— Язык тебе отрезать? Ну-ка пошли! Познакомлю тебя с новыми друзьями! — рыкает бугай и так больно тянет за волосы, чуть ли не вырывает их с корнем.
Нет! Не пойду! Лучше ноги себе сломаю, чем с ним!
Взгляд падает вниз, на его сапоги, и в голову приходит очень-очень опасная идея! Но другого шанса у меня нет.
Выхватываю из сапога извозчика выглядывающий нож и быстрым движением рассекаю воздух, доверившись одному лишь чутью.
И оно не подводит.
Подлец с отрезанным хвостом моих волос теряет равновесие, а я тем временем вспоминаю прием, который девочкам делать нельзя. И которому меня тайно научил папин кучер. Перекатываюсь по земле, больно ударившись ребрами и спиной о камни, и дергаю его за сапог так сильно, чтобы мужчина упал.
В теории все должно было быть слаженно, быстро и четко, но в жизни меня одолевает такая паника, что я едва ли соображаю, правильно ли исполняю задумку.
Но извозчик падает, а я, выхватив у него хлыст, спешу к фаэтону. Боги знают, как им управлять, но ради собственной жизни я справлюсь.
— Тормози, девочка! — вдруг раздается голос.
Достаточно молодой и, более того, женский. А затем поводья перехватывает какая-то симпатичная брюнетка в странном кожаном наряде, появившаяся так неожиданно, будто из воздуха.
— Привет, маленькая воительница, — выдает она с какой-то странной улыбкой.
— Это она его уложила? — звучит уже второй голос с другой стороны.
Обернувшись, я вижу высокого блондина слева от фаэтона, который почти уже угнала. Незнакомец даже не смотрит на меня, зато не сводит взгляда с…
О боги! Я что, убила извозчика?!
Оборачиваюсь, с ужасом понимая, что усатый подлец не шевелится.
— Ага, отправила его в отключку за полминуты. Притом без магии, — отвечает парню брюнетка.
В отключке — это значит, что он жив?
— Ты человечка, что ли?
— Я?! — охаю я.
Да и вообще не понимаю, кто эти люди и что им надо. И одеты они как-то странно. Даже девушка не в платье, а в… кожаных штанах?
— Ну, была бы магичкой, справилась бы быстрее, — замечает парень, все так же не глядя на меня.
Интересно они устроились. Я их знать не знаю, а ведут они себя так, будто мы не то друзья, не то я у них какая-то подопытная. Если бы не шок, я бы им ответила. Вот только сейчас и двух слов не свяжу. Не каждый день на меня такие пугающие бугаи нападают… До сих пор мороз по коже.
— Тише ты, не трясись, — говорит мне брюнетка, а затем обращается к другу: — Кай, займешься этой падалью? Мне девочку успокоить надо.
— Руки марать не хочется, но куда деваться, — произносит блондин и, не марая тех самых рук, поднимает тело извозчика в воздух одним щелчком пальцев.
Боги! Это какая же у него сила в его-то годы? Вот сколько ему? Двадцать? Двадцать пять? Точно не больше!
— Эй, девочка, посмотри на меня. Тебя как зовут? — Брюнетка трясет меня за плечо и, кажется, уже не в первый раз.
— А тебя?
— Неплохая реакция, несмотря на шок. Гвирис, — отвечает она и смотрит мне в глаза так внимательно, что становится не по себе от ее несколько безумного взгляда, который будто хочет просочиться в самую душу.
— Не отворачивайся. — Незнакомка хватает меня за подбородок, едва я пытаюсь разорвать зрительный контакт.
Но я отбиваюсь.
— Против тебя устояла человечка, Гвирис? — интересуется блондин.
А тела извозчика уже и нет нигде! Матушка! Куда он его дел?!
— Вовсе не человечка, Кай. Притом еще и цветочек из староверов. Интересно, — тянет Гвирис.
Едва я, округлив глаза от удивления, вновь кидаю на нее взгляд, как все вокруг меркнет.
— Прости, иначе поступить не могу… — только и слышу ее слова, когда в ужасе проваливаюсь в полную темноту.
Глава 5. Память
Голова гудит, тело ломит, а веки не хотят подчиняться. Так и хочется попросить бабушку, чтобы позволила мне поспать подольше. Но ведь девушке не положено лениться, надо вставать…
Стоп. Какая бабушка?
В голову молнией бьют воспоминания о последнем прожитом дне, и я вскакиваю. В ужасе оглядываюсь, готовясь ко всему что угодно, но опасности, кажется, нет.
Здесь вообще нет никого, кроме меня. А здесь — это в незнакомой небольшой комнате, где из мебели только кровать, небольшой круглый стол у окна, застланный белой скатертью, и пара старых стульев. Еще небольшой шкаф у двери, где лежит мой узел. А за шкафом, кажется, кто-то есть.
Боги! Рано я обрадовалась, что опасность миновала. Напрягаюсь до кончиков пальцев, а взглядом ищу какую-нибудь палку, чтобы отбиться в случае чего. Но откуда же здесь такая роскошь? И подсвечников нет. Есть лишь стул.
Его и хочу взять, но в дверь раздается такой громкий стук, что я подпрыгиваю на месте. А существо, прячущееся за шкафом, с визгом вылетает оттуда и мигом выныривает в окно.
— Боги! Что случилось?
В комнату влетает полноватая женщина. Я все еще держась за сердце, смотрю в сторону темного пятнышка, что пробежало мимо меня, а я даже не смогла его рассмотреть.
— Что это было? — охаю я, указывая в окно. — Тут есть коты?
— Коты, госпожа? Откуда же? — спрашивает дама в чепчике, с недоумением глядя в ту же сторону, куда смотрю я.
И лишь сейчас до меня доходит, что окно не открыто, а закрыто, тогда … как?!
— Простите.
Я трясу головой, желая разобраться уже наконец-то, где я и как тут оказалась.
Об этом и спрашиваю даму.
Удивленно округлив глаза, та сообщает, что это гостевой дом, куда я в ночь пришла с красивой подругой.
— С брюнеткой? — догадываюсь я.
Женщина кивает.
— Вы просили разбудить вас не позже восьми, вот я и пришла, — произносит женщина.
Ловлю еще один шок. Я еще и просила? Но почему тогда ничего не помню? Зато тело ноет так, будто мешки с телеги разгружала. Я думала, это из-за схватки с тем гадким извозчиком. Брр! Стоит вспомнить, как мурашки по телу.
Но сейчас мне кажется, что из головы исчезла какая-то важная часть воспоминаний, и от этого сердце не на месте.
Что именно я забыла?
— А эта моя подруга что-нибудь оставила для меня? Или, может, на словах передала? — надеюсь я.
Женщина с сожалением пожимает плечами.
— Только просила напомнить вам, что повозка придет за вами к девяти часам, — объявляет она и уточняет про завтрак.
Желудок резко сжимается, напоминая, что я не ела со вчерашнего утра, но от нервов в горле ком. Но чем я помогу себе, оставшись голодной?
Прошу завтрак в комнату, и, как только женщина уходит, пытаюсь собрать информацию воедино.
Куда делись те двое? Почему я не помню, как пришла сюда? О какой повозке говорила женщина? И куда она меня повезет?
Мысли и тревоги сводят с ума. Решаю умыться холодной водой и разбираться с вопросами постепенно. По крайней мере, что бы ни готовил мне новый день, цель у меня есть. Чего бы это мне ни стоило, я попаду в Эш-Альс!
Вытираю капли с лица тонким застиранным полотенцем и, взглянув в зеркало, вздрагиваю. Да уж, теперь дороги назад точно нет. Провела вне дома ночь, отрезала себе волосы. Что ни день, то какая-то потеря.
Не сметь раскисать! Дети падают и плачут, когда учатся ходить, я же научусь бегать! И пробегу свой марафон быстрее других. А потом вернусь с наградой и похвалой государя как минимум.
Так что долой слезы, пусть и очень хочется поплакать! Нужно думать о цели и путях ее достижения. И раз уж так сложились дела, пора привести себя в порядок.
— А луковая шелуха у вас найдется? — Я спешу к женщине, что уже вернулась с завтраком.
Она, конечно, удивляется, но не отказывает.
Рецепт древний и излюбленный теми, кто не пользуется магией. Зато он отлично подходит мне. В Эш-Альс нельзя зайти под иллюзией, а вот с перекрашенными волосами и новой прической — можно.
По крайней мере, если я изменю внешность и имя, там не сразу догадаются, что я и есть опороченная невеста одного зазнавшегося дракона!
Стоит об этом вспомнить, как в горле будто морской еж появляется. Трясу головой и велю себе верить, что все это в прошлом. Моя жизнь в академии будет проходить спокойно, без насмешек и упреков.
Это ведь не общество староверов… что обнадеживает и пугает, потому что я понятия не имею, как себя там вести. Единственный мужчина, с которым я говорила наедине, в итоге оказался подлым обманщиком. А я даже защититься не смогла.
Ничего, научусь быть смелее.
— А ему пусть кресло всю жизнь колется! — бросаю я с обиды фразу в воздух.
Потом снимаю с головы полотенце, подхожу к зеркалу и невольно охаю. Вместо светлых и длинных волос на моей голове — медные и короткие. Всего одна деталь — и даже я не узнаю себя с непривычки. Но лучше перестраховаться! На всякий случай добавляю веснушек и как можно сильнее прикрываю прядями лицо.
В таком виде и покидаю гостевой дом, отдав немалые деньги за проведенную там ночь. М-да, узнал бы отец — прибил бы такую дочь. Надеюсь, все эти жертвы не зря.
Прогоняю эти мысли и спешу к повозке. Но застываю, едва увидев ее и вспомнив, чем закончилась вчерашняя поездка.
— Госпожа, если не поторопитесь, в Эш-Альс до одиннадцати не успеем, — вырывает меня из мыслей седовласый дедуля с поводьями в руках.
Он вовсе не выглядит опасным, напротив, даже хочется ему помочь.
А главное, мужчина сказал, что путь мы держим в академию.
— Подскажите, кто сказал, что мне туда?
— Так вы же вчера…
И вот опять… Не нравится мне все это. И хуже всего то, что, сколько бы я ни старалась, ничего не помню. Если мне стерли память, то почему не всю? Случай с извозчиком, лица и имена все еще в моей голове.
Об этом и думаю полдороги, покачиваясь на кочках. Но ответ не находится и вряд ли найдется. В нос все сильнее бьет насыщенный запах зелени и девственной природы.
Леса вокруг сжимаются, а мы все выше поднимаемся по склону.
Крепче сжимаю кулаки, прокручивая в голове момент своего прибытия. И молю всех богов, чтобы меня приняли, ведь иначе я не знаю, куда идти. Точно не домой…
Успокаиваю себя тем, что отметки в женском пансионате у меня были лучшими по всем предметам. И читала я все, что попадало под руку. А что касается магии…
Вот тут есть один очень опасный момент.
— Прибыли! — сообщает дедуля, останавливая лошадь.
Сердце уходит в пятки. Выныриваю из-за шторки, окидывая взглядом огромную академию, и внутри мечутся самые разные чувства.
Страх, волнение, надежда.
Я беру свой несчастный узелок и прощаюсь с добродушным дедушкой. А потом ступаю по каменной дорожке к высоким кованым воротам, за которыми почему-то ничего не видно, будто в тумане.
Сердце бьется все чаще. Тянусь к калитке вспотевшими от волнения пальцами, как вдруг она резко открывается. И на меня налетает… дракон!
— С дор-роги! — нервно рычит незнакомец уже не совсем человеческим голосом.
Зрачки у него по-звериному вертикальные, на скулах чешуя, и это пугает не на шутку. В столице и ее округах нельзя по прихоти обращаться во вторую ипостась, если ты не боевой дракон. Но для таких драконов существуют специальные академии. Эш-Альс — академия магии, и правила тут такие же, как и в столице.
Что же так напугало худощавого паренька в синей форме, понять не успеваю, так как он толкает меня и убегает прочь.
— Стоять! — раздаются следом голоса.
Несколько молодых адептов проносятся мимо меня так, что я едва не падаю. Благо успеваю ухватиться за решетку забора.
Ай! Она словно маленькой молнией бьет меня, и я тут же отдергиваю руку. Не знаю, куда смотреть: то ли на покрасневшую ладонь, толи на то, как пятерка амбалов скручивает того худого дракона, который пытался убежать.
