Волшебно.
Маленькие светлячки быстро прятались в кружевной тени папоротников от любого шороха, поэтому Арден вел себя очень тихо.
Он обнаружил это место пару дней назад и сразу загорелся желанием поделиться с куколкой. Хотел, чтобы она тоже это увидела.
Девочка повернула голову в сторону Ардену, глядя на его профиль.
На лице мальчика отражался тот же восторг, что и на ее собственном. Он тоже был поглощен и бесповоротно очарован. Наблюдал за тем, как летят маленькие насекомые в темноте.
В черных глазах сияла вера в чудо, какая-то уязвимость, невинность, которые он не показывал никому.
Нильде не могла оторвать глаз от эльфа.
Арден все еще казался ей волшебным. Нереальным.
Хотелось коснуться его лица, чтобы убедиться — он здесь. Настоящий. Рядом с ней.
Девочка непроизвольно пододвинулась ближе. Так, что их локти соприкоснулись.
Арден удивленно моргнул. Он протянул руку, заправляя прядь ее рыжих волос за ухо. А Нильде задержала дыхание. Она не знала, почему голова вдруг закружилась от такого простого, знакомого жеста. Ее окутала волна теплоты, в животе запорхали бабочки.
— Дай мне руку, куколка, — показал Арден.
Осторожно повернул ладонь вверх, позволив ей положить пальцы в его. Один светлячок, смелее других, взлетел к белым маленьким цветам. Совсем близко к ним.
Мальчик ласково разжал ее пальцы. Не отнял свою руку, держа ее ладошку раскрытой в своей.
И крошечное насекомое вспорхнуло прямо туда.
Глаза Нильде ошеломленно распахнулись.
Это было похоже на чудо.
Казалось, время замерло.
Рука Ардена была теплой. А маленький огонек в ладони Нильде грел их обоих.
Светлячок не боялся. Словно знал — они его не обидят.
Лишь спустя долгое мгновение он вспорхнул обратно. К своим друзьям.
Нильде тихо рассмеялась.
— Это похоже все на сон, — ее глаза искрились такой радостью, что в груди мальчика защемило.
Это все стоило разодранных коленок и поцарапанных рук, пока он искал что-то особенное, чтобы удивить и порадовать принцессу.
Да. Это все стоило новых синяков и порезов, которыми его обязательно одарят дома за опоздание.
Они снова его изобьют, а потом будут делать вид, что это нормально. А он снова промолчит, не расскажет никому. Потому что не может потерять ее. Потому что иначе — его увезут. Арден повторял себе это каждый раз, когда становилось плохо.
Он протянул руку, касаясь ее щеки. Нильде не отодвинулась, доверчиво глядя на Ардена своими огромными синими глазами.
Она пахла солнечным светом. Мальчик наклонился ближе, почти нос к носу. Так, что Нильде могла разглядеть каждую родинку на его лице. Мягкие темные кудри коснулись ее щеки. Она не хотела уходить. Ей нравилась его близость, то, с какой нежностью смотрел на нее Арден, не подпускающий к себе никого.
Девочка наклонила голову к нему, ощутив теплое дыхание на своей щеке.
И тут мальчик мягко прижался губами к ее губам, крадя поцелуй.
Сердце Нильде заколотилось, она испуганно отпрянула от него.
Коснулась своих пылающих губ дрожащими пальцами.
— Нам нельзя такое делать! Это ведь запрещено, да? — спросила девочка. Ее голос был на октаву выше, чем обычно.
Она боялась, что он рассердится, но...
Щеки Ардена порозовели, он пожал плечами.
— Это нормально.
— Почему?
— Потому что я твой, — показал сбивчиво.
— Правда? — моргнула она.
— Да. Я твой. И вообще, ты сама меня поцеловала, — смутился Арден еще больше.
— Неправда!
Он отвел взгляд.
«Ладно. Может быть, это я к нему потянулась первая. Но поцеловал он! Или все-таки я? Бли-и-ин... Я теперь никогда ему в глаза не посмотрю...»
Нильде стало ужасно стыдно, хотелось сквозь землю провалиться.
Но Арден вдруг показал:
— Когда мы вырастим, то я тебя поцелую снова. Если захочешь.
Он глядел на нее. Почти торжественно, серьезно.
Девочка спрятала счастливую улыбку.
Она хотела.
— Нильде! Где ты?! Нильде! — послышался голос Николая.
Девочка воровато оглянулась. Она увидела силуэт старшего брата и стала судорожно отряхивать помятую одежду. Не хотелось, чтобы он узнал — вообще кто-то узнал.
Арден невозмутимо сунул руки в карманы, отстранившись.
— Сколько раз я говорил тебе не сбегать из дома?! — отчитал сестру Николай, встряхнув за плечи.
Нильде приподняла подбородок, встречая его взгляд.
— Ни, я просто хотела посмотреть на светлячков. И со мной эльф, он бы не дал меня в обиду.
— Ну да, конечно, — выплюнул Николай, бросив в сторону хмурого мальчика пренебрежительный взгляд. — Ты хотя бы знаешь, кто он такой? Не знаешь.
— Мой друг!
— Ага, как же, — Николай поднял ее с земли, мрачнея. — И в каком виде твоя одежда, черт побери?!
Нильде ахнула.
— Это плохое слово!
— Не тебе сейчас меня поучать, — огрызнулся Николай. — Во всем виноват этот. Готов поспорить, отправиться ночью в лес было его идиотской затеей!
— Нет, это я хотела! — соврала Нильде, защищая Ардена. Тот лишь молча прожигал Николая убийственным взглядом. Несмотря на то, что он был младше Романова, Арден был высоким, почти его роста.
— Держись от моей сестры подальше. Даже не сомневайся, я обо всем сообщу папе.
Арден сжал зубы. Он мог напасть на Романова и выбить из него все дерьмо, но придурок держал Нильде на руках, а мальчик не мог допустить, чтобы куколка пострадала.
— Ты можешь врать маме или папе, можешь обвести ее вокруг пальца, но я вижу твое настоящее лицо. Такое же, как у него, — ненависть в голосе Николая пугала Нильде. Она сжала плечо брата.
— Эльф хороший, — попыталась она опять встать на защиту мальчика. — Ругай меня, а не его.
— Что он тебе вбил в голову, что ты так рьяно за него заступаешься? — Николай прищурился с подозрением, переводя взгляд с сестры на мальчика.
— Ничего! Но мой Арден…
Именно эта фраза вывела Николая из себя окончательно.
Он резко выдохнул, и черты лица Романова ожесточились. Нильде никогда не видела его настолько взбешенным, потерявшим контроль над собой.
Обычно ласковый, добрый, Ник никогда не повышал голос рядом с ней, он был ее предметом обожания с тех пор, как она научилась ходить.
Николай приподнял девчоку за подбородок, не больно, но твердо удерживая, и произнес:
— Его чертов папаша убил моего отца. Я слышал, как этот ублюдок говорил о моем родном папе. Я видел, как ему взорвали голову. И потом его мерзкий отец хвастался этим. Он хотел убить и меня тоже. Но дядя Дамиан… Наш папа его остановил. И наша мама. Она спасла меня и его. Из-за этого сукиного сына мама покалечилась и чуть не умерла. Я был в больнице с папой, и мы понятия не имели, выживет ли она вообще. А потом ты приводишь домой этого, — выплюнул Ник, бросив взгляд на Брута. — Он не лучше своего проклятого отца. Он станет таким же. Он уже это делает. Просто ты не хочешь видеть.
Арден не двигался. Его взгляд был отстраненным, словно разговор шел и не о нем вовсе.
— Рассказал ли тебе твой драгоценный «друг», как сбросил своего одноклассника с лестницы? Как толкнул девочку под машину?
Чем больше Николай говорил, тем сильнее шумело у Ардена в ушах. Все поглощала тьма. Ему хотелось сжечь все кругом. Но перед этим разбить голову Николаю и утопить в собственной крови. Он уже представлял, как это сделает. Как возьмет большой камень, как ударит…
Единственное, что мешало осуществить задуманное — куколка.
Она все еще была в руках брата, перепуганная до смерти, расстроенная, заплаканная.
И, наверное, ее слезы отрезвили Ардена.
Он позабыл обо всем. Хотел только ее утешить.
Протянул руку к девочке, но Николай грубо отпихнул его. С такой силой, что он влетел спиной в дерево.
— Больше к ней ты не подойдешь.
«Это не тебе решать», — хотелось отчаянно выкрикнуть Ардену.
Это решать только ей. Выбор за принцессой.
Он был сыт по горло предрассудками.
Хотела ли Нильде с ним говорить?.. Поверила ли она своему брату? Видела ли теперь в нем уродливого монстра?
Арден искал ее взгляд, но девочка уткнулась Николаю в шею, сопя.
Ощущение острой потери и безнадежности охватило Ардена.
Все было зря. Она его ненавидела.
Как и все остальные.
Плечи девочки тряслись от слез.
Романов унес куколку домой, утешая, ласково разговаривая с ней.
Пока сердце Ардена медленно раскололось на тысячи осколков...
Понурив голову, он обреченно поплелся домой, зная, что этой ночью спать ему не дадут.
Они будут пытать его. Как делали всегда.
***
Они не виделись долго. Арден избегал ее. Не потому, что был обижен. И не потому, что злился. Просто на этот раз родители замучили так сильно, что он не смог это скрыть одеждой, как поступал обычно. Пришлось ждать, пока следы от побоев заживут. Пока синяки сойдут с лица.
Он и в школу не шел. Всем сказали, что Грейсон болеет.
Мальчик погладил своего скорпиона по голове и улыбнулся, когда тот зацепился за его пальцы, переползая на предплечье.
«Мой Сет…»
