– Да, Джаннет лучшая в своем деле. Ты знаешь хорошего мастера в Нью-Йорке?
– Только мой. Я запишу тебя к нему.
– Ты прекратишь лапать руку моей девушки? – От враждебности в голосе Коула по моей коже пробежали мурашки.
Дин хищно улыбнулся и нехотя отпустил мою руку, не забыв напоследок провести пальцем по тыльной стороне ладони. Я надеялась, что Джек вмешается, попросит их не устраивать скандал, однако его вовсе не интересовало происходящее. Это сбило меня с толку. Казалось, что только я чувствовала волны гнева, исходившие от Коула.
– Вы выбрали что-нибудь? – лениво спросил Джек.
Я старалась не глазеть на него, потому что в отличие от брата он не стремился познакомиться со мной.
– Кайли, – позвал Коул и взглядом указал на меню.
– Я буду саке.
– Она мне очень нравится, мы можем оставить ее? – спросил Дин у Джека, и тот качнул головой. – Дьявол, потом не задавайся вопросом, почему от тебя все сбегают.
– Я и не задавался, – холодно бросил Джек.
– Только саке? – переспросил Коул, словно не мог вынести, что я уделяю внимание другим. – Тебе придется что-нибудь съесть.
– Я съем рис из твой порции, – натянуто отозвалась я и одарила его выразительным взглядом.
– Из своей. Рыбу отдашь мне.
– Не можешь поделиться едой со своей девушкой? – с упреком спросила я.
– Я могу заказать своей девушке все меню. – Его голубые глаза сверкнули недобрым блеском. Мои губы растянулись в победной улыбке.
– Так сделайте это, мистер Ричардсон.
– Я ее обожаю, – мечтательно сказал Дин, подперев ладонью голову и влюбленно смотря на меня, – не хочешь быть моей девушкой? Я куплю тебе ресторан.
– Осторожней, Дин, – вмешался Джек, не сводя глаз с Коула.
Коул проигнорировал и одного, и второго. Вместо этого подозвал официантку и с невозмутимы выражением лица заказал все меню. Девушка нервно хихикнула, но когда поняла, что он серьезен, испуганно перевела взгляд на меня.
– К сожалению, некоторые позиции мы не можем…
– Приготовьте те, которые можете, – отрезал он и достал телефон.
– Это твое кредо по жизни? – не выдержала я, когда девушка ушла на кухню. – Хамить людям, которые обслуживают тебя?
– Я ей не хамил, а не дал потратить свое время.
– Культура отмены плачет по тебе. Я создам петицию и предложу подписать ее всем тем, кого ты успел оскорбить.
– Я подпишу! – поддержал меня Дин.
Коул демонстративно закатил глаза.
– Мне нужно выйти покурить.
– Ты не куришь, – заметил он, – по крайней мере, так было указано в твоей анкете.
– Как и то, что я ненавижу рыбу, но ты проигнорировал этот пункт. Прошу меня извинить, – обратилась я к остальным и спешно вышла на улицу.
Холодный ветер мигом остудил мои разгоряченные щеки. Я глубоко вдохнула, наслаждаясь не только свежим воздухом, но и шумом вокруг. Мне так хотелось влиться в этот бурлящий поток, взять кофе и стереть ноги в кровь, гуляя до поздней ночи. Я обернулась, чтобы оценить возможность побега, но наткнулась на пристальный взгляд Коула.
Мое дыхание стало поверхностным, а сердце гулко забилось в груди. Я тяжело сглотнула, чувствуя, как кожа медленно нагревается в тех местах, куда дотягивался его взгляд. Воздух наполнился ароматом его парфюма, что, черт возьми, было невозможно. Но я жадно вдохнула его и почувствовала густое спокойствие, растекающееся в венах, подобно сиропу.
Официантка постепенно приносила блюда. Я села на свое место, стараясь выглядеть непринужденной. Бедро Коула легло задело мое, и это заставило меня напрячься. Дин внимательно следил за мной, словно пытался в чем-то уличить. Коул же не смотрел в мою сторону. Он обсуждал с Джеком какие-то акции и ценные бумаги.
Его нога снова задела мою. Я шумно втянула носом воздух и совершила ошибку. От запаха рыбы к горлу подкатила тошнота. Мое лицо исказила гримаса, пока взгляд не наткнулся на палочки.
Иисус, да ты издеваешься.
Я забыла про гребанные палочки, которыми принято есть суши, роллы и все остальное.
– Какие-то проблемы? – в голосе Коула послышалась насмешка.
– Помимо очевидной?
Коул вздохнул, взял меня за руку и показал, как правильно держать палочки. Мои пальцы внезапно одеревенели и никак не желали изгибаться под нужным углом.
– Расслабься, – попросил он, и его дыхание коснулось моей щеки.
Воздух со свистом покинул легкие, а по коже пробежала мелкая дрожь. Коул мягко провел подушечкой пальца по ладони. Терпение, которое он сейчас проявлял, приятно удивило меня.
– Не могу, – шепотом ответила я и попыталась отодвинуться, чтобы хоть немного отвоевать себе личное пространство. Коул требовательно вскинул брови, но черта с два я бы призналась в том, что его близость меня смутила.
– Давай, Кайли, просто расслабь пальцы.
Но они словно налились свинцом. Коул прижал большой палец к точке моего пульса и нахмурился. Мое лицо горело от смущения, причину которого я не знала. Он не первый мужчина, который так прикасается ко мне.
Он не первый красивый мужчина, который делает это так бережно.
Однако никто, кроме него, не вызывал во мне тайфун эмоций.
– Ты в порядке?
– Да, – хрипло ответила я и быстро прочистила горло, – зачем мне учиться держать палочки, если мне всего лишь нужно сбросить рыбу?
– И каким образом ты съешь рис?
Я громко хмыкнула, и получилось это так самодовольно, словно подобный способ поедания суши был крайне популярен в Японии. Демонстративно сбросив рыбу, я насади рис на одну палочку и аккуратно поднесла к губам. Дин не выдержал и засмеялся, и только сейчас я вспомнила, что они с Джеком все еще здесь.
Иисус! Прекрати. Меня. Позорить.
– Вот, – с набитым ртом сказала я. Коул все еще с долей скептицизма смотрел на меня. – Очень вкусный рис.
Ни хрена он не был вкусным. Но остальные наслаждались едой, и только Джек ел с хмурым видом, поглядывая на экран телефона.
– Мой брат – сталкер, – пояснил Дин, откидываясь на спинку стула. Джек не отреагировал на его слова. – Но ты не беспокойся, ты не станешь предметом его одержимости.
– Почему? – поинтересовалась я, потому что его слова прозвучали немного обидно. Многие считали меня красивой, а Коул вывалил за меня целое состояние.
– Аид одержим своей Персефоной. Дело не в тебе. – Дин подмигнул мне и резко поднялся, попутно выуживая из кармана телефон. —А вот и Персефона.
Упоминание Персефоны заставило Джека вскинуть голову. Взгляд темных глаз ожесточился, скулы отчетливо выступили на щеках, а кадык дернулся, словно Джек с трудом держал себя в руках.
– Это приватный разговор!
Но Джек все равно последовал за братом. И выглядел он, как серийный убийца.
– Почему это расстроило тебя? – спросил Коул, как только мы остались наедине.
– Что именно?
– Что Джек не будет одержим тобой.
Я склонила к нему голову и с упреком посмотрела. Это что, ревность?
– Мне просто стало любопытно. Кто такая Персефона?
– Ее зовут Деми, и она жена Джека.
Коул отвел взгляд и поднес креветку к губам. На несколько секунд я зависла, смотря, как он наслаждается ей. Из его горла вырвался довольный стон, и отозвался у меня между… Я тряхнула головой и нахмурилась.
– И?
– Что и?
– Почему он ей одержим? Почему она звонит Дину, а Джек при этом взбешен?
– Тебе интересны все эти подробности?
– Разумеется. Я обожаю сплетни. Все обожают сплетни. Ради них ты нанял меня.
Я поерзала на месте, чтобы поудобней устроится. Еда все равно меня не привлекала, так что хотя бы любопытство я могла утолить.
– Ну?
– Кайли, я не собираюсь сплетничать о своем друге.
– Парни сплетничают со своими девушками, а мы, как ты любишь напоминать, «пара». – Я пальцами показала кавычки, чтобы все присутствующие гости увидели этот жест. Но Коул никак не отреагировал. Вместо этого он стащил с моей порции креветку и съел ее.
– Как ты любишь напоминать, эти отношения фиктивные.
– Ты не серьезно! Я должна знать хоть что-то о твоей жизни.
– Не понимаю, как к этому относится Джек и его брак.
Иисус, из всех мужчин на свете ты подсунул мне самого невыносимого.
Дин и Джек вернулись, и мне пришлось заткнуться. И если Дин улыбался, то Джек выглядел так, будто все голуби Нью-Йорка устроили ему облаву. Его ожесточенный взгляд на мгновение скользнул по моему лицу. Я поежилась и придвинулась к Коулу.
– Что-то не так?
– Лучше тот дьявол, с которым у тебя заключен договор, – тихо сказала я, надеясь, что у Джека проблемы со слухом. Но он либо сделала вид, что не услышал меня, либо моя персона его никак не интересовала.
Джек и Коул снова начали обсуждать какие-то инвестиционные счета. Во время таких разговоров я обычно удачно отключалась и натягивала улыбку, чтобы не привлекать к себе внимания. Но сейчас за столом сидел Дин, которого вовсе не интересовали рабочие дела.
– Красотка, какие планы вне рабочего времени?
– Бруклин! – чересчур громко сообщила я, из-за чего Коул и Джек замолкли. – Каждый выходной я буду проводить в Бруклине.
– Бруклин? – переспросил Коул и прозвучало это так, будто я собиралась устроить себе экскурсию по местным свалкам.
– Да, Бруклин.
– Из всех мест в Нью-Йорке ты выбрала Бруклин? Не Центральный парк, Эмпайр-стейт-билдинг, Рокфеллеровский центр? Не Статуя Свободы, в конце концов?
– Какие у тебя проблемы с Бруклином? – прорычала я и толкнула его локтем в бок.
– Помимо очевидного?
Я закатила глаза, демонстративно скинула креветку с риса и бросила ее на тарелку Коула.
– Приятного аппетита, любимый.
– Спасибо, Бруклин.
Должно быть мое лицо покраснело от разлившегося под кожей гнева. Но я не собиралась так просто сдаваться. Я планировала свести его и с ума и заставить пожалеть о содеянном.
Натянув самую очаровательную улыбку из своего арсенала, я снова повернулась к Дину.
– Я обожаю Капитана Америку, а он родился в Бруклине. Так что, как только мистер Ричардсон выделит мне выходной, планирую устроить себе на целый день экскурсию.
– Я тоже обожаю Марвел! – Карие глаза Дина сверкнули, и я почувствовала облегчение. – Могу составить тебе компанию.
– С огромным удовольствием. Мой парень наверняка не против, не так ли, мистер Ричардсон?
Коул смерил меня ледяным взглядом, на мгновение прищурился, словно не мог решить: свернуть мне шею сейчас или в номере отеля. Я шире улыбнулась и похлопала его по бедру.
– Уверенные в себе мужчины не ревнуют к лучшим друзьям.
– Только если их лучшие друзья не трахают все, что движется.
