Наковыряв лопухов, Мирон обтёр землю с лезвия ножа и огляделся – надо было придумать, из чего сделать ножны. Нож был хороший, острый, лезвие широкое, прочное, поэтому этот нож Мирон выкидывать не стал, а припрятал незаметно. Но носить его в кармане без чехла было неудобно.
В густом подлеске Мудрецу приглянулось молоденькое деревце с прочной и гибкой корой. Мирон вздохнул: «Ну вот, милое, вырасти нормально тебе здесь всё равно не удастся, а так ты хоть Человеку добрую службу сослужишь!», и подрубил ствол. Через полчаса ножны были готовы и, полюбовавшись результатом своей работы, Мирон решил, что пора возвращаться.
Ещё издали он услышал богатырский храп. Шесть человек, шесть убеждённых противников естественной среды, спали сейчас в лесу, как дети малые. Все шесть кульков были пусты. Мирон подошёл к Лою, – от того пахло клубникой. «Значит, всё-таки, накормили», – успокоился Мудрец и тоже лёг спать.
…Утро, как Мирон и ожидал, началось с отсидки в кустах. Мужики потихоньку ворчали, но все прекрасно понимали, что так всё-таки лучше, нежели от голода и жажды. А Мирон тем временем, ухмыляясь, разворачивал кульки с корнем лопуха. Первым к нему подошёл Сом. жить умирать
– А это, наверное, чтобы мы подольше из кустов не вылезали, – пробурчал он, ткнув пальцем в корешок.
Мирон расхохотался и начал жевать лопух. Он понял, почему этот человек задал ему такой вопрос. Сом очень многое знал о строении человеческого тела и умел лечить. И сейчас он считал себя ответственным за здоровье ребят.
– Вкусно хоть? – спросил Сом принюхиваясь.
Мирон неопределённо пожал плечами: на вкус и цвет – товарищей нет! Сом взял корешок в рот, пососал.
– Я думал, будет лучше, – проворчал он и стал потихоньку жевать.
В это время на поляну выбежала волчица. Люди при виде её напряглись, но шарахаться не стали. Даже Лой вёл себя более-менее спокойно. Мирон прислушался к его мыслям и удивился: этот человек единственный из всех остальных отметил красоту дикого зверя.
Волчица подошла к Мирону и недовольно зарычала на Сома, который по её мнению сидел слишком близко. Сом аккуратно отодвинулся, и только после этого животное с блаженством уткнулось мордой в грудь Мирону – от неё пахнуло кровью.
– Ты уже подкрепилась, красавица моя? – Мудрец ласково потрепал зверя по загривку.
– Вот и правильно! А теперь иди, поспи, пока есть время! – и Мирон слегка махнул рукой. Волчица тихонько вздохнула и с достоинством пошла в лес.
– Ишь ты! – удивился Сом. – Говоришь ты чудн, а зверь тебя понимает! Ты кто? – спросил он недоверчиво. о
И вдруг Мирон понял, что этот человек почти догадался! Почти, – потому что мысль о том, что представитель другой цивилизации должен выглядеть как-то иначе, сидела в нём всё ещё крепко. «Пока есть возможность, надо втолковать этим людям, что хоть я и с другой планеты, но такой же, как они. И меня не надо разбирать на молекулы в качестве опытного образца для изучений», – с усмешкой подумал Мудрец. И ответил:
– Я человек!
– Человек, говоришь? – Сом ненадолго задумался и продолжал:
– А чем докажешь?
– А ты? – спросил Мирон.
Сом слегка растерялся:
– Ишь ты, как повернул!
Потом протянул вперёд свои руки:
– На вот, гляди! Руки у меня как у человека, и ноги, и голова!
– И у меня! – ответил Мирон и тоже показал свои руки.
Сом хмыкнул, но на этом не угомонился.
– Я говорить умею! – догадался он.
– И я! – парировал Мирон.
– Ты плохо говоришь, мало слов знаешь!
– Временно, – ответил Мирон, – я понятливый!
– Что верно – то верно! – подтвердил Сом. – Человек, говоришь? А звать-то тебя как?
– Леший! – хохотнул сзади Кей.
Мужики, привлечённые этой беседой, заулыбались. Все, кроме Рума.
– Вот именно – леший! – зло сказал он.
Мирон покачал головой:
– Я человек! А звать – Леший!
– Человек, – снова заговорил Сом, – а животное тебя слушается!
Мирон встал и подошёл к Лою. Чувства этого вояки были наиболее читаемы, он умел любоваться природой, поэтому Мудрец решил попробовать вступить с ним в эмоциональный контакт. Мирон пристально посмотрел в глаза пилоту и тихонечко посвистел. Затем он показал на лес и сказал:
– Волчица. Ты – звать!
Лой отшатнулся, испугался. Мирон покачал головой:
– Это весело, радуйся!
И, взяв парня за плечи, развернул лицом к лесу, тихонечко тряхнул. Сам при этом он пытался передать Лою чувство защищённости, любовь к животному. У и него получилось! Парень свистнул. Неуверенно и тихо, но свистнул.
– Это весело! – подбодрил его Мирон и тряхнул ещё раз.
Лой снова свистнул, уже громче. Из леса появилась волчица и пошла прямо на них. Тут главное было – не дать парню испугаться. Мирон покрепче сжал его плечи и усилил свои чувства. Одновременно он общался и с животным, но мысленно, чтобы у людей сложилось мнение, будто Лой почти всё делает сам. Волчица подошла к ним вплотную, и Мирон, немного наклонясь, начал гладить её одной рукой. Второй он взял руку Лоя и медленно стал приближать её к животному. Мудрец чуть было не потерял контроль над ситуацией, когда рука пилота коснулась шерсти волчицы. Этот человек впервые дотронулся до другого живого существа, не похожего на него. Чувства Лоя были настолько сильны и противоречивы, что волчица сразу занервничала.
– Тихо, тихо, красавица моя! Всё хорошо! – уже голосом успокаивал её Мудрец.
– Он любит тебя, правда, плохо ещё это понимает. Дай ему себя погладить! Вот и умница, а теперь иди! Хорошего понемножку! – вздохнул Мирон, отпуская животное.
Лой хоть и стоял прямо, но ноги его слегка подрагивали в коленях, зрачки были расширены.
– И что? – спросил его Мирон.
– Она живая!… – ответил пилот возбуждённо. – И тёплая!.. И пушистая!
– Клыки очень острые, – строго сказал ему Мирон и погрозил пальцем.
Лой часто-часто закивал головой – понял, что одному к волчице лучше не соваться.
Удовлетворённый результатом, Мирон отошёл от пилота и принялся заворачивать недоеденные корни лопуха – пора было двигаться дальше.
Шли опять быстро. Мирон рассчитывал пройти сегодня километров двадцать пять. Плюс пятнадцать, что прошли вчера – итого сорок. Оставшиеся шестьдесят можно было пройти за два – три дня максимум. «Вот и хорошо! – думал Мудрец. – Для первоначального общения с природой этим людям будет даже больше, чем достаточно!»
Через три часа Мирон устроил привал. Люди уже сильно хотели пить, и Мирон достал корни лопуха, выложил ягоды земляники, которую насобирал по дороге.
– И когда ты только успел? – устало пробасил Сом, но в его голосе Мирон уловил ещё и благодарность.
А Лой всю дорогу шёл и еле заметно улыбался. Мирон видел, что на пилота мужики поглядывают теперь со скрытой завистью. «А ведь вчера ещё почти презирали, считая трусом!» – ухмыльнулся Мудрец.
Через полчаса Мирон дал понять, что пора идти дальше. Мужики закряхтели, нехотя начали подниматься.
– Одного не пойму, – заворчал Сом. – Говоришь – человек, а в кусты в отличие от нас не бегаешь, по лесу носишься как по проспекту, дерёшься лучше всех нас… Ты где так драться научился?
Ох, если бы знал этот человек, какой сложный он задал вопрос Мудрецу!
«И что я скажу? – думал Мирон. – В Заповедном краю? На другой планете?»
– В лесу, – ответил Мирон.
– Ну, это ты, брат, хватил! – не поверил ему Сом.
Тогда Мирон встал напротив Сома и показал, что хочет, чтобы Сом его ударил.
– Ну, держись, парень, ты сам напросился! – ответил Сом с усмешкой и замахнулся.
Удар мог быть очень сильным, если бы Сом попал по Мирону. Но, не встретив преграды, кулак просвистел в воздухе, а вслед за ним, по инерции, «просвистел» и его хозяин. Встретился хозяин со своим кулаком на земле под бурный хохот окружающих.
Сом встал, засопел недовольно. А Мирон не отставал и снова попросил ударить себя, но показал, что на этот раз бить надо медленно.
На пятый раз Мирон сам ударил и приземлился на траву – Сом выучил этот приём. Мудрец одобрительно кивнул, затем поднялся, отряхнулся и, обведя вокруг себя рукой, спросил:
– Что это?
– Лес! – удивлённо ответил Сом.
– Где ты научился так драться?
– В лесу! – засмеялся Сом. – А ты хитрый!
Чувствуя, что на следующий вопрос он уже не сможет дать правдивый ответ, Мирон отвернулся и спешно отошёл от Сома. И, показав, что они и так уже задержались, увлёк всех за собою.
Через полтора часа местность пошла под уклон, запахло сыростью. «Очень хорошо!» – подумал Мирон. Ему и самому уже хотелось пить. Он свистнул волчицу, и когда та прибежала, нарочно усилил своё чувство жажды.
– Пить хочется! – пожаловался он животному. – Сейчас бы водички! Чистенькой!
Волчица понимающе моргнула и повела. Вскоре под ногами захлюпало, а ещё минут через десять Мирон увидел родник.
– Ах, ты моя умница! – похвалил он животное.
Волчица аж взвизгнула от удовольствия.
– Смотрите-ка, братцы, – первым заметил родник Вес, – вода прямо из-под земли течёт!
И пока мужики глазели на возможное, но невероятное, Мирон зачерпнул в пригоршню прозрачной воды и выпил.
– И что, пить можно? – удивился Сом.
– Можно! – ответил Мирон. И добавил:
– Вкусно!
Заночевать Мирон решил неподалёку, где место было повыше, а следовательно – не так сыро. Одно его только беспокоило: в животах у мужиков урчало всё громче.
Мудрец положился на свои чувства и интуицию и пошёл, куда ноги идут. А шли они к роднику. Вернее туда, где, растекаясь, вода образовывала небольшое болотце. Мирон огляделся. Из воды торчало незнакомое растение, листья которого чем-то напоминали земную картошку. Мирон сорвал один стебелёк, понюхал. Нет, невкусно. Более того – несъедобно. Но что-то ведь привело его к этому растению! Если не листья и не стебель, то… «Корень!» – обрадовался Мудрец. И когда он выковырял из-под воды увесистый сочный клубень, то сразу же понял: проблема с едой и питьём на завтра решена. Неподалёку рос куст с очень гибкими и прочными ветвями. Нарезав охапку таких веточек подлиннее, Мирон отправился с ними к своим подопечным.
– Опять чего-то притащил! – прокомментировал его появление Сом. – Это тоже можно есть?
– Нет, – ответил Мирон.
– А зачем тогда принёс?
Мудрец заметил, что из всех, Сом был наиболее внимательным и сообразительным. Мирон скинул ветки на землю, сам уселся рядом и начал плести корзину. Сом присоседился к нему и с интересом стал наблюдать. Зато Вес повёл себя словно ребёнок: сперва он тоже немного понаблюдал за процессом, затем начал подавать Мирону веточки, время от времени комментируя: «Ловко!»
Когда корзина была готова, и Мирон отправился за «водяной картошкой» – так он назвал это растение, Вес увязался за ним. Не желая при нём доставать нож, Мирон подобрал по пути подходящие палки себе и Весу. «Пусть помогает, раз пошёл!» – решил Мудрец. Процесс сбора урожая давался Весу с трудом – руки явно не привыкли ни к чему подобному. И всё же вдвоём они наполнили корзинку быстрее. А когда вернулись назад, Вес первым делом заорал на всю округу:
– Ну, братцы, что я вам сейчас расскажу!
Мирон тоже внимательно его слушал – такая наука была ему сейчас очень полезна. Поэтому после того, как люди наелись, Мирон подсел к Кею и сказал:
– Расскажи мне о девице!
– Ты хочешь, чтобы я рассказал тебе о своей девушке? – весело переспроси Кей.
– Да, – подтвердил Мирон.
«Пусть лучше уж другие говорят, а я помолчу», – подумал он.
– Это ты не по адресу обратился, – всё так же весело ответил Кей. – У меня нет девушки.
– Ага, у него их много! – усмехнулся Вес.
После ужина на людей нашло сытное благодушие.
– Много, значит ни одной! – объяснил Кей. – А вот у Роса есть девушка. Попроси его рассказать!
Мирон посмотрел на Роса. Нет, этот человек не хотел посвящать всех в свою личную жизнь. Поэтому Мирон задал другой вопрос:
– Почему ты летаешь?
