– Хотел, но нет, – Архангел усмехнулся. – Забудь про неё. Обещаю, сегодня она не заявится, и мы только вдвоём. Демон предоставил дом на целую ночь в моё полное распоряжение.
– Вы сговорились, – ткнула ему указательным пальцем в грудь.
– Мечтаю поцеловать тебя, обнять.
– Аиррэль…
– Не отворачивайся, пожалуйста, – он сел на диван, не выпуская меня из рук, и посмотрел требовательно, внимательно. – Хочу видеть твои глаза.
Провёл рукой по моему колену, коснулся шёлка платья, поднялся выше, обрисовывая силуэт, касаясь ягодиц, спины, плеч и шеи. Сердце вырывалось, казалось, эхо его биения отражается от стен.
Аиррэль коснулся скул, нежно погладил щёки и поцеловал туда, где вчера горело красное пятно. Трепетно, заботливо. А потом отстранился.
Я громко дышала, хотела отвернуться, но не смогла оторвать взгляд от аквамаринового сияния глаз. Ворот его рубашки был расстёгнут на три пуговицы ниже положенного приличиями, и я оценила продуманную выходку. Хитрец. Он прочитал мои мысли и улыбнулся, а сам опустил взгляд на откровенное декольте.
– Запрещаю тебе ходить в таких платьях перед другими мужчинами, – заявил, невесомо проводя пальцами вдоль платья. Остановил руку на талии.
– Не вокруг тебя одного крутится солнце, дорогой, – хмыкнула, пытаясь встать.
Но он не позволил. Накрыл мои губы своими, обхватил сильнее и уложил на диван. Сам улёгся сверху, целуя страстно и жадно, гуляя руками по шёлку, касаясь выпуклостей, нежно сжимая. Любимые губы обжигали, ласкали, нарушая равновесие и унося за пределы реальности, выворачивая душу наизнанку. Хотелось плакать от счастья и переполняющих эмоций.
Мы целовались, словно отчаявшиеся подростки, – запальчиво и страстно, сминали губами волю и сгорали в объятьях друг друга. И я забыла, совсем забыла, что не должна позволять. Подпустила близко и почувствовала себя в сказке. Зная, что завтра снова станем чужими. Снова незнакомцы. Снова пустота.
Я уснула на диване, прижимаясь к его камзолу и вдыхая божественный аромат чистоты, а проснулась уже в одиночестве.
Увидев вечером Стерву подле Аира, я сразу отвернулась к окну. Их отражения бликовали на стёклах: он что-то прошептал ей на ухо, удерживая за предплечья, а затем ушёл, оставив ненавистную блондинку.
– Почему не сказала им? – спросила Лиирта.
– Жалко тебя стало, – пожала плечами. – Да и, будь я по силам тебе ровней, сама бы врезала. И не раз.
Она засмеялась, чем очень удивила.
– Гусеница, а замахивается на королеву.
– Всегда нужно стремиться к чему-то.
– Ты, похоже, способна только ноги раздвигать и Аиррэля соблазнять. Больше стремлений нет? Выбрала одного и лезешь верхом?
– Он ведётся, а ты никак не успокоишься?
Я сжала губы. Ох, ничего хорошего не получится, если мы продолжим стоять рядом. Точно передерёмся.
– Зато своё в двойном размере собираю. Думаешь, к кому он в постель возвращается под утро? Не противно быть обыкновенной подстилкой?
Повернулась. Посмотрела на ангелику спокойно, без агрессии.
– А ты разве лучше? Мужчина ко мне хоть бежит, а от тебя убегает.
Блондинка вскочила с дивана, подлетела ближе. От неожиданности я отшатнулась, врезалась в стекло позади, упёрлась ладонями в подоконник.
– Закричу, – предупредила.
В гостиной появился Саймоэль, встал между нами, закрывая меня собой, и Лиирта отступила. Но, невзирая на присутствие воина, продолжила:
– Только попробуй приблизиться к нему! Аиррэль – мой.
– Хоть каждый день повторяй, а твоим не станет.
– И твоим тоже. Думаешь, полюбит тебя? Не-е-ет, развлечётся и бросит. Мы в Терре так и поступали с людьми: любили и бросали, ласкали и отпускали.
– Ты была на Земле?
– Была, – она засмеялась, наблюдая мою растерянность. – Аир падок на женщин. Не ты, так другая. Не тешься ложными надеждами.
Я сложила руки на груди, разозлившись. Ангелика шагнула вперёд, Саймон выставил оружие.
– Не приближайся, – в голосе легионера прозвучала угроза, но Стерва лишь усмехнулась.
– Знаешь, почему ты ему интересна? Потому что отличаешься от нас, да и в постели с людьми приятнее, нежнее, теплее. Уж мне-то известно. Ангелы холодны, а те, которые в Терру не спускались, и вовсе словно куклы. Стеклянные статуи, – Лиирта показательно приподняла брови и облизнула алые губы: – Люди же – страстные, трепещущие, отзывчивые. Аиррэль приходит к тебе только за этим, а ты про чувства.
Она усмехнулась и отошла. Я смотрела на неё и сжимала кулаки.
– Скай, идём, – Саймоэль оттащил меня подальше от блондинки. Чуть сжал мои плечи и попытался отвлечь, завязать разговор, но я пребывала в задумчивости.
Послышались голоса демона и Архангела. Они спустились в гостиную и снова застали нас за разборками.
– Сколько можно?! – вознегодовал демон. – Смертная, ты чего?
– Ничего, – я посмотрела на ангелику, мечтая однажды врезать ей за всё «хорошее». – Вероятно, ты права, Стерва. Вероятно, права, – пробормотала задумчиво и покинула гостиную.
Аиррэль бросился следом, но остановился под пристальным взглядом Лиирты.
***
На пятый день я категорически отказалась вылезать из комнаты. Больше терпеть словесные перепалки с ангеликой сил не было. Она лишь бередила раны и подрывала душевное равновесие, которое и так шаталось. Велиал стучал в комнату, но я притворилась спящей.
На шестой день наткнулась на Аиррэля ночью на кухне, когда пошла за водой. Чертыхнулась и попятилась, но Архангел оказался немногословен:
– Ремонт замка закончен. Завтра заберу тебя, – и исчез.
Я вернулась в гостиную и села возле камина. Мечтатель прилёг рядом. Единорог скрашивал в эти дни моё одиночество и рассказывал истории. Решила спросить:
– Как Велиал стал демоном?
– Полюбил не ту и попал в ловушку, – Мечтатель опечалился. – Сильно, безумно, самоотверженно и напрасно.
– Она не любила его?
– Сложно сказать, – единорог тряхнул головой.
– Так что случилось между ними?
– Он хотел спасти её и поплатился свободой, положением, отрёкся от семьи, а потом не смог вернуться, – Мечтатель потупился. – Бед натворил в облике демона, забылся, потерялся и каждым действием уничтожал мосты, ведущие назад.
– Они сейчас вместе?
– Нет. Уже много веков.
– Но Велиал любит её по сей день?
– Всегда.
М-да, не ожидала такого поворота событий и не думала, что тёмный – романтик. Печальная судьба.
Велиал
Я ввалился в клуб со скоростью света. Демоны заулюлюкали, приветственно подняли чарки с алкоголем и расступились. Оглядел безмозглых и поспешно кинулся к сейфу. Клинок пропал, а у меня даже мыслей не имелось, кто мог его стащить. Схватился за голову, сел в кресло. Не успел подумать, что делать дальше, как за дверью послышались знакомые шаги.
Напрягся.
Почему она так действует на меня? Бесит и раздражает!
Приходит единожды в оборот за очередной порцией секса, а я жду. Жду и упиваюсь, ликую, держа в руках её тело, наслаждаюсь и горю. Схожу с ума, а отказать не в силах. Мучаемся год за годом, век за веком, изводимся, но оба понимаем – всё напрасно. Рано или поздно один из нас оказывается в объятьях другого.
По телу разлилась волна предвкушения.
Дверь распахнулась. Мелисса остановилась у порога, а затем вошла мягкой, дерзкой поступью. Посмотрела в глаза. Синее яркое платье блестело и облегало формы, бесстыдно открывая груди, позволяя рассматривать и хотеть прикоснуться.
Я прищурился и даже не стал утаивать взгляд, зная, зачем она пришла и почему.
– Лисса, не ждал так скоро, дорогая. Неужто соскучилась? Ты зачастила, любовь моя. Второй раз за год. У нас праздник какой?
– Велиал, – она по-хозяйски обошла стол, грациозно запрыгнула на него и скрестила ноги. Откинулась, упираясь руками в поверхность и выгибаясь навстречу, сильнее выпячивая прелести. – Признаю, мне хорошо с тобой. Ты чертовски горяч и способен утолить мои запросы, умеешь сводить с ума.
Мелисса провела носком туфли по моей ширинке. Её глаза блестели, заманивали, требовали.
Коснулся шпильки, поднялся выше, лаская щиколотку, провёл рукой вверх по безупречной гладкой коже, оставил поцелуй на шее.
– Ждал? Признайся, что хочешь.
– Хочу и возьму тебя прямо здесь, дорогая. Разложу на столе. За этим пришла?
Она облизнулась. А я встал между её ног, навис над ней, смотря в фиолетовые блики глаз и трогая белоснежные волнистые пряди. Бесподобна. До жути прекрасна и беспощадна. Как же я любил её! И ненавидел всем сердцем, всей душой! Но при этом хотел до одури и боли в штанах.
– Не будем терять время, дорогая.
Раздвинул её колени и коснулся влажной промежности. Готовая для меня, как и всегда. Она легла на стол, прогибаясь сильнее и позволяя рассматривать себя, бесстыдно предлагая и дразня. Коснулась пальчиками клитора, обвела, нажала, принялась ласкать и будоражить. Вставила средний палец внутрь и застонала, распаляя желание.
А я пожирал её глазами.
Достала палец, коснулась моих губ. Втянул в себя ноготь, облизывая и пробуя на вкус свою девочку. Наклонился и принялся ласкать её ртом, проникая языком внутрь. Лисса схватила меня за волосы, застонала, требуя ещё сильнее, умоляя, подаваясь вперёд и извиваясь. Только в такие минуты мне казалось, что в её глазах – искренность.
Сердце обливалось болью, я так любил её. До слёз, аж противно. Какой из меня демон – одни слова! Готов ради неё на всё, предал братьев, полетел за ней, выбрал её, но счастливым так и не стал. Довольствовался её телом раз в год, встречал иногда на балах и общих сборищах, переживал и безумно скучал.
Притом не сомневался, что и она любила. Но по-своему. Болезненно и отстранённо. Не могла признаться, не могла позволить такую слабость, как любовь, и утешалась редкими соитиями и встречами. Смотрела со злостью и ненавистью. Ненавидела и меня, и себя.
Сорвал с неё платье, впился в губы, целуя, лаская тело, обхватывая груди, наслаждаясь и злясь оттого, что хочется разрыдаться от счастья. Она сделала меня тем, кто я есть – бездушным демоном. Под её дудочку я скакал и делал всё, что ей хотелось.
Пока не понял: ничего не изменится и по-другому не будет.
Ушёл от неё, бросил, а потом жалел, хотел приползти к её ногам, умолять принять назад, но сдержался. Пришла сама.
– Скажи, что любишь, Лисса.
– Люблю, демон, люблю! Не останавливайся, прошу, – она разорвала мою рубашку, стащила брюки, целуя, лаская, прижимаясь и ластясь. В глазах боль и желание, агония. Мы ужасны и прекрасны. Мы сумасшедшие и несчастные. – А ты любишь меня? Скажи!
– Люблю. Безумно люблю.
Только во время секса она позволяла говорить ей эти слова и мне – слышать их.
Мелисса встала передо мной на колени, принялась ласкать мою плоть, обхватывая руками и губами, облизывая и втягивая глубже в рот. Я улетел в космос, но глаза не закрыл, наблюдая за её стонами и видя в её глазах страсть и откровенное поклонение, обожание, любовь. Только сейчас, только здесь.
Не выдержал, усадил её на стол и резко вошёл. Накрыл своим телом, целуя губы и двигаясь внутри. Вдалбливаясь в её лоно со страшной силой, неистово желая ближе, глубже, резче. Моя.
– Чёрт, как жёстко! Сильнее, демон! Не останавливайся, – хриплая мольба на пике сладострастия.
– Нравится, когда я трахаю тебя, дорогая?
– Знаешь, что нравится! Знаешь, что люблю тебя, демон.
– Любишь?
– Люблю! – прокричала со стоном, выгибаясь навстречу.
Я остановился и посмотрел в её фиолетовые глаза, горящие в экстазе, коснулся волшебных белоснежных волос. Губы предательски дрогнули.
– Почему мы не можем быть вместе, Мелисса? Зачем мучаем друг друга? Ты же с ума сходишь по мне. Трёшься рядом, требуешь секса.
– Прекрати, Велиал. Заткнись, не отвлекайся. Мы это уже проходили. Не зли меня.
Я стиснул зубы, закрыл глаза, втянул в себя воздух и поцеловал её. Забылся. Отключил разум и отдался похоти, окунулся с головой в её стоны, слушая крики и лаская тело, целуя губы, груди, касаясь волос, вдыхая аромат её духов. Хотелось разом поглотить её всю, насытиться на несколько лет вперёд.
Бессмертным не нужен отдых между подходами, поэтому мы сразу же пошли на второй круг, а затем на третий и на четвёртый. Перевернули вверх дном мой кабинет в клубе, летали, ползали по стенам, разбили вдребезги все приборы и бились в экстазе. Закончили на следующий вечер, насытясь. Но мне было ничтожно мало. Мало её волос, мало взглядов, мало рук и губ.
Тем не менее я оделся, накинул маску безразличия.
– Неплохо развлеклись, Велиал, – Лисса обняла меня за шею, лизнула скулы, прикусила кожу, взъерошила волосы. По телу пробежал огонёк. Сжал её бёдра, засунул палец внутрь, поласкал тёплую плоть. Прекрасные глаза потемнели и затуманились алой дымкой, а с губ слетел тягучий стон.
– Можем повторить, дорогая…
– Последний раз, демон, – она села на мои брюки, накрыла губы нежным, сахарным поцелуем.
Не знаю, как согласился отпустить её. Потом долго смотрел вслед и рвал на себе волосы. Выхлестал пару бутылок виски. Не помогло. Решил увидеться с Аиррэлем, разговоры с братом отвлекали от хандры.
Но святоша пропал вместе со смертной. Я чуть не рехнулся, искал его по всему свету и не нашёл. Словно сквозь землю провалился, гадёныш. Однако неделю спустя он сам вернулся счастливый, улыбаясь шальной улыбкой.
События закружились, завертелись. Лиирта. Обряд. Хотел сообщить про клинок, но застал их со смертной на кухне полуголыми и понял, что братец времени зря не терял. Ушёл, отвлёкся и забыл про оружие. Вспомнил, только когда брат попал к Люциферу.
Глава 8. Велиал о случившемся
На вечеринку я прибыл с опозданием. Едва сдержал порыв кинуться к брату. Но лишь ухмыльнулся, умело изображая искреннее безразличие, натренировался за годы пребывания в Нижнем мире.
Глаза Аиррэля опасно заблестели синевой и дерзостью, он дёрнулся, чем взбесил Люцифера.
– Велиал, проходи! Зацени, кто проник в Ад без приглашения. Твой дружок!
– Мы не друзья.
– Уверен? – дьявол приказал нефилимам ударить брата жгутами Преисподней. Аиррэль не дёрнулся, не произнёс ни слова. – Смотри-ка, ерепенится! Надеется выбраться отсюда живым.
Я оглядел собравшихся. Интересно, кто из присутствующих причастен к краже моего клинка?
Тринадцать чёрных кресел стояли полукругом, и на них восседали соратники дьявола.
Вельзевул, верный и преданный союзник Люцифера, верховный исполнитель воли повелителя, покровитель мух и насекомых, с женой Буфовирт.
Астарот с супругой Астартой – скользкая парочка странных и чудаковатых существ.
Осквернитель Баал, повелитель тайных войн. Этого дебила ничего, кроме войны, не волнует. Мозгов не хватит провернуть кражу.
Асмодей, палач и убийца. Нет, тоже не может. Сколько себя помню, он служит Люциферу и буквально боготворит его.
Лилит, любовница дьявола. На самом деле именно она – первая женщина на Земле, а не Ева, как гласит Писание. Имя Лилит вырезали из летописи за предательство и сношение с дьяволом. Она бросила Адама и выбрала Люцифера. Эта демоница коварна и хитра, нельзя её исключать. Но ни разу не была в моём клубе, мы с ней едва ли говорили.
Супруга Люцифера, Касикандриэра, стояла рядом с троном, но не лезла в политику. Однако обожала карать и резать. Она не возражала против Лилит, даже наоборот, любила развлекаться втроём, и я неоднократно видел их спаривания без мужчины.
Гената, исполнительница наказаний, распоряжений, воли повелителя. Мог ли быть у неё мотив?
Олотан, падший ангел, работает в паре с Асмодеем, но открыто мы не пересекались.
Азазель – скрытный тип, о нём я знал мало и не хотел знать больше.
Данталиан-подстрекатель бесил и раздражал.
Последним сидел Аббадон – властелин бездны, демон смерти и разрушения.
И одно кресло пустовало.
С большинством демонов я старался пересекаться по возможности редко, от слова «никогда». Вовек бы не видел, но сейчас нужно разобраться, что здесь происходит.
– Садись, – разрешил повелитель, и я прошёл к своему неудобному чёрному креслу, созданному из магматических осадков.
Архангела подвесили за крылья, руки и ноги над ареной. Сковали демоническими путами, не позволяя вырваться. Влип братец по самое не балуй. К счастью, я подготовился.
Демоны ликовали каждый раз, когда нефилимы били плетями брата и выкрикивали ругательства. А я смотрел, зная, что не могу отвернуться.
– Давайте отрежем ему крылья! – крикнула Лилит и залилась хохотом. – Пусть попробует полетать без них!
По арене прошла волна ликования, криков, шипения и мерзких воплей. Чуть ли не вся Преисподняя наблюдала за распятием знаменитого Архангела Аиррэля.
– Заставим страдать за всех, кого он убил!
– Смерть!
– Смерть!
– Боль!
– Режь его!
– Рано ему умирать, – сказал я и встал. Прошёлся перед советом. Заметил Мортем, заткнутый за пояс Люцифера, прищурился. – Пусть ещё пострадает. Сильнее бейте. Сильнее! – я заставил трибуны визжать от восторга. – Заберём силу!
Люцифер улыбнулся, кивнул. Затем вскочил, обнял меня, похлопал по спине. Признал.
Архангела снова ударили плетью, забирающей силу.
– Глазницы вырежем! Лишим противных аквамаринов! – закричала Астарта, вскочив с кресла, и достала кинжал. Вскинула крючковатую руку, показывая своё оружие. Но это не Рок Преисподней. Значит, и у неё пропал клинок. Интересно.
Под своды арены взлетел ликующий клич, твари на скалах закричали, заулюлюкали, вопя и щерясь. Люцифер веселился, наслаждался триумфом.
– Глаза!
– Глаза!
– Глаза!
Я отвернулся, встретился взглядом с Аиррэлем. Незаметно указал на Мортем в моих руках. Он моргнул. А потом растянул губы в усмешке, зля демонов и тварей.
– Не переставайте бить! Сильнее! Беспощаднее! – взвизгнула Лилит, запрыгивая на Люцифера и целуя его.
У демонов в ходу было сношение на виду у всех, поэтому никто не удивился. Иногда оргии случались и в моём клубе, порой переваливая за сотню одновременных стонов и криков. Я в такой вакханалии не участвовал, любил максимум двух-трёх демониц, порхающих по моему телу и доставляющих удовольствие. Конечно, они не сравнятся с Мелиссой. Ни одна не могла заменить её, утолить пожар в моём теле, как бы искусно ни старалась и ни изгалялась. Однако секс я любил и не отказывался от ласк. Наоборот, иногда искал утешение в других. Но перед глазами всегда стояли фиолетовые очи и белоснежные локоны.
Отогнал непрошеные воспоминания и принялся отсчитывать секунды в ожидании удобного момента.
Астарта подлетела к Архангелу и замахнулась кинжалом, но не попала, резанула брату по шее.
В этот миг своды арены задрожали. Внизу началась резня.
– На нас напали!
– Кто?
Но никто не знал. Демоны попрыгали с мест, бросились в битву. Люцифер скинул с себя Лилит и рванул в бездну, восстанавливать порядок.
Я зашёл в разлом в скале и оттуда скрытно снял с брата магическую защиту. После кинул Мортем бумерангом в цепи, сковывающие крылья. Кинжал сделал круг, разрубая демонические путы.
Нефилимы сражались с ограми и ничего не заметили, но один из демонов возник передо мной, и я рубанул кинжалом, лишая его жизни. Огляделся, кинул Мортем снова, освобождая второе запястье брата. Аиррэль поймал свой кинжал и срезал путы на ногах.
Обретя истинную форму, Архангел обернулся, кивнул мне. А я бросился вниз, решив смешаться с толпой, и влился в развернувшееся месиво.
– Что это за твари? – завопила Астарта. – Кто ими управляет? Кому подчиняются?
– Люцифер! – закричал я сквозь битву. – Архангел удирает!
Дьявол кинулся в погоню за братом, я же таким образом снял с себя подозрения, надеясь остаться в стороне.
– Как их убить? – прозвучал верный вопрос.
– Роком? – предложил я, ещё раз проверяя теорию, но никто из демонов клинок так и не вынул. Забавно.
Астарот орудовал лезвием, словно настоящий ниндзя, рубил, не переставая. Змеи вились под ногами и помогали хозяину, но против гибридов обычное оружие не работало.
– Велиал! – раздался голос Мелиссы где-то позади, среди тысяч сражающихся. Она отбивалась от гибридов, но не вывозила в одиночку. Я бросился к ней, откинул паршивых тварей.
– Какого чёрта ты тут делаешь, Лисса?
– Пришла полюбоваться на распятие любимого Архангела, – она выгнулась, словно змея, уклоняясь от удара, и белоснежные волосы рассыпались водопадом. Я завис, не в силах отвернуться. – Почему Люцифер не уймёт бунт?
– Он кинулся ловить беглеца.
– А ты за братом не полетишь?
– Убирайся отсюда. Уходи! – приказал, пропустив её слова мимо ушей.
– Нет! Давно так не развлекалась, руки чешутся, – она запрыгнула на меня, впилась в губы поцелуем. – Скучал?
– Не особо. Последнее время слишком часто вижу тебя, дорогая.
– А глаза-то сияют, – Мелисса спрыгнула, сделала сальто назад, пронзила клинком гибрида и виртуозно приземлилась на шпильки. – Прощай, Виал.
Моя девочка облизнула губы и исчезла.
Напьюсь. Точно напьюсь. Всегда напиваюсь, стоит увидеть её.
Я взлетел, огляделся. Повсюду кровь, удары, лязг мечей, столпотворение, крики. В хаосе битвы непонятно, где свои, где чужие, кто с кем борется и за что. Не выдержал, принял облик тёмного, достал меч и рассёк им землю, раздвигая миры и образуя пропасть.
Астарот и остальные верховные демоны взмыли в воздух.
– Заткнитесь, скоты! Твари неблагодарные! – заорал я. – Сложите оружие и склонитесь перед повелителями!
– На колени, уроды безмозглые! – присоединился Астарот.
Один за другим твари попадали ничком, моля о пощаде. Я оглядел ряды низших, пытаясь выцепить и поймать гибридов, но мутанты исчезли, словно их и не было.
– Где Люцифер? – Астарот смотрел слишком пристально. Неужели сработал его дар предвидения? Хотя нет, демон выглядел рассеянно.
– Я найду. Приберитесь здесь.
– А не много ли ты командуешь, Велиал? Строишь из себя короля? – подлетела ко мне Лилит, размахивая кортиком перед лицом.
– Где твой кинжал Рока? – поинтересовался у неё. Глазки демоницы забегали. – У кого ещё пропал кинжал?
Высшие демоны один за другим кивали, опуская взгляды.
– Проклятье! – взревел Асмодей. – Я думал, у меня одного куда-то делся, а вы все просрали Рок!
– Грот-мэ-тхо! Сейчас засандалю между глаз! И без Рока справлюсь! – выругался Данталиан и схватился за своё оружие.
Асмодей и Данталиан скрестили мечи, покрывая друг друга бранью.
– Астарот, укажи на предателя! – крикнул Вельзевул, пузатый мордоворот. Бесит. Поморщился, чуть не блеванул от его вида.
– Я не могу предсказывать в глобальном масштабе, не охватываю весь мир. Будущее нестабильно.
– Какой толк от твоих способностей, аристократишка хренов? – фыркнула Лилит, словно царица.
– Заткни пасть, мара неблагодарная! – вклинился Баал.
– Как ты назвал меня, ххгорм? – заверещала Лилит и накинулась на Осквернителя. Завязалась перепалка, а я скучающе закатил глаза.
– Пока вы собачитесь, клинки Рока находятся у того, кто попытается управлять нами, кретины, – бросил презрительно.
Посыпался древний и многослойный мат, жгучий и противный. Демоны изгалялись почём зря. А толку? Клинки пропали.
Я махнул рукой и исчез.
***
