Страница 8 из 18
— Увидели меня, — переживал Крыс, — вот в этот раз мне точно конец.
Но не убегал, потому что уже давно понимал, что рано или поздно всё вскроется.
— Боец! — прикрикнул я, поддерживая его роль. — Зови остальных. Пойдём разбираться.
Я решительным шагом пошёл в сторону руин. Там была целая археологическая команда — человек двадцать под охраной нарландцев. Археологи что-то копали, огораживали лентами, фотографировали и снимали на видеокамеры.
Но тут приехала охранка, не скрываясь и не таясь, при всём параде. Поэтому вся работа встала.
— Дело государственной важности, — говорил один, пока двое других тащили в машину широколицего мужика. — Вы делаете только хуже, профессор. Я вас предупредил.
— Я гражданин империи Дискрем, вы не имеете права… кх-кха! — его приложили в живот, и он закашлялся.
— Лейтенант, — позвал я командира штурмовиков. — Что происходит?
— Господин командор, — высокий блондин выпрямился и перехватил массивный дробовик. — Мы охраняли гражданских, но тут прибыли агенты императорской службы безопасности…
Хотят увезти его и допросить, это я уже видел. И что хуже, у них есть для этого полномочия.
Впрочем, у меня тоже.
— В районе замечен снайпер, — сказал я. — Поэтому я объявляю чрезвычайное положение. Все войска переходят под командование крепости.
— Есть! — гаркнул лейтенант и вытянулся, ожидая приказов.
— Гражданский персонал укрыть внутри, сотрудников безопасности тоже. Не выпускать никого, пока тревога не будет снята. Транспорт конфисковать.
Охранка приехала на внедорожнике. Водитель уставился на наших десантников, которые перегородили ему дорогу.
— Ну-ка валите отсюда, — он вышел из машины. — Вы тут…
— Приказ командора! — рявкнул сержант Зимин из сопровождавшего меня отделения. — Выполнять! Живо внутрь!
— Да я… — водитель достал корочку из нагрудного кармана.
Его документы значения не имели, в них даже никто не посмотрел. Агента охранки просто скрутили и положили на землю. И не били, хотя, если бы заартачился, получил бы прикладом.
— Доставить на базу, когда закончится тревога, — приказал я, глядя на него сверху вниз. — Вдруг это шпион?
— Господин командор, — смуглый капитан из охранки поднял руку, чтобы его люди стояли на месте, и подошёл ко мне. — В данный момент императорская служба безопасности проводит здесь секретную операцию…
Профессор, которого больше не трогали, торопливо скрылся внутри здания, выругавшись на незнакомом мне языке.
— Любые ваши операции остановлены из-за угрозы снайпера, — давил я.
— Какого снайпера? Мы тут… мы же это ради вас делаем, командор, — добавил он тише.
Ага, рассказывайте. Не смешите. Знаю я, что всё ради того, чтобы я не мешал их полубогу вернуться. Просто они не знают способа, как это сделать, но очень хотят узнать.
— Внутрь! — скомандовал я. — Или затащим силком.
Ну, формально снайпер был, и у нас не было подтверждения, что он умер. И не будет, пушки почти срыли тот холм, где он сидел. Впрочем, тревогу я могу снять в любой момент, когда потребуется.
Охранка предпочла не спорить, хотя им это очень не понравилось. Уверен, будь у меня меньше людей, они бы стали выделываться больше. Но наши бойцы знали, что если я отдал приказ, то сам и прикрою от любых неприятностей, вот и не церемонились.
Только надо прикрыть и Крыса, чтобы ему не досталось в отместку.
Но не только охранка пыталась мне помешать. У меня аж голова заболела от этого шара внутри, будто Таргин собрался с силами и пытался избавиться от меня любой ценой. Скорее всего, это место давало ему сил, и он пытался бороться со мной.
Я будто даже слышал его голос, но эта попытка потерпела неудачу. Сейчас у него ничего не выйдет. Чем больше он сопротивляется мне, тем меньше у него остаётся сил бороться с сущностью пожирателя. Силы там равны.
Помутнение прошло быстро, и я вошёл внутрь храма. Тот широколицый профессор, явно не из наших краёв, смотрел на меня с заметным неудовольствием. От него немного несло выпитым, так что понятно, что находится в его фляжке, к которой он постоянно прикладывался.
— Гражданин Дискрема, значит? — спросил я. — А живёте на нашей территории.
— Я не присягал империи Юнитум, — сварливо сказал он. — И вообще, я человек науки и мира, изучаю исторический объект по согласованию с властями. А меня на каком-то основании обвинили в шпионаже!
— Представьтесь.
— Профессор Чой Джи Хун, работаю на кафедре истории Гуманитарного Университета города Криндар.
Я посмотрел на Крыса. Тот кивнул, мол, его и искали.
— Это часть империи Юнитум, — произнёс я.
— Да, но… господин офицер, — профессор поморщился. — Мне, вообще-то, надо работать. Эти исследования ещё в начале года оплатил император! Ваш император!
— Признанный узурпатором, пока настоящий был в заключении. Ждите здесь, у меня к вам будет разговор.
Я отошёл и подозвал Крыса.
— Сделай вид, что ты хотел меня отговорить, — шепнул я. — Иди к своим коллегам и скажи, что я не послушал, и всё равно приехал.
— Они не поверят.
— Скажи, что мне пришло письмо об этом профессоре. Пусть думают, что у них утечка, и кто-то работает против их плана. Пусть у себя в столице ищут кого-нибудь.
— Да, господин командор.
— А ещё пообещай им рассказать о том, о чём мы якобы говорили с этим алкашом. Вроде как подслушал. Потом придумаем, что им рассказать.
— Хорошо, господин командор, — идея ему понравилась.
Хоть какое-то прикрытие. Главное, чтобы они думали, что он помогает им, а не мне.
А профессор стоял на месте, держа в руках фляжку. Ему где-то под пятьдесят, может, даже помладше. Вид людей с оружием его нервировал, точно к этому непривычный. У него самого не было даже пистолета или ружья, хотя ему и не положено.
Пока он смотрел на меня, я оглядел храм. Как же здесь много силы. Чувствую, как легко я могу что-то сделать, без сопротивления. Призвать оружие, что-нибудь взорвать или даже покруче.
Но от самого здания мало что осталось, только стены и груда позеленевших камней, которые могли быть алтарём в древние времена.
И на этой груде стояли три свечи духов, действующие, с огнём.
Я подошёл ближе, и огоньки тут же отшатнулись, будто задул ветер. Они почти всегда так делают, когда я оказываюсь рядом. А профессор, увидев это, замер с поднятой ко рту фляжкой. Что-то, по запаху похожее на рисовую водку, пролилось на землю.
— Почему это произошло? — спросил он и затаил дыхание.
— Вы же специалист в этом, профессор, — сказал я.
— Но…
— Сейчас я задаю вопросы. Они приехали не из-за шпионажа, а из-за Небожителей? Это они спрашивали?
— Они интересовались этой темой, но я думал…
— Что это за место? — спросил я. — Храм. Но он… он странный.
— Храмом это стало позже, — начал объяснять профессор Чой Джи Хун, глядя на меня с подозрением. — Просто эти места строили именно в эпоху Раздора, когда исчезли Переселенцы, или даже раньше. И именно в этом периоде стоит искать разгадку…
Я коснулся алтаря.
И вспомнил.
Хотя это были не мои воспоминания. Возможно, Таргина, потому что это совсем другие времена. Несколько человек в старинных доспехах и шляпах с перьями, вооружённые мушкетами и мечами. И другим оружием — копья, мечи, булавы, всё красное и живое. Это призываемое оружие Небожителей.
«Вы — мои дети, — объявил Таргин. — В каждом из вас есть часть моей души. Мы все — Небожители, и…»
Воспоминание резко прервалось, будто Таргин понял, что я вижу что-то, что он показывать не хотел. И шар в голове стал твёрже, голова снова начала трещать, но быстро прошла.
А свечи на алтаре колебались так, будто на них дул ветер. Профессор замер.
— Почему это свечи так на вас реагируют? — он подошёл ближе. — Вы… вы даже не просто Небожитель. Или… вы — Пожиратель?
— И правда, разбираетесь, — заключил я. — Тогда поговорим. Приглашаю вас на базу, чтобы обсудить всё в спокойной обстановке.
* * *
Имперская база снабжения…
— Чё сказал? — Пашка Шутник спрыгнул с брони бэдэшки и подошёл к сержанту в форме десанта ВДВ Огрании. — Чё ты там про нас вякнул?
— Да вы там на своей крепости, как короли какие-то сидите! — от сержанта пахло перегаром. — Чё здесь внизу происходит, вообще без понятия. Сверху-то удобно смотреть, да? А мы тут внизу дохнем, пока вы…
— Э, завязывай, — к ним подошёл старшина в форме морской пехоты. — Нас десантура спасала сколько раз…
— Мы сверху сидим? — возмутился Шутник. — Я тебе сейчас так сверху долбану по башке! Охреневший! Сам-то тут на пляже отдыхал, пока мы там в этом долбанном городе под обстрелами сидели! И не ныли, как ты! Пацаны там вообще не ныли. Умирали, а не ныли!
— Ты рожа картавая…
— Да я тебе… — Пашка с силой толкнул его в грудь. — Я тебя…
— Эй, отставить, горячие северные парни! — проходящий мимо офицер-инспектор Кеннет остановился. — Я кому сказал?!
— А мы просто боремся, господин офицер-инспектор! — Пашка Шутник усмехнулся.
— А тебе не положено, сержант, — отрезал Кеннет. — Тебе завтра уезжать.
— Так точно, господин офицер-инспектор!
— Это чё, тот мужик был, с фильма учебного? — спросил боец в форме матроса имперского флота, когда Кеннет пошёл дальше.
— Ага, — Пашка кивнул. — Догони, он тебе распишется где-нибудь.
— Точно? Не пошлёт?
— Иди уже, он нормальный, — Шутник пихнул его в спину.
— Ща, мужики, я вернусь. Только не деритесь.
Матрос побежал вслед за Кеннетом, и тот правда расписался ему в военной книжке. Ну а к Шутнику снова подошёл сержант из ВДВ.
— Слушай, не прав был, — сказал сержант спокойнее. — Пацаны объяснили, кто вы такие, — он протянул руку. — И что с сухарями воевали, и муриками. Не прав я был.
— Да без проблем, брат. Жёстко у вас было? — Шутник оглядел его и посмотрел на базу, где отряд десанта грузился в вертолёты.
— Угу, — выпивший сержант нахмурил лоб и показал на юг. — Отправили нас вон на те холмы.
— Хрен заберёшься туда, — Шутник присвистнул. — Почти отвесная стена.
— Угу. А там эти хреновы сепаратюги засели, и нам их штурмовать надо было. Ладно я, у меня три года службы почти. А вот пацанов зелёных покрошили. А мы всё равно их выбили! — с яростью и хрипом сказал сержант. — Три часа давали и выдавили! Скинули вниз, сухарей долбанных!
— Тут военная полиция ходит, тише, — Шутник огляделся. — А от тебя фонит, как от алкаша. Упакуют.
— Да похрен уже. Хотел на сверхсрочную оставаться, да нахрен, домой лучше поеду, хватит, — сержант достал сигарету, но тут же смял от злости. — Ни арты, ни самолётов, только мы, почти в штыковую. А крайним комбата нашего сделали, которого там убили. И этот Загорский, козёл долбанный…
— Э, осторожнее со словами, — находившийся неподалёку морпех оглянулся.
— Да я не про вашего. Ваш-то нормальный мужик. Про отца его.
— А-а-а.
— Он вас отправил? — спросил Шутник.
— А кто знает, — сержант пожал плечами. — Козёл этот кричит, что комбат сам в горы попёрся. А зачем это комбату надо было? Теперь уже не докажешь. Держи на память. У меня этого барахла полно.
Он подал Шутнику металлическую фляжку в серой расцветке. На ней было написано: «M.O.R.T.».
— А чё это значит?
