Удачно припарковавшись, вылетаю из машины, чтобы помочь своей упрямой компаньонке, которая всячески избегает любого контакта со мной.
– Келли, – говорю ей, когда она игнорирует предложенную мою руку, – я всего лишь хочу проявить галантность и немного побыть истинным кавалером, находясь рядом с тобой.
– Четыре года назад ты об этом не беспокоился, – это все, что я слышу от нее в ответ.
Значит, вот что не дает ей покоя. Нелепые прикосновения вначале, переходящие в безудержную страсть, которая поглотила нас обоих в два счета. Но, черт, кто бы мог знать, что именно тот неловкий момент перевернул все во мне окончательно и бесповоротно, и я чертовски просто испугался происходящей между нами действительности.
И вот сейчас она уверенно шагает впереди меня, виляя попкой в узкой и плотно облегающей черной юбке, белой блузке с воротником-стойкой и собранными волосами в высокий хвост, который плавно раскачивается из стороны в сторону, словно маятниковые часы.
Но мы здесь не для того, чтобы вспоминать прошлое, а я – пускать слюни на женщину, которая мне не принадлежит. Нужно вернуться к нашему общему делу: со стороны Келли – это очередная организация заказчиком помпезного мероприятия, а сопровождающая его охрана – уже мое дело.
– Приятная местность, – замечает девушка.
– Да… неплохая. – Я же мысленно делаю все, чтобы не пялиться на ее попку в этой гребаной узкой юбке, когда Келли оборачивается, обнаруживая меня за разглядыванием ее зада. Я резко перемещаю свой взгляд на ее лицо.
– Васильковые оттенки декора ресторана напоминают мне цвет твоих глаз. Поэтому я недолго мучился в выборе для нас этого заведения.
Кажется, неплохо выкрутился. Этим я сбиваю ее с толку, когда вижу в голубоглазом взгляде сиюминутную озадаченность.
– Прошу. – Указываю рукой вперед, а второй слегка подталкиваю ее к входу, где швейцар с радостью открывает нам двери. Чуть далее нас встречает администратор, предлагая несколько свободных столиков в вип-зоне с мягкими сиденьями и удобными столами для обедов и деловых переговоров.
– А здесь и правда голубые тона, – мягко соглашается с моими словами Келли, когда мы присаживаемся за один из свободных столиков напротив друг друга. – Очень недурно, спасибо. Но давай отставим обоюдные комплименты в сторону. У нас много вопросов, которые необходимо решить.
Я мысленно усмехаюсь. Слишком приятно удивляет меня. Я и понятия не имел, что она может быть такой…. Как ни крути, а время все-таки меняет людей.
– Я не сильно голодна, – сразу же предупреждает меня Келли, – возможно, выпила бы стакан апельсинового сока.
Ага. Апельсиновый сок, конечно.
– Добрый день, мистер Коулмен. Мисс, – приветливо кивает головой в сторону Келли шеф-повар ресторана.
– Приветствую, Брендон, – отвечаю ему, отодвигая в сторону предложенное им меню, – как обычно: «Фьюжн» для двоих и по бокалу Калифорнийского бургундского.
– Да, сэр. Сию минуту. – Откланивается и уходит.
– Джон, у тебя явно что-то со слухом, – Келли, прищурившись, смотрит на меня, – я просила всего лишь сок.
– Тебе необходимо плотно пообедать, сама говорила, у нас много нерешенных вопросов. – Пропускаю ее колкости мимо ушей.
Не на того напала, детка.
– Я не собираюсь сидеть тут с тобой до самого вечера, Джон. Через два часа мне нужно ехать за Лео.
– Два часа достаточно для того, чтобы проголодаться и решить все наши вопросы. И, да, я подвезу тебя. – Даю понять, что это не обсуждается. – Тем более, я был бы не против повидаться с малышом. Когда-то мы даже очень неплохо с ним ладили.
Немного поерзав, Келли откидывается на стул, складывая руки на груди в защитном жесте.
– Странно, – усмехается она, – многие годы ты и не вспоминал о нем, а сейчас горишь желанием пообщаться с моим ребенком?
Она даже не в курсе, как я скучал по нему… по ним в целом. Но ей не стоит знать об этом.
– Келли, ты счастлива? – сам не понимаю, почему задаю этот вопрос. Скорее всего, меня гложет тот поступок, который поспособствовал теперешнему ее отношению ко мне. Но я должен знать, обрела ли она это чувство.
Ее глаза в недоумении пробегаются по моему лицу, словно она ищет с моей стороны какого-то подвоха. Но его нет.
– Может, тебе стоит закончить ковыряться в моих личных делах и приступить к обсуждению рабочих моментов? – предлагает девушка после некоторого размышления.
– Сэр? – Внезапно появляется Брендон, держа бутылку красного вина в руке.
– Да, конечно, – разрешаю ему налить вино в наши бокалы.
Тем временем, Келли достает из своей папки документы, подталкивая их в мою сторону.
– Вот, ознакомься. Наш клиент: Дэвид Голд. Очень богатый и довольно капризный тип, встречались лично.
Голд? Неужели.
Я беру бумаги в руки.
– И от кого оберегать это «золото»? – не сдерживаюсь от желчного комментария.
– Необходимо, что бы ты сопровождал его на одной вечеринке – сборище таких же богатых самодуров, как он.
– У тебя какие-то проблемы с этим?
– С чем?
– Находиться в обществе богатых людей.
– Абсолютно нет, с чего ты взял? – Нервно делает глоток заказанного вина, от которого отказывалась еще минуту назад.
Победная улыбка растягивается на моем лице. Встреча с Лео неизбежна.
Я тяну с ответом, пока она выжидающе смотрит на меня, подаюсь вперед и случайно задеваю своей рукой ее пальцы.
– Келли, почему ты бросила медицину?
И вот он, этот взгляд. Те самые печальные глаза, которые не дают мне покоя.
Дрожащими руками обнимаю сзади хрупкое женское тело, которое моментально отзывается на мои прикосновения. Зарываясь носом в светлые волнистые волосы, вдыхая запах утреннего душа и цитрусового шампуня вперемешку с тонкими нотками парфюма, не пытаюсь сдерживаться и слегка целую в затылок, будто делал это всю свою жизнь с этой женщиной.
– Джон, – Келли стонет от моего легкого порыва, – Дилан…
– Она спит, я проверял. – Поворачиваю ее к себе для поцелуя.
Без лишних слов меня полностью поглощает мягкое прикосновение пухлых и теплых женских губ. Руки перестают слушаться, когда я крепче прижимаю к себе эту девушку, жаждущую взаимных прикосновений. Незаметно они двигаются с легкостью и уверенностью, будто знают каждый сантиметр, впадину и изгиб тела невероятной Келли.
У меня постепенно сносит крышу. В следующий момент, когда я приподнимаю подол легкого сарафана, одновременно заглушая ее стоны своим ртом, в мой разум вселяется тот самый бес, подталкивающий нас обоих к блаженному греху и жажде страсти. Тем временем во мне борются двое: моя совесть и мое искушение. Но меня уже не остановить: я сдергиваю с нее трусики, грубо толкая на кухонный островок и раздвигая ноги девушки в стороны. Прямо здесь, на этом столе, где десять минут назад мы поглощали свой завтрак… А теперь я поглощаю ее. И от одной этой мысли я завожусь быстрее. Больной извращенец.
В ответ на мои действия Келли ловко дергает ремень, возясь с застежкой молнии на моих брюках. Наблюдать за этим – одно удовольствие, но сейчас мне хочется чего-то нового. Поэтому одной рукой убираю со своего паха ее трясущиеся руки, второй – атакую ее нежный бугорок. Такой готовый и влажный он поддается моим пальцам, наполняя непристойными картинками и без того мой больную голову. Она еще даже не знает, на что я способен и какие грязные вещи хочу сотворить с ней.
Я будто зверею, когда очередная моя нездоровая мысль мелькает перед глазами, застилая все вокруг своей безумной пеленой.
И уже не слышу звук разрывающейся ткани и падающих на пол пуговиц, не вижу умоляющий взгляд голубых глаз, а только чувствую под одной своей ладонью ускоренный пульс, бьющийся на тонкой шее Келли, и ее сжимающееся лоно вокруг моих пальцев.
Да! И они, женщины, будут врать, что им не нравится грубость? Желать романтики и никаких экспериментов в постели? Все это чушь.
Но когда внезапная пощечина хлыстом обжигает мою щеку, а реальность ударяет под дых, я моментально расслабляю руку, сжатую на горле девушки.
Бл*дь! Нет! Твою мать! Это же Келли – непорочное, невинное создание, каждый раз дрожащее при виде меня. Возбуждение испаряется моментально.
– Келли, – начинаю неуверенно, и вижу, как печаль заполняет ее небесного цвета глаза, – я…
Не нахожу подходящих слов. Я – что? А точнее, кто? Моральный ублюдок! Мне хочется заорать и что-нибудь разбить, а еще лучше кому-нибудь врезать.
– Прости, – только и остается из себя выдавить.
Похоже, что это слово заставляет ее еще больше сжаться в комок, как запуганного маленького зверька с огромными печальными глазами…
Два часа пробежали незаметно. За это время мы успели обсудить с Келли все интересующие нас вопросы и некоторые рабочие моменты. Конечно, без Логана мне не обойтись в нашем деле. Поэтому я сразу же отправил ему сообщение по поводу нового клиента, чтобы он отыскал больше информации о нем и предоставил мне полную картину.
– Я обещал помочь тебе забрать Лео, – говорю Келли, когда мы оба садимся в мою машину.
– Разве? – с издевкой переспрашивает она. – Кажется, это не звучало, как обещание или предложение. Ты даже не позволил мне возразить.
Довольный, я оборачиваюсь к ней, надевая солнечные очки.
– Тогда пристегивайтесь, леди. Сейчас полетаем.
Не дожидаясь ее реакции, резко нажимаю на газ.
Глава 7
Келли
Смотрю на стрелку часов, я должна забрать Лео из развивающей группы. Учитывая, что я выпила пару глотков вина, мне ничего не остается, чтобы согласиться на предложение Джона подвести. Я вполне могла бы поехать на такси, но проблема в том, что я столько пялилась на него и не заметила, как время пролетело. Он не изменился, такое впечатление, что время не властно над Коулменами. А Джон… Ну, с его комплекцией, мне кажется, он стал еще шире. Интересно, как это быть в его руках…
Хотя мне ли не знать… Тот злосчастный день, когда мы чуть не занялись сексом у меня дома, его просто невозможно забыть. Все случилось само собой, никаких продуманных действий. Как будто сам Бог столкнул нас в тот день, и то, как мы бросились друг на друга… Естественно, это была наша не первая встреча, очень много раз Джон приходил просто так, чтобы поиграть с Лео. И были моменты, когда мне было не с кем его оставить, и тут появлялся на пороге Джон.
Беспечная? Возможно, но абсолютно доверяла ему своего ребенка, потому что видела отдачу. Как он был нежен и внимателен с ребенком и осведомлен в воспитании, уходе меня поражало. Он обязательно целовал его перед уходом, притом, что наша беседа происходила от случая к случаю. Будто родной отец, качал в своих руках Лео, а тот мгновенно успокаивался.
Нянька-Джон – это идеальное плечо для слюней, крепкие руки для броска к потолку и теплое тело для сна на его животе. Вот все, что я знаю про Джона.
В тот день все произошло так, будто все карты легли, звезды сошлись на нас. Я была практически на самом пике, когда он больно сжал мое горло и потом, будто очнувшись, отскочил от меня. Что это было, я не спрашивала. Мой удар по его щеке отрезвил нас обоих. Меня убило то, как он поступил со мной. Отвергнул, поставил в неловкое положение, унизил.
Боковым зрением я вижу, как Джон пялится на мои ноги. Мы останавливаемся на светофоре, и он наклоняется надо мной. Испуганно смотрю на него, его губы в миллиметре от меня.
– Что… – не успеваю договорить.
– Твое кресло, я хочу его немного сдвинуть. – Мы соприкасаемся носами, и я задерживаю дыхание, тяжело сглатываю. – Все.
Он садится в ту же позу, и я облегченно выдыхаю. Господи боже, он меня сведет с ума.
– Мне кажется, я сама могла разобраться с креслом, тем более, все регулируется одним нажатием кнопки. – Прихожу я в себя, понимаю, как он меня провел.
– Мне стало жаль твои ноги, они настолько длинные, что упираются с панель, – усмехается он. – Кроме того, я просто был обязан проверить, чем таким сладким пропитался салон.
Он останавливается, я выхожу из машины и иду в развивающий центр. Оглядываюсь, пока осматриваю территорию.
Надо будет сказать, чтобы отец внес пожертвования. Детскую площадку надо обновить и нанять садовника, кустарники выглядят, как стог сена. Профессиональным взглядом сканирую одноэтажное здание, все выглядит аккуратным и ухоженным. Значит, остановимся пока только на территории.
– Здравствуйте, мисс Брук, Лео уже почти собрался, – отвечает мне преподаватель моего сына. – Сегодня он получил награду за свои старания. Мне кажется, ваш сын будет прекрасным доктором или полицейским.
Мое тело слегка дергается, от слова «полицейский», смотрю на нее с непониманием.
– Почему вы сделали для себя такие выводы? – Растягиваю губы в улыбке.
Девушка немного мнется, по ее лицу волной проходят ряд эмоций.
– Он отличный следопыт и спасатель. Думаю, он захочет рассказать вам сам. – Машет Лео, когда он подбегает ко мне и обнимает.
– Всего хорошего. Встретимся через несколько дней, – говорит она.
Строго смотрю на Лео, он подходит к преподавателю и деловито сжимает ее руку. Мой сын обычно вежлив, но его гиперактивность иногда заставляет забыть попрощаться, как следует мужчине.
– До свидания, мисс Мэнни, – говорит Лео и вприпрыжку выбегает за дверь.
Прощаюсь с девушкой и спешно иду за ним. Укороченные брюки помялись на его бедрах, и я вижу сбоку зеленые следы. Странно, обычно он очень аккуратен. В руках он держит крошечную машинку. Спотыкается, и она падает из его рук прямо на газон.
– И каким образом вы, мистер, испачкали свои брюки? – спрашиваю его, догоняю и прижимаю к своей ноге.
– Мааам, не начинай, – стонет он. – Я уже взрослый.
– Что? Я не могу уже спросить, что случилось? – Развожу руки в стороны и останавливаюсь. – Я очень хочу знать, что же ты такого сделал. Расскажи мне, милый.
Его щеки краснеют, и он опускает голову. Присаживаюсь на колени перед ним, прямо на мягкую траву. К черту одежду, мой сын нуждается во мне.
– Я спас игрушку Мидл, она закинула ее куда-то и сама не запомнила. Я расследовал, как она передвигалась по двору, и проделал тот же путь. Я нашел его, мам, под тем огромным кустом. – Показывает на один из жутких кустарников. – Он ужасно колючий. Потом Мидл плакала, что он не дышит, и я сделал искусственное дыхание, как показала тетя Дилан. Уверен, что я ему помог, – гордо говорит он. – И она меня поцеловала.
Его лицо покрывается пунцовыми пятнами. Ой, я прям чувствую, что эта наша первая любовь. Обнимаю сына и глажу по голове. В этот момент ловлю на себе взгляд Джона, который стоит практически в двух шагах от нас. Он наблюдает за нами с трепетом и полнейшим обожанием.
