Я просто хочу поскорее выйти отсюда, оказаться дома в собственной спальне и попытаться понять, что ЕМУ надо. Зачем, черт подери, он вернулся? И чем эта история закончится лично для меня?
- Устала? - спрашивает Рома, когда мы садимся в машину.
Я бросаю на мужа удивленный взгляд. С каких это пор его волнует мое состояние? Кукла пока функционирует, а значит, не умерла. Соответственно, нет никаких причин думать, что наши планы каким-то образом меняются.
- Все нормально, - отвечаю. - Немного отдохну и буду готова к приему.
Он удовлетворяется этим ответом и тут же погружается в какую-то переписку на телефоне.
А я вся вибрирую. Сумочку прожигает маленькая коробочка, в которой лежит практически бомба замедленного действия. Осталось только дождаться, пока она сдетонирует.
Мы едем через город, который медленно погружается в сумерки. Я знаю, что в нашем с Романом доме уже царит суета подготовки к вечеру. Организаторы праздника гоняют официантов и декораторов, зал для приемов украшают, расставляют там столы. Все будет так же, как и дважды в год на наши с мужем дни рождения. Куча гостей, которым нужно будет улыбаться, потому что “это нужные люди”. Классическая музыка, которую я уже просто люто ненавижу.
Положив голову на подголовник - то, чего я никогда не делаю, чтобы не примять прическу, - смотрю в окно и едва сдерживаю улыбку, вспоминая, как ОН забрался ко мне в окно однажды ночью. Когда я пожаловалась ему, как ненавижу классическую музыку и свою долбаную виолончель, он пришел ко мне с огромными наушниками. Мы сели прямо на пол под окном в кромешной темноте. Он надел мне на голову наушники, и тогда я впервые услышала балладу Металлики. Потом он познакомил меня с другими рок-группами.
Были еще ночи. Я слушала рэп, инди-рок, поп-музыку и кучу разных направлений, открывая для себя музыку заново.
Внутри болезненно сжимается от этих воспоминаний, но в то же время там растекается приятное тепло, напоминая, что раньше мир был меньше и больше в то же самое время. Сейчас он как будто сузился, превратившись в небольшое кольцо, по которому я, будто пресловутая пони, бегаю по кругу изо дня в день.
Дома и правда суета, как я и предполагала.
Даже не глянув на людей, которые носятся по первому этажу, чтобы сделать мой праздник красивым, поднимаюсь наверх. Роман скрывается в своем кабинете. К счастью, потому что его я сейчас хочу видеть меньше всего. А чего мне действительно хочется, так это скинуть с себя одежду, принять ванну и лечь подремать. Из меня как будто все жизненные силы высосали. А ведь это еще даже прием не начался.
Войдя в спальню, я закрываю дверь и притормаживаю, глядя на свою ладонь на ручке. Поколебавшись пару секунд, щелкаю замком, запираясь в комнате. Бросаю на пол сумку. По дороге к большому зеркалу сбрасываю по очереди туфли, потом - одежду. Всю. Остаюсь голой. Следом летят украшения.
Встаю и смотрю на свое отражение. Кручусь из стороны в сторону, пытаясь рассмотреть себя чужими глазами. Глазами того, кто не видел меня пять лет. Изменилась ли я? Если да, то сильно или совсем чуть-чуть? Интересно, а мой запах? Он изменился?
Ему нравилось, как я пахну. Постоянно шумно втягивал аромат моих волос.
- Меня ведет от твоего запаха…
До сих пор в голове его голос, от которого я покрываюсь мурашками, а предательская грудь наливается тяжестью. Соски мгновенно сжимаются в камешки.
Не знаю, что мной движет, но я возвращаюсь к двери, беру свою сумку и, выудив из коробочки подвеску, цепляю ее на шею. Цепочка с подвеской холодят мою кожу, которая кажется слишком горячей. Я снова у зеркала. Смотрю на себя. Теперь точно ЕГО глазами. И руки сами сжимают грудь до легкой боли. Из меня вырывается стон. Хочется закрыть глаза. Но я смотрю, не отрываясь на то, как одна ладонь ползет ниже, и пальцы проскальзывают между влажных губок.
Глаза закрываются, и я выгибаюсь дугой…
Глава 4
Прием как в тумане. Я держу дежурную улыбку, произношу слова, которые должна произносить. Маленькими глотками пью шампанское и вовремя съедаю пару закусок, чтобы не опьянеть. Я лавирую между гостями, стараясь держаться как можно дальше от матери.
А еще…
Под тканью платья с высокой горловиной кожу прожигает подвеска в виде пчелы. Не знаю, зачем я ее надела. Наверное, это был акт самобичевания за слабость, которую я позволила себе в спальне перед приемом. За то, что кончала, видя его лицо за закрытыми веками. За то, что чувства стали слишком странным коктейлем из ненависти, давно забытой любви, страха и ярости.
Сейчас, когда страсти немного улеглись, я бы с удовольствием сорвала с себя эту подвеску и вышвырнула ее в мусорку. Но почему-то продолжаю носить ее.
- Дорогая, у меня для тебя прекрасные новости, - рядом со мной появляется Роман и улыбается гостям, с которыми я перед этим говорила. - Позвольте ненадолго похитить мою жену. - Он с самой сладкой улыбкой берет меня за локоть и отводит в сторону. - Помнишь, я говорил тебе, что заключаю выгодный контракт?
- Это ты о том таинственном новом деловом партнере? - я даже не пытаюсь изображать заинтересованность.
- Да, о нем. Так вот он приглашает нас к себе.
- К себе - это куда?
- В Европу. Он живет в Австрии. Приглашает отпраздновать твой день рождения и подписать контракт.
- Мы уже празднуем мой день рождения, - напоминаю мужу и обвожу рукой прием.
- Иванна, - раздраженно бросает Роман, - ты же понимаешь, о чем я говорю. Нормальное празднование. Охота, стрельба, катание на лошадях, которых ты так любишь. Кстати, у моего делового партнера не просто конюшня. Он выращивает лошадей для призовых скачек. То, чем ты всегда мечтала заниматься, помнишь?
Помню, конечно. Именно мой муж сказал, что женщине такое хобби не подходит.
- Рома… - начинаю я, но он перебивает:
- Обещаю узнать у него все подробности, чтобы устроить тебе такую же конюшню. Или вообще другую, но которая понравится тебе. Я даже договорюсь и выкуплю соседний с нашим домом участок, чтобы ты в любой момент могла пойти к лошадям. Ну? Как тебе идея?
Ненавижу!
У меня есть идея получше: развестись с этим уродом и купить себе чертову конюшню.
Но вместо того, чтобы показать свои истинные чувства, вспоминаю, что я дама из высшего света, а потому улыбаюсь и киваю.
- Конечно. Давай поедем.
Роман расплывается в широкой улыбке, всем своим видом демонстрируя, что ни на секунду не сомневался, что я соглашусь. Ну и черт с ним. По крайней мере, у меня будет возможность покататься на лошадях и посмотреть на красивых скакунов. Да и побыть в красивом месте, пока мой муж обхаживает своего нового партнера.
- А как зовут… - начинаю вопрос, но мне не дают его закончить.
- Рома, я тебя повсюду ищу! - восклицает еще один его деловой партнер, Алексей Максимович Игнатьев. - У нас тут такая идея возникла. Пойдем. Простите, милая Иванна, ваш муж срочно нужен нам, чтобы заработать еще больше денег на ваши хотелки.
Подмигнув мне, он уводит Рому, а я со вздохом меняю пустой бокал на новый. Смотрю на то, как по тонкому стеклу поднимаются пузырьки, а потом делаю глоток.
Празднование затягивается почти до трех часов утра. Наконец последние гости расходятся, и мы с Романом, пожелав друг другу спокойной ночи, скрываемся в своих спальнях.
Я принимаю душ, смываю с себя макияж, а заодно и завистливые взгляды. Перед тем, как зайти за стеклянную стенку кабины, я сняла подвеску и положила ее на край раковины. Выйдя из-под воды, вытираюсь и, не спуская взгляда с пчелки, натираю тело кремом. После этого беру украшение и подношу выше к лицу.
Сердце пускается в галоп. Я хочу ЕГО увидеть. И не хочу.
Ненавижу. Точно уже не люблю, но внутри что-то переворачивается.
А еще боюсь, что все эти цветы и подарки - дело рук кого-то из его знакомых, кому он поручил поздравлять меня с днем рождения. А самого его нет в живых уже давно, как папа и говорил.
Возвращаю подвеску на шею и иду спать голой.
Беспокоит ли меня мое странное поведение? Нет. Я привыкла к тому, что отличаюсь от других людей. Но то, что я сама себя все сильнее погружаю в прошлое, - вот это беспокоит. То, что я никак не могу спрятать эту подвеску в шкатулку и задвинуть ту подальше в шкафчик, чтобы больше никогда не доставать. Вместо этого я вешаю ее туда, где ошалело бьется сердце.
***
Мы приземляемся в частном аэропорту. Этот перелет я перенесла на удивление плохо, хотя обычно нормально летаю на любые расстояния. Но в этот раз у меня было ощущение, будто я вот-вот умру. Голова кружилась, перед глазами стояла пелена, а сердце колотилось, как бешеное.
Я ничего не сказала Роману. Не знаю, почему. Просто закрыла глаза и делала вид, что сплю, пока он тарахтел клавиатурой своего ноутбука.
Зато когда мы спускаемся с трапа нашего частного самолета, то странное состояние как будто рукой снимает. Словно с порывом ветра в меня влетает жажда жизни. За эти несколько часов я делаю первый глоток свежего воздуха.
Перед самолетом стоит черный “Роллс-Ройс” с тонированными стеклами. Заднюю дверцу открывает водитель в белоснежных перчатках. Он приветственно кивает нам. За этой машиной стоят два огромных черных джипа. Перед тем, как сесть, я смотрю на джипы и спрашиваю водителя:
- А это… тоже за нами?
- Сопровождение, - с сильно выраженным акцентом отвечает он.
- Сопорвождение? Зачем?
- Так распорядился хозяин. Прошу вас, - он указывает рукой на машину.
Бросив еще один взгляд на джипы, я проскальзываю на белую кожу сиденья, и дверь за мной тут же закрывается.
- Обязательно задавать вопросы? - раздраженно цедит Роман, который уже сидит рядом. - Выслал он сопровождение, ну и ладно. Беспокоится о нашей безопасности. Чего ты лезешь?
Я стреляю в него взглядом, но не успеваю ничего сказать, как водитель занимает свое место, и машина трогается. Мы выезжаем из частного аэропорта и едем в сторону гор. Я ожидала, что нас привезут в город, где у этого партнера Романа будет роскошный особняк. Но, судя по всему, от города мы будем далековато.
Внутри трепещет какое-то странное волнение. Ну не в первый же раз нас приглашают Ромины партнеры. Не впервые мы и в Австрии. И в Альпах были много раз. А почему-то все равно волнуюсь. Джипы еще эти.
Я поднимаю руку и через шелковую ткань блузки цвета шампань нащупываю подвеску.
Да, я так ее и не сняла. Чертова пчелка как будто приклеилась ко мне и теперь придает уверенности. Может, мне так только кажется, но я на физическом уровне ощущаю ее отсутствие. Три ночи с дня рождения спала голая с подвеской на шее.
Кажется, у меня уже едет крыша, и это не очень хороший знак. Хотя… говорят, самим сумасшедшим в своем мире нормально. Это окружающим плохо, а у больных все в порядке.
Когда машины выезжают на большое плато, перед нами открывается роскошный вид. Но я не успеваю насладиться им, как мы устремляемся к дороге, пролегающей между двумя рядами высоких деревьев.
Чем ближе мы к месту назначения, тем сильнее я волнуюсь. Даже ладони потеют, и я оставляю на блузке небольшое влажное пятнышко, продолжая сжимать подвеску.
Мы выезжаем к большому средневековому замку, и я буквально задыхаюсь от монументальности строения и поразительной красоты. Проезжаем через широкий проем, который, вероятно, когда-то служил воротами. На въезде нас встречают несколько вооруженных людей. Они только бросают на машину взгляды и продолжают разговаривать между собой.
Мы проезжаем по каменной дороге, минуя большой фонтан, окруженный газоном, и останавливаемся перед входом в замок. Когда водитель открывает дверь, и я выхожу, не могу оторвать взгляд от каменного строения. Часть стены обросла плющом, огромные окна бликуют от падающих на них солнечных лучей. Тишина оглушает, а красота поражает.
- Добрый день, - из дома выходит невысокий мужчина в черном деловом костюме и до блеска начищенных туфлях. Он торопится к моему мужу и протягивает тому руку. - Роман Андреевич, с прибытием. Хозяин ждал вас, но приносит извинения. Он был вынужден отлучиться, и его не будет до вечера. А остальные гости уже прибыли, так что скучно вам не будет. Сейчас предлагаю вам немного освежиться с дороги, после чего я проведу для вас экскурсию по замку. А это, полагаю, Иванна Павловна, - он кланяется, а потом протягивает руку, в которую я вкладываю свою. Мужчина галантно прикасается губами к моим пальцам, и тут же их отпускает. - Владимир, - представляется. - Правая рука нашего гостеприимного хозяина. Что бы вам ни понадобилось, буду рад помочь.
- Очень приятно, - киваю с улыбкой.
- Пойдемте, я покажу вам ваши комнаты.
- Комнаты? - уточняю я.
- По настоянию хозяина все семейные пары живут в разных спальнях. Здесь достаточно места, чтобы всех расположить с комфортом.
В этот момент я должна была понять, что что-то не так. Но ничего даже не екнуло внутри, потому что Владимир завел нас в роскошный средневековый замок, и я едва могу заставить себя держать рот закрытым, потому что все здесь поражает масштабами и обстановкой.
Я вздрагиваю, вспоминая диалог пятилетней давности:
- Где бы ты хотела жить? - спрашивает он.
Мы лежим в высокой траве, моя голова покоится на его животе. Мои губы искусаны и зацелованы так сильно, что жгут. Я не могу открыть глаза из-за яркого солнца. Его рука лежит на моей голове, а большой палец гладит лоб. У меня ощущение, будто я умерла и попала в свой собственный рай.
- В замке, - отвечаю с улыбкой. - Старом, средневековом, населенном привидениями и хранящем огромное количество историй. Я бы спускалась на завтрак в шелковом халате и тапочках на каблуках с пушистыми помпонами. Я бы ходила там только на каблуках, чтобы слышать их стук, эхом разлетающийся от стен. А по ночам я бы занималась сексом с любимым мужчиной, и привидения затаивались бы по углам, чтобы не нарушать наш интимный момент.
Сердце вздрагивает от этого воспоминания, и я останавливаюсь перед широкой каменной лестницей. Смотрю наверх и пытаюсь сбросить с себя наваждение. А еще ощущение, что я попала в это место не просто так. И Роман не имеет к этому никакого отношения.
Глава 5
Меня заселяют в просторную спальню с видом на горы. Здесь есть все необходимое и даже больше. Стеклянные створки, ведущие на большой балкон, приоткрыты, и от легкого ветра тонкие занавески взлетают вверх. Так же красиво колышется тонкий белый тюль балдахина над кроватью.
Владимир кланяется и уводит Романа в его комнату, закрывая за собой дверь. Я прохаживаюсь по комнате. Выхожу на балкон, на котором стоит роскошная банкетка, а перед ней - маленький кованый столик. Горы поражают своим величием, а заснеженные вершины притягивают взгляд.
Вернувшись в комнату, прохожусь по ней. Стук моих каблуков отлетает от деревянного паркета и глухим звуком разносится по комнате. Ванная тоже огромная и с видом на горы. Я сразу раздеваюсь, набираю эту ванну, добавляю в нее пену и устраиваюсь в воде, не отрывая взгляда от панорамы.
Внутренности по-прежнему трепещут, но у меня странное ощущение, будто я оказалась там, где должна была. Как будто наконец нашла свое место на земле. Хотя волнение никуда не делось.
После ванны я заворачиваюсь в махровый халат и возвращаюсь в спальню. Здесь уже стоит мой чемодан. Я открываю его и, достав белье, надеваю, потом возвращаю халат и ложусь на кровать отдохнуть. Глазею на разлетающийся в разные стороны тюль. И ощущение, что я дома, возвращается.
Подремав примерно часа полтора, я обновляю макияж, переодеваюсь в удобные белые брюки, футболку поло и лоферы, после чего, прихватив телефон, спускаюсь вниз. Слышу знакомый голос, доносящийся из одной из комнат, и тороплюсь туда.
- Алла! - восклицаю, видя свою двоюродную сестру, сидящую на большом диване в огромной гостиной.
- О, наконец-то! А то мне сказали, что ты приехала, но мы с тобой разминулись.
- Откуда ты тут взялась? - когда сестра встает, мы обнимаемся.
- Антон позвал провести выходные у его делового партнера.
- А имя партнера он тебе случайно не сказал? - шепотом спрашиваю я, чтобы остальные гости, сидящие на диванах и в креслах, не услышали.
- Нет, - она качает головой. - Прямо тайна за семью печатями.
- Это странно.
- Так, давай знакомиться со всеми.
Она представляет меня остальным гостям. Здесь, кроме нас и Аллы, три пары. Одна средних лет и две помоложе, примерно нашего возраста. Никого из них я не знаю, но они кажутся мне приятными.
