– Ну, хорошо. Мы тоже все приготовили, – вздыхает Лина, явно желая что-то возразить, оспорить или хотя бы обсудить мое решение, но сдерживает этот порыв. Я благодарна за то, что она не начинает неприятный разговор, результат у которого все равно может быть лишь один.
Мы втроем размещаемся в гостиной, как в старые добрые времена устраиваясь прямо на полу, на мягком пушистом ковре, по которому разрешается ходить только босиком. Где-то ближе к правому краю за густым ворсом прячется небольшая жженая дырка, оставшаяся на память после празднования восемнадцатилетия Лины. Впрочем, этот небольшой изъян почти не заметен, особенно если не знать о его существовании.
– Ты ведь успеешь вернуться, чтобы мы все вместе еще съездили отдохнуть до конца лета? – спрашивает подруга так, словно я собираюсь в гости к бабушке на дачу и все зависит от настойчивости и гостеприимства доброй родственницы.
– Успею, – тем же беззаботным тоном отвечаю я. – Как Высшие объяснили в конце сна, по нашим меркам все дела займут не больше двух недель.
В этот момент в дверь раздается звонок. Стас отправляется открывать, а я, не дожидаясь, когда новоприбывший пройдет в комнату, следую за другом в коридор. Лина проводит меня задумчивым взглядом, но в очередной раз сдерживается. Правильно, все равно уже поздно. Почти. И это «почти» никак не дает мне покоя.
Пришел, конечно же, Альрайен. Ведь я попросила друзей отыскать его и договориться о встрече.
– Готова к посещению моего мира? – бодро спрашивает аллир.
– Или, может, еще немного посидим? – предлагает Лина, успевая вмешаться, прежде чем я отвечу.
– Нет. Лучше отправимся прямо сейчас, – я вздыхаю. Прощаться так быстро с друзьями не хочется, но и затягивать – тоже. После недолгих раздумий признаюсь: – На душе как-то тревожно. Почему-то мне кажется, будто если помедлить, сбежать незаметно для Тэана уже не получится. Вдруг почувствует что-то неладное?
– Он же теперь человек… – замечает Лина.
– У меня такое ощущение, что не совсем обычный человек…
– Тогда тем более подумай, может, не стоит сбегать? Пусть отправляется с вами, он наверняка будет полезен, – пользуясь моментом, предлагает Стас. А я-то гадала, кто первым из них не выдержит и затронет эту тему?
– Конечно, он не совсем обычный человек, – недобро усмехается Альрайен. Сразу хочется подловить аллира, напомнить о его же словах, когда он говорил, что Тэан остался без Тьмы и больше ни на что не способен. Сам Альрайен небрежно и презрительно любит часто повторять, что Тэан теперь всего лишь человек.
Не желая превращать разговор в очередное выяснение отношений, я сдерживаю порыв. Игнорируя аллира, отвечаю Стасу:
– Нет. Не хочу постоянно беспокоиться о нем. Может, у Тэана и есть определенные способности, как, например, повышенная интуиция, но все в пределах человеческой нормы. Значит, в мире, где есть магия, ему делать нечего.
– В этом я с тобой полностью согласен, – говорит Альрайен, нисколько не расстраиваясь из-за игнорирования с моей стороны.
Окидываю аллира мрачным взглядом, глубоко вдыхаю. Успокаивая саму себя, ровным голосом говорю:
– Думаю, нам пора.
Мы не тратим время на долгие прощания. Я заверяю друзей, что обязательно скоро вернусь – они и заметить не успеют моего отсутствия. Друзья обещают с нетерпением дожидаться меня и готовиться к замечательному отдыху на море. Стас даже берет на себя незавидную роль храброго героя, который все объяснит Тэану.
Не могу я позволить ему отправиться вместе с нами. Просто не могу. Слишком хорошо я помню это всепоглощающее чувство беспомощности, когда близкие, дорогие тебе люди находятся в опасности, а ты совершенно ничего не можешь поделать. Не защитить, не спасти. Конечно, на нашем пути встретятся трудности, именно поэтому мне будет намного спокойней от мысли, что те, кого я люблю, находятся в безопасности. Альрайен сможет о себе позаботиться, я обязательно со всем справлюсь, а Тэан… пусть он останется здесь, на Земле.
С этими мыслями, довольно улыбаясь, я машу на прощание друзьям и шагаю вслед за аллиром в открытый им же портал.
Глава 4. Об увлекательных исследованиях и нестандартных методах
Надо признать, мне очень интересно увидеть новое жилище Альрайена. Когда-то в разговоре он уже упоминал мельком, что с помощью нанятых на работу аллиров и магов из числа людей был отстроен новый замок взамен прежнего, от которого осталась лишь груда булыжников, уже не способных держаться в воздухе. В глубине души я всегда радовалась тому, что прежний замок разрушен, и сейчас эта мысль возникает вновь.
Место, где аллир держал меня против воли взаперти, могло навеять воспоминания о довольно неприятном периоде жизни. В свое время Альрайен показал множество роскошных залов, комнат и волшебных садов, я повидала большую часть замка. Хорошо, что этого уже нет. Ничто теперь не напоминает об изнурительных тренировках и подготовке к игре, где моя гибель приравнивалась к неудачной партии, лишь досадному проигрышу.
Не остается напоминания ни о странных взглядах Альрайена, когда он считал меня своей собственностью, ни о нападении Последователей Света, желавших избавить мир от моего существования. Словно перевернута исписанная страница, а впереди чистый лист, белоснежно пустой, где все можно начать заново.
Посмотреть на замок целиком откуда-нибудь снаружи не удается. Выйдя из портала, мы сразу оказываемся внутри. Моему взору открывается просторный зал, купающийся в солнечном свете.
Три стены и потолок, сделанные из стекла, кажутся собранными из тысяч маленьких осколков, соединенных между собой под небольшими наклонными углами. Легкий серебристый оттенок нисколько не мешает солнечным лучам, обильно вливающимся в зал, но придает им волшебное, переливчатое сияние, словно воздух наполняет мельчайшая бриллиантовая пыльца.
Пол выложен специально чуть неровными камнями коричневого цвета, призванными имитировать естественное природное творение. Несколько первых мгновений мне даже чудится, будто мы и вправду не в замке, а на каком-нибудь каменистом плато.
В центре зала, окруженный небольшими деревьями и кустами с миниатюрными цветами, красуется фонтан. Он тоже сделан в природном стиле и своей формой напоминает водопад. Струйки воды с завораживающим журчанием текут среди причудливого, художественно беспорядочного нагромождения камней. Тонкие, прозрачные ручейки вытекают из стыков между камнями, скользят вдоль них и извиваются в ложбинках, в конце своего пути опадая в маленькое озерцо, опоясанное невысокой оградой из тех же неровных коричневых камней. Пахнет свежестью и немного – цветочным ароматом, едва уловимым, а потому не навязчивым и надоедливым, а, наоборот, очень приятным.
С истинным наслаждением полюбовавшись на окружающую красоту и прогулявшись до фонтана, я поворачиваюсь к Альрайену. Не желая показывать настоящих чувств, с насмешливым упреком восклицаю:
– Позер! Решил произвести на меня впечатление?
– Хотел подобающе встретить свою гостью, но, поскольку переносились мы сюда вместе и у меня не было возможности сыграть роль радушного хозяина, решил начать именно с этого зала, – усмехается Альрайен. – Как думаешь, он подходит для встречи близкой гостьи?
Слово «близкая», явно значащее нечто большее, чем просто дружба, режет слух. Против воли вырывается язвительность:
– Скорее уж для вечерней прогулки с «близкой» гостьей.
– Да, пожалуй, при свете луны здесь особенно красиво, – соглашается Альрайен с многообещающей улыбкой. – Прогулка получила бы приятное продолжение?
– Конечно! Нет ничего приятней здорового, крепкого сна после вечерней прогулки, – невинно улыбаюсь я.
Как выясняется, новый замок очень похож на предыдущий. То ли у Альрайена закончилась фантазия, то ли, что больше похоже на правду, у аллира вполне определенные вкусы, от которых он не захотел отступать. И традиции, разумеется. Цветовая гамма, окружающая представителей клана Повелителей Ветров, всегда включает в себя серебристый и синий.
В темно-серебристых стенах коридоров периодически, на расстоянии нескольких метров друг от друга, встречаются неглубокие ниши с полупрозрачными, синими, будто сапфировыми, подсвечниками. Витые свечи с легким светло-серебристым оттенком тоже имеются.
В отведенной мне во временное пользование комнате преобладают разные оттенки серебристого. От совсем светлого, похожего на белое золото, до насыщенно-темного, почти черного. Окна занимают сразу две стены, а мебели немного, потому здесь царит воздушная атмосфера света и простора. Большая двуспальная кровать, туалетный столик с зеркалом, платяной шкаф – ничего лишнего. Что ж, эти пять дней, оставшиеся до того, как мы отправимся выполнять задание Высших, вполне могут оказаться не столь плохими, как я предполагала вначале.
На следующее утро Альрайен отправляется куда-то по делам главы клана, я же, одетая в местный аналог спортивного костюма, выхожу во внутренний дворик. Его расположение аллир показал мне заранее в рамках небольшой экскурсии.
Замок парит высоко в небе, но магия позволяет устраивать подобные уголки, самые настоящие клочки природы с деревьями, растениями и землей под ногами. В этом мире, в отличие от моего родного, царит весна. Воздух наполнен запахом свежести и влаги, как всегда бывает при начинающем активно таять снеге. Прохладный ветерок игриво треплет волосы, ласково касается лица. В нем уже не остается ничего зимнего – каждое прикосновение несет в себе отпечаток солнечного тепла.
С трех сторон дворик огорожен серебристыми стенами замка, а вдоль четвертой, внешней стороны, тянется кованый забор, украшенный затейливыми узорами. К нему-то я и направляюсь, вышагивая по оттаявшей от снега тропинке со слоем хрустящего под ногами льда. Прислоняюсь к забору и с интересом заглядываю вниз. На мгновение перехватывает дыхание и начинает кружиться голова, но я быстро прихожу в себя.
Где-то очень далеко внизу весь пейзаж сливается в неразборчивую череду разноцветных пятен. Больше всего белого – снег еще только начинает таять. Местами встречаются коричневые пятна, зеленые с молодой травой, а где-то на краю равнины, усеянной почти неразличимыми взглядом домиками, видна каемка леса. Налюбовавшись на это пробуждающееся от зимней спячки великолепие, я отхожу от забора в глубь внутреннего дворика.
Это место не очень подходит для тренировки, например, на мечах, но драться я ни с кем не собираюсь. А для исследования новоприобретенных способностей скверик вполне сгодится. В конце концов, когда не знаешь, чего ждать от себя, лучше покинуть замкнутое пространство и выйти куда-нибудь, где немного попросторней. Не хотелось бы устроить беспорядок и что-либо сломать в не так давно отстроенном замке.
Выбираю свободное место рядом со скамейкой, поворачиваюсь к ней спиной и лицом к просвету между деревьями. Повредить деревья тоже не хочу, поэтому стараюсь быть осторожной. Пока еще голые ветви покрыты маленькими застывшими капельками воды. Кажется, что вот-вот тонко, хрустально зазвенят, покачиваясь на ветру. Так, нужно сосредоточиться.
Высшие не обмолвились и намеком на то, какими же силами наделили меня. Значит, придется выяснять самой. Но каким образом? Когда-то я уже владела Первозданной Тьмой. Быть может, стоит попробовать вызвать магию тем же способом, каким я обращалась к Тьме? Чаще всего она пробуждалась сама, чутко отзываясь на любые всплески эмоций, но ведь мы с друзьями научились ее контролировать. Чуть приостанавливать, когда необходимо сдержаться, и призывать по своему желанию. Может, удастся воспользоваться прежними навыками?
Я делаю несколько глубоких вдохов-выдохов, пытаясь расслабиться. Прикрываю глаза, чтобы ничто не отвлекало. Сначала пытаюсь найти в себе нечто, похожее на Тьму, потом – очень отдаленно похожее, еще спустя некоторое время – хоть что-нибудь. Застывшее в неподвижности тело затекает, по рукам и ногам пускаются врассыпную маленькие, колючие иголочки, но все попытки тщетны.
Я вслушиваюсь в себя, впадаю в почти самый настоящий транс не хуже восточного гуру, но не могу обнаружить в себе никаких изменений, не говоря уже о наличии какой-либо магии. Может, Высшие имели в виду что-то другое и на самом деле не наделили меня силой? Может, я неправильно их поняла? Или просто кто-то надо мной издевается?! Они ведь знают, что я не маг, а самый обычный человек, который не умеет пользоваться магией, даже если она у него вдруг появится! Черт возьми, да что мне теперь делать?
Когда тело окончательно немеет, кисти рук перестают ощущаться, а ноги наливаются такой тяжестью, что кажется, будто намертво вросли в землю, я сдаюсь. Еле передвигаясь, медленно бреду обратно в замок.
Посетив кухню, где при виде меня слуги вдруг замолкают, не забывая временами коситься в мою сторону, обедаю и возвращаюсь к себе в комнату.
Интересно, что Альрайен сказал слугам, если они так отреагировали? В самом деле, смотрели на меня, как на какую-то надменную аллирку. Фу, ужас!
А может, Высшие сжалятся и дадут инструкции во сне?
Я ложусь на кровать поверх одеяла и закрываю глаза. Какое-то время упорно пытаюсь заснуть. Однако спать днем не хочется совершенно, а вскоре раздается стук в дверь.
– Я думал, ты осваиваешь свои новые способности, – насмешливо замечает Альрайен, окидывая меня оценивающим взглядом с ног до головы.
– Новые способности? – переспрашиваю я. – Интересно какие?
– Те, которыми тебя наделили Высшие, – невозмутимо отвечает аллир. Чуть приподнявшись, я отвечаю ему внимательным взглядом.
Похоже, Альрайен уже догадывается, с какой проблемой мне довелось столкнуться. Однако это не мешает ему продолжать издевательства.
– Ах, эти, – небрежно отзываюсь я, стараясь не поддаваться на провокации. – Как только узнаю, чем именно меня наделили Высшие, так обязательно потренируюсь.
– Тогда, может, пока вспомним навыки боя на мечах?
– Да, пожалуй. Давненько я не разминалась. – Я потягиваюсь и слезаю с кровати.
– И не поддерживала себя в форме? – удивляется Альрайен.
– А зачем? Я искренне верила, что все эти сумасшедшие приключения остались в прошлом. – С невеселой усмешкой, добавляю: – Не стоило быть такой наивной.
– У тебя никогда не будет обычной жизни, как бы ты об этом ни мечтала, – вдруг говорит Альрайен, мягко останавливая меня в дверном проеме.
– Почему это? – Я начинаю раздражаться из-за неприятной темы и руки аллира, которая теперь слишком близко ко мне.
– Потому что обычная жизнь бывает только у обычных людей, – с легкой усмешкой отвечает Альрайен, чуть наклоняясь ко мне. Его рука, упирающаяся в дверной косяк, находится на уровне моих плеч, загораживая выход из комнаты. Теперь и лицо совсем близко. Пронзительно-синие глаза словно приковывают меня к месту. – Даже пытаясь отделаться от внимания Высших, которое они тебе уделяют тоже неспроста, ты не так уж и стремишься к обычной жизни. Вспомни, кто постоянно рядом с тобой. Тэан. Душа Тьмы. С ним…
– А вот это тебя точно не касается! – восклицаю раздраженно и, к сожалению, немного нервно.
Мысль, к которой аллир меня подводит, очень неприятна.
Высшие надавили на меня с помощью Тэана, потому что он, Душа Тьмы, не должен был воплощаться в человеческом теле. Он не должен жить на Земле, не должен оставаться со мной. Это их дар, который Высшие имеют полное право отобрать. Если я не выполню их «просьбу».
Именно через Тэана Высшие добрались до меня, через него сумели втянуть в свои интриги. Некоторая правота слов аллира раздражает еще больше, заставляет чувствовать уязвимость. Отталкивая руку Альрайена, я поспешно выскакиваю в коридор. Только после того, как удается увеличить дистанцию между нами на пару метров, вновь поворачиваюсь к аллиру с едким замечанием:
– Если ты намекал на то, что для спокойной жизни мне нужно завести обычное окружение, то для начала из него нужно убрать тебя, глава Повелителей Ветров.
Мы занимаемся почти до самого вечера. Мне хочется выпустить пар и хотя бы немного отомстить Альрайену за его слова, но почти полгода без тренировок не могли не повлиять на мои навыки. Конечно, тело помнит, как нужно двигаться. Почти вовремя реагирует на атаку, но выносливость, увы, ниже предполагаемой, да и движения лишены прежней ловкости.
Несмотря на все старания, мне не удается задеть аллира даже кончиком меча, не говоря уже о чем-то большем.
Это я снова и снова падаю на коврик в тренировочном зале, я терплю его насмешки, все больше раздражаясь и чаще оказываясь поверженной. К концу тренировки я готова возненавидеть Альрайена почти так же сильно, как когда-то, во время жестокой подготовки к еще более жестокой игре.
Солнце едва скрывается за горизонтом, а я уже вымотана до предела. Не находя в себе сил на ужин, с трудом доползаю до кровати и мгновенно отключаюсь. Кажется, даже до подушки не успеваю дотянуться – падаю на полпути со свисающими к полу ногами.
После ванны, на которую не хватило сил вчера, после плотного завтрака, наполнившего мое ноющее, перетруженное тело свежей энергией, я выхожу во внутренний дворик с твердой решимостью оставаться здесь до тех пор, пока не выясню, какими способностями наделили меня Высшие.
В конце концов, осталось всего четыре дня, а я на данный момент беспомощнее Тэана. Ничего не знаю о подаренной на время магии, разучилась нормально драться, запустила тело до уровня среднестатистического человека, совершающего пробежки по утрам, но не способного выдержать серьезных нагрузок. А может, и хуже, потому что никаких пробежек я не совершаю. Что осталось от прежних навыков? Тело помнит, «как», но возможности воспользоваться умениями нет, а чтобы наверстать упущенное, нужно время. Которого, надо заметить, в моем распоряжении тоже нет.
Если выберусь из этой переделки, определенно буду тренироваться каждый день. Тэана попрошу гонять меня, уж он-то и сейчас в прекрасной форме.
Закончив ругать себя за недальновидность, я вновь впадаю в подобие транса. Очищаю разум от лишних мыслей, расслабляюсь, насколько это возможно на холодном ветру – погода сегодня не такая теплая, и воздух полнится запахом снега. Наверное, к вечеру на небо набегут тучи и принесут с собой белые хлопья – последнее напоминание о почти сдавшейся зиме. Опять я не о том думаю! Мой разум чист, как пустой сосуд, в котором… черт, и где же эта магия?!
Странный шум отвлекает меня от внимательного изучения собственных ощущений. Желая узнать, откуда взялся посторонний, неуместный звук, открываю глаза. Первая моя мысль: я перестаралась с расслаблением, а потому начала страдать галлюцинациями наяву. Иначе как объяснить появление возле забора диковинного существа?
Высотой около полутора метров, оно похоже на значительно увеличенного в размерах волка. Впрочем, имеется и несколько отличий: более мощные лапы, такая же толстая мускулистая шея, орлиный клюв вместо звериной пасти, покрытые крупными белыми перьями крылья и в завершение всего – совершенно немыслимый длинный хвост в виде самой настоящей змеи. Змея живет собственной жизнью: извивается, шипит и недвусмысленно демонстрирует тонкие изогнутые клыки, с которых, кажется, вот-вот сорвется капелька яда.
Обликом своим зверь навевает воспоминания о волшебных мифологических созданиях, но никак не вяжется с происходящим в реальности. Однако долго недоумевать и разглядывать это существо мне не позволяют. Зверь довольно потягивается, прижимая крылья к туловищу и выпуская угрожающих размеров когти, после чего бросается в атаку.
Лишь чудом мне удается увернуться. Физическая форма по-прежнему оставляет желать лучшего, и одна вчерашняя тренировка с Альрайеном этого изменить не может. Кстати, об аллире! Каким образом это существо умудрилось проникнуть на территорию замка? Неужели магическая защита не сработала? Неужели ветер не заметил ничего подозрительного и не сообщил своему хозяину о постороннем субъекте? Как ни прискорбно это признавать, но, уверенная в силах Альрайена, в его замке я чувствую некоторую защищенность. А потому, собираясь исследовать новоприобретенные способности, не взяла с собой никакого оружия, даже маленького кинжала.
Зверь приземляется на скамью, перед которой еще мгновение назад стояла я. Скамейка жалобно скрипит и разламывается на две почти равные половины. Я внутренне содрогаюсь, представляя, что на ее месте могла оказаться я, если бы не успела вовремя уйти с траектории прыжка.
Зверь не теряется – быстро поворачивается в мою сторону, демонстративно проводит когтями по разломанной деревяшке, оставляя на ней глубокие борозды, и вновь бросается ко мне, сминая на своем пути несчастный кустик – тот разлетается в щепки.
Долго избегать встречи с острыми когтями и не менее острым клювом я не могу. Уже через пару таких прыжков начинаю чувствовать усталость. Спасает пока только одно – столь крупному зверю тесновато в маленьком скверике, а потому он теряет часть своей ловкости и не может использовать по назначению крылья. Зато не по назначению – может.
Представляя, как пытаюсь заколоть животное веткой, отломанной от дерева, я прихожу к выводу, что нужно спасаться бегством. И теперь пытаюсь совместить выскальзывание из-под когтей с приближением к двери, ведущей в замок.
Удивительно точный удар крыла проходится по ногам, делая своеобразную подножку – я падаю на землю, обдирая руки о щепки, оставшиеся после сломанного куста, и осколки потрескавшейся корочки льда. Стараясь не обращать внимания на пронзающую ладони боль, хватаю первую попавшуюся ветку, в последний момент разворачиваюсь и бью зверя по морде. Тот удивленно мотает головой, словно пытаясь понять, что это за досадное недоразумение, а я вскакиваю на ноги и бросаюсь к спасительной двери. Однако достигнуть цели мне не суждено.
Краем глаза замечаю несущуюся ко мне тень. Уже ничего не успевая сделать, вдруг ощущаю острую боль. Длинные когти проходятся по плечу, одновременно разворачивая меня лицом к зверю и отбрасывая к стене замка. Страх, боль, ушедшая из-под ног земля, неконтролируемый полет и устремившийся за мной хищник, в черных глазах которого разгорается голод – все перемешивается и скручивается в тугую спираль ужаса.
Что-то вдруг разрывает грудь. Яркая, ослепительная вспышка света поглощает окружающее пространство. Я с опозданием закрываю глаза, но и сквозь веки свет режет, причиняя боль. Удар о стену, в которую я со всего размаха врезаюсь спиной и затылком, накрывает меня волной блаженной темноты.
Когда в голове немного проясняется, я открываю глаза. Встречаюсь взглядом с аллиром.
– Ты как, в порядке? – спрашивает он, помогая подняться.
– Просто прекрасно, – хмуро отвечаю, не без труда удерживая тело в вертикальном положении. – Где ты был, когда этот чернобыльский мутант меня убивал?!
Голова отзывается болью, я морщусь от собственного восклицания и массирую виски.
Похоже, не обошлось без сотрясения.
– А где он, кстати?
Из-за спины Альрайена выходит незнакомый человек. Дождавшись утвердительного кивка со стороны аллира, приближается ко мне. Я рефлекторно отшатываюсь, но сзади стена, на которую я, тихо ойкнув, опять натыкаюсь.
– Успокойся, Алиса, это маг. Он осмотрит тебя, а потом я отвечу на все твои вопросы.
Слова Альрайена порождают в моей душе некоторые сомнения, но, поскольку странного существа нигде не видно и нападать на меня больше никто не спешит, я решаю немного подождать с расспросами. Маг прикрывает глаза и начинает водить вдоль тела руками, не касаясь, сохраняя расстояние примерно в один сантиметр.
– Несколько ссадин, ушибов и сотрясение мозга, – спустя некоторое время диагностирует он. Что ж, я без всякой магии могу сказать то же самое.
– Вылечи, – велит Альрайен, ясно давая понять, что его больше волнует результат, нежели подробности, от чего именно придется лечить.
Когда маг вливает в меня целительную энергию и я начинаю чувствовать себя намного лучше, мы с Альрайеном возвращаемся в замок. Устраиваемся в хорошо обставленной светлой гостиной, наверное, потому, что до нее не так далеко идти, как до моей комнаты. Альрайен по-хозяйски разваливается на диване, откидываясь на спинку, а я забираюсь в кресло напротив. Устремляю к аллиру мрачный, выжидающий взгляд.
Довольная улыбка на губах Альрайена никак не вяжется с произошедшими событиями, а потому наталкивает на не очень приятные мысли. Я бы даже сказала «на очень неприятные догадки».
– Итак, отвечаю на твои вопросы, заданные еще на улице. Все это время я стоял на балконе, откуда прекрасно просматривается внутренний двор. Вместе со мной был маг, исцеливший тебя. Помимо всего прочего, он обладает истинным талантом к наведению иллюзий.
Аллир замокает, давая время на осмысление.
Выходит, он просто наблюдал, наслаждался увлекательным зрелищем, хотя мог помочь в любой момент? А зверь оказался ненастоящим: качественной, удивительно материальной, но всего лишь иллюзией?
– Зачем ты все это устроил?
– Затем, чтобы разобраться, какими силами тебя наделили Высшие.
Едва Альрайен это произносит, я бросаюсь к нему, целясь кулаком прямо в лицо. Удивительно, на этот раз рывок получается гораздо более стремительным, чем во время нападения зверя. А ведь тогда я верила, будто моей жизни что-то угрожает. Сейчас же мне просто хочется врезать аллиру за страх, который пришлось пережить по его вине. Чтобы не улыбался так победно, словно совершил открытие, достойное Нобелевской премии. Чтобы не смел так поступать со мной, никогда!
– А нельзя было выяснить это как-то иначе?!
– Думаю, нет, – невозмутимо отзывается Альрайен, ловко перехватывая мои руки. – Невозможно использовать то, о чем не знаешь. Ты понятия не имела, как вызвать эти силы и что они собой представляют. Стрессовая ситуация помогла воспользоваться силой спонтанно. Согласись, теперь будет намного проще. Достаточно лишь вспомнить ощущения, возникшие во время той вспышки…
– Ты не понимаешь! – со злостью перебиваю, пытаясь вырваться, как-то извернуться и все-таки ударить. Но аллир сильнее. – Ничего не понимаешь! Ты мог хотя бы предупредить, прежде чем устроить это представление!
Отправляясь на тренировку, я не взяла с собой оружия. Дело не только в том, что я не собиралась драться, здесь важно иное. Я чувствовала себя в безопасности. Несмотря на то, что когда-то Альрайен держал меня взаперти, не считаясь с моим мнением. Не вспоминая игру, на которой я чуть не погибла ради того, чтобы развлечь бессмертных созданий. Несмотря на все это, я не ожидала удара в спину, не ожидала нападения, потому как знала, что Альрайен и близко к своему замку не подпустит врагов. Я верила, будто на территории замка мне ничего не угрожает.
А что в итоге получилось? На меня натравили монстра, пусть ненастоящего, пусть созданную с помощью магии иллюзию. Я совершенно не была готова к нападению и, как следствие, к защите. Расслабилась, называется? Какая же я идиотка! Нельзя забывать, что я не на Земле, не дома рядом с Тэаном, а в чужом мире, в чужом замке, где нужно постоянно быть настороже. Рядом со мной Альрайен. Как я вообще могла позволить себе расслабиться?
И… не объяснять же все это ему?
– Я не мог предупредить тебя заранее, потому что в таком случае ты бы не испугалась и мы бы не узнали, какой силой тебя наделили.
Конечно, он прав. У нас слишком мало времени, чтобы тратить его впустую. Возможно, я и сама разобралась бы во всем, без подобной встряски, вот только на это могли уйти недели. А у нас осталось всего лишь четыре дня, после чего мы вынуждены будем отправиться на выполнение задания.
Да, Альрайен прав, но… Но. Он никогда не считался с моим мнением, каждый раз поступая так, как хотелось ему. Посчитал, что лучшим вариантом будет напугать меня, сымитировать угрозу для жизни – сделал это не раздумывая. Альрайен, сам того не подозревая, вновь напомнил мне обо всем. Что ж, хорошо, теперь я буду осторожна.
– Я так и не поняла, какими силами меня наделили, – говорю, успокаиваясь и переставая вырываться. Желание ударить не уходит, однако теперь я могу себя контролировать. – Можешь отпустить.
Альрайен подтягивает меня к дивану, заставляя сесть рядом с собой, и наконец освобождает руки.
– Зато я понял, – улыбается он и нехотя добавляет: – Вернее, почти.
– Что ты хочешь этим сказать?
– Я разобрался в природе твоих сил, но их уровень определить не удалось. Для этого придется провести небольшой эксперимент. Что ты запомнила?
– Я запомнила боль, когда ваша иллюзия очень неиллюзорно проткнула мою руку когтями, – отвечаю едко. – А потом была какая-то вспышка, после которой я впечаталась в стену и на несколько секунд отключилась.
– Правильно, вспышка, – одобрительно кивает Альрайен. – А теперь скажи-ка мне, какой магией пользовались Последователи Света?
– Боже, нет… – ошеломленно выдыхаю я.
– Свет, тот же самый свет. Не Первозданный, как та Тьма, которой ты когда-то владела, но порождение Первозданного Света. Вторичный элемент, адаптированный под наши миры. Последователи Света получают возможность пользоваться магией света на уровне выше среднего, а иногда и сильного мага. Однако есть еще Хранители Света. Помнишь девушку из Храма в горах? Она владела тем же светом, но более сильным. Тем, которому в мирах не может противостоять почти ничего. Она погибла лишь потому, что Тхавиант использовал Пустоту – первозданный элемент.
– Но при чем здесь Хранительница? Или… не думаешь же ты?.. – Я замолкаю, ошеломленно глядя на Альрайена. Сила Последователей Света – пожалуй, последнее, чем я хотела бы владеть. Слишком неприятные воспоминания, ведь когда-то эти бравые ребята хотели убить меня и моих друзей. Но сила Хранителя Света – нечто невероятное, запредельное, неземное. То, от чего я столько времени отказывалась.
– Свет один, именно его ты использовала, – аллир пожимает плечами. – Вопрос заключается лишь в том, насколько этот свет разбавлен. Сила Хранителей не так далека от Первозданных элементов, а потому она мощнее. В силе Последователей концентрация света ниже, свет больше разбавлен обычной магией, а потому слабее. Я не знаю, насколько силен тот свет, который тебе даровали.
– Значит, нужно проверить, – вздыхаю я, ощущая вдруг такую усталость, что невозможно уже ни беспокоиться, ни возмущаться, ни удивляться. – Если Высшие дали мне силу Хранителя Света, то у них отвратительное чувство юмора. У тебя есть идеи, как узнать точно? Только без зрелищных спектаклей, пожалуйста.
– Без зрелищных, к сожалению, не получится, – Альрайен качает головой. – Но на этот раз ты будешь знать обо всем заранее.
– Что-то мне подсказывает, ты нисколько не сожалеешь, – замечаю мрачно.
Игнорируя мою реплику, Альрайен продолжает:
– Самый надежный способ – это отправиться в лабиринт, где проходили игры.
Глава 5. О том, что аллирское сумасшествие заразно
Я смотрю на Альрайена широко раскрытыми глазами и не могу вымолвить ни слова. Поверить своим ушам тоже не могу, а потому некоторое время всерьез размышляю над тем, не продолжаются ли мои галлюцинации, теперь уже без всяких иллюзий. Наверное, мне просто показалось. Он не мог сказать то, что услышала я.
– Алиса, с тобой все в порядке? – спрашивает Альрайен, вглядываясь в мое лицо.
– Я ведь ослышалась, да? Ты не предлагал отправиться в подземный лабиринт?
– Предлагал. – И снова этот невозмутимый голос, лишь в уголках губ да в глубине синих глаз таится легкая насмешка.
С тяжелым вздохом я прислоняюсь боком к спинке дивана, кладу голову и устало прикрываю глаза.
– Ты хочешь меня окончательно добить? Раз я сама не убилась в сражении с иллюзорным монстриком. – Хочется съязвить, но в голосе та же самая усталость – превращает мою невеселую шутку в почти равнодушную констатацию факта. Что Альрайен творит? Проверяет крепость моей психики? Так ее надолго не хватит.
– Пойми, времени у нас мало, но мы обязаны узнать уровень твоих сил, – неожиданно ласково говорит Альрайен, проводя кончиками пальцев по моей щеке.
Я встряхиваюсь, заставляя себя открыть глаза и отодвинуться от аллира. Неужели из-за моего усталого вида его тянет на нежности?
– Лабиринт для этого лучше всего подходит, потому что там заперты тени – порождения Тьмы. Извращенные, искаженные, но все же дети Первозданной Тьмы. Как раз то, на чем можно проверить силу твоего света. Последователи Света смогли бы защитить лишь себя. Хранитель сможет по-настоящему изгнать этих тварей, бесследно сжечь.
Альрайен говорит серьезно, без тени насмешки. Он не издевается, как мне показалось вначале. Не развлекается и не проверяет, насколько хватит моей выдержки. Пожалуй, даже немного сочувствует. Вот только выбор у нас невелик. Слишком мало времени…
– Мы ничем не рискуем, – продолжает Альрайен, не встречая с моей стороны возражений. – Как только ситуация начнет выходить из-под контроля, я перенесу нас обратно в замок.
– Дай мне хотя бы день освоиться с силой, а то существует вероятность, что я не сумею ее призвать в нужный момент.
– Конечно. Завтра будем тренироваться. Я попробую тебе помочь.
Теперь, когда я примерно знаю, что собой представляют мои временно приобретенные силы (а я их верну Высшим обратно, даже если будут упираться), благодаря воспоминанию о спонтанной вспышке я могу худо-бедно ими воспользоваться. На оттачивание навыков уходит целый день, но и к вечеру я не превращаюсь в непобедимого мастера своего дела. Призывать свет, хоть и с периодическими осечками я уже могу, но вот контролировать размах призванной силы получается далеко не всегда.
Альрайену приходится смириться с незапланированными изменениями в интерьере замка.
Вместо одной стены к концу дня красуется громада из сваленных в кучу камней.
После своего неожиданного подвига я высказала предположение, что теперь и так все ясно, а поход в лабиринт можно отменить, но аллир меня удивил, сказав, что подобное вполне способен устроить и средней руки Последователь Света. Мне остается лишь догадываться – то ли это мы с друзьями были настолько сильны, что в два счета расправлялись с охотниками (за исключением некоторых недоразумений), то ли это стены в замке Альрайена совсем уж хлипкие и разрушить их может любой захудалый маг.
Мне не нравится использовать свет. Уж не знаю, почему Высшие решили, будто я гожусь на роль его Хранительницы, но что-то внутри меня противится магии света. Возможно, за время сосуществования вместе с Тьмой моя душа почернела, а может, сказываются нехорошие ассоциации или мне просто неприятны навязанные силы.
Полгода я противостояла Высшим, отказываясь от того, чтобы стать Хранительницей. И что же получилось? Пусть временно, пусть только для успешного выполнения задачи, но мне дали не просто какую-то магию, а именно свет. Своеобразное чувство юмора? Холодный расчет? Что ж, посмотрим…
Уставшая и вымотанная так, словно весь день с мечом наперевес наматывала вокруг замка круги, я падаю на кровать и мгновенно засыпаю. Впрочем, счастье длится недолго.
Стоит провалиться в сон, как мне являются подземные коридоры, запах застоявшейся крови и воздух с тяжелым, металлическим привкусом. Повсюду шелестят тени, с каждым ударом сердца они сгущаются и наваливаются на меня все сильнее. Я кричу, но голос тонет в окружающей темноте, не слышно ни звука. В какой-то момент страх становится настолько всеобъемлющим и нестерпимым, что мне удается проснуться.
Сердце и в реальности с бешеной скоростью колотится в груди. Дыхание прерывистое, в горле хрипит. Голова кружится, руки дрожат.
Боже, я ведь даже не догадывалась, насколько боюсь туда возвращаться!
Днем во время занятий с Альрайеном некогда было ни передохнуть, ни спокойно подумать. Теперь же, в ночной, почти кромешной темноте, мне становится душно от собственного страха. Воспоминания, старательно запрятанные в дальний уголок сознания, начинают оживать. Чувство отчаяния, обреченности. Принуждение к участию в игре, превратившейся в кошмар. Множество смертей, истерзанные кровожадными тенями тела. Всего лишь ради развлечения аллиров. А мы пробирались по темным коридорам, вздрагивая от каждого шороха, ощущая на себе множество пристальных, колючих взглядов. Сколько было игроков? Двести? Триста? Наверняка больше. А выжили только трое. Мне казалось, я уже забыла, справилась с этим страхом, но сейчас, в ночной темноте, он накатывает удушливыми волнами снова и снова.
Выбираюсь из постели и распахиваю окно до сих пор дрожащими руками. Холодный воздух врывается в комнату, разбрасывает волосы по плечам, остужает разгоряченные щеки. Становится немного легче.
Уличная темнота успокаивает и расслабляет, в отличие от той, которая набивается в комнату чем-то тягучим и гнетущим. Теряя счет времени, я так и стою перед открытым окном, вглядываясь в черноту ночи и стараясь ни о чем не думать, пока окончательно не замерзаю. Когда босые ноги леденеют и все тело начинает бить дрожь, теперь уже от холода, я нехотя прикрываю окно, не желая закрывать его полностью.
Забираюсь обратно в постель. Там, укутанная одеялом до самого носа, сворачиваюсь калачиком, чтобы быстрее согреться. Наконец полностью успокаиваюсь и вновь засыпаю.
Подготовка к посещению лабиринта не включает в себя ничего особенного. Из одежды – ставший уже привычным местный аналог спортивного костюма. Из оружия – по мечу для каждого на тот случай, если еще со времен игры по темным коридорам блуждают обретшие материальность тени, когда-то насытившиеся чужой кровью. В остальном же нет необходимости – задерживаться надолго в лабиринте мы не планируем.
– Нам нужно будет добраться до того зала, в котором раньше находился портал, – инструктирует Альрайен по дороге к открытой площадке, где нас дожидается летающая карета – излюбленное средство передвижения Повелителей Ветров, если те путешествуют в компании.
– Нам придется пройти весь путь, который мы с командой преодолели на играх? – как можно более равнодушно спрашиваю я, стараясь ничем не выдать своего беспокойства.
– Нет. Портал в амфитеатре можно настроить. Мы перенесемся прямо в лабиринт, но вот прямиком в тот зал с бездонной пропастью, где живут тени, попасть не получится, да и слишком рискованно – можем не успеть сориентироваться и отразить атаку, а она последует незамедлительно.
– Значит, нам придется прогуляться по лабиринту?
– Совсем немного. Благодаря твоему свету нам ничего не угрожает. Когда мы окажемся в зале, попытайся уничтожить так много теней, сколько сможешь. Желательно одним ударом – глядя на его мощь и воздействие на тени, мы поймем, каков уровень твоих сил. Сразу же после этого я перенесу нас обратно в замок.
Я вновь почти не обращаю внимания на полет в карете, поддерживаемой одним лишь ветром. Если в прошлый раз я размышляла о том, что может ожидать нашу команду на игре, то сейчас я точно знаю, куда мы отправляемся. И от этого только страшней.
Неужели я действительно согласилась на эту авантюру? Сумасшедшая! Никто ведь силой меня не тащил. Или… откажись я, проснулась бы этим утром уже в лабиринте?..
Амфитеатр пустует. Гигантский круг из тысяч ступенчато расположенных сидений навевает тоску, вызывает ощущение заброшенности и ненужности. Впрочем, так оно и есть. Уже почти год здесь никто не появляется: с того самого дня проведения игр.
Странно находиться посреди этой пустынной громады вдвоем с аллиром – кажется, будто мы превратились в маленьких, жалких существ, в незаметные песчинки в центре мертвого, равнодушного величия.
Пока Альрайен возится с порталом, чтобы настроить его на нужное место и нам не пришлось блуждать по собранным воедино клочкам из разных частей мира, я топчусь рядом, занимаясь самовнушением. «Я спокойна, я сильная, я справлюсь», – мысленно повторяю снова и снова, стараясь не поддаваться панике, по крайней мере, заранее.
– Готово, – победно объявляет аллир, заставляя вздрогнуть от неожиданности. Ведь не от страха? Я же смелая, уверенная в своей победе, и… мне определенно не помогает самовнушение.
Стоящая посреди площади на дне амфитеатра арка мерцает голубоватым светом. По воздуху между двумя каменными колоннами, украшенными витиеватыми узорами, проходит мелкая рябь. Альрайен протягивает мне руку. Рассудив, что рядом с ним все равно чувствую себя спокойней, даже несмотря на его выходку со зверем-иллюзией, я вкладываю свою ладонь в руку аллира. Мы шагаем в арку вместе.
Дневной свет гаснет, оставаясь где-то далеко позади. На нас со всех сторон наплывает темнота, с непривычки совершенно беспроглядная. Даже Альрайена я лишь чувствую рядом с собой, но не вижу: ни его серебристых волос, ни светлой куртки.
Темнота кажется самой обыкновенной. Без цепких, проницательных и хищных взглядов, без шелеста и подозрительных шорохов, но я все равно спешу зажечь на ладони небольшой огонек золотистого света, прямо как у охотившихся на нас с друзьями Последователей. Теперь можно разглядеть узкий коридор, тянущийся в обе стороны, где и тонет в кромешной тьме. Чужое присутствие по-прежнему не ощущается: здесь мы с аллиром одни.
– Ну что, в какую сторону идти? – спрашиваю я, высвобождая руку, за которую меня держит Альрайен. Как ни стараюсь, голос все-таки немного подрагивает.
– Направо. Не беспокойся, мы сумеем за себя постоять, – улыбается аллир.
Я фыркаю, тем самым выражая свое мнение по поводу его попыток приободрить и моей в этом нужды, и отправляюсь в указанном направлении. С моих пальцев в воздух срывается еще несколько маленьких огоньков света – они заключают нас с аллиром в круг. А лежащий на другой ладони шар, подчиняясь моей воле, увеличивается в размерах. Хорошо, что удается все верно рассчитать: шар не взрывается, как порой случается.
Теперь я чувствую себя более защищенной – при нападении есть чем ударить, уже не концентрируясь на вызове света, а коридор проглядывается метра на четыре вперед и на столько же назад.
С каждым шагом я все меньше верю, что действительно согласилась на это. Как я могла вернуться в лабиринт, воспоминания о котором превратились в настоящий кошмар? Как могла вернуться туда, где погибло столько людей? Неужели все это на самом деле происходит?
Ради какого-то дурацкого эксперимента вновь оказаться там, где тьма потеряла свою первозданную, смертоносную, но такую великолепную красоту, превратившись в нечто неправильное, отвратительно грязное.
Окружающая тишина угнетает и нервирует еще больше, чем если бы поблизости притаились тени. Так я хотя бы знала, где они! Сейчас же неизвестно, чего ожидать. Почему они до сих пор не появляются, почему не нападают? Ведь в прошлый раз спокойно вздохнуть было невозможно.
Спустя некоторое время чуть впереди в левой стене показывается черный провал, свидетельствующий о наличии бокового коридора. Я готова к нападению и очень внимательно слежу за окружающим пространством, но все равно промахиваюсь, когда в мою сторону с тихим шелестом бросается тень.
Швыряю в нее шар света, но тень слишком проворно ныряет под руку и бьет меня в бок. Шар света уходит вверх, никого не задевая. Врезается в стену, растекается по ней золотистым всплеском и на мгновение озаряет черные, копошащиеся в воздухе обрывки. Острые когти разрывают ткань одежды, но я вовремя уворачиваюсь, не позволяя им добраться до кожи. Ладони начинает покалывать, прозрачное свечение быстро сгущается и двумя жалящими молниями устремляется к противнику. Чудовище истаивает еще до того, как успевает развернуться и повторить атаку. Однако на этом все только начинается.
Маленькие огоньки света, неподвижно парящие в воздухе, позволяют оценить обстановку. Семь или восемь теней быстро приближаются, выпрыгивая из глубин коридора. Черные силуэты кажутся почти материальными – настолько плотные сгустки тьмы. Но, несмотря на то, что они могут резать и рвать, как настоящие звери, все же это существа бесплотные, вред которым не причиняет ни оружие, ни магия – лишь свет.
Больше всего они походят на человеческие фигуры в широких балахонах, полностью скрывающих тела и свисающих вниз чуть колышущимися рваными клочьями. Я застываю в неподвижности и наблюдаю за их приближением, почему-то даже не думая, что нужно защищаться. Сердце колотится где-то на уровне горла, а все остальное внутри, наоборот, замирает, скованное почти неконтролируемым страхом.
В прошлый раз, очутившись в лабиринте, я чувствовала себя уязвимой и беспомощной, не способной защитить себя, полностью зависящей от магии напарников. И все эти чувства возвращаются сейчас, мешая мыслить, не позволяя что-либо предпринять.
– Алиса, призови свет! – восклицает Альрайен за секунду до того, как множество теней накрывает меня бесплотными телами с запахом смерти. Зловонная волна поднимается и душит, как будто прямо передо мной потрошат старые лохмотья.
С тихим шелестом сгустки темноты вытягивают отростки, похожие на тонкие когтистые руки, в намерении разорвать меня на части, превратить в такие же неровные клочья, как их собственные тела. Они действительно могут это сделать – я уже видела своими глазами.
Как ни странно, боль отрезвляет меня, сбрасывает оцепенение и вновь возвращает способность двигаться. Оцарапанную щеку обжигает, будто я прикладываюсь к раскаленной поверхности. Плечи и руки, которыми я пытаюсь защититься, в одно мгновение покрываются множеством рваных, пока еще неглубоких царапин. Некоторые тени, не задерживаясь возле меня, скользят дальше, к Альрайену. Кажется, он атакует ветром, но упругий воздух может лишь ненадолго задержать их приближение. Натыкаясь на невидимую стену, тени повторяют рывок и на этот раз уже беспрепятственно набрасываются на аллира.
Страх наполняет каждую клеточку тела, но больше не застилает собой разум. Заставляя свет вновь разгореться на руках, я впиваюсь пальцами в ближайшую тень, чуть не повалившую меня на пол. Та с шипением скукоживается и распадается под действием магии.
Пока не потеряла необходимый настрой, спешу выставить перед собой руки ладонями вперед и окатываю тени густым потоком света, удивительно быстро сжигающим всех, кто на меня нападает. Расправляясь со своими противниками, я поворачиваюсь к Альрайену. Он сражается с двумя тенями, ловко ускользая из-под когтей и мечом разрывая черные силуэты на части, но они сразу срастаются воедино, не теряя способности нападать ни на секунду. Тени и аллир двигаются настолько быстро, что я боюсь задеть Альрайена.
Несмотря на то, что он затащил меня в это жуткое место, испепелить его все же не хочется. Остается лишь наблюдать, выжидая подходящего случая. А впрочем… кое-что я все-таки могу!
Мысленно молясь, чтобы Альрайен в пылу сражения не задел меня мелькающим в воздухе с огромной скоростью клинком, я бросаюсь в самую гущу схватки. По коже рук скользит уже привычный теплый свет, я уворачиваюсь от меча и прикладываю ладони к тени, которая когтями целится Альрайену в плечо. Чернота под моими руками начинает истончаться, распадаясь на отдельные клочки, на этот раз почти безобидные.
