– А первый пилот вы? – полюбопытствовала Ника.
– Нет, – мотнул головой Борода. – Ленка.
– Серьёзно? – буркнул я, словив несоответствие образа девушки с такой серьёзной профессией.
– Именно, – кивнул капитан.
– Абсолютно несерьёзная девка и наш Ларионов… – тихо пробормотал за моей спиной Коля, охваченный теми же мыслями, что и я. – И почему мне сразу расхотелось куда-то лететь?
Остаток дня провели, разойдясь по своим рабочим местам, осваивая азы будущей профессии. Слушая стенания техника на тему его сложной судьбы и безрукой молодёжи, с которой ему предстоит возиться. Косясь на занимающихся своими делами инопланетян. И подмечая для себя все тонкости корабельной жизни.
При этом если мы с Сергеем оказались в подчинении техника, пожилого мужика, всю жизнь проработавшего в автомастерской и в космос попавшего добровольно ещё несколько лет назад, то остальных наших распределили по другим специальностям. К примеру, Коля стал кладовщиком и поваром по совместительству, а заодно личным специалистом широкого профиля из серии принеси-подай. А вот Нику сразу же распределили в корабельный медпункт, едва узнав о её гражданской специальности.
– А почему так мало народа? – в какой-то момент, ходя хвостом за механиком и старательно запоминая всё, что теперь под нашей ответственностью, спросил я. – Корабль громадный, а людей крохи!
– А здесь и не нужны люди, – спокойно отмахнулся тот, остановившись. – Это же корыто! Всё, что здесь есть, – это руль и двигатель, ну, если упрощённо. И кусок железа, защищающий нас от космоса. Смонтировано блоками, заменой которых мы и занимаемся. Энерговоды, подача топлива и блоки. Всё, что серьёзнее, чинится не здесь и не нами. Обслуживается, кстати, тоже.
– Почему так?
– А ты бы доверил обезьяне ремонт машины? – ухмыльнувшись, привёл обидный пример техник. – Так вот, мы для них тоже кто-то вроде обезьяны. Вот как хочешь, так и реагируй. Ну, в крайнем случае, дикари.
В таком ключе и закончилось наше знакомство с будущей работой. Не принеся того, что мы ждали, но позволив определиться с ближайшим будущим.
А утром корабль заполнился пилотами и стартовал на добычу топлива.
Глава 3
Как ни странно, если до вылета мы за весь день даже не присели толком, то на следующий день работы у нас практически не было. Разве что разгрузили контейнер с одного из шахтёров и с помощью платформы отбуксировали его в технический трюм, где пересыпали содержимое в топливный бак, заполнив его. А потом просто слонялись без особых дел, поглядывая на экраны.
– У вас всегда так? – наконец высказал я своё удивление, стоило нам завалиться в каптёрку, где среди полок с инструментом затесались верстак и табуретки. Единственная мебель во владениях технического персонала.
– Как? – щёлкнув клавишей футуристического чайника, явно собранного умельцем из подручных материалов, спросил Василий.
– Ну… Бездельничаете, скучаете, – уточнил я. – Нет, ты не подумай, что я против, но как-то странно, согласись. Лишних людей кормить никто бы не стал, а тут…
– Если команда не бегает как наскипидаренная, значит, кто-то хорошо знает свою работу! – веско пояснил техник. – Угадай кто?
– Понятно, – хмыкнул я. – Это как у компьютерщиков. Ну, у сисадминов, или как они там называются… Те тоже говорят, что если бездельничает, значит, хороший специалист. А если бегает весь в мыле, то так себе…
– Я не понял, ты чем-то недоволен? – прищурился Василий. – Тебе работу найти? Так это я мигом!
– Ой, всё! – махнул я рукой, ухмыльнувшись. – Вот не надо этого, ладно? Ты мне лучше скажи, на что рассчитывать. Так и будем «работать», или…
– Скорее «или». Знаешь же, если что-то может пойти не так, то обязательно пойдёт. Успеешь ещё и побегать, и полетать.
– Мне и без полётов хорошо живётся! – буркнул я, наблюдая, как техник выводит на стену голограммы. – А это что?
– Вот это схема корабля, – ткнул он пальцем. – А здесь у нас будут выводиться записи с камер. Как ты понимаешь, нас с тобой больше интересует внешняя подвеска. Поэтому в своё время я позаботился и вывел несколько камер, отдельных от пульта пилота, чтобы самому видеть, что там происходит. Не бегать же каждый раз наружу, чтобы посмотреть.
– Ага… – кивнул я, с любопытством осматривая контуры корабля. До этого и станцию, и грузовик мы видели только изнутри, так что было любопытно. Хотя ничего необычного я так и не увидел. Большая махина, по форме как скошенный спичечный коробок, с несколькими уродливыми надстройками, да отдельные наросты маневровых двигателей, симметрично раскиданных по корпусу, а между ними гигантская решётка внешней подвески, заполненная пока пустыми контейнерами для топлива. – Слушай, а почему мы так далеко от облака?
– А ты как думаешь? – рассеянно покосился на меня Василий, ковыряющийся в настройках камер. – Газ, кислород, огонь двигателей… Ничего не смущает?
– Погоди! – Я резко дёрнулся, пытаясь высмотреть на экране облако, в которое несколько часов назад нырнули шахтёры. – А как же наши? Они же прямо в газ влетели?
– Блин, и чему вас только учат? – поскрёб пальцами лысину техник, отвлекаясь от своего занятия. – Ладно, слушай внимательно, устрою тебе ликбез, заодно чаю попьём…
Лекция, которую с явным удовольствием прочёл мне техник, затянулась на несколько кружек чая, но суть её сводилась к простому правилу. Есть кислород – будет взрыв. Причём ровно в таком объёме, насколько хватит кислорода для окисления. Нет кислорода – взрыва не будет.
– Вот поэтому мы вне облака, а они там, – Василий махнул рукой в сторону экранов. – Летают исключительно в скафандрах, без воздуха в салоне. А то мало ли что… И отдыхают шахтёры только здесь, строго по графику.
– Ага… – кивнул я и тут же дёрнулся, вспомнив, чем мы занимались совсем недавно и с каким скрежетом сгружали топливный контейнер на положенное ему место. О чём немедленно и спросил.
– А, это… – махнул рукой Василий, возвращаясь к прерванному занятию. – Ты чем слушал? Говорил же, кристаллы инертны!
– Понял… – Действительно, техник что-то такое говорил, но так многословно, что половину действительно важного я пропустил. А ведь и вправду, для того газ и переводят в твёрдое состояние, чтобы не утёк и не рванул в случае чего. А потом переводят обратно уже в двигателе, небольшими порциями, но постоянно. – Значит, то, что в контейнерах, уже безопасно?
– Именно.
– Жаль… – отвечая неожиданно возникшим собственным мыслям, пробормотал я.
– Что? – вскинулся техник.
– Что? – картинно округлил глаза я, изображая непонимание. – Жаль, говорю, что обед скоро! Такая интересная беседа была… Но надо идти.
– Ну-ну… – поджал губы Василий. – Вали давай. И не задерживайся, потом меня сменишь.
– Принято! – кивнул я и поспешил уйти, пока ничего не изменилось, не став спрашивать, что я тут один буду делать, чтобы не нарваться на очередную лекцию. Такие вещи лучше слушать на сытый желудок. Хотя имеется риск уснуть…
В качестве столовой на корабле использовалась кают-компания, где мы с ребятами и договорились встретиться, расходясь по рабочим местам. Туда я и направился, благо планировка корабля была простой как три копейки, и заблудиться мне не грозило.
Однако и пройти, весело насвистывая, весь путь тоже не получилось. Просто потому, что на этот раз в ангар за каким-то чёртом занесло упыря, который застыл на входе, осматривая помещение.
Вообще, инопланетяне на корабле жили в отдельном помещении, напрямую выходящем в ту часть ангара, где стояли их истребители. И с людьми чужие практически не контактировали. То ли не считали достойными, то им было просто неинтересно.
И ещё любопытный момент, позволяющий сделать выводы: переводчиков с языка упырей в наших новых браслетах нет, а вот у упырей автоматические переводчики как раз установлены. И получается, что они нас слышат и понимают, а мы…
Не знаю, каким чудом я удержался, чтобы не толкнуть чужого плечом, проходя мимо. Но сдержался, стиснув зубы и кулаки. Протиснулся бочком, мысленно пообещав, что так просто это не закончится. И что мы ещё посмотрим, кто тут ферзь, а кто насекомое.
– Злой? – неожиданно прозвучал рыкающий голос мне вдогонку. – Неправильно!
И тут же внутренности скрутило приступом страха, почти паники, заставив меня оскалиться и шагнуть в сторону, вскидывая руки в защитном жесте.
– Вы жертвы и должны бояться! – Явно довольный собой упырь снова оскалил клыки и тут же отвернулся, потеряв интерес к «жертве». А я…
Ускорившись, я покинул ангар, чтобы не сорваться. И вовсе не из-за страха. Скорее от осознания, что могу не выдержать и сглупить. Полезть в бессмысленный пока конфликт.
Нет уж. Мы подождём и сделаем всё по-своему.
– Чего такой хмурый? – стоило мне зайти в каюту, поинтересовался Коля, уже раскладывающий на столе пластиковые тарелки. – Оголодал?
– Да при чём здесь это? – буркнул я, усаживаясь за стол. – Упыря встретил.
– И что? В первый раз, что ли? – равнодушно пожал плечами Коля, щёлкая клавишами кухонного комбайна – очередной новинки от инопланетян, неведомо как оказавшейся на корабле. – Встречали же уже? Нормально вроде всё было.
– Те, что приходили с Рифом, да, с виду нормальные, – кивнул я. – А здесь… Бесят!
– Да ладно тебе, выдохни! Сейчас перекусим, и настроение, глядишь, улучшится. А эти… Нам с ними не обниматься, а наоборот…
– Тихо ты! – прервал я друга. – Неизвестно ещё, что тут и как. Со звуком и камерами.
– Понял, не дурак! – кивнул он, усаживаясь напротив. – Хоть и дурак, но всё равно понял! Что, есть уже мысли? Насчёт нашей проблемы?
– Мыслей полно, – хмыкнул я. – Только всё это пока так, дурость одна.
– А у меня вот. – Коля положил на стол массивный нож. – Баки с концентратом вскрывать.
– Да этого добра в мастерской полно, – отмахнулся я. – Не вариант, сам понимаешь.
– Ну хоть что-то.
Пришлось согласно кивнуть, чтобы совсем не расстраивать парня. На самом деле, конечно же, с ножом бросаться на упырей, которые намного быстрее и сильнее человека, идея так себе. Даже если не учитывать, что чужие вооружены. Вот только даже если они все дружно сами на этот нож насадятся, подарив нам корабль, дальше-то что?
Пока сидели, начали постепенно подтягиваться и остальные члены команды. И как-то так совпало, что кроме нашей группы за столом оказался только капитан. Пилот, электрик и Василий остались дежурить на своих рабочих местах, ожидая, когда их сменят.
– Ну что, как вам первый рабочий день? – благожелательно поинтересовался Борода, с благодарным кивком принимая тарелку неаппетитного серого варева. – Осваиваетесь потихоньку?
– Да уже! – пожал плечами Коля. – Ничего сложного же.
– Кому как! – хмуро буркнула Ника. – У меня, например, целая куча препаратов, в которых я ни ухом ни рылом. Порошки, бутылки… И на всех формулы. А там, где есть названия, тоже не очень понятно. Уже весь мозг себе изнасиловала, вспоминая всё, что учила.
– А ты в ней разбираешься? – тут же оживился я, до того вяло ковыряясь в тарелке, не решаясь попробовать. – Ну, в химии?
– А как бы я иначе в лабораторию попала? – вопросом на вопрос ответила Ника. – Логично, да?
– И вот прям хорошо разбираешься?
– В химии хорошо, – кивнула Ника, заинтересованно глядя на меня. – А вот анатомия с биологией… Не могли врача оставить, чтобы он дела передал? Объяснил, что к чему и зачем. Что от чего помогает и в каких дозировках.
– Нет больше врача, – тут же прервал ворчание девушки Борода. – А если бы был, то тебя бы здесь не оказалось.
– А что с ним случилось? – полюбопытствовал Сергей.
– Психанул, – буднично пожал плечами капитан. – Решил поиграть в героя… Ну и пристрелили его. Как собаку. Легко и непринуждённо, походя.
– Хм…
– Намёк понятен и услышан?
– Да куда ж понятнее, – скривился я. – Не дети.
– Ну это мы посмотрим. Все обычно всё понимают. И каждый раз очередной придурок пытается сыграть в героя. И дохнет…
– Ну а что, в рабстве жить? – неожиданно вскинулся Ларионов, с вызовом оглядев сидящих за столом. – Не думать, плыть по течению, подняв лапки?
– Думать! – пристально посмотрев на второго пилота, возразил Борода. – Именно что думать. А не ломиться напролом, с криком «ура» и голым задом.
На этом разговор как-то сам собой затих. Все начали работать ложками, поглощая кашу, на вкус оказавшуюся лучше, чем на вид.
– А неплохо! – удивился я, похвалив мастерство повара. – Это из чего?
– Из пайков, – отмахнулся Коля. – Засыпаешь в комбайн, вбиваешь код блюда, и вся работа. Так что хвали вон ту железяку, я ни при чём.
Постепенно команда заканчивала обед, один за другим выходя из зала, возвращаясь на рабочие места. А в какой-то момент ушёл и Коля с грязной посудой, оставив нас вдвоём с Никой.
– Ну что, разбегаемся, безумный химик? – улыбнувшись, подмигнул я девушке. – До вечера? Смотри не взорви там всё в своих экспериментах.
– Чего это сразу безумный? – возмутилась Воронцова, а потом, быстро кивнув, показывая, что поняла, попрощалась, не забыв оставить последнее слово за собой: – Буду предельно осторожна и внимательна! Заботишься? Так мило…
Хмыкнув и проводив взглядом девушку, я отправился менять техника. Стараясь не думать о том, поняла ли мой намёк Ника, а если поняла, то правильно или нет. Разберёмся, никто никуда не торопится.
Как и предсказывал техник, долго бездельничать нам не дали, и вскоре после обеда один из пилотов, крепя груз на внешней обшивке, благополучно грохнул защёлки крепления. И спокойно отправился отдыхать, посадив кораблик в трюм.
Ну а мы с Василием, поворчав, пристегнули шлемы и полезли в открытый космос, обвязавшись страховочными тросами. Ловить свободно кувыркающийся в пустоте контейнер и чинить подвеску. Кто из нас чем занимался, думаю, объяснять не нужно…
– Криворукий рукожоп! – ворчал я, стоя на обшивке корабля, никак не решаясь отключить магнитные крепления ботинок и нисколько не волнуясь о том, что меня кто-то услышит.
– Что ты там бурчишь? – Василий, с помощью какого-то хитрого аналога сварочного аппарата, уже вовсю резал замятый металл. – Тут лететь-то всего ничего, не промахнёшься!
– А трос надёжно закреплён? – тяня до последнего, спросил я и резко присел, увидев, как в стороне пролетает здоровенный булыжник. – А это что за хрень тут летает?
– Камни, что же ещё. Тут недалеко в своё время астероид взорвали. Идиоты… Теперь такие гостинцы летают, – пояснил техник. – Ты не бойся, мелочь кораблю не страшна, а крупное погасит щит.
– Вот поверь, за корабль я совсем не переживаю! – нервно рявкнул я и, оглядевшись, решился наконец отключить ботинки, крепко вцепившись при этом руками в перекладину, ведущую к люку.
– Давай живее! – поторопил меня техник. – Скоро ещё кто-нибудь прилетит, мешать будем.
– А, ёкарный бабай! – Примерившись, я наконец оттолкнулся ногами от обшивки и уже в полёте понял, что не попадаю точно в цель, промахиваясь мимо контейнера на несколько метров.
– Понаберут, блин, по объявлению… – прокомментировал мой полёт техник, мельком глянув и вернувшись тут же к своей работе. – Смотри, улетит – будем иметь бледный вид.
Не став больше ничего отвечать, я с тревогой дождался, пока трос остановит мой полёт, и потянул себя назад, к кораблю, с сомнением поглядывая на контейнер, отлетающий всё дальше.
И надо сказать, со второго раза у меня получилось поймать массивный куб, ухватившись за него самыми кончиками пальцев. И даже удалось пристегнуть к нему пояс, не отпуская страховку.
