надо сказать, что очарованием её Творец не обделил, как и магией – дверное тестирование показало огромный потенциал, почти не уступавший моему, в личное дело я уже заглянул. Шоколадные локоны с золотистыми бликами и ясные голубые глаза цвета зимнего неба, пухлые алые губы, точеные черты лица, ладная фигура – всё в ней было гармонично и радовало взгляд. Однако среди демониц и эльфиек есть девушки и поярче. Не совсем понятно, почему сердце тревожно билось, когда я смотрел именно на эту девчонку.
Она поставила на пол саквояж и академический вещмешок, но вместо того, чтобы опуститься в кресло, сделала два решительных шага к моему столу, подняла руку и ткнула пальцем себе в грудь.
Я невольно проследил за этим движением и ощутил, как время замедлилось. Кисть была тонкой, с изящными длинными пальцами и аккуратными ноготками…
– Я пришла тебе кое-что передать от себя. Пять лет назад. Дворец. Свадьба твоего отца. Сад… – сказала холодно и уточнила, выгнув бровь: – Припоминаешь?
Воздух в кабинете вдруг стал густым, как сироп. У меня по спине пробежали мурашки. Я вскочил и уперся ладонями в стол, ощущая, как дерево трещит под моим весом.
Конечно, я помнил, что тогда случилось. Это она?! Но что девчонка делает здесь? Её не должно быть в Межмирье! Она же мне тогда всю свою магию отдала! Такого просто не может быть!
Глава 6
Кирана мои слова заставили растерять всю отстранённую холодность. Он вскочил на ноги – кресло с грохотом отлетело назад – и угрожающе навис над столом. Глаза засверкали магией, желваки заходили ходуном.
На всякий случай я сделала шаг назад – элементарная осторожность.
– Ты не можешь быть ею! Откуда ты знаешь про тот случай? Отвечай! – голос Кирана прогремел, как гром перед началом страшного ненастья.
Но меня уже сложно было запугать. Слишком много страха пришлось пережить за последние сутки. Устала.
– Мне тогда было четырнадцать. За пять лет я сильно изменилась. Уверен, что это не я? – скрестив руки на груди, фыркнула в ответ.
– Дело не во внешности! – он ударил кулаком по столу, и там что-то со звоном подпрыгнуло. – Та девчонка отдала мне всю свою магию! Она была одарена магией жизни. Только это меня и спасло.
Я хлопнула ресницами. Такого поворота не ожидала. Потому просто недоумённо развела руками.
– Как видишь, не всю. Похоже, у меня её оказалось слишком много.
Киран вдруг запустил руку в волосы, смял идеальную причёску, что-то пробормотал, похожее на ругательство, и, резко обогнув стол, шагнул к секретеру. Распахнул дверцы с такой силой, что петли протестующе заныли, порылся и вытащил маленькую квадратную коробочку с серебряной инкрустацией. Подошёл ко мне, распахнул её. Внутри на бархатной подушке лежала свёрнутая змейкой странная округлая лента. Киран приказал мне:
– Достань артефакт и оберни вокруг запястья.
Нет, пожалуй это была не лента. Артефакт скорее походил на прозрачный круглый шнурок из нетканого материала. На ощупь – прохладный и скользкий, как шелковистая трубка из гибкого стекла.
Я подчинилась без страха. И через пару секунд лента словно ожила на моей коже, приобрела насыщенный серый цвет но то там, то сям в ней вспыхивали белые, чёрные и красные искорки, как будто внутри артефакт был полым, и в этой полости происходили какие-то процессы. Я смотрела, не в силах отвести глаз. Зрелище завораживало.
Вскоре искры выстроились в непонятный знак, и Киран застонал вслух. Его реакция мне не понравилась.
– Что это значит? – спросила я.
Сердце бешено колотилось где-то в горле.
Но мой должник ответил не сразу. Сначала снял с меня артефакт. Пальцы Кирана оказались горячими, и их прикосновение заставило меня вздрогнуть. Он вернул артефакт в коробку, дождался, когда тот станет прозрачным, и обвязал странный шнурок вокруг своего запястья. Процесс повторился. Тот же серый цвет, те же красные, белые и чёрные искры. Они сложились в знак. Но другой.
Когда я его увидела, во мне что-то тревожно шевельнулось. Как будто древний инстинкт забил тревогу. Я вспомнила свой знак, соединила с тем, что у Кирана, и поняла, что это две части одного символа! Такой изображён в центре портальной арки в императорском дворце и красуется на департаменте порядка в столице.
– Сила. Мы с тобой – единая сила, и это очень-очень плохо, Неженка, – сказал Киран мрачно.
Его глаза потемнели, как перед грозой. Киран снял артефакт, положил в коробку, а когда тот снова очистился, обернул шнурок вокруг наших запястий. Знак, предсказуемо, проявился во всей своей красе.
– Почему это плохо? – спросила я, отдёрнув руку и спрятав её за спину, едва Киран снял ленту.
Бодрилась. На самом деле едва сдерживала тревогу.
– Потому что по тебе не заметно, чтобы ты мечтала стать Вечным Стражем. Ты вообще не похожа на боевика. Но каким-то невероятным образом пять лет назад наши с тобой способности смешались. Ты отдала мне часть себя, а я тебе часть себя. В итоге теперь мы просто идеально дополняем друг друга. Если об этом узнают в академии, быть нам ударной двойкой, – мрачно предрёк Киран.
В животе что-то оборвалось и упало. И вот даже не было во мне никаких сил на бурные эмоции, а я всё равно испугалась не на шутку.
– Я не хочу быть ударной двойкой! Я домой хочу! Я вообще хотела тебя найти, чтобы уговорить вместе вернуться! Я знаю, что так можно, если что-то достойное награды совершить! – выпалила я всё, что до этого планировала сказать весомо и с расстановкой.
Киран усмехнулся невесело и вернулся за свой стол.
– Сядь в кресло, разговор предстоит долгий. – В этот раз он попросил, а не приказал.
Я села и поняла, как устали ноги. Мышцы дрожали от напряжения. Захотелось неприлично опустить плечи, даже сгорбиться от внезапных открытий.
– Я готова на всё, чтобы вернуться домой, – выдохнула, чувствуя, как слёзы подступают к глазам.
– Давай-ка для начала разберёмся, зачем ты вообще ко мне пришла, да ещё и с вещами? – спросил Киран. Он поднял со столешницы плоскую прямоугольную пластину, мерцавшую голубоватым светом, и поднёс к уху: – Принеси в кабинет напитки и закуски, – приказал, положил пластину и уставился на меня тяжело, изучающе.
А я в этот момент немного растерялась. Злость давно прошла, и теперь я не знала, чего у него просить, чтобы не продешевить.
Пока думала, в дверь кабинета поскреблись, и после разрешения войти крупная орчанка в пёстром длинном платье и высоком тюрбане вкатила столик с разнообразными закусками. Я увидела блюдо с красными, коричневыми и розовыми колечками (наверное, мясными), золотистые булочки с хрустящей корочкой, загадочные мягкие шарики – зелёные и цвета топлёных сливок. Кувшин с жёлтым напитком – он переливался, как жидкий янтарь, – бокалы, тарелки и приборы из чёрного обсидиана завершали сервировку.
Орчанка поставила всё это передо мной удивительно грациозно для её габаритов и беззвучно вышла, лишь легко поклонившись Кирану. Я сглотнула слюну. Желудок предательски заурчал. Незнакомые блюда выглядели и пахли аппетитно, а время шло к обеду.
– Я могу предположить, что всё не так ужасно, как кажется на первый взгляд, – аккуратно разрезая булочку, заговорила я. – Однако то, что у тебя целый штат слуг, намекает на то, что традиция поиска сильного покровителя всё же существует.
– Если я возьму тебя под покровительство, это сразу привлечёт к нам внимание, и совсем скоро кто-то догадается о нашей совместимости, – перебил меня Киран.
Я встрепенулась.
– Нет-нет, ты не понял. Я не хочу твоего покровительства. Я хочу быть самодостаточной. От тебя мне нужна только информация. – Я подняла нож, которым собиралась намазать мягкий шарик на булочку. – Расскажи, что происходит и что мне делать, чтобы меня никто не трогал. Я хочу вернуться домой. Какие тебе известны возможности для этого? Если поможешь всё сделать правильно – я буду считать, что ты мне ничего не должен.
– А я и так тебе ничего не должен. – Киран откинулся в кресле, скрестив руки на груди. – Если бы ты не отдала мне тогда часть своей магии и не забрала часть моей, я бы отправился на перерождение, а тот, кто меня убил, получил бы по заслугам.
Я подозрительно сощурилась.
– Неужели твоя жизнь в Межмирье настолько невыносима, и ты жалеешь, что её не лишиться? Или ты пытаешься принизить мою помощь и отказаться от уплаты долга? – спросила ехидно.
Не было похоже, что он своей жизнью пресытился и мечтал о перерождении. Пусть не врёт.
Киран поморщился и вздохнул.
– Знаешь что странно?
– Что? – Я плеснула в бокал из кувшина.
– То, что я вообще сейчас веду с тобой разговоры и что в моей душе скребётся совесть, – неожиданно сознался он. – Думаю, это последствия обмена магией. Я тебя будто как частью своей семьи чувствую. Ладно. Нет смысла этого отрицать.
– А я почему не чувствую к тебе такого? – прислушавшись к себе, спросила я и откусила от булочки.
Никаких родственных чувств. Киран красив и могущественен. Смотреть на него – сплошное удовольствие. А вот потрепать по голове и чмокнуть в щёку как брата – вообще не хочется. Наоборот, при мысли о таком жесте сердце странно ёкает. Нет, я от стыда сквозь пол провалюсь, если так сделаю.
– Возможно, потому что у меня уже прокачан резерв и инстинкты, а у тебя нет. В любом случае я согласен тебе помогать, чтобы закрыть долг.
А вот это обрадовало! Я даже взяла тарелку и переложила на неё несколько мясных колечек. Ужас как хотелось есть.
– Рада, что лёд тронулся. Начнём с того, как мне избавиться от сводной сестры в соседках. Это она сдала меня в академию. Видеть её не хочу, – сказала я, укладывая сверху намазанной жёлтым шариком булки розовое колечко.
– Нет, начнём мы с того, что в Межмирье во сто крат лучше, чем на Фере, а значит сводной сестре ты должна быть благодарна, – отрезал Киран.
Я уже жевала, поэтому только упрямо помотала головой.
– Совсем скоро ты будешь воспринимать возвращение домой как наказание, а не как награду, – добавил Киран.
Но я уже прожевала, поэтому позволила себе не согласиться:
– Ты так говоришь, потому что тебе не к чему возвращаться. Ты смирился и отказался от борьбы за престол, а ещё так хорошо здесь устроился, что простил тех, кто хотел тебя убить.
Киран помрачнел, его взгляд стал холодным, а сам он как-то весь подобрался: мышцы напряглись под тонкой рубашкой, будто он готовился ударить меня за оскорбление. Ой, наверное, зря я все свои мысли в лоб выдала. И вообще, что на меня нашло? Я будто совсем перестала контролировать что говорю! Подозрительно покосилась на еду и стакан с жёлтым морсом.
– Ты ничего не знаешь и не понимаешь, – тихо, проговаривая каждое слово, ответил Киран, и его почти прозрачные серые глаза сверкнули ледяным блеском в полумраке комнаты.
Лучше бы крикнул. А то от такого тона стало только страшнее. Низкий ровный голос проникал прямо под кожу и вызывал мурашки.
– Прости, я не хотела тебя обижать. У меня будто язык развязался. В еде нет никакой добавки? – поспешила повиниться я, сделав жалобное лицо.
– Принято, – медленно кивнул Киран. – Но еда тут ни при чем. Скорее всего, это твоя реакция на нашу связь. Я не могу игнорировать твои просьбы, а ты не можешь мне врать. Из-за смешения магий может всякое происходить. Надо изучать. Явление редкое.
Внезапно в голову пришло, что без его части я точно попаду на Сильвану, а на Ноктуре я оказалась только благодаря чужой магии.
– А мы не можем поменяться назад? Я тебе отдам твою часть, а ты мне мою? – спросила я с затаённой надеждой.
– Не имею понятия. Говорю же – надо изучать. Я о таких парах только в героических эпосах читал. Якобы раньше маги умели такое делать, и только благодаря этому им удалось отогнать монстров Небытия. Однако знание утрачено. Или от него по какой-то причине отказались. В общем, сейчас мы не это с тобой обсуждаем, а как тебе занять достойное место в академии и при этом нам не засветиться.
Я кивнула. Киран прав, не стоит решать все вопросы разом.
– Мне кажется, сейчас проходит некое тестирование. Как мне себя вести?
– Ты должна показать силу духа, что можешь со всем справиться. Твоя сводная сестра в соседках – это сущая ерунда. Если будешь требовать переселения – получишь минус балл. Сделай так, чтобы она от тебя сбежала, а не ты от нее.
– А то, что я примчалась к тебе с вещами, как расценят? – спросила я, уже догадываясь, что очков мне это не добавит.
Я не жалела, что пришла, и мы очень многое выяснили, однако магистры могли истолковать мой порыв так же, как и Сагдиан.
– Зависит от дальнейших развитий событий. Если ты выйдешь от меня и пойдешь к себе, а все последующие испытания будешь проходить без потери баллов – твоя версия с передачкой из дома вполне сойдет. Но если проявишь слабость – сочтут, что ты искала у меня покровительства, то есть самая первая из всех новичков поджала хвост.
Логично.
– Какие будут испытания?
– Ничего ужасного. Насилие и членовредительство исключены и жестоко караются. Но давление и попытки вывести из себя будут. Сегодня ночью запланировано посвящение в студенты. Завтра на лекциях завалят теорией, а на физподготовке измотают до изнеможения. Все будет длиться неделю, а потом вас официально примут, огласят результаты и распределят по группам.
– А те, кто не выдержит?
– Их будут лечить. Выжмут весь потенциал и определят туда, где новобранец сможет быть максимально полезным. Больше половины улетят в Блендер, отучатся три года и уйдут в свободное плаванье. Подумай, может, это твой путь?
Я категорично мотнула головой, аж волосы хлестнули по щекам.
– Там невозможно совершить подвиг и отправиться домой. Я должна быть сильнейшей.
Киран закатил глаза и шумно выдохнул.
– Опять ты за свое! Услышь меня, Неженка! Если станешь сильнейшей, то сама не захочешь домой. Ты будешь успешной и очень богатой. Твоя жизнь между рейдами превратится в сплошной праздник. Ты в курсе, что у демонов, орков и оборотней огромный конкурс среди молодняка на шанс поступить в Межмирье?
Не то чтобы я совсем Кирану не верила, просто не очень понимала: а в чем праздник? а как же семья? дети? дом? В моем представлении счастье выглядело иначе. Не как беспробудный кутеж между сражениями.
