— А если нужно будет в туалет? — спросила я с невинным видом.
Директор Кроу посмотрела на меня взглядом, который мог бы заморозить кипящую воду.
— В каждой комнате есть санузел, мисс Морен. И я советую вам научиться различать здоровый сарказм и неуместную дерзость. Здесь это может стоить... дорого.
Ух, как страшно. Видимо, чувство юмора здесь под запретом.
Она исчезла в темноте коридора, оставив меня наедине с новой реальностью.
Я повернула ключ в замке. Дверь открылась со скрипом, достойным фильмов ужасов категории "Б".
Комната была больше, чем я ожидала, но это не делало её менее мрачной. Высокие потолки, тяжёлые тёмные шторы на окнах, три кровати с балдахинами из чёрного бархата. Камин зиял чёрной пастью в стене, а над ним висел портрет женщины с пронзительным взглядом и улыбкой, которая не предвещала ничего хорошего.
Уют как в морге. Только веселее.
— Ты, должно быть, новенькая, — раздался голос за моей спиной.
Я обернулась и увидела девушку лет семнадцати с белокурыми волосами и голубыми глазами. Она была красива той хрупкой красотой, которая ассоциируется с фарфоровыми куклами. Но в её глазах читалось что-то тревожное, настороженное.
— Я Мила, — сказала она тихо. — Мила Хоторн.
— Алая Морен, — представилась я. — И да, я новенькая. Хотя, судя по обстановке, "свеженькая жертва" было бы точнее.
Мила нервно засмеялась.
— Ты привыкнешь. К обстановке, я имею в виду. К остальному... — она замялась. — К остальному привыкнуть сложнее.
К остальному? Что ещё меня ждёт в этом заведении?
— А где Сара? — спросила я, кидая рюкзак на свободную кровать.
— В библиотеке. Она... она много читает. Особенно о древней истории и мифологии. — Мила опустила голос до шёпота. — Она говорит, что здесь есть секреты. Старые секреты.
Секреты. Конечно. Потому что в готических школах не может быть просто плохой еды в столовой.
Я подошла к окну и раздвинула тяжёлые шторы. Вид был... захватывающим. В плохом смысле этого слова.
Лес окружал Академию со всех сторон, тёмный и плотный, как чёрная стена. Деревья стояли так близко к зданию, что их ветви касались окон нижних этажей. В лунном свете листва выглядела серебристо-чёрной, а между стволами мелькали странные тени.
Идеальное место для съёмок фильма ужасов. Жаль, что я не главная героиня, которая выживает в финале.
— Не смотри туда слишком долго, — шепнула Мила, подходя ко мне. — Особенно в полнолуние. Тогда лес... оживает.
— Оживает? — переспросила я, но в глубине души почувствовала холодок узнавания. Я уже видела, как лес "оживает".
— Звуки, — пояснила Мила. — Вой, рычание. Иногда кажется, что кто-то кричит. Директор говорит, что это ветер в ветвях, но...
— Но ты не веришь, — закончила я за неё.
Мила кивнула, обнимая себя руками.
— В первую ночь я подумала, что сошла с ума. Но потом поняла — это не я. Это место. Оно... неправильное.
Неправильное. Подходящее слово для описания всего, что я видела с момента прибытия.
Дверь открылась, и в комнату вошла третья девушка. Тёмные волосы, оливковая кожа, карие глаза за очками в роговой оправе. Она несла стопку старых книг, которые выглядели так, будто их откопали из заброшенной библиотеки.
— Сара Гримм, — представилась она, ставя книги на стол. — А ты, должно быть, Алая Морен. Тебя ждали.
Опять меня ждали. Интересно, есть ли в этом месте хоть кто-то, кто не знал о моём прибытии заранее?
— Ждали? — переспросила я. — Откуда?
Сара сняла очки и начала протирать их тканью, не встречаясь со мной взглядом.
— Просто... слухи ходят. О том, что придёт кто-то особенный. Кто-то, кто изменит баланс.
Баланс. Ещё одно загадочное слово. Я начинаю думать, что в этой школе нормальные разговоры запрещены правилами.
— Сара изучает историю Академии, — объяснила Мила. — Она нашла в архивах старые документы...
— Мила, — резко оборвала её Сара. — Не стоит.
Но было поздно. Моё любопытство уже проснулось, как голодный зверь.
— Какие документы? — спросила я.
Сара колебалась, затем подошла к одной из книг и открыла её. Страницы были жёлтыми от времени, а текст написан готическим шрифтом.
— Академия основана не как обычная школа, — сказала она тихо. — Она была создана для... особых детей. Детей, которые отличались от остальных.
— Отличались как?
— Силой, — ответила Сара. — Древней силой, которая течёт в их крови. Но с годами эта сила ослабла, смешалась с обычной человеческой кровью. Теперь лишь немногие обладают истинным даром.
Древняя сила. Мистические способности. А я-то думала, что попала в элитную школу для богатеньких детишек.
— И что это за сила? — спросила я, хотя сердце уже забилось быстрее.
Сара посмотрела на меня внимательно, изучающе.
— Способность видеть истинную природу вещей. Чувствовать то, что скрыто от других. Некоторые могут даже... влиять на окружающих.
Колокол где-то в башне пробил семь раз. Звук разнёсся по Академии, глухой и торжественный, как погребальный звон.
— Время ужина, — сказала Мила. — Нам лучше поторопиться. Директор не любит опозданий.
А я не люблю загадки. Но, похоже, в ближайшее время мне придётся с ними подружиться.
Мы спустились в Большой зал, и я поняла, что все предыдущие помещения были лишь разминкой для главного события.
Зал был огромным, с потолком, теряющимся в темноте. Длинные столы из чёрного дерева тянулись рядами, а над ними висели люстры из кованого железа со свечами, которые горели всё тем же холодным синеватым пламенем.
Но больше всего поражали студенты.
Они сидели за столами группами, и каждая группа была... особенной. Некоторые двигались с грацией хищников, их глаза сверкали в полумраке необычным светом. Другие казались слишком красивыми, слишком совершенными, словно их лица были созданы сверхъестественной рукой.
Это определённо не обычная школа.
— Там сидят Серебряные Клыки, — шепнула Мила, указывая на стол, где сидели самые красивые и явно самые влиятельные студенты. — Элита Академии. Их лидер — Кайр Морган.
Я посмотрела в указанном направлении и почувствовала, как мир замер.
Кайр Морган сидел во главе стола, как король на троне. Чёрные волосы небрежно падали на лоб, создавая соблазнительную тень над его лицом. Кожа была бледной, почти прозрачной, натянутой над точёными скулами и сильной линией челюсти. Его губы — полные, чувственные — были сжаты в тонкую линию, но даже в этом суровом выражении читалась обещание греховных удовольствий.
Когда он двигался, поднимая бокал, я заметила, как играют мускулы под белой рубашкой. Плечи широкие, руки длинные и элегантные, с тонкими пальцами, которые сжимали стекло с уверенностью человека, привыкшего держать власть в ладонях.
Но больше всего поражали его глаза — изумрудно-зелёные, глубокие, как омуты в тёмном лесу. В них плескалась опасная смесь холодной власти и чего-то более тёмного, более животного. Когда он смотрел, казалось, что раздевает тебя взглядом, проникая в самые сокровенные уголки души.
Он поднял взгляд, как будто почувствовал моё внимание, и наши глаза встретились через весь зал.
И в этот момент я поняла, что моя новая реальность только начинается.
Дорогой дневник, если бы кто-то сказал мне, что судьба умеет так красиво упаковывать неприятности, я бы не поверила. Но вот он сидит за столом и смотрит на меня так, будто может заглянуть в самые тёмные уголки моей души.
И почему-то это не пугает меня так сильно, как должно было бы?
Ужин в Академии Алуктрас обещал быть незабываемым. В конце концов, я уже поняла — здесь ничто не бывает обычным.
Даже я сама.
Глава 5
"В некоторых местах хищники маскируются под овец. Здесь волки притворяются людьми. А я пока не понимаю, кто из нас кого собирается съесть."
Дорогой несуществующий дневник,
Если бы кто-то сказал мне, что школьная столовая может напоминать арену Колизея, где вместо гладиаторов сражаются взглядами подростки с идеальной внешностью и хищными улыбками, я бы посоветовала ему меньше смотреть исторических фильмов. Но вот я здесь, в самом сердце этого социального зверинца.
Большой зал Академии Алуктрас пульсировал невидимой энергией, как сердце огромного хищника. Свечи в кованых люстрах отбрасывали танцующие тени на каменные стены, а их холодный синий свет превращал лица студентов в маски из воска и теней.
Еда на столах выглядела как декорации к средневековому пиру: жареное мясо, от которого поднимался ароматный пар, кубки из тёмного металла, наполненные чем-то красным, что могло быть вином, а могло и не быть. Фрукты лежали горками, но даже они казались слишком яркими, слишком совершенными — как будто их создала не природа, а чья-то извращённая фантазия.
Атмосфера в духе "последней вечери", только здесь никто не знает, кто Иуда. Хотя, судя по количеству подозрительных взглядов, предателей может быть несколько.
— Помнишь, я говорила про четыре факультета? — шепнула Мила, ведя меня между рядами. — Вот они, во всей красе.
Я огляделась, изучая невидимые границы, разделяющие зал.
За первым столом сидели Серебряные Клыки, которых я уже видела вчера. Они двигались с грацией прирождённых хищников, каждый жест был продуман и элегантен. Их одежда — безупречная, причёски — идеальные, улыбки — смертоносные. Эта группа излучала власть, как радиоактивный материал излучает смерть.
Популярные дети. В любой другой школе я бы закатила глаза и прошла мимо. Но здесь что-то в их совершенстве вызывало первобытный страх.
Второй стол занимали Теневые Охотники. Они держались особняком даже от остальных, словно тени, которые предпочитают углы залитым светом пространствам. Их лица были красивы той опасной красотой, которая обещает беду. В их движениях читалась скрытая угроза, как у змей, готовых к броску.
Плохие парни. Те, с кем твоя мама запретила бы тебе встречаться. И именно поэтому они так притягательны.
Кровавые Когти сидели за третьим столом, и даже не видя их в действии, можно было понять — это воины. Широкие плечи, мускулистые руки, шрамы, которые они носили как боевые награды. Они ели с жадностью хищников после долгой охоты, их смех был громким и хриплым.
Качки местного разлива. Вероятно, решают проблемы кулаками, а думают... ну, стараются думать.
Лунные Тени за четвёртым столом казались самыми загадочными. Их глаза светились странным внутренним светом, а пальцы двигались в воздухе, словно рисуя невидимые знаки. Вокруг них витала аура тайны, густая как туман.
Местные готы и эмо. Или колдуны. В этом месте сложно сказать наверняка.
— А где сижу я? — спросила я, чувствуя себя актрисой без роли в чужой пьесе.
— Новички сидят за отдельным столом, — объяснила Сара, указывая на маленький столик в углу. — До Сортировки.
Стол для отверженных. Как мило. Видимо, даже в элитных школах есть место для социальных изгоев.
Мы направились к нашему столику, и я почувствовала на себе взгляды. Не обычное любопытство к новенькой — что-то более интенсивное, более оценивающее. Как будто каждый пытался определить, к какому типу добычи я отношусь.
И тут наши глаза снова встретились с Кайром Фенрисом.
Он сидел во главе стола Серебряных Клыков, и даже среди всех этих идеальных созданий выделялся. Его изумрудные глаза изучали меня с холодным интересом, а губы были сжаты в тонкую линию. Когда он поднял бокал к губам, я заметила, как напряглись мышцы его предплечий под закатанными рукавами белой рубашки.
Красота — это оружие, а он вооружён до зубов.
Рядом с ним сидела девушка с платиновыми волосами и ледяными голубыми глазами. Она была красива той неземной красотой, которая больше пугает, чем восхищает. Её взгляд, брошенный в мою сторону, мог бы заморозить кипящую воду.
— Это Лисса Арден, — шепнула Мила, заметив направление моего взгляда. — Помнишь, я упоминала королеву Серебряных Клыков? Вот она. И самая опасная девушка в Академии.
Конечно, у местного принца есть принцесса. Интересно, как долго она продержится, если появится конкуренция?
Лисса что-то прошептала Кайру, её губы изогнулись в улыбке, которая не предвещала ничего хорошего. Но он не ответил, продолжая смотреть на меня с тем же холодным интересом.
Игнорирует королеву ради новенькой? Либо он очень невежлив, либо я произвела впечатление. Надеюсь, не слишком хорошее.
Мы сели за наш маленький столик, и я попыталась сосредоточиться на еде. Мясо было приготовлено идеально — сочное, с кровью, но что-то в его вкусе заставляло вспомнить о диких лесах и ночной охоте.
— Не слишком усердствуй с изучением других столов, — тихо посоветовала Сара. — Особенно с Серебряными Клыками. Они не любят внимания со стороны... обычных.
Обычных? Интересный выбор слов. Что делает остальных необычными?
